Путь домой +107

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Haikyuu!!

Основные персонажи:
Тобио Кагеяма, Шоё Хината
Пэйринг:
Кагеяма|/Хината
Рейтинг:
PG-13
Жанры:
Юмор, Флафф, Мистика, Повседневность
Предупреждения:
OOC, Элементы слэша
Размер:
Мини, 8 страниц, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Последний день в летнем лагере: после прощального барбекю, кагехины устраивают традиционные гонки и теряются в лесу. Задача выбраться до темноты с каждой минутой становится все более непреодолимой.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Писалось на фест Тайный Санта

...

Я поставил жанр "слэш", однако точнее был бы "преслэш".
1 сентября 2015, 19:37
Становилось прохладней.
Небо еще было светлым, верхушки деревьев золотили солнечные лучи, только от земли поднималась легкая полупрозрачная тень. Кагеяма не мог понять, откуда она брала начало. Словно сверху кто-то опустил на него тонкую паутинку.
Скоро эта тень расползётся сумерками, а потом наступит ночь, а потом они умрут...
— Заткнись! — проорал Хината сверху, сверкая блестящими то ли от гнева, то ли от страха глазами. Кагеяма подумал, что это странно: смотреть на Хинату, высоко закинув голову. Снизу вверх. Непривычно. Руки моментально зачесались от желания навести порядок и сдернуть Хинату на землю.
Только Хината уже умудрился довольно высоко забраться, так просто до него было не дотянуться. Кагеяма примерился и подобрал отличную длинную палку.
— Что не так?
— Что не так?! Я пытаюсь спасти нам жизни, а ты уже похоронил нас!

Он сказал всё это вслух? Про то, что они умрут с наступлением ночи?
Кагеяма растерянно поморгал, а потом нахмурился и погрозил Хинате палкой.
— Ну раз так, то спасай нас быстрее, тупица! Чего ты там копаешься?! Посмотрел, где дорога, и все!
— Вот сам бы и лез. И я не боюсь твоей палки! Ладно-ладно, немного побаиваюсь, черт, не зыркай так на меня!
Хината вздохнул раз, второй, а потом рывком подтянулся на руках и продолжил карабкаться дальше, почти исчезая в листве. Кагеяма подумал, что Хинате должно быть страшно на такой высоте. Если подумать — он тот еще трус. Настолько трус, что весь летний лагерь будил Кагеяму ночью, чтобы они вместе сходили в туалет. Кажется, его напугал кто-то из Некомы. Несколько раз Кагеяму подмывало послать его куда подальше, ведь они были, типа, в ссоре. Как умно говорил Суга-сан — в конфронтации. Но все-таки молча брел рядом, злясь и на Хинату, и на придурков из Некомы, и на самого себя.

Кагеяма прищурился, высматривая Хинату среди листвы. Солнечные лучи уже не золотили, а тускло подсвечивали крону, и то место, куда влез Хината, походило на темный клубок, сплетенный из веток и листьев.
— Ну?!
Не то, чтобы он беспокоился. Просто задолбало ждать. И смотреть, как на глазах утекает свет. Чертов лес, в котором так быстро темнеет.
— Ты там гнездо решил свить, эй?!
— Я вижу Токийскую башню! — ликующе прокричал сверху Хината. Кагеяма радостно выдохнул. Как-то странно, конечно, что Токийскую башню видно из леса, но кому до этого есть дело?
В конце концов, когда ты заблудился в лесу на незнакомой местности, оставив телефоны в лагере, о таких мелочах некогда задумываться.

Кагеяма до сих пор не мог понять, как они только забрели в эту глушь. Вроде бы совсем недавно они уплетали вкуснейшее мясо в компании остальных, фотографировались на память, слушали наставления капитана про завтрашний подъем и отъезд. Потом вокруг Кагеямы запрыгал придурок Хината, а дылда из Некомы сказал что-то про его выдержку, они все заспорили... и через некоторое время обоим уже было вовсе не до некомовской дылды, чьи подбадривающие крики неслись им в спину, пока они бежали вперед, стараясь обойти друг друга.
И вот они в лесу, и Кагеяма даже под страхом сесть на скамейку запасных не может вспомнить, как они тут очутились. Они уже битый час кружили по лесу, пытаясь выйти обратно на дорогу, но только сильнее заплутали.

