Утренние Звёзды

- Роберт, это опасно,- в сотый раз повторяла Мариза,- он тебя на смерть отправляет! - Не выдумывай, пожалуйста,- попросил мистер Лайтвуд,- я иду с большой армией. Мы просто подавим восстание. - Я за тебя боюсь,- вздохнула она, присев рядом с мужем. - С чего бы это? – удивился Роберт. - Если ты не забыл, то я твоя жена,- ответила Мариза, не смотря ему в глаза. Хотелось добавить, что ещё она по-прежнему его любит, но Роберт не любит все эти разговоры о чувствах, да и их у него нет. Он взглянул на супругу. Роберт столько ей изменял, даже хотел уйти из семьи, но Мариза его прощала. Всегда прощала. Неужели за столько лет смогла сохраниться любовь? - Папа, не уезжай! – воскликнула Изабель, вбегая в комнату,- после Макса и Алека… Я так боюсь тебя потерять. - Доченька,- вздохнул Роберт, взяв её за руку,- со мной ничего не случиться. Я вернусь к тебе живым и здоровым. Оставайся рядом с матерью, вы нужны друг другу. Меня не будет совсем немного. - Обещаешь? – прошептала Иззи. - Обещаю. Он слегка улыбнулся. Дочка была сейчас просто копией Маризы. Будто бы его молодая жена сошла со старой фотографии. У них были разные только глаза – Мариза имела прекрасные голубые, а Изабель не менее красивые карие. - Я люблю вас,- улыбнулся Роберт и покинул гостиную. Мариза подошла к дочери и крепко обняла её. Она готова умереть ради Изабель. Потеря двоих сыновей навсегда останется шрамом на сердце, но нужно оберегать единственную дочь. Это единственная задача Маризы. *** - Доброе утро,- осторожно поздоровался Валентин с Клариссой. - Я думала, ты не придёшь,- воскликнула она,- пойдём в подземелье, пожалуйста. - Ты даже не позавтракаешь? - Отец, ты обещал,- пролепетала девушка. - Хорошо,- вздохнул Валентин,- мы идём к твоей матери. Никогда ещё дорога к камере Джослин не казалась Клэри такой долгой. Так хотелось просто обнять её, услышать нежный голос, который часто в детстве напевал ей колыбельные. В конце концов, она была ещё ребёнком, который просто хотел увидеть маму, тем более, после такого потрясения. - Не говори ей,- попросил Валентин, когда они остановились перед камерой Джослин,- она с ума сойдёт. - Не скажу,- кивнула рыжая. Валентин впустил дочку, уже даже не пытаясь зайти. От Джослин ничего нового не дождёшься. - Мамочка,- пролепетала Кларисса и бросилась к ней. - Боже, Клэри,- обрадовалась Джослин, и её измученное лицо засветилось от счастья,- я даже не ожидала, что ты придёшь. - Я просто очень соскучилась,- ответила она, утыкаясь носом в мамины волосы,- и отец мне разрешил… - Отец? – переспросила женщина,- Кларисса, я тебя прошу, даже не думай привязаться к ним. И он, и его сын – настоящие исчадия ада. Услышав о Себастьяне, Клэри вздрогнула. - Он и твой сын, мам,- проговорила Сумеречная Охотница. - Я жалею о том, что не убила его ещё в колыбельке,- отрезала Джослин,- и никогда не смогу называть этого человека своим ребёнком. - Ему просто нужна была забота,- воскликнула Клэри, понимая, как она абсурдно себя ведёт – он пытался её изнасиловать, а она его защищает. - Клэри… Ты... Ты его любишь? – ахнула Джослин, чуть попятившись от дочери. - Нет! – крикнула Кларисса,- как ты могла такое подумать? У меня нет к нему ни братских чувств, ни каких-либо ещё. - Просто мне показалось,- вздохнула её мать,- ай, ладно, забудь. Они ещё немного поговорили, и Клэри была удивлена, как Валентин до сих пор не заставил её уходить. Неужели отец, правда, очень переживал за неё вчера? Возможно ли это? - Наверное, мне пора,- проговорила Клэри. - Ты можешь позвать Валентина? – вдруг спросила Джослин. - Зачем? – удивилась девушка. - Нужно с ним поговорить,- невозмутимо ответила она, но зелёные глаза матери показывали, что что-то она темнит. Кларисса кивнула, обняла маму и вышла. Валентин стоял, прислонившись к стене, и прикрыл глаза. Наверное, всю ночь не спал. - Она хочет тебя видеть,- объявила Клэри. - Правда? – он тут же очнулся и взглянул на дочь. - Да, хочет поговорить,- подтвердила рыжеволосая,- я тут тебя подожду. Валентин отправился к бывшей жене. Удивление было велико – Джослин два месяца его и близко к себе не подпускала, а теперь сама попросила встречи. - Что-то случилось? – поинтересовался Моргенштерн, пытаясь, чтобы вопрос казался более безразличным, чем есть на самом деле. - Что вы с ней сделали? – прошипела Джослин,- она сама не своя. Я – мать, я всё вижу, Валентин. Если ты или твой сын