Хранительница

Дин кивнул и стал подниматься наверх. Поднявшись, он оказался в маленьком коридоре с тремя дверьми, ведущими в комнату Йена, бывшую комнату Кэндис и, очевидно, еще одну гостевую спальню. Наугад толкнув первую дверь, Дин обнаружил комнату Кэндис. Он решил на всякий случай ее обыскать. Винчестер осторожно вошел, переступая через разбросанные на полу вещи, пробираясь к большому комоду, что стоял рядом с кроватью, которая, кстати говоря, была и вправду не застелена и создавалось впечатление, что девушка только что встала с постели. Дин опустился на колени и стал по очереди открывать ящики комода. Ничего особенного: одежда, одежда, постельное белье, какие-то тетради, книги. Ощупав каждый ящик, он не обнаружил никаких тайников и подозрительных вещей. Да, вполне обычная девушка: на комоде стоит куча безделушек, на светлом рабочем столе несколько фотографий в тонких рамочках, две ароматические свечки, много карандашей в высоких матовых стаканах, на стене над кроватью висят несколько плакатов действительно хороших рок-групп. Судя по названиям книг и их количеству, Кэндис была достаточно умна. Дин вздохнул: почему всякая хрень случается именно с такими? Поднявшись с пола, Винчестер подошел к огромному деревянному шкафу, что стоял в углу рядом с дверью. Открыв его, он ощупал куртки и пальто, которые там висели, осмотрел заднюю стенку, постучал по днищу, заваленному старой обувью и сумками. Ничего необычного. Потом Дин даже заглянул под кровать, но не увидел ничего, кроме толстенного слоя пыли. Вздохнув, парень поднялся и еще раз напоследок осмотрел комнату. Из окна на пол падали размытые блики ночных фонарей, разрисовывая светлый линолеум замысловатым серебряным узором. Рамочка на одной из фотографий, стоящих на столе, поблескивала, отбрасывая мутный свет на лица людей, запечатленных стоящими под огромной липой в час золотого осеннего заката. Музыканты на стене размылись в неясные силуэты, угрожающие вот-вот сойти с потрепанных плакатов. Бросив последний взгляд на Адама Гонтье, Дин вышел обратно в коридор. Пройдя чуть дальше, он толкнул следующую дверь и оказался в спальне Йена, о чем говорила неаккуратно заправленная кровать и куча фотографий, расклеенных на старых обоях. На большинстве из них была изображена Кэндис. На самом деле, почти на всех. Кэндис обнимает огромного питбуля, Кэндис смеется, прижимая к груди большой букет ромашек, Кэндис сидит за компьютером в наушниках и растеряно смотрит в камеру, маленькая Кэндис спит, крепко обняв коричневого плюшевого мишку. «Действительно, одержим», подумал Дин, попутно вспоминая, сколько фотографий он заметил в прихожей. Прикрыв за собой дверь, Винчестер направился к шкафу и открыл дверцы, обнаруживая невероятный беспорядок, состоящий из курток, брюк, футболок, дорожных сумок и даже каких-то бумаг. Да уж, Йен не особенно беспокоился о порядке, может быть, из-за того, что раньше за чистотой следила Кэндис. Дин принялся разгребать вещи, пытаясь добраться до днища шкафа. Сделав это, парень постучал по нему, и деревянная панель отозвалась глухим звуком, означающим, что под ней пустота. — А вот это уже интересно, — пробормотал чуть слышно Дин. Поддев края панели, он аккуратно снял ее. То, что он увидел, мягко говоря, удивило Дина. На мягкой темной ткани лежала толстая книга в массивном кожаном переплете, застегнутая на тонкий ремешок, небольшие замшевые мешочки, пахнущие сухими травами, небольшой, но очень острый кинжал с изящными письменами на тонком лезвии и несколько костей, которые Дин не смог распознать. — Бинго, — шепнул Дин, взяв в руки один из мешочков. Он пахнул тысячелетником и дымом сотни душных костров, горящих в летнюю ночь где-то на поросшем крапивой холме. Дин положил