Хината с треском и воплем вылетел из листвы, чудом ухватившись за ветку и не воткнувшись головой в землю. Кагеяма поджал губы и показал ему большой палец. Хината оскалился в ответ широкой улыбкой и спрыгнул на землю.
— Туда!


***

— Это не Токийская башня.

Ладно, это не должно было стать для них такой неожиданностью. Как вообще можно было поверить в эту чушь?!
Мысли препарировали друг друга, и Кагеяма взвыл, хватаясь за голову и опускаясь на колени. Хината, который в тусклом свете сумерек выглядел зеленовато-покрасневшим, тут же подлетел к нему, потрясая кулаками.
— Знаешь что? Я никогда не был в Токио! Да эта башня же один в один Токийская! Даже подсвечена.
«Токийская» башня в действительности оказалась обычной телевизионной вышкой. Окей, подсвеченной телевизионной вышкой. Торчащей посреди неумолимо темнеющего леса. Прямо, как они.
Одно радовало: им удалось выйти на какую-то асфальтированную дорогу, с которой они сейчас и пялились на маячившую впереди башню.
А нет, стойте — это тоже не радовало. Потому что дорога мягким и затяжным поворотом терялась в череде леса. И начиналась из череды леса. Будь прокляты холмы. Ко всему прочему они уже успели поругаться о том, в какую сторону нужно идти.
— Как я мог доверить свою жизнь такому тупому идиоту, как ты?
— Я не виноват, что мы заблудились, — возмутился Хината, чуть ли не напрыгивая на Кагеяму. — Если бы ты не несся сломя голову черт пойми куда, мы бы не оказались в такой заднице.
— Я обгонял тебя, хренова болвана! Откуда мне было знать, что ты не следишь за дорогой?!
— Как я могу следить за дорогой, когда ты рычишь мне в спину?! Ох, вот если бы я был с Кенмой, нас бы давно спасли, Кенма никуда не ходит без телефона.
Кагеяма почувствовал, как в груди все разгорается от злости, поднимаясь выше и накаляя лоб. Почему-то стало очень обидно. Настолько, что хоть бери Хинату и закидывай его в небо, подальше с глаз, чтобы не раздражал своим видом. А лучше прямо в этого Кенму.
Обидней только то, что Кагеяме вообще от этого было обидно. Злился от того, что Хината такой общительный засранец. Как ревновал. Идиот.
— Нет-нет, не делай опять это лицо! — нагло вякнул Хината, будто назло подкидывая свежих дровишек в бушующее пламя. Кагеяма сжал кулаки. — Чувак, мы только-только типа помирились!
— А какое еще лицо мне делать?! Ты бесишь, мы потерялись, а виноват во всем я, потому что не такой крутой, как твой Кенма.
— Все потому что ты бросился меня обгонять! Вот зачем?
— Захотелось! — рявкнул Кагеяма, поднимая голову и смотря на злющего Хинату. Что-то часто сегодня Хината оказывается выше него. Это злило больше глупой башни, насмешливо выглядывающей из-за плеча Хинаты. — Просто соскучился.
— Чего?
Хината частенько раздражал, например, когда ржал над ним втихую или не слушал его наставлений, но сейчас он просто бил все рекорды. Руки чесались свернуть его рогаликом и красивым навесом пробить через воображаемую сетку прямо к его ненаглядной башне.
Судя по напрягшемуся лицу и вскинутым кулакам, Хината явно все это прочитал на его лице.
Вздохнув, Кагеяма потер шею и повторил:
— Я просто соскучился, потому что...
— ... Чего-чего?
Кагеяма молча ухватил Хинату за край куртки и притянул к себе, зло скалясь и, честное слово, еле сдерживаясь, чтобы не начать выполнять план со скручиванием и пробросом.
— Ты издеваешься, тупой идиот?!
— Это ты издеваешься! — заверещал Хината, закрывая голову руками. — Ты себя слышал? «Я просто с..ыы..грх!»
— Чего? — не понял Кагеяма, чуть ослабляя хватку.
— Вот и я не понимаю, чего ты бормочешь. А еще злишься. Ну почему я потерялся с тобой, а не с Асахи-саном, Асахи-сан такой добрый!
Кагеяма задумчиво почесал в затылке. Некоторые вещи до сих пор было сложно произносить. Нахмурившись так, что Хината заметно вздрогнул и сжался, Кагеяма медленно и четко выдавил: — Я соскучился. По гонкам. Три недели я не надирал тебе задницу. Потому и побежал. Понятно?
Хината, застывший так, словно готовился выдержать удар от подачи Ойкавы-сана, несколько секунд не двигался. А потом приоткрыл зажмуренные глаза и удивленно уставился на Кагеяму, выдохнув «Оу-у».
Кагеяма цокнул языком и опустил лицо на ладони, упорно гипнотизируя взглядом чертову башню. Заодно отметил, что пока они болтали, ярко-розовая ниточка заката, прошивающая мутный горизонт, окончательно потухла. Небо там из последних сил еще светлело, но сверху уже наползала большая сизая туча. Еще немного и наступит ночь.
Хината вроде, как попытался насмешливо улыбнуться и даже рот раскрыл, чтобы прокомментировать слова Кагеямы, но потом передумал. Потоптался на месте и принялся ходить вокруг него.
— Есть охота, — жалостливо вздохнул Хината. За Кагеяму красноречиво ответил его желудок. Даже не верится, что пару часов назад они до отвала объедались вкусным и сочным барбекю. Кагеяма гулко сглотнул слюну.

