Сосед

Перед тем как лечь спать, я проверила телефон и обнаружила еще один пропущенный вызов от Гарри. Когда он успокоится? Как раз телефон вновь зазвонил: - Да, – устало протянула я. - Кара, ну почему ты не берешь трубку? А если я волнуюсь? – тихо произнес Гарри. - Тогда ответь, кто была та девица, и что вы с ней делали. - Ну, Кара... - Говори! - Я не могу, это сюрприз. - Кому? - Тебе. - О, могу себе представить этот сюрприз! - Ну, Кара, это вот вообще не связано с сексом, скажем так, я хочу тебе кое-что подарить, а эта девушка помогала мне выбрать. - Правда? – тише спросила я. - Правда, кстати, звонил Крис. Он со своей девушкой хотят приехать на отдых в Италию, ну и навестит тебя. Так что как я понял, на днях они прилетят в Рим. - Так это же здорово! Все, теперь мне стало гораздо лучше, так что я лишь хочу тебе напомнить, чтобы ты не забывал, что у тебя есть девушка. - Про тебя очень сложно забыть. Я как раз пересматриваю сейчас фотографии с твоего показа. Ты была там очень горяча… - Гарри… - смущенно протянула я, прикладывая ладонь к покрасневшей щеке, - лучше ложись спать. Я сбросила вызов и положила телефон на тумбочку. Утром в столовой я опять встретила куча народу. Пока мне накладывали еду, я огляделась в поисках того парня. Он сидел за столиком у окна в компании двух старушек, и одно место рядом с ними было свободно. Я поспешила его занять. - Доброе утро! – с улыбкой произнесла я и посмотрела на парня. Тот уставился в свою тарелку. Бабушки же напротив, проявили ко мне интерес. Я взяла ложку и зачерпнула овсяную кашу. - Я вчера отдала подруге ваш рисунок. - Парень испуганно посмотрел на меня. Бабушки насторожились и прислушались. - Не пугайтесь, ей понравилось, очень, – успокоила я. - Это неважно, - пробормотал парень. - Как это неважно? – возмутилась я. - Вы все-таки видели мой рисунок? - Ну да, подруга при мне его развернула. А что? - Я думал, вы не сдержали слово и посмотрели его сами. - Я очень хотела, честно, но не смогла, – произнесла я, и засунула ложку с кашей в рот. - И вы считаете, что он хорош? - Конечно, поверьте, я тоже художница и знаю толк в этом деле. Одна из бабушек закопошилась и встала из-за стола, а затем потянула за собой другую. - Пошли, чего сидишь то, – пробурчала она. - Да ладно, тут что-то интересное, а что в палате делать? Я вновь повернулась к парню. - Мой учитель так не считает, говорит, что я рисую, черти что, а все потому, что я люблю рисовать комиксы, – разозлился парень. - Комиксы? – удивилась я. – О чем комиксы? - О жизни, я рисую, как какие-то любовные истории, так и мультики с зайчиками и мишками и даже про супергероев. - Это круто. Не слушайте своего учителя, лучше отнесите это в какую-нибудь редакцию, чтобы их напечатали. - Вы уверены? - Конечно! - О, это так мило с вашей стороны... – пробормотал парень. - Очень интересно, – пробормотала старушка под боком. - Знаете, а по-поводу моей подруги, и того, что я сказала вам вчера, - продолжила я, - я была не права. Джемма очень хочет с вами познакомиться. - Джемма? Очень красивое имя, но я не могу, боюсь, я не оправдаю ее ожидания, я всего лишь бедный студент, рисующий комиксы. - Что вы, она была просто очарованна вашим рисунком, а деньги не главное, – подбодрила я парня. - Нет, я не могу, я давно не был на свиданиях и не знаю, как обращаться с девушками, – парень потупился. - Слабак! – шепотом констатировала бабка, и я строго посмотрела в ее сторону. - Да в этом нет ничего сложного, просто будьте собой и все получится, – с улыбкой произнесла я. – Ладно, мне надо идти, у меня еще визит в перевязочную. Я встала из-за стола и, взяв поднос, оставила его на специальном столе и вышла из столовой. Вернувшись после перевязочной в палату, я обнаружила на кровати бумажный пакет. Внутри лежали несколько плиток шоколада, пакет с орехами, стопка журналов и яблоко. Сверху была прикреплена записка «Чтобы ты не скучала, пока я буду на шопинге». Отлично, как она только везде успевает? Я развернула одну из шоколадок, надкусила и, взяв телефон, написала Гарри смс с последними новостями. Джемма пришла ближе к обеду и, вломившись в палату, бросила на пол пару пакетов. - Это что? – удивленно спросила я, отрываясь от журнала. - Это плоды моего шопинга, я купила и для тебя пару вещей! Я удивленно вскинула брови. - Ну, просто у них там было что-то типо акции: купи одно – получи второе со скидкой. - О, тогда понятно. - Ну что, как тут у тебя? Художник объявлялся? - Да. - И? - Я болтала с ним за завтраком, и он сказал, что рисует комиксы и стесняется познакомиться с тобой. - Я люблю застенчивых парней, – мечтательно вздохнула девушка, садясь на кровать. - Знаешь, я бы хотела побольше узнать об этой церемонии, которую готовит Гарри. Я уверена, что ты знаешь об этом больше меня. - Ну, это такая церемония… - Со звездами? - Ну, в общем, звезды там будут. - Джемма, что за фигня? Ну ладно Гарри, но ты то? Я же чувствую, что ты недоговариваешь. Что Гарри там планирует? Между прочим, мы из-за этих тайн чуть не поссорились. В палату заглянула медсестра. - Обед! - Ладно, - обратилась я к девушке, - после обеда поговорим. Я вышла из палаты и в дверях услышала тихий шепот Джеммы - Пронесло... Нет, я все-таки выпытаю у нее, что там у них за церемония. Или она или Гарри. Они мне все расскажут! Во время обеда, я все время оглядывалась в поисках Фернандо, но парень так и не появился. Странно, что с ним могло случиться, что он даже поесть не пришел? А может я его утром напугала, и он меня избегает? Вот я дура! Доев, я отнесла поднос и вернулась в палату. Джеммы уже не было, лишь на кровати лежал пакет с одеждой. Я, не спеша, вытряхнула ее на кровать и стала разглядывать, засовывая все обратно. Наши с Джеммой вкусы в одежде сильно отличались. От скуки мне пришла в голову идея и я взяла журнал, шоколадку и пошла во дворик. Там в это время прогуливались лишь несколько стариков, и на лавочке сидела довольно знакомая мне фигура. - Эй, я тебя в столовой искала, а ты тут сидишь, – с улыбкой воскликнула я, садясь рядом на скамейку. - Извини, я люблю тут сидеть, в палате скучно, а тут свежий воздух и никто не пристает. - Мне уйти? – спросила я, приняв последнее на свой счет. - Нет, что ты, это я про стариков. Ноют и ноют, никакого житья от них в палате нет, а еще и вопросы личные задают. - А чего на обед не приходил? - Я приходил, просто я был первым кто пришел и первым кто ушел. - О, ясно. - А что ты хотела? - Да ничего, мне тоже скучно. Да и ко мне подруга приходила, и я хотела вас познакомить. - Это плохая идея. Если я ей не понравлюсь – у меня опять появится уйма комплексов. Забудь об этом, я не хочу, с ней знакомится или встречаться, – возразил парень и опустил голову. Я удивленно посмотрела на него. Что опять случилось с ним? Что у него в голове? Жаль, что я не умею читать мысли, сейчас бы это очень пригодилась, да и вообще это было бы кстати. - Знаешь, у меня тут кое-что есть... – продолжил парень