Сегодня он будет крепко спать. Даичи/Сугавара
8 мая 2016 г., 23:48
Савамура Даичи/Сугавара Коуши. Слэш, Ангст, Hurt/comfort, ER (Established Relationship), Романтика.
Резко выдохнув, Сугавара распахнул глаза и рывком сел на кровати. Одеяло, край которого был зажат в стальной хватке пальцев, оголило верхнюю часть тела парня. С виска скатилась капелька холодного пота. Чувствуя дрожь во всем теле, Коуши, уставившись в одну точку, судорожно вдыхал и выдыхал прохладный ночной воздух.
Перед глазами стояла одна и та же картина: Танака и Даичи одновременно бросаются за мячом, мяч в воздухе, очко в пользу Карасуно, оглушительный свист судьи и неподвижный капитан на полу. Савамура всего несколько мгновений находился без движения, приходя в себя после сильного столкновения с Рюу, но этого хватило, чтобы у Сугавары перехватило дыхание, а сердце замерло, пропустив удар. Он, как сейчас, помнит панически промелькнувшее в мыслях слово «нет», которое через секунду, словно красный огонёк опасности, начало набатом звучать в голове. Сеттер помнит, как дёрнулся вперед, желая подбежать к капитану, но ноги словно приросли к полу от шока. Коуши открыл рот, но не смог произнести ни звука. Он будто находился в вакууме, сотканном из животного страха и отчаяния. Лишь когда Даичи осторожно встал на четвереньки, хватаясь за голову, чувства притупились, и парень почувствовал, как у него дрожат колени. Сделав глубокий вдох, он судорожно выпустил воздух из лёгких через рот, сжимая ладони в кулаки. Первобытный страх отпускал, но на его место приходила злость, подпитанная желанием одержать победу в матче. Они выиграют, чего бы это им не стоило.
Зажмурившись, Сугавара почувствовал, как по щеке потекла слеза. Смахнув её кончиками пальцев, он подтянул колени к груди, утыкаясь в них лицом. С того момента прошло уже несколько дней, сопровождаемых тяжёлыми выматывающими матчами с сильными школами, но Коуши не мог забыть произошедшее. Стоило ему закрыть глаза, как он снова и снова видел обездвиженного Савамуру, испытывал страх и отчаяние. А открыв глаза, судорожно дышал, мелко дрожа.
— Черт возьми, — зло прошипел сеттер. Он — парень, в конце-то концов, а ревет, словно девчонка при просмотре «Титаника» или «Трех метров над уровнем неба».
Дрожь потихоньку сходила на нет; дыхание нормализовалось, оставив после себя только неприятное чувство в горле. Заведя руку назад, Коуши, не глядя, нащупал телефон под подушкой. Машинально разблокировав его, он, помня расположение иконок в меню, нажал на последние входящие и исходящие звонки. Не задумываясь, он ткнул куда-то в середину экрана. Волноваться, что трубку поднимет не тот, кто нужен, не было смысла: все телефонные звонки были только от Даичи. Мама была занятым человеком, поэтому предпочитала общаться при помощи сообщений, а Асахи был настолько стеснительным, что никогда не звонил, боясь оторвать его от какого-нибудь дела, поэтому тоже предпочитал смс-ки или же социальные сети. Когда тихо прозвучал первый гудок, сеттер включил громкую связь. Когда прозвучал второй гудок, он внезапно оторвал лицо от коленей, осознавая, что звонит Савамуре незнамо во сколько, но судя по мраку за окном — глубокой ночью. Прищурившись от яркого в темноте света экрана, он разглядел вверху по центру время. Тридцать восемь минут третьего ночи. Когда раздался третий гудок, Сугавара схватил телефон двумя руками и нервно ткнул в экран сразу несколькими пальцами.
— Суга? — раздался сонный голос из динамиков — Коуши промахнулся мимо красной кнопки. Послышалось шуршание и усталый, но блаженный выдох — капитан явно сел на кровати и потянулся. — Что-то случилось? — взволнованно спросил он. Ещё бы он спрашивал не взволнованно: кто будет просто так звонить в, считай, три часа ночи? Конечно, по рассказам Яку, Куроо и Бокуто могут просто так позвонить друг другу в пять утра, чтобы спросить, как открыть банку килек двумя ложками и тапком. Впрочем, эти два несуразных капитана не считаются — нормальными их точно не назовёшь.
В голову закралась мысль притвориться спящим, а утром соврать, что это с телефоном какие-то проблемы. Но ведь Савамура знает его как свои пять пальцев, поэтому раскусит ложь ещё до того, как она будет произнесена. Прокашлявшись, чтобы избавиться от сиплости в голосе, Сугавара поджал пальцы ног, чувствуя некую нервозность.