Из леса донесся жутковатый звук, и Хината тут же рухнул возле Кагеямы, обеими руками вцепившись ему в плечо.
— Слушай, я не говорил, чтобы не пугать тебя, и потому что думал, что это реально Токийская башня, и мы вот-вот спасемся, но! — громким шепотом, затараторил он, чуть ли не вплотную придвигаясь к Кагеяме и панически поглядывая в сторону леса. – Но уже почти стемнело и – ты слышал?! Б-блин, в общем, кажется, мы в большой беде.
Он был так близко, что Кагеяма к своему ужасу почувствовал холодный кончик носа, упирающийся ему в щеку. И видел, как тревожно пульсируют зрачки в его глазах.
— Я это и без тебя знаю, болван, сложно не заметить, что мы потерялись ночью в проклятом лесу! Отвали!
— Этот лес и, правда, проклятый! Здесь живут злобные духи, — Хинату не так-то просто было отодрать от себя, когда он боялся. Кагеяма старался отклониться, как можно дальше, потому что это было странно, но Хината упорно наклонялся за ним, сильнее сжимая пальцы на плече. Силы у него все-таки было не занимать. — Они путают заблудших странников, долго-долго водят их кругами, пугают, доводят до ссор и набрасываются со всех сторон! И привязывают тела к самым высоким соснам!
— Сосны... что за чушь? Откуда тут взяться духам? Слезь с меня уже!
— Тут неподалеку был старый-старый храм, который сдерживал духов, а потом служители храма накосячили и — бабамс! — духи вырвались и повылетали оттуда, спрятавшись в деревьях! Понимаешь?! В деревьях! Все сходится. Я лазал на дерево! И мы заблудились в проклятом лесу! А теперь мы снова поссорились! И ночь!..
Кагеяма понимал только то, что еще немного, и он завалится на спину, а разошедшийся Хината окончательно его оседлает. А еще, что Хинату аж потряхивало от страха. И, черт подери, это было заразно.
Хотелось двинуть Хинате в челюсть, чтобы тот прекратил паниковать и пороть чушь. Хотелось сказать, что нет никакой новой ссоры, что Кагеяма по горло сыт прошлой, что слишком привык быть рядом с Хинатой, что нахрен эти ссоры вообще.
Обнять Хинату тоже очень хотелось. До зуда на кончиках пальцев, прямо, как во время игры. Особенно, когда он вот так нависал сверху, неудобно вжимаясь коленками в бедра и глядя прямо в глаза. От Хинаты шло волнующее тепло, такое приятное и необходимое, что Кагеяма на секунду завис, впитывая его.