и засунул руку в карман, доставая из него что-то. - Вот. Фернандо протянул мне сложенный листок бумаги. Развернув его, я увидела свой портрет. - Спасибо, – обрадовалась я. – Можно мне взять его себе? - Да, конечно, бери, – с улыбкой произнес парень, - твой парень бросил тебя одну в чужой стране? - Ну, у него работа, и все не совсем так, у него нет выбора, да и я не смертельно больна. - Ты потрясающая девушка и заслуживаешь гораздо большего, чем просто телефонные звонки и постоянные ссоры. - Откуда ты знаешь про ссоры? - Мы встречались с тобой и ранее, точнее я видел тебя и ранее. Я слышал, как вы ссорились, и мне было безумно жаль тебя. - Не надо меня жалеть! – перебила я. - Он не ценит тебя! - Он любит меня, просто у нас обоих сложные характеры и сейчас у нас небольшие разногласия... - Это тебе так кажется, на самом деле, если сейчас у вас столько ссор, то потом будет только хуже. - Фернандо, зачем ты мне все это говоришь? - Я пытаюсь спасти тебя, помочь тебе, а ты просто отворачиваешься. - Я не понимаю тебя... - Ты достойна большего,– с этими словами парень встал и быстро направился в больницу. Я ошарашено смотрела ему вслед. Что это было сейчас? Как на автомате, я развернула шоколадку и откусила большой кусок. Неужели Фернандо намекал на себя? Он влюблен в меня? Так и знала, что эта больница до добра меня не доведет! Читать журнал мне уже расхотелось, поэтому повернувшись, я легла на скамейку и посмотрела вверх. Прямо надо мной проплывали белые облака по синему небу. Я думала о словах парня, в чем-то он все-таки прав, возможно, я и была расстроена, что Гарри в Лондоне, а не со мной, его странными тайнами, которые доводили меня, но я понимала, что он обязан быть там, это его работа. Тяжело вздохнув, я опять откусила шоколад. - Девушка, ну чего вы лежите на скамейке? Застудитесь же! – раздался нравоучительный голос сверху. Я повернула голову и увидела одну из старушек, сидевшую с нами за завтраком. - Все в порядке, – ответила я. - Что вы такого сказали парню, что он такой расстроенный убежал? - Ничего, мы просто поговорили. - Нет, просто разговоры так не заканчиваются. Мой вам совет – помиритесь. Не хорошо это, когда влюбленные ссорятся. - Мы не влюбленные, мы просто знакомые. - Я все вижу и все чувствую, – с улыбкой ответила старушка. - И что вы чувствуете? – спросила с интересом я, садясь на лавочку. - Что между вами и этим парнем есть интерес. - Глупости, у меня есть уже парень! - Это дело молодое, так всегда бывает: хороший парень влюблен в девушку, у которой уже есть парень, который далеко, а потом они узнают друг друга лучше и начинается большая и прекрасная любовь. - Это не тот случай! - Как знать, как знать... – старушка повернулась и вновь продолжила свой путь по дворику, а я подхватила свои вещи и пошла в больницу. О Господи, как же меня достала эта больница! Хочу домой... Джемма вновь навестила меня ближе к вечеру. - Теперь ты от меня никуда не денешься! – перекрыв пути к отступлению, я уперла руки в бока и хищно посмотрела на девушку. - Ладно, Гарри сейчас в Лондоне устраивает мальчишник для своего друга! – зажмурившись, выпалила та. - Что? - Прости, я не должна была говорить тебе об этом... - То есть, ты хочешь сказать, что Гарри бросил меня в больнице одну, потому, что ему нужно организовать мальчишник для какого-то парня? – переспросила я. У меня в голове все смешалось. Я даже не понимала, как на это реагировать. - И ты его покрывала? – продолжила я. - Мне пришлось, Гарри не хотел, чтобы ты знала. - Неужели, почему? – прошипела я. - Ну, из-за того, что... ай, я не могу, пусть Гарри сам тебе все расскажет, а я сегодня за день очень устала и мне безумно хочется прилечь. Ты не против, если я оставлю тебя? - Нет. - А тот парень, художник, ты его видела сегодня? Он что-нибудь сказал? – в дверях спросила Джемма. - Нет, я его не видела, не за обедом, ни за завтраком. Видимо его уже выписали, – протянула я. - Жаль, конечно, но ладно. Джемма чмокнула меня в щеку и ушла. Я закрыла за ней дверь и пошла к шкафу, я почти достала очередную шоколадку, как в палату заглянула медсестра и позвала на ужин. В столовой я вновь искала глазами Фернандо, но его опять не было. Неужели он вновь самый первый ушел? Отлично, единственный человек, с которым я сейчас могла бы поговорить избегает меня. Я медленно жевала картофельное пюре и изредка поглядывала по сторонам. - Добрый вечер, юная леди, – раздался над ухом старческий голос. Я подняла голову и увидела старика с подносом. - Тут можно присесть? - Конечно, вы могли даже не спрашивать, – отозвалась я. - Мое воспитание не позволяет мне сесть за стол с дамой, не спросив ее разрешения, – гордо ответил старик. – Могу я поинтересоваться, почему вы так не радостны? - А чему радоваться, когда лежишь в больнице? - Тому, что вы лежите в больнице, а не на кладбище. Поверьте, в моем возрасте – это большая радость! - Видимо, я пока не научилась это ценить, – тихо ответила я. - И зря, нельзя тратить жизнь на мелкие склоки. Она у вас одна, так и делайте все, чтобы получить от нее максимум удовольствия и минимум отрицательных эмоций. - Может, вы еще скажите, как это сделать? Все люди о чем-то да переживают, о чем-то жалеют и хотели бы что-то изменить. На то мы и люди, чтобы у нас были хорошие и плохие моменты, чтобы понимать, что мы все еще живы. - Это да, но есть моменты, о которых переживать не стоит. - Например? - О любви! - Вы думаете, что о любви не стоит переживать? – удивилась я. - О не настоящей – нет. - А как вы отличаете настоящую от ненастоящей? - В юности, я был матросом, и вот гуляли мы с ребятами как-то в одном портовом городке, и зашли в небольшой бар на пристани. Выпили немного и тут на сцену вышли несколько девушек и стали петь песни. Какой-то местный хор. Все ребята с пьяну только лишь об одном думали – как бы повеселиться с кем-нибудь, до отплытия в море, а я был настолько очарован красотой одной из девушек, что даже дышать разучился. У нее были такие красивые, длинные русые волосы, изумрудные глаза и губки бантиком. После их выступления, я подождал удобного момента и предложил ей проводить ее до дома. Она согласилась, но не думайте, что у меня были грязные мысли, напротив! Я боялся даже смотреть на нее, так она была прекрасна. Ей льстила моя любовь и всю ночь мы гуляли по городу и говорили обо всем на свете. Утром, она на пирсе провожала меня в море и обещала ждать два месяца, до нашей следующей встречи. Каждую ночь, я выбирался на палубу и, смотря на луну, вспоминал ее глаза и писал ей письма. Я бы не смог их конечно отправить ей, но я хотел отдать их ей при встрече, чтобы она прочла их и знала, что я чувствовал в те моменты нашей разлуки. Два месяца тянулись очень долго и вот когда мы вновь оказались в том городе, я первым делом ринулся в этот бар на поиски Марианны. Так ее звали. Но какого же было мое разочарование, когда она в лицо мне посмеялась и сказала, что у нее таких дурачков как я