Утренние Звёзды

Так странно, когда в доме живут люди, но практически каждый друг друга игнорирует. Клэри не желала видеть ни Себастьяна, ни Джейса, ни даже маму. Последние несколько дней Анабелла приносила ей еду в комнату, ведь Кларисса даже выходить не желала. Джослин тоже не разговаривала с остальными, за исключением Джейса. Себастьян полностью закрылся в себе, даже Валентин не мог его разговорить. Неделя прошла ужасно. - Хватит, может? – спросила Анабелла, сидя с Клэри в её комнате,- он хочет тебя видеть. - Мне плевать, что он хочет,- ответила Кларисса. - И ты до конца жизни будешь его избегать? – воскликнула Белла,- вы же любите друг друга. - Я не могу его простить. - Ты его уже простила,- возразила подруга,- просто не можешь переступить через себя. - Я приняла решение уйти, и я это сделаю,- упрямо сказала Клэри,- рано или поздно отец согласится. - Твоя мать вчера… - начала Анабелла и замолчала. - Договаривай,- попросила Клэри,- что мама сделала? - Вломилась в комнату Валентина, устроила истерику,- вздохнула она,- потребовала вас отпустить, иначе вы сами сбежите. Несла какой-то бред, но его это расстроило. - Ты слишком остро реагируешь на всё, что его расстраивает,- заметила Клэри. - Я его люблю,- прошептала Анабелла. - А он тебя? – поинтересовалась рыжая,- он хоть раз тебе об этом говорил? - Нет. Но он заботится обо мне, он… дорожит мной. Мне так кажется,- Белла окончательно смутилась и потупила взгляд. - Прости, я не хотела тебя расстраивать,- пробормотала Кларисса. - Всё в порядке. В дверь постучали. Клэри сразу напряглась, молясь Разиэлю, чтобы это был не Себастьян. Но это оказалась мать. - Дочка, мы можем поговорить? – неуверенно спросила Джослин и взглянула на Анабеллу,- наедине. - Она может остаться,- ответила Клэри. - Нет, я пойду,- поспешно сказала Анабелла, и секунды не желая оставаться рядом с Джослин,- Клэри, я позже зайду к тебе. Как только закрылась дверь, Джослин возмущённо посмотрела на Клариссу. - Нечего этой девчонке слушать наши разговоры,- строго проговорила она. - Анабелла – моя подруга. - Она спит с твоим отцом. - Это проблема? – хмыкнула Клэри,- или ты ревнуешь? - Прекрати так со мной разговаривать,- повысила голос Джослин,- ты ведёшь себя со мной так, будто бы я виновата в твоих бедах. - Я не хотела,- прошептала она,- не обижайся на меня. Женщина присела рядом и прижала Клэри к себе. - Я надеялась, что ты перестанешь о нём думать,- честно сказала Джослин,- но я сама такая же. Моргенштерны стали для нас, словно погибель. - Я тоже Моргенштерн,- вздохнула Клэри,- во мне течёт их кровь, если ты не забыла. - Клэри – ты единственная причина, по которой я не жалею, что связалась с Валентином,- мать погладила её по волосам,- я не могу потерять тебя. Не могу позволить тебе бросить свою жизнь к ногам Джонатана, а потом страдать до конца дней. - Знаю, мама,- прошептала Кларисса,- я знаю, что ты заботишься обо мне. *** Себастьян каждую ночь подходил к комнате сестры. Хотел подойти, поцеловать, выбить из неё всю дурь, которой Джослин напичкала её голову, но не мог. Просто не мог, потому что знал, его приход сделает Клэри ещё больнее. После той ситуации с Изабель с ним более или менее разговаривал только отец. Ещё, конечно, Анабелла, но она делала это только ради Валентина. Клэри же вообще не появлялась ему на глаза, и Себастьян чувствовал острую тоску по рыжеволосой. Ему её не хватало. Пусть она хотя бы просто проходила мимо, бросала на него быстрый взгляд зелёных глаз. Пусть бы снова ненавидела, как раньше. Это лучше, чем полное игнорирование. Одно радовало – Джейс тоже своего не получил. Клэри и с ним видеться не желала, это успокаивало. Хотя бы немного. Вот только надолго ли? Ангелочек же всегда предстаёт в лучшем свете, а Себастьян, как обычно, выглядит чудовищем и демоном. - Ты когда-нибудь прекратишь о ней думать? – раздался за спиной голос отца,- всё случилось так, как должно быть. Кларисса твоя сестра, Джонатан. - Меня это не волнует,- ответил он,- мы должны быть вместе. - Я отпущу их,- сказал Валентин, в точности не обдумав свои действия – на такое сын мог отреагировать, как угодно. - Не смей! – взревел Себастьян, кидаясь