— Нет никаких проклятий, идиотина, — собравшись с духом, сказал Кагеяма. Он все-таки отпихнул Хинату и смог усесться нормально. — И храма тут никакого нет, мы два часа здесь бродим, ища хоть что-нибудь. Ты заметил храм? Я — нет!
— Говори тише, чтобы не злить их! — шикнул Хината, двумя руками зажимая Кагеяме рот и подозрительно оглядываясь.

С дерева спорхнул то ли филин, то ли другая птица — но Хината задушено охнул, подпрыгивая на месте. Кагеяма тоже подпрыгнул, и они вцепились друг другу в плечи, ожидая... какого черта они вообще творят?
— Это птица, балбесина! — нервно прокричал Кагеяма, стараясь унять тупую дрожь во всем теле. — Прекрати сейчас же. Кто тебе рассказал эту ахинею?
— Бокуто-сан.
— Семпаи странные, — задумчиво сказал Кагеяма. А потом решительно встал. Хината нервно вскочил за ним. — Ладно, пошли. Я не собираюсь ночевать в лесу. Мы тут замерзнем. Или помрем с голоду.
— Или нас сожрут злые лесные духи, — пробормотал Хината, который то и дело оглядывался. Кагеяма решил, что нужно быть с ним честным, и кивнул.
— А еще наш автобус уезжает утром. Мы должны успеть, иначе капитан нас точно убьет.
При упоминании об автобусе, Хината даже трястись прекратил. Сжал кулаки и уверенно зашагал вперед. И глядя на него Кагеяма впервые за несколько часов позволил себе улыбнуться. Сейчас Хината был похож на себя во время игры, и это успокаивало.
Они двинули вперед, шагая нога в ногу и иногда задевая друг друга руками. Дорога все заворачивала и заворачивала, и ничего кроме темной стены деревьев они не видели. Лес нагнетал своей мрачностью, и каждую секунду оттуда доносился пугающий тоскливый вой. Ветра, конечно, вряд ли тут водятся дикие звери — рассудительно решил Кагеяма, чувствуя, как к нему теснее прижимается вздрагивающий от очередного завывания Хината.
Вой ветра и шуршание чьих-то бредущих по пятам шагов.
Всего лишь эхо, говорил себе Кагеяма, никаких зверей.
И никаких духов.

— Кагеяма, — сказал Хината, и голос его был твердым и громким, Кагеяма даже удивленно покосился на него. — Что если мы идем не в сторону лагеря, а наоборот?
Кагеяма спотыкнулся на ровном месте и отвел взгляд.
— Ну... Тогда повернем и пойдем обратно.
Хината молча кивнул и остановился, а когда Кагеяма повторил за ним — положил руку ему на плечо и сильно сжал, проникновенно заглядывая в глаза. Вид у него был такой, будто он был на смертном одре и готовился произнести свои последние слова. Или будто ему снова нужно сдавать все тесты, чтобы получить право играть в волейбол.
— Просто, чтобы ты знал — я тоже рад, что мы с тобой сегодня побегали наперегонки, Кагеяма-кун, — сказал Хината, высокопарно и торжественно. Кагеяма замер, почти физически ощущая, как медленно и туго проворачивается гигантская шестеренка в его голове. А потом схватил Хинату за грудки и от души тряханул, чуть ли не отрывая его от земли.
— Ты задрал издеваться надо мной, говнюк! Я нормально ориентируюсь на местности, понял?! Мы с отцом ходили в походы, и я не путал Токийскую башню с грудой металлолома в лампочках, так что я по-любому лучше тебя в этом, ясно? Мы найдем лагерь и выживем, понял меня?! — проорал Кагеяма ему в лицо. Хината вдруг напрягся и стал разом тяжелей.
— Ты слышишь?.. Да не тряси меня, слушай! Как будто что-то... идет к нам...
Хината все бормотал, но Кагеяма уже и сам обратил внимание на странный звук позади себя. Скрип, скрежетание и тяжелая поступь. Определенно не эхо. Кагеяма обернулся и опустил Хинату.