пруд пруди! Она талантлива и хочет переехать в Париж и петь в кабаре, а я бедный матрос и со мной у нее нет никакого будущего. Я был буквально убит горем и все что я смог – это отдать ей письма и уйти навсегда. Я вернулся на корабль и очень переживал. И ребята и даже наш строгий капитан очень поддерживали меня и старались развеселить, но она оставила слишком большой след в моем сердце. - И что? – нетерпеливо спросила я. – Вы так и потеряли свою самую большую любовь? - Я встретил ее, много лет спустя. В Париже... В небольшом кафе. Она сидела за столиком. Красота ее поблекла, лицо покрылось морщинами, но ее глаза по-прежнему были изумрудными. - И что? Что было дальше? - Она узнала меня и расплакалась. Сказала, что прочитала мои письма и была очень тронута. Сказала, что по-настоящему полюбила меня после них и хотела найти и извиниться, но так и не смогла. Она вышла замуж за какого-то адмирала, старше ее лет на двадцать. Тот отвез ее в Париж, но петь в кабаре она так и не смогла – муж ей не позволил. И осталась она одна, запертая в четырех стенах как в золотой клетке. Детей у них так и не было, а муж скончался через пятнадцать лет от сердечного приступа. - И? Что вы ей сказали? - А что я мог сказать? Прошло столько лет. Да, она оставила след в моей жизни, но его залечила другая! - Другая? - Спустя пару месяцев, после нашего отплытия в море из того городка. Ближе к вечеру нам на пути попалось судно, с несколькими учеными, которые попали в бурю и не могли продолжать свой путь на старом корыте. Капитан принял решение взять их с собой, до ближайшего города. Вместе с одним из ученых, путешествовала его дочь. Милая, кареглазая девушка с широкой, открытой улыбкой, которая все время смеялась и не давала нам унывать. Она то и залечила мои раны. Она стала моим собеседником, потом лучшим другом, а уж потом любимой девушкой и женой. За все это время я настолько привык к ее задорному смеху и шуточками над остальными моряками, что просто жизни без нее не представлял. Так я и забыл о Марианне. - И? - В следующем году, будет сорок два года, как мы вместе! - Ничего себе… - У нас четверо детей, семь внуков и трое правнуков. И когда я смотрел в Париже, в глаза побитой жизнью Марианне, я понял, что она была лишь испытанием в моей жизни, и за его прохождение получил заветный приз! - Неужели вам не было ее жалко? Ведь она сказала, что любила вас все эти годы! - Она сама выбрала себе жизнь! Как я мог ей помочь? Максимум, я оплатил ее счет в ресторане, как бы отдав дань наших былым отношениям. Знаю, это выглядело по-пижонски, но это все, что я теперь мог дать ей! - И вы хотите сказать... - Что возможно, у вас в жизни сейчас тоже такое испытание, и после него вы получите свой приз. Просто вы должны отпустить кого-то и открыть душу для другого человека. Я медленно взяла стакан с чаем и отпила его. - Хотите сказать, что отношения, которые у меня сейчас, это испытание? Мне нужно его отпустить? - Я лишь рассказал вам свою историю, это вам решать и делать какие выводы. - Что ж, я поняла, рада была с вами пообщаться, – произнесла я и взяв поднос, отнесла его на специальный стол и вышла из столовой. Тут же зазвонил телефон. - Да? - Это я, как у тебя дела? – раздался осторожный голос Гарри. Ага, значит, Джемма уже позвонила ему и рассказала о нашем разговоре. - Нормально, а у тебя как? – спокойно спросила я. - Эм, тоже ничего, ничего не хочешь мне сказать? - О чем ты? - Брось, я знаю, что ты знаешь. - Может, ты еще знаешь, что я думаю по этому поводу? - Ты в бешенстве? - Нет, но я очень расстроена твоим враньем и отношением ко мне и нашим отношениям. - Да блин, Кара, это все слишком сложно! - Что именно? Что тебе нужно устраивать мальчишник? И что тут сложного? Всего-то надо заказать шлюх и выпивку. С первым, как я поняла, ты уже справился. - Вот только не надо... - Гарри, зачем ты звонишь? - Я хотел извиниться. - Извинился? Все, можешь идти и дальше заниматься своими делами. - Кара, черт, ты же понимаешь, я не могу вот так взять и бросить свой обычный образ жизни. - А раньше ты чем думал, хотя ладно, не объясняй. - Ты обиделась? - Извини, что не могу искренне за тебя порадоваться. - Кара, ну не могу я вот так взять и все резко бросить, мне всего девятнадцать и я хочу веселиться с друзьями. - Вот и веселись, а мне больше звонить не нужно. - Кара, прекрати свои истерики! - У меня истерика? Гарри, это не истерика, это нормальная реакция на твои слова. То есть ты не наигрался, а я, значит, наигралась, да? Да пошел ты, Гарри Стайлс! Я бросила трубку и положила телефон обратно в карман. Вот оно, мое испытание, человек, который сам сделал свой выбор в жизни. Я взяла шоколад и пошла во дворик больницы. На улице уже темно, поэтому вдоль дорожек горели фонари. Больных практически уже не было и я села на свободную лавочку. Уже похолодало, и я поежилась. - Что ты тут делаешь? – раздался тихий голос сбоку. Я повернулась и увидела Фернандо. - Пришла посидеть на свежем воздухе перед сном. А ты? - Пришел сюда, чтобы отделаться от компании своих соседей по палате, они собрались играть в карты, а я это не очень люблю. Тебе не стоит есть столько сладкого, это вредно и не только для фигуры. - Парень сел на скамейку рядом со мной. - Ты опять сбежал от меня в столовой? – спросила я. - Нет, я не ходил на ужин. - Почему? - Не знаю, не хотелось никуда идти. - Хочешь? – я протянула парню шоколад, - до завтрака еще жить и жить, не стесняйся, ты меня не объедаешь! – Я отломила половину шоколада и протянула парню. - Спасибо. - Так почему ты тут? - Я застудил легкие. - Ого, и как ты умудрился? - У меня мансарда не отапливается, а вечерами холодно. Раньше все как-то обходилось, а в этот раз не повезло. - И долго тебя тут будут держать? - Еще пару дней, врачи уже хотели меня выписать, но потом передумали и решили подержать до понедельника. А ты как? Извини за то, что днем наговорил. - Нет, ты оказался в точности прав. Возможно, мы с Гарри и вправду не пара. Хотя, почему возможно? Мы с ним и вправду не пара! - Почему? - Потому, что я игрушка, которой наигрались и отложили в сторону, до следующего приступа детства! – опустив голову, пробормотала я. - Что за глупости? - Это не глупости, мой парень наигрался в Ромео и решил вернуться к привычному образу жизни. - Я уверен, что все не так, ты сейчас просто на эмоциях и воспринимаешь все слишком драматично. - Ты защищаешь его? - Нет, просто хочу тебе помочь. - Тут ты мне вряд ли уже поможешь. - Глупости. Вам нужно откровенно обо всем поговорить. - Нет, разговоры нам не помогают. Мы либо ссоримся, либо миримся на время, а я так больше не могу! - И чего ты хочешь? - Хочу подальше от всего этого. Честно. - Слушай, уже холодно и поздно, иди спать. - А ты? - А я еще немного посижу и пойду к себе в палату. Глядишь, старики уже спать легли. - Не все из них такие уж надоедливые. - Иди к себе. Я послушно встала со скамейки и, улыбнувшись на прощание парню, пошла внутрь