что-то сделали моей дочери, клянусь, я мокрого места от вас не оставлю. - Интересно, что ты можешь сделать, будучи запертой здесь? – усмехнулся мужчина. - Она ещё ребёнок, а ты сломал ей жизнь,- выкрикнула Джослин, смотря в тёмные глаза человека, которого когда-то любила,- ты мог бы отпустить её, а я готова остаться. - Джослин, ты можешь не верить, но я люблю нашу дочь,- воскликнул Валентин. - Ты прав, я не верю,- кивнула она,- ты потерял способность любить много лет назад. А Джонатан и вовсе лишён этого с рождения. - Ты совсем не понимаешь, о чём говоришь,- покачал головой Валентин,- не понимаешь, что я до сих пор тебя люблю. Он впервые сказал ей это с тех пор, как выиграл войну и сделал её своей пленницей. Да и вообще, впервые за долгие шестнадцать лет, когда они не виделись, и жена предпочитала считать, что он мёртв. Джослин неожиданно расплакалась, отвернувшись от Валентина. Почему-то так хотелось поверить в эти слова, поверить в то, что он не обманывает. Сильная рука мужчины легла ей на плечо. Джослин дёрнулась, но не отбежала в сторону. Наверное, это придало Моргенштерну уверенности, и он развернул женщину лицом к себе, проведя рукой по любимым рыжим волосам. - Что ты делаешь? – прошептала она. - Молчи…. Пожалуйста,- ответил Валентин. И Джослин подчинилась. Он даже сейчас имеет над ней власть. Именно поэтому она видеть его не хотела, чтобы снова не наступать на те же грабли. Лёгкий поцелуй вернул её к действительности. Нельзя, нельзя так близко подпускать Валентина, нельзя ему верить, тем более после всего того зла, что он натворил. - Не надо! – Джослин вырвалась из таких нежных и запретных объятий,- уходи. - Джослин… - Я тебя прошу, уходи,- прервала она его,- мне и так плохо, оставь меня. Валентин не стал настаивать и покинул её, как она того и хотела. Клэри выжидающе посмотрела на отца, когда он подошёл к ней. - Что у вас там случилось? – спросила она. - Идём наверх, Кларисса,- ответил Валентин,- или ты хотела ещё увидеть Джейса? О, Господи, Джейс. Клэри даже и думать о нём забыла, в связи с последними событиями. Нет, сейчас прийти к парню будет несправедливо по отношению к нему. Да и вся эта история с Себастьяном очень запутана, нужно сначала разобраться. - Нет,- вздохнула Клэри,- идём наверх. *** Открывать глаза Себастьяну совсем не хотелось. А какой вообще смысл куда-то идти? Клэри будет от него шарахаться, а отец косо смотреть. Лучше уж совсем их не видеть. Я не твоя. Я люблю Джейса! Сестру убить вчера хотелось за эти слова. Она не любит Джейса. Ей всего шестнадцать, она не понимает, что такое любовь. Настоящая любовь. Возможно, Джейс Эрондейл и стал для неё первым в жизни увлечением, но Кларисса его не любит. Ты – чудовище, Себастьян. Я тебя ненавижу. Эти слова так сильно бьют его по сердцу, заставляют скрипеть зубами от злости, злости не только на неё, но и на себя. И постепенно Себастьян понимает, что сказал, что любит Клэри не только для того, чтобы позлить отца. А потому, что он, действительно, её любит. Кларисса Моргенштерн – единственный человек в его жизни, к которому у него проснулись чувства. И пусть она его сестра, неужели это может иметь хоть какое-то значение? Как бы не хотелось, но спускаться в столовую надо. Валентин, наверняка, ожидает его прихода. Вот только как он взглянет на Клэри после вчерашнего? *** - Знаешь, можно бы было уже за двадцать минут хотя бы съесть кусочек,- заметил Валентин, смотря на дочь. - Мне кусок в горло не лезет,- ответила Клэри,- лучше я вернусь в комнату, пока… - Пока я не пришёл, верно? – раздался язвительный голос брата. Она так на него посмотрела, что Себастьяну захотелось провалиться сквозь землю. Кларисса никогда на него не смотрела с такой болью во взгляде. - Джонатан, в такой ситуации лучше не острить,- холодно сказал Валентин. - Ладно, я буду молчать,- пообещал он, садясь напротив сестры, заметив, что она начала немного дрожать. - Можно я пойду? – взмолилась Клэри, подскакивая с места. Валентин кивнул, понимая, что сейчас присутствие Джонатана её окончательно доведёт до нервного срыва. - Заметь, я ничего ей не сделал,- подал голос Себастьян, после того, как девушка ушла. - Зато вчера очень много сделал. Себастьян не стал отвечать, понимая, что сказать ему больше нечего, да и Валентин не настаивал на ответе. - Та девушка, которая должна была прийти вчера,- начал парень, взглянув на отца,- ты её хоть увидел? - Да,- кивнул