мешочек в карман и взял книгу, чтобы спрятать ее под куртку. Проделав это, Винчестер наклонился ниже, собираясь внимательнее осмотреть кости, как вдруг его кто-то сильно ударил чуть выше правого уха. Винчестер упал на пол и сразу же попытался вскочить на ноги, но его голова закружилась, и он заточился, чуть не упав спиной на шкаф. Он поднял взгляд на нападающего и узнал в нем Йена Ли. Голова все еще кружилась, но Дин попытался ударить его по скуле и, как не странно попал, но это не сильно ему помогло — удар вышел смазанным, он едва ли причинил Ли особый вред. Тот же, в свою очередь, вмазал Дину по челюсти с криком: — Кто вы такие?! Что вы тут делаете? Дин молчал. Его мысли путались, и он не смог выдавить из себя что-то вразумительное. В голове билось лишь: «Повалить на пол». Дин попытался исполнить подсечку, у него это получилось, и он стал бить Йена по лицу. Он успел ударить его несколько раз, прежде чем Ли схватил его за плечи и сбросил с себя, быстро поднявшись на ноги. Он стал бить Дина по животу и ногам, крича: — Что вы здесь делаете?! Твоя гребанная подружка сегодня приходила ко мне, расспрашивала о Кэндис! Я сразу просек, что тут что-то не так! — Что… что, ты с ней сделал? — прохрипел Дин. — Отправил в бессознанку, — Йен схватил Дина за шиворот и прошипел, злобно глядя в глаза, — может, она там подохла уже! — Ли снова ударил Винчестера по виску, отчего у того перед глазами все смешалось в одну размытую картинку. Дину казалось, что он вот-вот потеряет сознание, как вдруг со стороны двери послышался чей-то голос, нараспев повторяющий латинские слова. Йен, нависший над ним, вдруг замер и отпустил воротник Диновой куртки. Его глаза расширились, и он стал судорожно хватать ртом воздух, хватаясь за горло скрюченными пальцами. Дин удивленно вглядывался в лицо парня, но оно все так же расплывалось перед его глазами. Ли упал на пол рядом с Дином, царапая свою шею. Винчестер перевел взгляд на дверь, но увидел только размытый силуэт. Он попытался окликнуть человека, стоящего там, но голос отказывался звучать. Человек все повторял заклинание и Йен продолжал хрипеть, извиваясь в конвульсиях. Дин попытался встать на ноги, но голова взорвалась жуткой болью и он, застонав, сел на пол, сжав виски руками. Мир вокруг был размыт, стены водили вокруг Винчестера хороводы, а латинские слова смешивались с его собственными мыслями, ударяясь о стенки черепа, причиняя невыносимую боль. Он поднял мутные глаза на человека, стоящего в дверях и вдруг заметил другой силуэт, возникший за его спиной. Явившийся человек наотмашь ударил повторяющего заклинание и стал приближаться к Дину. Винчестер прищурился и узнал в незнакомце Сэма, да и то только по волосам. Сэм присел рядом и сказал: — Нужно сматываться. Идти можешь? Дин слегка помотал головой, что отозвалось новым приливом боли. Сэм вздохнул и схватил брата под руки, поднимая с пола и ставя на ноги. Дина начало мутить и он чуть слышно застонал. Сэм закинул его руку себе на плечо и осторожно повел к двери. Рядом с ней он остановился и посмотрел на человека, лежащего на полу. — Эй, Дин, постой секунду, — прошептал Сэм. Винчестер кивнул, приваливаясь к стене. Пока он смотрел, как Сэм поднимал на руки незнакомца, его голова вновь стала наливаться адской болью. Дин прикрыл глаза, но сразу же их распахнул как можно шире, всматриваясь в человека, лежащего на руках у Сэма. Он узнал прядь каштановых волос, тонкой лентой свисающих между пальцев брата. Дин попытался напрячь воспаленный мозг, чтобы вспомнить, кому они принадлежат, но не мог выискать нужный образ. — Говорил я тебе, с ней что-то не так, — просипел Сэм, — а ты мне не верил. Голова Дина взорвалась невероятной болью. На руках у брата лежала Мэри.