больницы. На посту, я остановилась и обратилась к медсестре. - Вы не могли бы больше не пускать ко мне посетителей? – спросила я. - В каком смысле? – удивилась медсестра. - Скажите, что врач запретил меня навещать. - Ладно, как знаете. Отлично, я наедине со своими мыслями. Умывшись, я приняла таблетку и легла спать. Всю ночь мне плохо спалось, поэтому утром я проснулась совершенно разбитая. Умывшись и расчесав волосы, я приняла таблетку и, глянув на часы, не дожидаясь приглашения медсестры, пошла в столовую. Еще на полпути мой нос уловил вкуснейший запах каши и выпечки. Ммм... В столовой я оказалась одной из первых. Вместе со мной торопились позавтракать несколько старушек. Ну, их можно понять. Я взяла поднос и села за столик у окна. Старушки видимо от скуки сели рядом со мной. Мне это было не совсем удобно, так как я хотела сесть вместе с Фернандо. Но парня как назло не было. Я уже позавтракала и просто сидела за столом и ждала его, а тот так и не появился. Расстроенная, я пошла к себе в палату, но по пути столкнулась с доктором. Мои попытки разжалобить его и уговорить выписать меня раньше не возымели действия: - Я выпишу вас в понедельник и больше никаких глупых вопросов. Так, сейчас марш на перевязку и да, - остановил меня доктор. – Шоколад – не лучшая еда для тех, кому недавно удалили аппендикс, у вас диета. - Откуда вы знаете? - Я видел как вы его ели. Блин, вся больница за мной следит! Вернувшись в палату после перевязки, я увидела, что на моем телефоне один пропущенный вызов от Сони. Вспомнив, что они с Крисом собирались приехать ко мне, я сразу же перезвонила подруге: - Алло? - Мы тут приехали с подарками, я хотела тебя навестить, а меня не пускают, говорят, что к тебе запретили пускать. Что происходит? – раздался в трубке недовольный голос Сони. - Ты в Италии? – удивилась я. - Да, Гарри разве не говорил, что мы с Крисом сюда на отдых приехали? - Он говорил, что на днях, но я не думала, что вы так быстро... я сейчас выйду и встречу вас. - Уж будь добра. Я положила трубку и, вскочив с кровати, бросилась в коридор к входу в больницу. Соня стояла возле поста медсестры и недовольно поглядывала по сторонам. - Привет, – я с разбегу обняла подругу. – А где Крис? - Он повез вещи в отель, а я сразу к тебе. Что у тебя тут за военная обстановка? Я кивнула медсестре и потянула подругу в свою палату. - Миленько у тебя тут, – протянула она оглядываясь. – Главное, что ты одна тут. Ну, так что? - Это я попросила, чтобы Джемму ко мне не пускали. - А что с ней? Почему ты не хочешь ее видеть? - Она покрывала своего братца. - А чего ты ожидала? Он же ее брат! - Это некрасиво с ее стороны, я бы все равно рано или поздно узнала бы. - О чем узнала? - О том, что Гарри опять пустился во все тяжкие. - В смысле? О, у тебя шоколад есть? Я возьму? - Бери, конечно, доктор мне запретил, так что я подчищаю запасы, так сказать. Гарри устраивает мальчишник для какого-то друга, а сам мне сказал, что работает! - Мы с Крисом, тоже не подумав, привезли тебе коробку шоколадных конфет с арахисом и нугой. Очень вкусные. Еще я собрала тебе небольшую косметичку, а то ты тут в больнице себя совсем запустила. В общем, выбирала на свой вкус. Еще тут немного из одежды... кофта, джинсы, туфли. Ну, разберешься, в общем. Я старалась подобрать все для твоего возвращения в Лондон. - Да, знаю, мне очень нужно вернуться Лондон и доработать картины для выставки. - Когда тебя выпишут? - В понедельник. - Отлично, мы вместе полетим. Крис еще не купил билеты и я скажу ему, чтобы брал сразу три. - Спасибо, не стоит вам так беспокоиться. - Что за бред ты несешь? Знаешь, хоть Гарри просил не говорить с тобой на эту тему, но мы с Крисом уже такую кроватку насмотрели. Очень жаль, что так получилось. Честно, я до сих пор не могу поверить в это стечение обстоятельств, благодаря которому мы не стали крестными и вы с Гарри… - Соня… - Извини, я больше не буду. Кстати, мы с Крисом живем вместе. Да-да, он настоял на том, чтобы я перестала снимать квартиру и переехала к нему. Правда он не настаивает на том, чтобы наши отношения сразу же перешли на новый уровень, и мы спим в разных спальнях, но все равно. Ладно, Крис просил меня поговорить с тобой кое о чем. Точнее, о вашей с Гарри покупке виллы. У вас сейчас ссоры, споры, но Крис считает, что вложение в недвижимость это хорошая идея. Послушай, он хочет купить эту виллу для тебя в качестве подарка из-за всех этих событий. К тому же, закончив дела, при худшем раскладе провести некоторое время наедине с собой и природой было бы неплохо. - Это слишком дорогой подарок, так что я не хочу обсуждать это, – отрезала я и сразу же постаралась сменить тему, - Чем ты собираешься заниматься сегодня? - Шопинг, это же Рим! - Ну конечно, все ходят на шопинг, кроме меня. - Не ругайся, у тебя скоро обед, я вернусь через пару часов с трофеями. Я глянула на часы – час дня. - Мне уже надо идти на обед. Увидимся вечером. Мы вернулись в холл больницы, и Соня вышла на улицу. Я зашла в столовую и по привычке огляделась – никаких следов моего знакомого. Я начинала волноваться. Взяв поднос с едой, я села за столик и оглядела своих соседей. - Простите, вы не видели тут парня? – спросила осторожно я. - Фернандо? – спросила одна из старушек, отрываясь от тарелки с супом. – Его выписали. - Что? Выписали? Когда? - Утром, я видела, как медсестра ему давала выписку из больницы и он с сумкой ушел. - Но его ведь собирались выписать только в понедельник. Почему он со мной не попрощался? - А я откуда знаю? – возмутилась старушка и я тут-же замолкла и торопливо стала поедать суп. Спокойствие, только спокойствие... Я доела и пошла к себе в палату, погруженная в раздумья. - Эй, – окликнула меня медсестра. – Я тебе не секретарь, у меня работа есть. - Это вы о чем? - Тебе тут корреспонденцию оставили! Приходила какая-то девушка, но я не пустила ее, потому что обед. А вообще сами разбирайтесь со своими гостями: кого пускать, кого нет... Я торопливо забрала у нее две записки и пошла к себе в палату. Забравшись под одеяло, я развернула первую. Она оказалась от Фернандо. Надо же, он все-таки не забыл со мной попрощаться. « Мне жаль, что я не попрощался с тобой лично. Но я не люблю прощаться и все эти обещания, даваемые перед разлукой, мне не нравятся, поэтому я просто написал тебе письмо. Я лишь хочу попросить тебя быть благоразумной, и будешь слушать голос разума. Я не могу заставить тебя сделать выбор, который нравится мне, ты должна сделать его сама. Я не знаю, каков он будет, но я искренне надеюсь, что ты не пострадаешь от него, и у тебя все будет хорошо. Фернандо.» Я торопливо развернула второе письмо и оно, оказалось, от Джеммы: « Как я поняла, ты обиделась на меня, и я понимаю тебя. Ты очень импульсивна. Сегодня я говорила с Гарри, и он как-будто с катушек слетел. Я никогда не видела его таким. Он запутался и устал. Я узнала от него про твой выкидыш. Почему ты не сказала мне? Это ведь так