Валентин,- и даже познакомился. Ты, Джонатан, чем вообще думаешь, что прислал ко мне семнадцатилетнюю девочку? - Тебе есть разница? – усмехнулся он. - Видимо, есть,- воскликнул мужчина, тяжело вздохнув,- она такая несчастная, я просто не мог поступить с ней, как бездушная скотина. - Это ты сейчас снова намекнул на меня и Клэри? – поднял бровь Себастьян. - Нет, это я просто тебя прошу больше никогда не лезть ни в мою личную жизнь, ни в жизнь сестры,- ответил Валентин,- я хочу забыть то, что вчера увидел, и я надеюсь, что ты больше не дашь мне поводов усомниться в тебе. - А ведь ты Клариссу убить хотел когда-то,- покачал головой парень,- ненавидел её, даже дочерью отказывался называть. Теперь так легко берёшь свои слова назад? - Я никогда не хотел её убивать, Джонатан,- сказал отец,- я хотел, чтобы она была на моей стороне. Теперь никаких сторон нет, я победил, и вы с Клэри находитесь возле меня. Всё так, как и должно быть. - Вот только кажется, что всё устраивает только тебя,- пробормотал Себастьян, но Валентин или не услышал, или предпочёл не услышать. *** - Что ты здесь делаешь? – удивился Валентин, когда ему доложили о приходе гостьи. Анабелла слегка улыбнулась, но где-то в глубине души ей явно было не до веселья. - Они выгнали меня из дому,- ответила она,- я могу тут пожить? Хотя бы немного? Мне больше некуда пойти. - Почему родители так поступили? - Они давно хотели это сделать,- отстранённо ответила девушка, будто бы речь шла о постороннем, а не о ней,- видимо, решили сегодня. Я пошла к бабушке, но она сказала, что не готова принять меня. Валентин не переставал удивляться этой семейке. Вот даже он заботится о своих детях, пусть даже не так, как это делают в обычных семьях. - Конечно, Белла, оставайся, сколько хочешь,- улыбнулся мужчина, сам не представляя, почему на душе стало так легко. Наверное, он боялся, что уже больше никогда не сможет увидеть её. - Спасибо,- прошептала она, дёрнувшись в его сторону, словно хотела обнять, но не решилась. - Думаю, ты подружишься с моей дочерью. Её зовут Кларисса. Клэри не знала ничего о том, что у них в доме будет жить кто-то ещё, потому что после завтрака уснула в своей комнате. Сон – единственный способ перестать переживать о том, что произошло. *** Войти или не войти? Себастьян уже минут десять стоял около комнаты Клэри, даже не зная, готов ли сам её видеть. Отец запретил к ней ходить, но парень, как всегда, решил поступить по-своему. Наконец, вздохнув, Себастьян зашёл к сестре. Кларисса тихо спала, накрывшись одеялом чуть ли не с головой, и от этой картины её брат чуть не рассмеялся. Такая беззащитная, несчастная и одинокая. И зачем он с ней так поступил? Причинил этой девушке столько боли, а ведь сам страдает из-за этого. Будить Клэри не хотелось, поэтому Себастьян решил уйти, но, не успев сделать и шагу, услышал, что она начала во сне что-то кричать и ворочаться. Снится кошмар. - Клэри… - осторожно сказал Себастьян, присаживаясь рядом с ней,- Кларисса, это только сон, слышишь? - Нет, не надо,- прошептала рыжая, так и не открывая глаз. - Клэри, пожалуйста, проснись,- он прикоснулся к её волосам,- я тебе обещаю, что всё будет хорошо. Прости меня. Клэри, я люблю тебя, слышишь? - Себастьян,- раздалось из уст сестры. Кажется, она начинает бредить. Разбудить её всё никак не удавалось, и парень уже хотел позвать Валентина, но тут любимые зелёные глаза распахнулись. - Ты? – ахнула она, отскакивая от него в другой конец комнаты,- не подходи! - Клэри, успокойся,- пробормотал Себастьян,- я пришёл, чтобы... чтобы попросить прощения. - Прощения? – выкрикнула она,- ты перешёл все границы, брат. Я не смогу этого простить. - Кларисса, прошу тебя,- он хотел к ней подойти, но она выставила вперёд руки, будто бы это могло ей помочь. - Нет, это я тебя прошу, Себастьян! – твёрдо крикнула рыжеволосая,- выйди из моей комнаты, забудь о моём существовании. Я никогда не стану тебе сестрой или кем-либо ещё. Не смогу. - Неужели ты не понимаешь, что я раскаиваюсь? – воскликнул Моргенштерн,- это первый поступок, в котором я, правда, раскаиваюсь, Клэри. - Я тебе не верю, я… Она резко замолчала, схватившись за голову. В глазах Себастьяна промелькнул ужас, и он в одно мгновение ока оказался рядом с девушкой. - Что такое? – спросил он, взяв её за руку,- что случилось? - Голова кружится,- пролепетала Клэри, и тут же упала в обморок, прямо в объятия брата.