Магия судьбы

Они отбивали новую атаку на лавку Дженны — еще более устрашающую, демоны просто шли на них, даже не пытаясь уворачиваться, словно им было всё равно, будто были лишь только средством устрашения, а инстинкт самосохранения атрофировался из-за приказов Высших окончательно, пугая магов своей решительностью, — когда у Саммерс, которая хоть то и дело и исчезала в подсобке, но теперь кидала склянки в демонов и сама, зазвонил телефон. Деймон кивнул ей, отслеживая, чтобы никакой демон не приблизился к ним. Она исчезла в подсобке, демон, попытавшийся последовать за ней, исчез, когда в него попал энергетический шар. — Да сколько же их? — простонал один из магов. Сзади него со стоном исчез капающий ядовитой слюной низший. — Спасибо, Стефан. Деймон бы и хотел прикрикнуть на них, но понимал: они тоже устали. Да, с каждой новой волной демонов становилось всё меньше, но и магов, готовых сражаться — тоже. Сейчас они уже дрались меньшим количеством, давая части залечить раны и отдыхать, чтобы потом поменяться с ними. А атакам будто не было конца. — Не удивлюсь, если окажется, что мы тут уже недели воюем, — попытался пошутить Стефан, пришедший его сменить. Только в этой шутке было слишком много боли — демонам, в отличие от них, никакой отдых не был нужен. А говорить о количестве низших и средних, подвластных высшим вообще глупо. На одного мага приходилось слишком много. Думать, что будет, когда у Дженны кончатся пустые склянки или ингредиенты, не хотелось никому. Подсобка же давала лишь небольшую передышку, но хоть что-то. — Как оно там, Дженна? — спросил Деймон, выпив воды и зелий, восстанавливающих силы. Она покачала головой, сжимая руку с телефоном так, что побелели костяшки пальцев. — Высших так и не видно? Все они понимали, что пока не будут изгнаны в Ничто или не убиты Высшие — полководцы всех остальных демонов в этой атаке, — этот кошмар не кончится. — В парке, демон Мести, Джон уже отправился к нему. — И чего ты такая кислая тогда? — улыбнулся Деймон. Вернуться в родную стихию, уничтожение демонов, пусть и такой масштаб, несмотря на всю усталость от подобной резкой нагрузки, было приятно. Показывало, что он дома, а не среди демонов. Он бы даже рекордами по убитым демонам поинтересовался, если бы не… — Остальные просят поддержки, они не справляются, — Дженна резко выдохнула, опустив голову. — Всем нужна подмога… Тут ее телефон снова зазвонил, и голос Бонни сообщил, что они отправляются на помощь Джону в парк. И что-то про подкрепление еще можно было разобрать. Деймон не слушал, он как раз наткнулся на початую бутылку чего-то крепкого. Как раз для восстановления сил. Когда звонок прекратился, побледневшая Дженна зажмурилась и потерла виски: — Когда же это кончится?.. — Мы победим, не волнуйся, Дженн. Она горько хмыкнула: — Какая уверенность. Деймон, в парк нужна подмога, на дороги тоже нужна подмога, Фелл молчит и не берет трубку, миссис Хавьер приходится туго, Локвуды едва ли не сипят в трубку… — Мы победим. Победим, Дженна. Не можем мы проиграть. Не когда наконец нашли способ убийства Высшего. Не когда Деймон только выбрался из их мира и так и не встретился с Еленой. — Чёрт-чёрт-чёрт, — скривилась Саммерс, читая что-то в телефоне. Сальваторе приподнял брови и положил алкоголь на место, уже готовый чуть что сменить Стефана. Или хоть идти кому-то на подмогу. — Они хотят устроить здесь штаб, — пробормотала она. Деймон пожал плечами: — А разве не уже? Она вздрогнула, когда пришло очередное сообщение: — Демоны тебя раздери, Фелл… Им тоже нужна подмога. — В Тюрьму? — удивился Сальваторе. — Вполне можно проигнорировать, отправив помощь остальным. — Я бы не советовал, — во вспыхнувшем рунном круге (когда только успел?) возник грузный темнокожий мужчина, Деймон был уверен, что видел его, но имени в упор не помнил. Мистер Мартин? А имени всё