Из-за поворота к ним приближался кто-то крупный и бесформенный.
Хината из-за спины замогильным голосом сообщил, что за ними пришел дух. А Кагеяма подумал, что тоже был бы не против спрятаться за чью-нибудь спину.
Отчаянный вопль эхом пронесся по лесу, спугнув целую стаю засыпающих птиц.

***

Иногда Кагеяме казалось, что Хината — чертов колдун, который управляет им, как марионеткой. Ну или как еще по-другому объяснить, что рядом с Хинатой Кагеяма порой напрочь забывал думать логично и подхватывал его настроение и реакции?

— Значит, вы потерялись, ребятки? — скрипуче смеясь, сказал дядька.
— Ка-Кагеяма, н-не разговаривай с ним и не смотри ему в глаза! — как заведенный повторял из-за спины Хината. Между прочим, довольно громко. Еще и трепал Кагеяму за плечо, хотя он уже второй раз вырывал свою руку.

Прооравшись до хрипоты, Кагеяма с Хинатой не сразу смогли разглядеть того, кто к ним вышел. Злобный дух оказался простым человеком: дядькой неопределенного возраста, с неряшливой длинной щетиной, растрепанными волосами и крючковатым носом. Он был одет в поношенный спортивный костюм и широкополую шляпу, а жуткий скрежет и скрип, напугавший Кагеяму до чертиков, издавала его доверху забитая хламом ручная тележка. Кажется, он был торговцем сувениров.
Только Хината наотрез отказывался верить в человечность странного дядьки, даже когда Кагеяма раздраженно разжал их спонтанные объятия и скинул его со своей шеи.
Не то, чтобы этот дядька внушал Кагеяме доверие — серьёзно, он прогуливался под ночь по лесу с тележкой, забитой всевозможными амулетами! — но пока что это был первый повстречавшийся им на пути человек.
Никакой не дух! Просто странный дядька, смеющийся, как анимешный герой, над их скомканной историей.