важно, теперь я понимаю твою частую смену настроения и пустой взгляд. Извини, что не сказала тебе сразу про Гарри и этот мальчишник, я просто пыталась уберечь ваши отношения, я надеялась, что Гарри перебесится и у вас все будет хорошо. Мне грустно, что все сложилось иначе, и я потеряла тебя как друга. Джемма» Сумасшедший дом. Я откинулась на подушку и уставилась в потолок. Бедная Джемма, она и вправду не виновата, зря я так с ней. Интересно, что там с Гарри происходит? Мысли путались в голове. Было безумно жаль, что с Фернандо вот так просто взял и ушел из больницы. Почему его выписали раньше? Вспомнив, как он рассказывал про свои условия жизни, я вздрогнула. Парень, наверное, опять будет мучиться. Мне было безумно жаль его... а еще себя. Я потеряла единственного человека, с которым интересно было общаться тут в больнице. Ну, ни считая стариков, которые появлялись из неоткуда и давали советы. Он все-таки был моим ровесником и тоже художником, хотя какой я теперь художник? Я съела практически половину последней шоколадки, что у меня была, когда в дверь постучали, и заглянул Крис. - Хэхей, а вот и наша красавица! – с улыбкой воскликнул он, снимая солнцезащитный очки и цепляя их за ворот льняной рубашки и, потянувшись, крепко обнял меня. – Как ты тут? Вижу у тебя тут сладкая жизнь. - Приходится доедать запасы, – ответила грустно я. - Не грусти, шоколад должен поднимать настроение. - Должен, но не поднимает. Как твои дела? - Ну, моя девушка на шопинге и отключила телефон, я поговорил с этим Ливио и даже успел смотаться и посмотреть виллу. Это просто нечто, особенно меня порадовала обстановка комнат и бассейн. Отсутствие ближайших соседей тоже порадовало, не люблю, когда любопытные соседи через забор заглядывают и знают тебя лучше, чем ты сам. - Как ты нашел Ливио? - Гарри оставил мне его номер. Я выкупил уже виллу. Если ты даже не захочешь там жить, это уютное местечко может пригодиться мне самому. Твои деньги я верну тебе на счет. Остальное верну на счет Гарри. Так, ты вернешься с нами в Лондон, закончишь работу над выставкой и разберешься более-менее с квартирой. Главное выставить ее на торги, а там я могу и сам этим заняться, а ты вернешься сюда и будешь отдыхать, загорать, есть пасту и ни о чем не думать! - Заметано. Значит вы с Соней теперь вместе живете? - Она тебе рассказала? Да, ну не нравилось мне, что она квартиру снимает, а у меня дом большой. - И у тебя серьезные планы? – с ухмылкой поинтересовалась я. - Более чем, я очень благодарен тебе за то, что ты нас познакомила. Она очень милая девушка и… очень для меня. Я имею в виду, что она именно то, что я бы хотел отыскать в девушках в нашем испорченном современном мире. - Да ладно тебе, сошлись два одиночества. - Хочешь, я тебе вместо шоколада закажу еду из ресторана? Это и вправду не здорово, на сладости налегать. - Да ладно, тебе, это просто перекус. - И все равно, это не здорово. - Ау, вы тут собрались? – раздался голос Сони. Она стояла на пороге обвешанная пакетами. - Да, а почему ты все в отель не отвезла? – удивился Крис, забирая у нее пакеты. - Я хотела похвастаться перед Карой своими покупками, но опоздала. - Почему? – удивилась я. - У тебя ужин начался, так что нам с Крисом пора уходить, – грустно ответила подруга и выпятила нижнюю губу. – Я кстати купила тебе багет с кунжутом. Очень вкусный. - Я скоро в дверь перестану проходить, – нахмурилась я. - Ладно, пошли, – перебил Крис и, чмокнув меня в щеку, взял пакеты и потянул Соню к двери. - Я приеду к тебе завтра утром. Какой завтра день? - Пятница, – дружно ответили мы с Крисом. - Отлично, еще три дня в Италии. - Подруга в дверном проеме послала мне воздушный поцелуй и скрылась. Я улыбнулась, и тоже встав с кровати, направилась в столовую на ужин. Поужинав курицей и пюре, я вернулась к себе в палату. Я села на кровать. Делать было категорически нечего, и я решила пораньше лечь спать. Умывшись и почистив зубы, я залезла в постель и укрылась одеялом с головой. Не знаю, сколько прошло времени, но я резко подскочила от телефонного звонка. Взяв телефон и глянув за окно, я поняла, что сейчас глубокая ночь, да и время на телефоне говорило об этом. - Это я, как у тебя дела? – раздался в трубке голос Стайлса. - Ты неожиданно вспомнил обо мне? - Просто ответь на мой вопрос! – грубо произнес парень. - Нормально, сплю. Ты в курсе, который час? - Да, у нас тоже уже ночь. - Тогда почему звонишь? - Хочу поговорить! – по голосу я поняла, что Гарри явно в стельку пьяный. - А это не может подождать до утра? – попыталась отделаться от него я. - Нет, я хочу поговорить сейчас. Я взъерошила волосы, и села на постели. - Ну, говори. - Я все решил. - И? - Нам нужно расстаться. Я удивленно несколько раз моргнула. - Я все решил, мне важна моя карьера и я не хочу бросать ее под откос, – продолжил парень. - Отлично, правильное решение. Ты все сказал? - произнесла я, отталкивая от себя нахлынувшие эмоции. Тут на том конце провода послышался странный шепот и как-будто голоса. Я замолчала и прислушалась. Да, Гарри там точно не один. - Ты все еще там? – раздраженно произнес Гарри. - Тебя интересует, не удушилась ли я от горя? Нет! Если ты все сказал, то спокойной ночи. Твои триста тысяч за виллу, я отдам Джемме, а с тобой, я надеюсь, мы больше не увидимся. Прежде чем он успел что-то ответить, я бросила трубку и зарылась лицом в подушку. В голову лезли нехорошие мысли, а наружу так и рвалась истерика, но стены тут, скорее всего, тонкие, а портить кому-то сон мне сейчас совсем не хотелось. Я подняла подушку и положила ее себе на лицо. Крепко прижав ее, я постаралась заглушить громкие рыдание, по испорченной карьере, чувствах и вере в любовь и преданность. Я, конечно, мысленно была готова к тому, что Гарри все же бросит меня, как-никак я сама несколько раз пыталась бросить его, но не думала, что это будет так тяжело и больно. Видимо теперь пришло мое время страдать. Но зачем так? С пьяну, ночью, да еще и явно изменяя мне? Чтобы посильнее насолить мне? Показать, что не одна я могу делать больно? Я убрала подушку от лица и сделала несколько глубоких глотков воздуха ртом. Истерика медленно отступала, на ее место пришла апатия ко всему на свете. Я повернулась на бок и уставилась бессмысленным, невидящим взглядом в окно. Сон прошел и уже не собирался возвращаться этой ночью. Так я и пролежала без движения до самого рассвета. Как на автомате пошла в ванну. Умылась, пригладила мокрыми ладонями волосы, вернулась в комнату... и вновь легла в постель. Ничего другого мне больше не хотелось. В палату заглянула медсестра и позвала на завтрак, но я проигнорировала ее и продолжила бездумно смотреть в окно. Еще около часа меня никто не трогал, потом зашла медсестра и позвала на перевязку. Нехотя, я перевела взгляд на нее и встала с постели. Идя вслед за ней по коридору, я бросила взгляд на свои руки – они были бледными, какими не были до этого никогда. Интересно, мое лицо сейчас такое