равно не помнил. — Мы перенесем часть артефактов сюда, но часть никак не могут быть вынесены из Тюрьмы, ей нужна зашита. «И какой идиот додумался хранить что-то важное в Тюрьме? Или рассчитывали, что демонам там точно ничего не понадобится?» — хмыкнул про себя Деймон. Вслух при этом пугающем одним только взглядом мужчине он бы говорить не вздумал. Ему еще свобода нравится, без всех лекций и нотаций, что он слишком грубый молодой человек, а по одному только виду мистера Мартина можно сказать, что читает он все эти лекции нуднее всех на свете. Он даже его немного занудному отцу не нравился, что говорит о многом. Дженна дрожала: — Для начала надо отбить лавку. — Низшие? — уточнил Мартин и зачертил руками какие-то руны в воздухе. Как там ему Энзо рассказывал? Одна из исконных сил магов, не скрещенных с демонами, как Гилберты, Сальваторе и многие другие? Вообще на самом деле Деймон всегда удивлялся, как Локвуды (тоже вроде исконные) спустились в старую Знать, не обладающую сейчас толком тем высоким статусом, каким обладают все остальные, а Мартины, которых куда меньше, чем Локвудов, остались. Сейчас, когда мистер Мартин всё дочертил (руны всё еще горели в воздухе, ожидая его приказа, немного расплываясь, но форму всё равно не теряя) и что-то прошептал, руны исчезли, Деймон почувствовал взрыв энергии от входа в лавку и услышал радостные крики других магов. Деймон выглянул: в магазинчике были только устало прислонившиеся к стенам и сидящие на полу маги, никаких демонов видно не было, у двери будто горела оранжевым какая-то черта. Стефан моментально бросился к ним в подсобку. — Если ты так умеешь, то почему бы не сделать так в Тюрьме? — спросил Деймон, пока Дженна радостно выдыхала. Вот о чем и говорил Сальваторе — они победят. — Работает только с низшими, — степенно кивнул мистер Мартин. В это время к ним как раз зашел Стефан, и Деймон дававший глотнуть обжигающего алкоголя, качнул головой брату, чтобы присоединялся. Дженна выдохнула: — Хорошо, сейчас я разобью всех, чтобы отправить подмогу и вам, и в парк к Высшему, и на дороги. — Нам бы побыстрее, — заметил мистер Мартин. — Боитесь, что заключенные там без вас с демонами объединятся или Джибидая устроит оргию с суккубами? — закатил глаза Деймон. — Нам нет дела до заключенных. Важны только артефакты… — Хорошо, я и вот те двое, самые отдохнувшие пойдем, раз вам так срочно, — ухмыльнулся Деймон, позвав названных и объяснив им всё. Рады они не были. — Будь осторожнее, Деймон, — успел сказать Стефан перед тем, как его брат и двое довольно молодых мага исчезли в круге из рун, полыхнувшим зеленым.

***

— Ты уверена, Дженна? — спросил Стефан перед самым отбытием, буквально отстав от остальных. — Не волнуйся, Стефан, — вымученно улыбнулась Саммерс, Стефану ее даже обнять захотелось и заставить отдать свои обязанности другим, такой усталой и измученной она выглядела. Тяжело руководить остальными, отдавать приказы кому и куда идти, где и как жертвовать жизнью, не будучи в уверенности, что это принесет пользу, а не причинит еще больше вреда… Но он знал, что на самом деле никто, кроме Дженны, лучше бы не справился. — Раз лавка стала базой, уставшие и подлечивающиеся будут здесь, так что если придут средние, мы сможем им дать отпор. — После такого остальные маги тебя, как минимум, должны начать пускать на все Советы Знати, — мягко улыбнулся Стефан перед уходом. Смешок Саммерс обнадеживающе звучал в его ушах до самого парка. С ним было четверо, все они в молчании шли на встречу Высшему, оглядываясь, чтобы не пасть по пути от какого-нибудь среднего. Еще пятеро ушли патрулировать дороги, и, судя по лицам его спутников, его компаньоны были не прочь с ними поменяться. Парк встретил их разрухой, вырванными с корнями деревьями и заревом огня и магических атак. Увидев впереди, почти в центре парка Бонни и