к мужчине и выхватывая кинжал,- ты пожалеешь, если сделаешь это. Валентин не шелохнулся. - Опусти нож и не делай глупостей,- спокойно произнёс он. - Я не отдам её, ясно? – закричал Себастьян,- ты можешь отпускать кого угодно, но не Клэри. - Я у тебя не спрашиваю разрешения, а ставлю в известность. - Почему ты всегда всё делаешь мне назло? – парень явно не собирался успокаиваться,- я уже понял, что из всех своих детей, ты любишь меня меньше всех, но почему ты не хочешь, чтобы я был счастлив? - Джонатан, это не так,- вздохнул Валентин, положив руку ему на плечо,- ты мне дорог, именно поэтому я стараюсь уберечь тебя от ошибок. - Не верю,- прошипел Себастьян, и его глаза почернели ещё сильнее. - Подумай хоть раз не о себе, сынок,- попросил Моргенштерн,- Кларисса тут страдает. Пусть она тоже любит тебя, но ваши чувства неправильны. Не лучше ли отпустить её? - Нет, не лучше,- ответил он,- это Джослин её настроила, я знаю, что она не хочет уходить. - Джонатан, мне жаль, что так получается, но так лучше. - Тебе не жаль,- выплюнул Себастьян,- тебе плевать. С этими словами он выскочил из комнаты, громко хлопнув дверью. Быстрыми шагами Себастьян шёл в комнату сестры. Плевать, как, он должен уговорить её остаться. Он понимал, что уже жить без неё не может. Нужно делать, что угодно, хоть ползать на коленях, но Клэри останется здесь. Не уйдёт. - Кларисса! – он открыл дверь, не удосужившись постучаться, и чуть не ругнулся – с его девушкой сидела мать. - Себастьян,- прошептала Клэри, а сердце застучало в груди. За то время, как она не видела брата, он стал ещё бледнее, под глазами залегли фиолетовые круги. От этого ей хотелось плакать, но нужно держать себя в руках. - Джонатан, что ты здесь делаешь? – спросила Джослин, вставая перед дочерью,- тебя тут никто не ждёт. - Я должен поговорить с Клэри,- скороговоркой ответил Себастьян. - Она не станет с тобой говорить. - Это не твоё дело, пусть она сама мне скажет,- прошипел парень. Джослин взглянула на Клэри. Взгляд матери так и кричал, чтобы Клэри не согласилась с ним разговаривать, но рыжая приняла другое решение. - Я поговорю с ним, мам,- вздохнула Кларисса,- оставь нас одних, пожалуйста. - Клэри… - Мама, пожалуйста! Джослин несколько секунд хотела возразить, но от простого разговора ведь ничего страшного не может случиться, поэтому она ушла. Себастьян медленно подошёл к Клэри и сел рядом. - Что тебе нужно? – устало спросила девушка, хотя вести себя спокойно в его присутствии было очень тяжело. - Не уходи, Клэри,- взмолился Себастьян,- прости меня, я полный идиот. Я исправлюсь. Буду любезен и с Джейсом, и с нашей матерью, и с твоими дружками. Только не уходи. Мы зависим друг от друга, ты же знаешь. - Зачем ты говоришь об этом? - Потому что отец решил вас отпустить,- выпалил Себастьян,- он сказал мне только что. Клэри ахнула, закрывая рот рукой. Это невероятно. Неужели Валентин согласился? Ещё месяц назад она бы прыгала от радости, но сейчас Клэри не понимала, что чувствует. - Клэри, ты не можешь меня оставить,- прошептал ей брат, скользя пальцами по нежной шее,- я отдал своё сердце, не умеющее раньше любить, тебе. - Себастьян, пожалуйста… - Что? - Не говори ничего, это разрывает мне душу,- она вскочила с места и подошла к окну,- я тоже отдала тебе слишком много. Но наше расставание будет лучшим выходом. - Я не понимаю тебя, слышишь? Не понимаю,- он подошёл ближе, прижимая её к себе. Клэри обессилено положила голову ему на плечо. Её разум понимал, что всё это неправильно, и если отец даёт шанс уйти, то они должны уходить. Подальше от этого дома, подальше от Себастьяна. Вот только сердце не желало подчиняться разуму. - Хватит, Джонатан, отпусти меня,- взмолилась она, заглядывая ему в глаза,- я уйду, и всё станет, как прежде. Будто бы меня и не было. - Я так чётко вижу в тебе мать, что мне становится больно,- сказал ей Себастьян, прежде чем пошёл к двери. - Что ты имеешь в виду? – крикнула Клэри. - Своим уходом шестнадцать лет назад она разбила сердце не только отцу, но и себе,- он даже не обернулся,- а теперь ты делаешь то же самое с нами. И он ушёл. Клэри опустилась на пол, закрывая глаза и сдерживая потоки