— Да нет, просто… — Просто «что»? Просто хочешь убедиться, что с ним все в порядке? Просто хочешь рассказать о кошмарах? Просто хочешь сказать, как сильно переживаешь за него? Что, Сугавара? — Ничего, прости, у меня просто бессонница.
Прикусив нижнюю губу, сеттер зажмурился, отчаянно ругая себя. Чем он только думал, когда звонил Даичи?
— Суга, — позвал парня Савамура после недолгого молчания.
— Что?
— Я в порядке, — успокаивающе произнёс капитан. — Со мной правда все хорошо, не нужно больше волноваться.
Коуши почувствовал, как спёрло дыхание от удивления. По позвоночнику пробежала дрожь, тело покрылось холодным потом. Даичи же ведь говорит не о том случае — он не может знать о страхах сеттера?
— Я знаю, чего ты боишься, — словно прочитал его мысли Савамура и тут же взволновано добавил: — Ну, просто в автобусе ты часто спишь после игр, а я…в общем, во сне ты иногда зовёшь меня. И я вижу страх в твоих глазах, направленных в мою сторону, когда я выхожу на поле. Не трудно догадаться, о чем ты думаешь.
Покраснев от стыда, Коуши снова уткнулся лицом в колени, представляя, как странно и очевидно он смотрелся со стороны. Теперь-то понятно, почему Энношита однажды ободряюще положил ему руку на плечо и сказал, что все будет хорошо. Тогда сеттер удивился странной формулировке предложения, говорящего о том, что Карасуно непременно одержит победу. Так же понятно и то, почему Асахи на поле часто следит не только за игроками команды противника, но и за своими товарищами.
— Прости, — задушено просипел Коуши, сжимая в пальцах одеяло. Он, сам того не осознавая, поставил не только себя, но и Даичи в неловкое положение. Никому бы не понравилась излишняя осторожность к своей персоне все время.
— Суга, — в голосе капитана звучала нежность и улыбка, — я люблю тебя. Я не могу гарантировать, что со мной все будет в порядке на следующих играх — это же спорт. Ты понимаешь это, так же как и я.
Сугавара понимал. Если бы все друг за друга переживали так же сильно, как он — за Даичи, и пытались беречь словно зеницу ока, то на втором году обучения в школе капитан лично бы посадил его на скамью после неудачного приема сильной подачи лицом; Хинату за порог спортивного зала не пустили бы вообще; на Кагеяму надели бы все существующие виды защиты — как и на Нишиною; Танаку от греха подальше не брали бы в основной состав команды. Вздохнув, сеттер запрокинул голову назад. Что-то в словах Савамуры затронуло струны души Коуши, и тот почувствовал, как беспокойство затихает в груди.
— Понимаю, Даичи, — улыбнулся сеттер. — Но это вовсе не значит, что я больше не переживаю и не буду переживать за тебя. Только попробуй расслабиться — я тебя поприветствую коронным ударом, — пригрозил он капитану.
— Иногда мне кажется, что я скорее получу сотрясение мозга не от столкновения с Танакой, а от твоих ударов, — скептически отозвался Савамура, громко зевая в трубку.
Сугавара усмехнулся, принимая горизонтальное положение. Удобно устроившись головой на подушке, он пододвинул телефон поближе к себе, вглядываясь в иероглифы имени капитана.
— А ты не расслабляйся — тогда и казаться так не будет, — закатил глаза парень.
— Секрет раскрыт! — Громко хлопнул в ладоши Даичи и тут же ойкнул, осознав, что сейчас почти три часа ночи, а он шумит и вполне может разбудить этим родителей. — Ложись спать, Суга, тренер Укай завтра — точнее уже сегодня — обещал нам хорошую кардио-тренировку, если помнишь.
— Не напоминай, — мученически простонал Коуши. — Спокойной ночи, Даичи.
— Спокойной ночи, Суга.
Телефон издал пару коротких гудков и затих. Нащупав кнопку блокировки, Сугавара нажал на неё, и экран погас. От резкой перемены освещения он некоторое время был дезориентирован в пространстве, а перед глазами возникали разноцветные круги. Дождавшись, когда темнота станет привычной для органов зрения, Коуши засунул телефон под подушку и закрыл глаза. Он больше не боялся ложиться спать и быть уверенным, какие именно картины подкинет ему воображение. Он не знал, что ему приснится — и приснится ли вообще. Но Сугавара был уверен в одном: сегодня он будет крепко спать.