— Какой забавный у тебя друг! – сквозь натужный хохот, проскрипел дядька. - Не думал, что кто-то еще верит в историю про здешних духов так искренне. Кроме детей.
— Он тупица, — охотно кивнул Кагеяма, тут же получив чувствительный тычок по почкам. Оскорбленный Хината выпрыгнул из-за его спины, чтобы тот не смог открутить ему голову, и гневно уставился на хихикающего дядьку.
— Т-тогда, что вы делаете тут, ночью и в лесу, сэр?! Вы так внезапно появились из-за поворота...
— Малыш, я обычный торговец сувенирами, гляди, не хочешь чего-нибудь прикупить? У меня тут есть амулеты на удачу и хорошее путешествие, вам как раз, а? — дядька развеселился еще сильнее, уперевшись в колени руками и чуть поддавшись вперед, рассматривая сбитого с толку Хинату. — Досидел до вечера, а теперь иду домой. Знаешь, возле храма полно туристов, которые скупают все эти побрякушки охапками и...
— Храм! Я же говорил, что тут есть храм! Все сходится! — воскликнул Хината, снова врезаясь в спину Кагеямы. Дядька тут же противно засмеялся, жутко действуя на нервы. Кагеяма с неприязнью подумал, что он нарочно так смеется, заметив пугливую реакцию Хинаты. Это никуда не годилось. Хината, конечно, тот еще болван, но издеваться над ним было подло.
— Так вы знаете, куда идти, чтобы выйти к нашему лагерю, сэр? — грозно (как ему хотелось бы думать) спросил Кагеяма, в третий раз выдергивая руку из хватки Хинаты.
Дядька лихо сдвинул свою шляпу на затылок и почти миролюбиво взглянул на них.
— Ровно в противоположную сторону, ребятки. Дойдете до центральной автострады и снова направо.
Кагеяма замер, переваривая ответ, и почувствовал, как мелко дрожит рядом Хината. Только не от страха, а от сдерживаемого смеха. Кагеяма мрачно на него зыркнул, надеясь запугать взглядом. Но, видимо, лимит страха на сегодня у Хинаты был исчерпан.
— Пф-ф, Кагеяма-кун, а кто-то топографический лох, а, а? — посмеиваясь, сказал он. Еще и рот ладонью прикрывал, говнюк. Кагеяма зарычал, схватил Хинату за ворот и снова приподнял его над землей, встряхивая и стукаясь лбом об его лоб.
— Ничего смешного нет, тупая ты задница! Ты вообще Токийскую башню тут нашел!
— Ну не расстраивайся так, в следующий раз выберешь верную сторону!
— Хватит ржать надо мной!
Дядька снова захихикал, отвлекая от спора.
— Занятные вы ребятки. Не пойму только, чего вы так духов боялись. На месте духа я бы не подступил к вам, ни за что!
— Почему это? — неожиданно подал голос Хината, с таким невозмутимым видом, словно не висел над землей в жесткой хватке Кагеямы.
Дядька усмехнулся:
— Да вас разве разделишь? Вон, как друг за друга цепляетесь. Это правильно, ребятки, надо ценить друг друга. Хорошего друга где сейчас сыщешь? Э-эх! Ну так что, амулетик не желаете? Нет? Ну-ну, жаль.
Кагеяма заторможено моргнул, а потом медленно поставил Хинату на ноги. Посмотрел на него, и удивленно сказал:
— Он подумал, что мы друзья.
Хината ответил ему широкой довольной улыбкой и хлопнул по плечу, так что Кагеяма растерялся еще сильней. Стоило, пожалуй, стукнуть Хинату за его раздражающе взрослый тон, с которым он приговаривал «Ну-ну, Кагеяма-кун, ну-ну, просто смирись с этим уже», но руки неожиданно потяжелели, словно два распаренных полотенца обвисая вдоль тела. Как-то это неправильно, что его переполняет таким щенячьим чувством радости просто потому, что какой-то странный дядька посчитал их друзьями. Странно, глупо — но безумно приятно. Вроде как подтверждение их дружбы. Когда ее видят со стороны даже незнакомые продавцы сувениров.
Не удержавшись, Кагеяма все-таки коснулся лба Хинаты костяшкам кулака. Совсем не больно и очень осторожно. Просто, чтобы совсем уж не наглел.


— Эм. Спасибо за помощь, сэр. Мы пойдем, уже поздно, — Кагеяма смазано поклонился, надавливая на голову Хинаты так, что у того вышел отличный глубокий поклон в пояс. Дядька улыбнулся и махнул им рукой, снова хватаясь за ручки своей тележки. Они, не сговариваясь, одновременно рванули в нужную сторону. Неожиданно Хината остановился, оглянулся и бесстрашно подбежал к дядьке.
— У меня есть с собой немного мелочи.
— Чего-чего? — Кагеяма так резко затормозил, что чуть не растянулся на асфальте. А Хината уже чуть ли не с головой нырнул в сувениры, приговаривая:
— И я хочу купить у вас пару амулетов.
— У тебя есть мелочь, но нет с собой телефона?! — рассердился Кагеяма. Он застыл, глядя на копошащегося у тележки Хинату. — Нашел время для покупки сувениров! Нам еще до лагеря бежать, держу пари, Даичи-сан убьет нас.
— Я слышал, что у духа надо что-то купить, раз предлагает. Типа — плата и благодарность, — на полном серьезе выдохнул Хината, показывая свои гроши. Мелочь для автомата с напитками. Дядька снова расхохотался, аж голову назад закинул.
— А ты упертый малец!.. Вот отсюда можешь взять любой. Только один. Прости, конечно, но на два маловато деньжат будет.
Хината задумался и некоторое время таращился на тележку присвистывающего дядьки. Кагеяма потоптался на месте, бросил недовольный взгляд на небо — уже было видно звезды.
— Сколько можно, придурок! Просто возьми уже что-нибудь, и побежали!
— Ладно! — крикнул Хината. Он взял свой амулет, отбежал подальше, еще раз поклонился веселящемуся дядьке и в два счета нагнал Кагеяму.