же белое? Судя по озабоченному лицу медсестры – да. Вернувшись в палату, я вновь легла в постель. Накрывшись с головой одеялом, я свернулась калачиком и попыталась уснуть. Меня разбудил доктор. Видимо на меня нажаловалась медсестра, так что он пытался узнать, почему я не завтракала, но все его попытки были тщетны. Видимо за дверью его поджидала медсестра, так как я услышала ее голос: - Ну что? - Я пришлю к ней Анну. Пусть она попробует. Доктор вышел, а медсестра еще пару минут постояла в дверях, сочувственно глядя на меня. - Мы для тебя же стараемся, никто не стоит твоих страданий, – грустно произнесла она и вышла из палаты, плотно прикрыв за собой дверь. Спустя полчаса, в мою палату вошла женщина среднего роста, с темными, закрученными в пучок сзади волосами и красивыми черными глазами. Она была одета в юбку и блузку и была мало похожа на врача, скорее на учительницу. - Добрый день! – произнесла она и взяла у самой стены стул. Никто до этого им не пользовался, и меня удивило, что эта женщина направилась к нему. – Меня зовут Анна, я психолог больницы. Отлично, теперь мне будут вправлять мозги. - Вы можете не бояться, все что вы скажите – останется только между нами. Некоторые думают, что психологи просто болтают с человеком и получают за это деньги, кто-то думает, что я их тут же свяжу и отправлю в психбольницу, но все это не так. Я никого не связываю, этим занимается другой врач и то, только с буйными, а вы вполне милая, спокойная девушка. Разговор на самом деле, может многое рассказать о вас. То как вы двигаете губами, как щурите глаза, как сжимаете пальцы и как болтаете ногой. Все это что-то да значит. Я, молча, слушала ее. - Вы как я понимаю, даже говорить не хотите. Что ж... Как я поняла, еще вчера с вами все было в порядке. Значит, что-то произошло с вами ночью. А что может произойти ночью с пациенткой в запертой больнице? Давайте так, вы не хотите говорить, но вы ведь можете двигаться так? Просто кивните или мотните головой, если я права или наоборот. Договорились? Я удивленно посмотрела на женщину. - И так, что-то случилось с вами ночью. У меня богатый профессиональный и жизненный опыт и в нашей жизни бывает разное. Не раз, пациенты приставали к медсестрам или угрожали им с ножом. Поэтому спрошу, вас обидел кто-то из пациентов? Я отрицательно покачала головой. Что за чушь вообще? - Отлично, с этим разобрались. Поскольку больница закрыта, и попасть сюда кто-то посторонний не мог, значит, контакт был по телефону. Кто-то звонил вам ночью? Я несколько секунд смотрела на женщину, а потом повернулась на бок. - Значит, я угадала. Кто-то сказал вам что-то нехорошее по телефону, и вы слишком импульсивно это восприняли. Я знаю, что вы приехали сюда с молодым человеком и не раз попадали сюда. Ну, так мне рассказывал медперсонал и ваша история болезни. Я вообще сплетни не люблю, но вокруг нас болтливые люди и что поделаешь? Думаю, я не ошибусь, если скажу, что вам звонил ваш парень. И что же он вам сказал? Хотя знаете, большинство всего, что могут сказать мужчины – это «я ухожу от тебя». Именно эти слова воспринимаются женщинами как трагедия, и именно они причиняют сильную боль, похожую на ту, что у вас сейчас. Другие слова не могут нанести такой раны, особенно в вашем возрасте. Я по-прежнему хранила молчание. - Так, вы не хотите со мной говорить. Это печально, вы можете молчать и лежать в постели, но вам нужно есть, от того, что вы будете голодать, будет хуже только вам. Это вы понимаете? Если вы захотите поговорить со мной – попросите медсестру позвать «Анну». До встречи Кара, я уверена, что вы сделаете правильный выбор, и скоро мы встретимся. Я услышала, как женщина поставила стул на место и вышла из палаты. Мда, продуктивная беседа, ничего не скажешь. Я закуталась в одеяло и закрыла глаза. Я вновь попыталась окунуться в тишину и оказаться подальше от всего этого. Медсестра еще несколько раз заглядывала ко мне в палату, но ничего не говорила, просто видимо проверяла, чтобы я не повесилась или вены себе не вскрыла. Я слышала за дверью голос Сони, но, ни ее, ни Криса так и не пустили ко мне в палату, сказали, что сейчас и вправду есть распоряжение врача и никого кроме медперсонала ко мне не пускают. Отлично, они решили заставить меня есть, и говорить, отделив от всех. Не хочу ничего, устала... После обеда ко мне вновь зашел врач, но на этот раз с подносом. - Так, это обед, и в твоих же интересах его съесть. Ты можешь молчать, просто лежать в постели и смотреть в окно или в потолок, но должна есть. Он поставил поднос на столик у кровати и вышел за дверь. Я повернулась и посмотрела ему вслед. Я села на постели и поставила перед собой поднос. Еда выглядела омерзительно, но я взяла ложку и зачерпнула суп. Фу, совершенно ничего в рот не лезет. Кое-как я съела первое и понадкусывала второе. Нужно создать хотя бы видимость. Я допила чай и, отставив поднос, вновь закуталась в одеяло. В палату зашла медсестра, и удовлетворенно хмыкнув, ушла. Спустя пару минут дверь в палату снова хлопнула и кто-то сел на кровать. - Кара... – я узнала голос Сони. – Ну что случилось? Ты тут заставила всех понервничать. Я повернулась и положила голову подруге на колени. - Он меня бросил, – прошептала я, обхватывая ноги подруги и всхлипывая. - Что? Кто? Гарри? - Да. Ночью позвонил пьяный, у него уже другая есть. - Может это какой его друг? - Я уверена, что это была девушка. - И что, из-за этого ты так расстроилась? Да пусть он расстраивается, ему же хуже. - Соня, он мне жизнь сломал, а потом просто бросил! Он был моим первым, он прилетел ради меня в другую страну, мы строили планы, при нем меня дважды чуть не убили, мы потеряли ребенка, а потом он просто так звонит посреди ночи и говорит, что все это было ошибкой! - Тшш, - Соня гладила меня по голове, - он будет кусать себе локти, когда ты возьмешь себя в руки. Кара, ты думаешь, что он смог найти кого-то лучше тебя? Мне кажется, что пока вы были вместе, ты сдерживала то дерьмо, которое обычно окружает его. Может, когда ты вернешься, он вновь одумается? - Где Крис? – решила перевести тему я. - Ох, по-прежнему возится с этой виллой. Оформляет бумаги, чтобы в понедельник уже окончательно получить ключи. Он уехал, когда нас медсестра к тебе не пустила, а я осталась и как видишь не зря. - Соня, я не могу вернуться в Лондон. - Почему? - Как ты себе это представляешь? Я боюсь вновь увидеть Гарри, да еще и если он будет с другой. - Ну и что? Это же твоя квартира, ты возвращаешься домой. Кара, не важно, что там будет Стайлс, там буду и я. Я помогу тебе упаковать вещи, если хочешь – останусь с тобой ночевать. Тебе нужно просто пережить несколько дней, а потом ты вновь вернешься в Италию, и Стайлс тебя больше не потревожит. Ты покажешь, что независима от него и что можешь нравиться мужчинам. - Каким мужчинам? – удивленно спросила я, приподнимаясь. - Ну, есть у меня тут кое-какие идеи, но оставим их до понедельника. Главное, бросай ты