слёз. Всё правильно, вот только почему так сильно больно? Потому что Себастьян прав. *** - Джейс! Мама! – Клэри кричала громко и отчаянно, но её всё равно тащили дальше от тех, кого она любила,- Саймон! Люк! Как так вышло, что Валентин победил? Зло не должно восторжествовать, добро же всегда побеждает. Глупые сказки, как можно было в них верить? Люка уже тащили в темницу вместе с Магнусом. Алек нёсся за ними, пытаясь высвободить мага, но его только оттолкнули в сторону и презрительно рассмеялись. Сумеречный Охотник защищает нежить. Хуже некуда. Изабель рвалась изо всех сил, чтобы помочь Клэри с Джейсом, или Магнусу с Люком, но Роберт держал дочь мёртвой хваткой, даже не давая шевельнуться. Она кричала и обвиняла родителей во всех смертных грехах, но те не отпускали её. Клэри приволокли в дом и кинули в ноги отцу. Валентин смотрел на дочь с триумфом и гордостью за себя. - Ненавижу! – закричала она,- будь ты проклят. Ненавижу. - Замолчи, Кларисса, истерики тебе не помогут,- ответил Валентин. - Куда ты отправил Джейса, маму и остальных? – требовательно спросила Клэри. - Тебя это уже не должно волновать,- пожал плечами он,- лучше подумай о себе. - Отец, она здесь? – в гостиную быстрыми шагами вошёл Себастьян, заметив сестру. Такая растрёпанная, покрасневшая от гнева, глаза блестят от слёз. И всё равно красивая. - Дочка, думаю, со своим братом ты знакома,- хмыкнул Валентин,- вам теперь предстоит много времени провести вместе. - Я тебе не дочь! – вскричала Клэри,- а он мне не брат. Желаю вам самой мучительной смерти. Обоим. Ненавижу. - Я разберусь,- Себастьян уверенной походкой подошёл к Клэри и поднял её за плечи, хорошенько встряхивая,- ты теперь будешь жить с нами, Кларисса. Советую привыкать. Сестрёнка. Он хищно улыбнулся, резко отпуская девушку. Она вновь упала на холодный пол. - Именно там будет твоё место, если ты хоть раз забудешься,- прошипел Себастьян так, чтобы только она его слышала,- у моих ног. Запомни, сестра, запомни хорошенько. Я не Джейс. И никогда им не буду. Ты будешь меня любить, так любить, что будешь готова умереть за эту любовь. - Я никогда не полюблю тебя, ты отвратителен мне,- ответила она. Не будь тут Валентина, Себастьян бы показал маленькой твари её место, но он лишь погладил её по рыжим волосам. - Ты только сейчас так говоришь,- усмехнулся он, отходя от неё,- что мы с ней будем делать, отец? Клэри резко открыла глаза. Это было всего лишь воспоминание, но оно причинило ужасную боль. В те слова брата она не поверила, как оказалось, зря. Он будто бы знал. Она полюбила его так сильно, как он и говорил. Даже умереть готова. - Клэри, всё в порядке? – спросила Джослин, заходя в комнату. - Да,- неуверенно ответила девушка. - Валентин хочет нас видеть, но, если ты не хочешь… - Идём,- Кларисса поднялась с пола, откидывая волосы в сторону. Она уже знала, что отец хочет сообщить. *** - Ты умоляла меня отпустить вас,- начал Валентин, смотря на дочь, и лишь на секунду взглянул на Джослин,- и не ты одна. И я принял решение, Кларисса, которое далось мне нелегко. Ты, твоя мама и Джейс… Свободны. Джослин за спиной Клэри радостно выкрикнула, а её дочь только вздохнула. Почему же нет такой радости, которая присутствует у матери? - А не беспокоишься, что мы поднимем восстание? – хмыкнула Клэри, заслужив смешливый взгляд Валентина. - Не думаю, что вы настолько глупы. - Я могу идти собирать вещи? – спросила она. Валентин кивнул, и Кларисса немедленно вышла из комнаты. Джослин взглянула мужу в глаза впервые за долгое время. - Ты хотела что-то сказать? – спросил мужчина. - Спасибо,- ответила Джослин,- я уже не надеялась, что ты это сделаешь. - Я не хотел тебя разочаровывать хотя бы сейчас,- вздохнул Валентин,- как и нашу дочь. Надеюсь, я не пожалею об этом. - Не пожалеешь,- кивнула она,- мы просто исчезнем, будто бы нас никогда не было. - Джослин,- окликнул её Валентин, когда она почти вышла,- скажи Лайтвудам, что они могут идти с вами. И этот вампир тоже. Она кивнула и ушла, плотно закрыв за собой дверь. Валентин присел на кресло, прикрывая глаза. Теперь сын точно его возненавидит за такой поступок. Но он надеялся, что Себастьян когда-нибудь поймёт.