— Ну и что это было? — недовольно буркнул Кагеяма, когда они вместе побежали по дороге. Дядька с тележкой уже исчезли из виду, скрывшись за поворотом. Хината молча вытянул руку, что-то протягивая.
На вид это была небольшая деревянная дубинка с маленькими шипами у изголовья.
— Круто я придумал, а? — разулыбался Хината, демонстрируя оставшуюся у себя фигурку краснокожего демона. Кагеяма даже споткнулся, сообразив, что это была фигурка они с канабо. Который Хината уже умудрился разломать на составляющие.
— Раз дух нас вывел, надо было что-то у него взять, — убежденно сказал Хината, шустро перебирая ногами и глотая встречный ветер. — А так и у тебя, и у меня по амулету. Типа, мы оба расплатились за помощь. Я молодец?
— Ты идиот, — сказал Кагеяма, крепче сжимая в кулаке свою маленькую дубинку. На сердце с каждым шагом становилось все легче, бешенное напряжение, сжимающее грудь, выдыхалось в их беге, и на его место вдыхалось что-то игристое и веселое. По телу разливалась приятная теплая мысль, что они, наконец-то, у цели и вот-вот доберутся до лагеря, и Кагеяме казалось, что он никогда еще не бежал так быстро. Хината летел рядом, дико улыбаясь и сверкая глазами, подгонял вперед, и в его мелькающем кулаке краем глаза можно было заметить что-то ярко-красное.
И когда на горизонте показалась уже хорошо знакомая им местность, они оба не сдержали дикого вопля радости. В ответ им донесся малоразборчивый окрик дрожащих огоньков: кажется, их искали. Судя по количеству горящих фонарей, всем лагерем. И, судя по голосам, им влетит по первое число. Но даже от неминуемого наказания чувство переполняющего грудь счастья никуда не делось.
Они целы и невредимы, они смогли вырваться из проклятого леса и вернуться в лагерь. А впереди их ждут тренировки, ждут игры турнира, ждет Ойкава-сан, и Токио – у Кагеямы сердце бешено колотилось, а пальцы подрагивали от нетерпения и возбуждения. И приятней всего было осознавать, что рядом с ним был человек, который думает точно так же. Что они с Хинатой снова на одной стороне, друг за друга, и их цели, желания и радость – все это общее, одно на двоих.
Вот поэтому духи их и не забрали.
— Эй, Кагеяма! — радостно воскликнул Хината, прыгая так высоко, словно законы притяжения для него не существовали. Для него вообще никаких законов не существовало, вдруг понял Кагеяма. Эта мысль громыхнула в голове вместе с поспешившим стуком сердца и приятно ошпарила грудь. — Нас сейчас наверняка убьют, так что слушай: я рад, что потерялся с тобой. Один бы я точно не справился!
— Это точно, — хмыкнул Кагеяма, даже не зная, на что конкретно отвечает. Веселого, восторженного Хинату хотелось обнять, чтобы поделиться своей радостью. Наверное, именно для этого друзьям и нужны ссоры, чтобы три недели обгонять только свою тень, чувствовать странный голод глубоко внутри, а потом разом хлебнуть всего разом. Хотелось прыгать, хотелось делать странные вещи, хотелось говорить странные слова — но Кагеяма знал, что все это сейчас будет лишним и непонятым. Он скажет все это в следующий раз, обязательно. Если Хината не поймет все раньше.
А пока...
Кагеяма крепче сжал в ладони свою маленькую дубинку, чувствуя каждый выпуклый зубчик, и вдохнул побольше свежего сладкого воздуха.

— Ну что — наперегонки?
— Спрашиваешь!