эту фигню с отказом от еды и молчанием. Никому это на пользу не идет. Обещаешь? - Обещаю, – тихо ответила я. - Ну и отлично, купить тебе мороженого? - Нет. Соня глянула на часы. - Тебе нужен свежий воздух, выйди во двор и посиди на лавочке. Я обещала купить родителям подарки из Рима. А завтра мы весь день будем сидеть с тобой втроем. - А в воскресение? - А в воскресение, мы отправимся в город на экскурсию. - Все хорошо, только меня не отпустят. - Ты недооцениваешь силу убеждения Криса! Все, я побежала, пока. Соня чмокнула меня в нос и, переложив на постель, выбежала из палаты. Эх, прогулка по городу действительно сейчас помогла бы мне. Я прихватила с собой коробку шоколадных конфет, и удобно усевшись на скамейке, открыла ее и, выбрав среди множества конфет одну, положила ее целиком в рот. Ммм, очень вкусно! Зазвонил телефон, и я спешно пережевывая, ответила на вызов. - Да? - Это Джемма, как ты? Слушай, я не решалась тебе позвонить, к тому же я оставляла тебе записку, но ты так и позвонила мне, так что я решила сделать это сама. Я звоню в последний раз, просто хотела попрощаться, я возвращаюсь в Лондон в понедельник. - Я тоже возвращаюсь в понедельник с друзьями. Слушай, мне нужно вернуть тебе деньги для Гарри. - Почему ты сама не можешь вернуть их ему? - Мы больше не будем общаться. - У вас вправду все так плохо? - Да. - Жаль, правда, жаль. Я усвоила урок больше не покрывать никого, уж тем более моего больного на голову братца. Я уверена, что это Малик что-то мутит. - Что? О чем ты? Это тот парень, который поет в одной группе с Гарри? Я ничего не понимаю! - Я тоже, но если верить твиттеру, то они сейчас вдвоем проводят время, возможно, он напоил Гарри и убедил что группа сейчас самое важное. - Ладно, созвонимся с тобой еще перед отлетом по поводу денег. Я думаю, мы летим одним рейсом, – растерянно пробормотала я. В ее словах была логика. - Кара, ты больше не сердишься на меня? – с надеждой спросила девушка. - Нет, конечно, нет. Извини, что сорвалась на тебя, это все из-за гормонов. Надеюсь, скоро все придет в норму. Кстати, приходи завтра ко мне в больницу после завтрака, мы с друзьями собирались провести день вместе. Думаю, в выходной день расписание тут будет более мягкое. - Договорились. Я положила трубку и вновь потянулась за конфетами, но коробка была пуста, а рядом валялись фантики, так... эти больные меня с ума сведут, а ведь стоило только отвернуться! Дождавшись ужина, я торопливо отправилась в столовую. Можно сказать, что моя реабилитация была закончена. В столовой, я наверняка выглядела странно, потому что за обе щеки с аппетитом уплетала еду, как будто несколько дней не ела. Я даже подумывала попросить добавку, но потом вспомнила про багет с кунжутом, лежащий в закромах моей комнаты. Отнеся поднос, я вернулась к себе в палату и увидела лежащую связку ключей и записку «Вижу, ты идешь на поправку. Это ключи от актового зала, можешь завтра посмотреть там фильмы». Побродив по коридором, я отыскала дверь с табличкой «актовый зал» и спокойно направилась во дворик, чтобы перед сном сделать пару кругов на свежем воздухе. Прохладный воздух развевал мои волосы. На лавочках было пусто. Холодно было уже сидеть, поэтому несколько стариков медленно прошлись по дорожке вдоль дворика и вернулись в больницу, я тоже решила не задерживаться, а лучше выспаться. По пути в палату и пока умывалась и чистила зубы, я все думала о словах Джеммы на счет Малика. Что-то было в этом такое, но пока все это было похоже на какие-то глупые слухи или догадки. Хотя, помня наши « отношения» с Зейном, я не удивлюсь, если он и вправду настроен против меня, но как он умудрился настроить Гарри? У этого определенно дар убеждения и спаивания. Кроме того, меня смущали эти девушки тут же появившиеся возле Гарри. Если его пьянство и большую дружбу с Зейном я еще могла бы простить, то вот измену я на дух не переносила. Сама мысль, что человек, с которым я хотела провести свою жизнь, обнимал и целовал, а я уж не говорю о большем, другую девушку, вызывала у меня жуткое омерзение вплоть до рвотного рефлекса. В жизни бы не позволила себе флиртовать с кем-то, когда у меня уже есть отношения. Утром я проснулась вполне отдохнувшей и глянула на часы. День обещал быть интересным. Достав косметичку, я впервые за пребывание в больницы накрасилась, и свежая и бодрая пошла в столовую. Позавтракав, я заглянула к себе в палату, но там никого не оказалось, и тогда я решила, не теряя времени пойти на перевязку. Возвращаясь, я в коридоре столкнулась с Соней. - У меня сюрприз! – радостно объявила я. - Мне достались ключи от актового зала, и мы сможем посмотреть фильмы. - И как ты их раздобыла? Только не говори, что ты их украла. - Нет, мне их дала врач. - Ладно, пошли за Крисом, а потом смотреть фильмы. - Нам нужно еще Джемму подождать. - Она объявилась? После того, что наделал ее братец? – возмутилась Соня. - А что тут такого? Между прочим, она помочь хочет, да и не очень весело одной в чужой стране, она ведь вроде как прилетела чтобы за мной приглядеть. Зайдя в палату, мы замерли на пороге. Крис и Джемма сидели на кровати и непринужденно болтали, весело смеясь. Я заметила, как у Сони ревностно сжались кулаки, и постаралась успокоить ее, приобняв. - Привет, как вы тут? – с улыбкой спросила я. - Привет! – Джемма встала с постели и обняла меня, зарывшись в мои волосы. – Я так рада, что вы меня пригласили. Если честно, болтаться заграницей одной не так уж и весело. Надо же, точь в точь я сказала Соне. - Ну что, пошли? – спросила подруга и, взяв своего парня за руку, потащила нас к выходу. Я схватила на ходу связку ключей и повела нашу компанию в направлении актового зала. Внутри было довольно уютно. Мягкие стулья напротив сцены, посреди которой стоял большой телевизор. Мы удобно устроились, а Крис пошел подключать все, разбираясь в проводах и многочисленных удлинителях. - Значит, вы с Крисом встречаетесь? – спросила шепотом Джемма у Сони. - Да, а что? – напряглась подруга. - Ничего, просто тебе очень повезло. Он интересный собеседник. Пока вы возвращались в палату, мы успели о многом поговорить. - Неужели? Я сидела как на вулкане между ними, чувствуя, что идея посмотреть фильмы вместе, было не такой уж и хорошей. - Ну что, что будем смотреть? – спросил Крис, сев рядом с Соней и взяв в руки пульт. - Без разницы, – ответила Соня и положила ему голову на плечо. - Мне кажется, мне тут не очень рады, может мне уйти? – прошептала Джемма мне на ухо. Меньше всего на свете, мне хотелось сейчас с кем-то ссориться или уж тем более бросать ее вновь одну на целые выходные. Одиночество еще никому на пользу не шло. - Все в порядке, она просто не знакома с тобой вот и нервничает, – так же шепотом ответила я. Мы поняли друг друга, и когда Крис включил телевизор, стали выбирать, на чем остановиться. - Половина каналов на итальянском, а остальная половина показывает документальные фильмы об исторических личностях