Джереми, шепчущими заклинание и вспыхивающий перед ними барьер, Стефан кивнул своим спутникам остаться здесь, а сам поспешил к ним. — Помочь? — тут же спросил он, как разглядел внешний вид Джереми: бледный, едва ли на пару тонов не белее бумаги, едва на ногах стоит, не свалился только из-за поддержки Бонни, но упрямо сжимающий руки и продолжающий шептать заклинание. Стефан тут же подал ему парочку восстанавливающих зелий, когда ответа от Джереми не последовало. Он вздохнул, наверное, это просто наследное упрямство Гилбертов. — Нас отправили к вам на подмогу, — кивнул Сальваторе, когда Бонни кинула на него вопросительный взгляд, пока Джереми выпивал зелье. — Как тут у вас? Беннет улыбнулась: — Неплохо, остальные тоже в парке. Джон решил отвлечь Месть, а нам сказал возводить барьер. Люси чуть дальше от нас с другими. — Есть еще? — допив зелья, попросил Джереми. Стефан молча подал ему еще, ища взглядом Джона. Бонни тут же указала на центр парка. Там действительно был Джон. В одной рубашке, хотя Стефан был готов поклясться, что в лавке на нем еще пиджак был, разорванной то тут, то там, весь разлохмаченный, с его руки капала кровь, но он упрямо стоял напротив светловолосого мужчины. Демона мести, очевидно. Ухмылявшегося так, словно вся эта война и была затеяна только ради этого. — Какая долгожданная встреча, — начал он, едва сдерживая смех в голосе. — Тебе наконец-то надоело бегать от меня, Джон Гилберт. — Очень долгожданная, Клаус. Или всё же Месть? — улыбнулся — Стефан не видел этого, но почувствовал в его голосе эту улыбку — Джон, продолжая упрямо стоять на ногах, если не выпрямляясь перед ним. — Теперь ты ответишь мне за… — дальше Стефан не расслышал, но по реакции Бонни, взглянувшей на свой телефон, что самое время укрепить барьер, и из-за шепота заклинания и треска барьера разговор было слышно лишь отрывками. Когда стало чуть тише, когда даже Джереми успел присоединиться к ним, а Клаус (или Месть) заметил, что оказался в ловушке и начал швыряться в Джона какими-то кусками тьмы, Стефан, глядя на младшего Гилберта, спросил: — О чем это демон? Что твой дядя сделал? — Отнял… какую-то нашу… реликвию… у них, — отрывисто, из-за частых выдохов (и он всё еще не признавал, что устал!) ответил Джереми. — Реликвию? — Да, как-то… связанную с… с проникновением в наш мир. Часть… какого-то меха… низма. — Покончим же с этим наконец!.. — Сдохни же, маг… В этот момент барьер напрягся, демон, кажется, не на шутку, захотел выйти, энергетическая ткань, обычно едва ли осязаемая как-то, кроме покалывания магии на кончиках пальцев, приникла к ним. Стефан задел бартер рукой и вздрогнул. Вспышка видения в сознании едва не заставила его отнять руки (с магией заодно) от барьера, но Стефан сдержался. Под неразборчивые крики Бонни с Джереми он приходил в себя, сдерживая желание потереть голову. Но всё это могло подождать, нужно рассказать о видении: — Надо сдвинуть барьер дальше, — в горле немного першило, но времени до того, как сбудется то, что он увидел, вряд ли было слишком много. — Я видел… видел взрыв с той стороны. — Дядя… — пробормотал, сжав зубы, Джереми. Он зажмурился, пытаясь сдержать слезы. Да, судя по силе взрыва в его видении… по виду Дженны, когда она готовила зелье для того ритуала, про который им рассказал Энзо… это будет действительно ужасно. Жизнь за жизнь, да? То-то Саммерс не сварила больше… Бонни в это время говорила с Люси, а потом кивнула им, и они пошли чуть дальше от центра. Шёпот и вскидывание рук Джона, которое Стефан видел в видении перед взрывом уже началось. — Быстрее! Сердце, которое билось так, будто собиралось пробить грудь, и боль, сжимающая виски, предупреждали, что это будет крайне малоприятно. А потом пришла вспышка, от которой они едва не ослепли. И огнем от барьера обожгло руки. Последнее, что слышал Стефан, это треск энергии.

