До абсурдности

Луна Лавгуд до абсурдности мила, добра ко всем существам в школе, и профессору даже жалко это любознательное дитя. Дитя, что каждый раз приносит на уроки какие-то забавные безделушки, болтает о несуществующих нарглах и не отвечает на злые тычки учеников Слизерина. Луна Лавгуд до абсурдности наивна и беззащитна, что Северус тяжело вздыхает и потирает переносицу, запахивается в свою мантию и идет разнимать ее с очередным слизеринцем, который слишком далеко зашел в своих играх. Учитель отталкивает наглеца, передает девочке украденные башмачки и просит покинуть коридор, пока не набежали другие сторонники Малфоя. Эти ребята отлично отравляют Лавгуд жизнь, и бедному преподавателю все чаще приходится отбирать очки у своего факультета. Он поступает правильно, вставая на сторону девочки, но неправильно поступает с учениками, которые уже не раз проигрывают вездесущему Гриффиндору. — Минус десять очков со Слизерина, — устало произносит брюнет и рукой показывает на лестницу, приказывая провинившемся исчезнуть сию же секунду с его глаз. Мужчина оборачивается к благодарной Луне и кривится в ухмылке, как только та говорит ему повторное спасибо. Северуc не привык отвечать взаимностью, разучился, наверное. Он прячет палочку в складках мантии и наклоняется к лицу любознательной блондинки. — Минус пять очков с Рейвенкло, мисс Лавгуд. Надеюсь, это будет для вас уроком. Девочка не возмущается, девочка мягко приобнимает в ответ и скачет в неизвестном направлении, забывая об собственной обуви. Северус возмущенно ворчит и возвращается в кабинет, сопровождая голову весьма невеселыми мыслями о студентке. Луна Лавгуд до абсурдности чиста и легкомысленна, маленькая дуреха, которой придется многое пережить за годы своего обучения. Снейп не раз сталкивался с детской жестокостью, Снейп понимает. Снейп все понимает, кроме одного. Как, как она все еще держится? Он бы уже сломался, он уже замкнулся в себе. До абсурдности смелая и непонятная, чокнутая Лавгуд. И откуда в ней столько мудрости и силы? - Что вы делаете, мисс Лавгуд? — Я? Я собираю цветы для фей. Не хотите помочь? — Это ненормально. — Все в нашем мире немного ненормально, неправда-ли? — Неправда, Полумна. Северус не любит жалеть, не любит успокаивать какого-нибудь несчастного беднягу, что попал в неприятную ситуацию. Но Луна попадает в такие ситуации каждый день, она прячется от насмешек одноклассников и находит поддержку именно у него, у язвительного холодного учителя, что уже не в силах прогонять назойливую ученицу. Иногда ей даже удается напроситься на чай, блондинка садится за большой стол и притягивает к себе чайник, приглашает на чаепитие и самого волшебника. Он не отказывается, не называет чокнутой, а садится рядом и проводит время в молчании, изредка обращаясь к своей гостье. Ему нравится это молчание, молчание с Луной Лавгуд нравится ему вдвойне. И до абсурдности глупо будет признаваться в том, что Снейпу небезразлична эта чудачка. Тут и так все понятно или не все? До абсурдности глупо. - Улыбнитесь, сэр. Это залечит ваши раны. — Боюсь, нет. Думаю, одной улыбки мне точно не хватит. А смех, у меня отвратительный смех, Луна. — У вас красивый смех. У всех грустных и несчастных людей невероятные смех и улыбка. Я читала. — Тогда вы слишком прекрасны для красивого смеха, Лавгуд, для улыбки тоже. До абсурдности глупо любить Луну Лавгуд. До абсурдности глупо дорожить лунной девчонкой, что обязательно умрет первой на Войне. До абсурдности неправильно провожать свою студентку до спальни и сухо желать спокойной ночи, отбирая напоследок палочку и запирая замки, дабы девчушка не бродила по замку ночью. Так абсурдно. Рядом с ней он чувствует себя мальчишкой, мальчишкой, который был влюблен в Лили Эванс. Мальчишкой сейчас, влюбленный в совершенно другую Лавгуд. Мужчина больше не может ее ненавидеть. - Вы хороший, учитель. Будете моим кавалером на балу? — Непременно, если вы не умрете на следующий день, Луна. Будет чрезвычайно обидно. — Обидно не потанцевать со мной? — Обидно потерять такую странную ученицу, любимую ученицу, хотя мне и иногда хочется придушить вас на моих уроках. Луна Лавгуд до абсурдности мила, добра ко всем существам в школе, и профессору даже жалко это любознательное дитя. Дитя, что каждый раз приносит на уроки какие-то забавные безделушки, болтает о несуществующих нарглах и так отчаянно сражается с Пожирателями Смерти. До абсурдности глупо любить Луну Лавгуд. До абсурдности глупо дорожить лунной девчонкой, что обязательно умрет первой на Войне. До абсурдности глупо, Северус.