и их нудной жизни, – возмутилась Соня. - Ну и что мы будем смотреть? – спросил Крис, обращаясь к девушке. - Без разницы, все равно уснем. - Там какой-то диск лежит, – внезапно произнесла Джемма, показывая пальцем под телевизор. Приглядевшись, мы заметили, что и вправду, под телевизор был подоткнут какой-то диск. - А что, давайте посмотрим что там, глядишь, там порно окажется! – порадовалась Соня. Крис укоризненно посмотрел на нее. – Я думала, я не одна на это надеялась... Крис вновь встал и, подойдя к телевизору, достал коробку с диском. - Тут написано имя и «познавательный курс», – произнес задумчиво он. - Что за имя? – спросила я. - Не знаю, женщина какая-то... Сезанна. - Ладно, давайте на нее посмотрим. Крис вставил диск в проигрыватель и, нажав кнопку на пульт вернулся на свое место. Несколько секунд на экране были помехи и мы уже успели разочароваться, что диск пустой, и мы опять будем спорить, что смотреть, но вот на экране появилась картинка. Первое время камера тряслась как в руках у паралитика, но потом остановилась и сфокусировалась. На экране была операционная. На экране мелькнуло лицо во врачебной маске и шапочке, и затем раздались голоса. - О Господи, – вскрикнула Джемма. – только не это! - Что это? – с интересом спросила Соня у девушки, но та не ответила, а лишь с ужасом смотрела на экран. Камера по кругу показала всех врачей, а затем опустилась вниз, показывая довольно молодую женщину, в больничной сорочке, как на мне, лежащую на специальном кресле с широко разведенными ногами. Она тяжело дышала, и на ее лице выступил пот. Она была с закрытыми глазами, лишь изредка приоткрывая их и с ужасом глядя в камеру. Я нервно сглотнула. Теперь я понимала, почему Джемма так отреагировала на эту запись, перед нами был документальный фильм чьих-то родов. Черт, не могу на это смотреть, но выключать кассету никто не собирался. Все замерли и напряженно смотрели на экран. Девочки были в ужасе, а Крис сохранял спокойствие, сосредоточенно глядя на экран. Врачи на кассете были очень сосредоточенны и даже суровы. Они обращались с женщиной исключительно серьезно и даже где-то грубо. Никаких подбадривающих слов, исключительно команда на повышенных тонах. Мне было страшно. Женщина выглядела скорее мертвой, чем живой. Она вся была бело-зеленой, покрыта красными дорожками из сосудов. От напряжения сосуды в ее глазах полопались и теперь ее глаза стали светло красными с темными зрачками. На секунду камера показала ее руки, судорожно сжавшиеся в ручки кресла, с белыми костяшками пальцем и несколькими сломанными ногтями. Но это было лучшее, что пока мы видели, потому что дальше начался ад. Видимо этот фильм был предназначен для врачей, а не для частного просмотра, потому, что оператор или кто-то из медсестер задрал край сорочки, демонстрируя то, что по идее мы не должны были видеть. Соня вскрикнула и тут-же зажала рот рукой. Я бы последовала ее примеру, но у меня к горлу подступила тошнота и боюсь вскрикнуть, мне уже бы не удалось. Несколько минут нам крупным планом показывали половые органы этой женщины, а затем мы услышали душераздирающие крики. - Давайте выключим, – взмолилась Соня, - не могу на это смотреть. - Да ладно тебе, это же естественно, – ответил спокойно Крис. - Тебе легко говорить, тебе это в жизни не светит, а нам? Особенно Каре! Тут я очнулась и посмотрела сначала на ребят, а потом на экран. - Она даже побледнела! Эй, ты вообще нас слышишь? – забеспокоилась Джемма. Я, не отрываясь, смотрела на экран. Медики беспокойно сновали вокруг роженицы и что-то кричали, но их голоса были заглушены, нам вновь показывали лишнее, только на этот раз это лишнее было в крови. Мне стало дурно. Женщина билась в агонии, а мы просто так наблюдали за этим. Это было похоже на какой-то фильм ужаса, и пока было неизвестно, доживет ли главная героиня до конца фильма. - Блин, я потом спать не смогу, – отреагировала Соня, но посмотрела на экран. Похоже, дело подходило к самой кульминации, потому что врачи стали тыкать пальцами вниз живота женщины и что-то говорить в камеру. Ох, хорошо, что мы их не слышим. Не хватало еще комментариев по поводу этого безобразия. Вся края сорочки были в крови, женщина, похоже, была уже на грани обморока, когда камера вновь опустилась вниз. Мы все дружно вскрикнули, потому, что между ног у нее торчало нечто. - Это головка, да? – поинтересовалась Соня. - Похоже, да, но я пока не уверен. Одна из медсестер потянула это нечто на себя, и мы с облегченным вздохом убедились, что это действительно ребенок и это действительно была его головка. Постепенно он вылез на половину, а затем и целиком, а на его месте зияла огромная дыра. - Мда, такое только в жестких порнофильмах можно увидеть, – тихо произнесла Джемма, но мы все обернулись. – А что, про секс теперь можно смело забыть! Камера отвлеклась от роженицы. Про нее вообще казалось, забыли. Сначала долго болтал врач, по-прежнему не снимая маску, а потом показали медсестру, которая обмыла, взвесила и завернула в пеленку новорожденного. Только сейчас все вспомнили, что у него есть мать. Камера вновь показала женщину, теперь все ненужное было прикрыто простыней. Сама она была очень красная, покрытая потом и тяжело дышала. Ей показали сверток, она выдавила что-то на подобии улыбки и потеряла сознание. Затем доктор еще что-то говорил, а затем кассета закончилась. Комната погрузилась в тишину. Никто из нас не знал, что теперь можно сказать, чтобы не испортить такой момент. - Ну как фильм? – спросила, наконец, Соня. – Что-то в этом есть. Правда, диалоги довольно странные, а операторская работа достойна похвал. Кара, ты как? Знаю, для тебя это больная тема, но знаешь, глядя на такое, я бы облегченно вздохнула. - Соня… - укоризненно протянул Крис. - Ладно, молчу. Просто и вправду страшновато. - Надеюсь, меня не будут снимать на камеру, – тихо произнесла Джемма и я повернулась к ней. – Это же ужасно! Вы видели как она мучилась? Интересно, ей делали наркоз или типо того? - Я думаю, нет, чтобы все было естественно, – ответил Крис. - Это ужасно! – отреагировала Соня. – Это изверги, а не врачи. Наркоз должен быть, мы не в каменном веке! Я продолжала ошарашено молчать. - Ой, вот только не надо тут, есть вещи и похуже, – возразил Крис. - Например? – поинтересовалась Джемма. - Ну, война например. Там люди сотнями, тысячами умирают, а тут всего лишь роды. - Ты что, спал пол фильма? Это же кошмар! – возмутилась Соня. - Не ругайся, мне, наверное, и вправду этого не понять, – ответил мужчина, и поцеловал свою девушку в лоб. - Давайте вернем кассету на место, а сами посмотрим что-нибудь другое. Нужно забыть об этом как можно быстрее, – вмешалась я. Крис встал и, достав диск, положил его на место, а затем вновь включил телевизор. На одном из каналов шли мультики. За их просмотром, мы все постарались поскорее забыть об этой кассете и фильме, но чувствовалось, что все по-прежнему пребывают под впечатлением от увиденного.