***

Вспышка рун из того круга моментально перенесла Деймона и остальных в какое-то холодное каменное здание. Тюрьму. Каменная комната, которая должна была в обычное время давить своей внушительностью, сейчас поражала своими разрушениями. Увидев все эти сколы на стенах, камни на полу и перевернутую мебель с подтеками крови (в том числе и человеческой), мистер Мартин поморщился. Видимо, расстроился из-за вида, чего Деймон не разделял, ему ни капельки не было жалко Тюрьму. Расстроенные Мартин, бурча на ходу ругательства, погасил руны и немедленно вышел из круга. Без поддержки рун, Деймон покачнулся и, чтобы не упасть, оперся на дверь. И тут же зажмурился от видения: Фелл ходил то куда-то в коридор, то возвращался сюда. В один из таких разов на его пальцах всё еще полыхали остатки заклинания барьера (настолько знакомое заклинание со всеми его последствиями, что Деймон даже ребенком бы узнал их, благодаря воспитанию матери и наставлениям отца), а на плечах болталась какая-то блондинка. Все черты его лица выражали тревогу. Когда Деймон вернулся из видения, Мартин уже пошел по коридору из двери напротив того угла, где стояли они. Сальваторе кивнул магам, что оказались здесь с ним: — Идите за ним, я осмотрюсь, не нужна ли тут еще кому помощь. Маги молча кивнули и пошли следом. На их лица Деймон старался не смотреть, и так знал, что не слишком они довольны миссией. Сам Сальваторе решил проверить, из-за чего там именно так тревожился Фелл. Уже собирался выйти за дверь, на которую и опирался, когда заметил, что смотрит в дыру — а сама дверь лежала в темном коридоре, он же опирался на дверной косяк. Деймон фыркнул и, подготавливая в руке энергетический шар, осторожно двинулся вперед. Он свободно прошел до коридора, залитого человеческой кровью и слизью демонов. Тишиной и затхлой гнилью его встретили комнаты — камеры, как тут понял Деймон — с открытыми нараспашку решетками. Что-то окровавленное (и пожеванное), напоминающее… нет, лучше не думать, что это напоминает, это были остатки людей всё же, и встречались они в каждой камере. В одной узнаваемой осталась только рука. И Деймон предпочел дальше не разглядывать их, как только удостоверялся, что демона там уже нет. В самой дальней камере, куда Сальваторе еще не дошел, раздался хруст. Короткая пробежка, вспышка шара, визг демона, падение тела, и камера была свободна. В теле — уже мертвом, времени хватило проверить — узнавался Джибидая, ему повезло куда больше, чем остальным, хотя бы целый. Деймон выдохнул. Больше никаких демонов тут уже не было, либо они двинулись туда же, куда пошел Мартин, либо к каким-то другим заключенным. Ему же даже не хотелось больше проверять. Кого волновали эти предатели? От их смерти никакой жалости, одно удовлетворение, так какая разница, если их всех сожрут демоны? Было даже интересно, а им вкусно съедать тех, кто к ним так млел и чуть ли не преклонялся перед ними? Сальваторе даже было развернулся, чтобы найти мистера Мартина, но услышал треск разрушенного барьера, и пошел на звук. В конце концов, зачем-то же Фелл его возводил, правда? И вот здесь его и встретили демоны, рокочущие, визжащие и почти по-человечески смеющиеся (нет, серьезно, средним надо еще постараться, чтобы не звучать так жутко, покачал головой Деймон). Часть тех, что спереди, тоже кто-то уничтожал, Сальваторе же добивал тех, что ближе к нему и высовывающихся из разных каменных плит. Когда Деймон добил последнего низшего, которого видел, средний, проникнувший в камеру (когда успел?) попытался что-то зашептать. Искушающе зашептать мужским голосом — инкуб, давно они не встречались, обычно только суккубы появлялись в их мире. И прежде чем он успел подойти к демону, тот пронзительно вскрикнул и повалился на пол, никаких усилий, чтобы его добить. От осмотра, не приближались ли еще какие-то демоны его оторвал тихий голос, почти что выдох: — Деймон? Очень и очень знакомый. — Елена… Там, в окружении демонической слизи и осколков, оставшихся от зелий, действительно была Елена. — Снова игры, — пробормотала Елена, зажимая виски и зажмуриваясь. — Нет, я… — выдохнул Деймон, глядя на нее неверующе. — Я… вернулся. Только она не слышала его ответа, заваливаясь на бок, в осколки, теряя сознание. И, как назло, он совсем не смог ее поймать вовремя. — Елена! — Деймон пытался ее встряхнуть, разбудить, но она не открывала глаза. Но (он специально проверил, судорожно касаясь пальцами шеи) хотя бы жива. Какого демона Елена была здесь? В Тюрьме, наравне с Джибидаей и его шайкой? Брошена на растерзание, как и эти предатели? Убивала одна только мысль, что последуй он тут же за Мартином или развернись, как дошел до камер и обнаружил трупы, и ее могли убить так же, как тех подонков-демонолюбителей! Как она вообще оказалась здесь, в камере, за барьером? Сальваторе и рад бы поверить, что она пришла сюда на подмогу раньше, но она бы не отбивалась изнутри камеры… В камере не было ничего, что надо было бы защищать из артефактов, такие же голые серые стены и холодный пол, никаких особенных предметов. Здесь даже света не было. Хотелось рвать волосы. Тому, кто это придумал засунуть ее сюда. Хотелось кричать. Как вообще можно было решить поместить ее сюда? За что? Елена вдруг начала водить дружбу с демонами? Не смешите, какой дурак в это поверит? С папочкой Гилбертом, так стоящим против демонов? Хотелось на самом деле разбить решившему такую чушь лицо, вдруг поумнеет. — Боюсь, нельзя разбить лицо Надзору за магами, — раздался сзади противно спокойный голос Фелла. Надзору? Надзору, который занимался судом и наказанием магов-преступников? И причем здесь Елена? Как ее можно было отправить сюда вместе с кем-то вроде Джибидаи? — Елену Гилберт лишили сил и отправили сюда за проникновение в мир демонов. — И с каких это пор это плохо?! — С тех самых, когда идешь туда под ручку с демоном. Вспомнились слова Энзо, что Искушение кого-то тащила в мир демонов. Неужели правда, это была Елена? Деймон тут же заговорил, чтобы Фелл не успел прочитать про Энзо: — И когда сбегаешь, прихватывая с собой книжки Винидии оттуда?! Всё же вот откуда взялся тот рецепт про становление демона человеком… Елена была в мелких царапинах, видимо, от осколков разбившихся склянок ее бледность настораживала, даже одежда и та была слишком растрепана. И она была в Тюрьме! Сейчас просто не было ничего, что смогло бы его успокоить. — Dura lex, des lex, Деймон, — спокойно ответил Фелл. — Тобой они тоже очень заинтересуются. — Не говори сейчас всей этой брехни про суровый, но правый закон, он сейчас не прав! К тому же, — Деймон злобно усмехнулся, — разве не я сейчас сражаюсь с демонами? Это уже доказывает мою лояльность. К тому же, вы сейчас тоже плохо выполняете свои обязанности — все пленники мертвы! — Никому нет дела до заключенных, — устало вздохнул Фелл. — Никто не обязан их спасать от демонов. — Ты!.. И Деймон встал с Еленой на руках. Как можно оставить ее здесь? — Сальваторе, ты не можешь забрать ее отсюда. Она всё еще должна дождаться решения Надзора, — загородил выход Фелл. — Сложно дождаться, когда ее здесь никто не защитит! — Неправда, и ты это знаешь. — И где был ты, когда барьер лопнул?! — Деймон, ты не подумал, что она и сама бы отбилась? Оглянись, никому больше не разрешили ничего с собой сюда взять. Нет здесь всемирного заговора против Елены Гилберт. Тем более после всего у нее действительно есть шансы. — Не быть казненной? Вот уж великий шанс! — сыронизировал Деймон. — Учитывая все обстоятельства, и то, что делают с другими в подобной ситуации, да, великий шанс. Сальваторе фыркнул, приблизившись к нему: — И великий шанс не дожить с такими защитниками! — Мы тюремщики, а не защитники, не путай. — Тогда я останусь защищать ее, а вы делайте там с артефактами что хотите! — Только не выходи отсюда, — кивнул Фелл, уходя. — И не смотри на меня, как на какого-то монстра, кто желает смерти всем подряд. Именно я позаботился о ней здесь. Смотри, чтобы когда она проснулась, то не прибила тебя. Она всё-таки верит, что ты сгинул в мире демонов. Деймон фыркнул. Он бы и ручкой вслед помахал, но не тревожить же Елену ради этого? А когда Фелл окончательно скрылся из виду (Сальваторе ради этого даже в коридор вгляделся), подумал, что многие слова Энзо — правда. Они действительно рехнулись в своих решениях не контактировать со всем демонического происхождения, дойдя до абсолютного абсурда. Учитывая, что они на самом деле скорее всего произошли от демонов в большинстве случаев магов знатных семей. Да и незнатных тоже. Сообщество магов действительно не должно оставаться таким узколобым, подумал Деймон. А на фоне из окна или просто какой-то пробитой дыры на него полыхнуло красным заревом.