За кадром Sailor Moon S

— Вот это да! — удивилась Усаги, глядя на экран телевизора, где показывали фанатов, беснующихся вокруг певцов. — Как муравьи на сахар липнут, — проворчала Рей. — Заняться им, что ли, больше нечем, кроме как за кумирами гоняться? — подивилась Макото. — Гоняться? — не поняла, о чём она, Ами. — Угу, есть такие люди, которые гоняются за знаменитостями, — пояснила Усаги. — А что делают, когда догонят? — озадачилась Меркурий. — Да ничего, — ответила Рей. — Этих людей не понять, — пренебрежительно сказала воительница Луны. — Да, Минако–тян? Минако–тян? — Э? — вздрогнула задумавшаяся воительница Венеры. — Что? — Ты чего в облаках витаешь? — удивилась Усаги. — Да ничего. — Вот мы бы никогда не стали гоняться за знаменитостями, — уверенно заявила Рей. Все замолчали, ожидая реплики Минако, но она так и сидела с отсутствующим взглядом. — Сто-о-о-оп! — остановил сцену режиссёр. — Айно-кун, что такое? — А? Что? — пришла в себя Минако. — «А? Что?» уже было! Сейчас у тебя по сценарию другая реплика. — Режиссёр устало вздохнул. — Я ожидал такой безалаберности от Цукино-кун, но не от тебя. Перерыв десять минут. Сходи кофе выпей, что ли. — Хорошо, — не стала спорить Минако. Ей редко доводилось злить режиссёра, но ей хватило наблюдения за Усаги, чтобы понять, что, если тот уже сделал одно замечание, его лучше не провоцировать. — Минако-тян что, всё ещё переживает из–за Руи-сана? — предположила Ами, проводив взглядом покинувшую павильон подругу. — Похоже на то, — откликнулась Рей. — Странно… — насупилась Макото. — Это совсем не в её характере. В своём обычном состоянии Минако-тян бы сейчас визжала от счастья, что в этом эпизоде приглашённой звездой будет Араки Дзинта и составляла бы планы по его соблазнению… Минако, стоявшая теперь у автомата с напитками, беспокоилась о том же. «Да что со мной вообще такое? — возмущалась она. — Этак я всех классных парней упущу! Сколько ни думай о Руи, менее голубым он от этого не станет. Нужно завязывать с этим и браться за дело. Араки-сан ведь будет сниматься с нами только один день. Надо успеть его зацепить». Кивнув своим мыслям, Минако сжала руку в кулак и нахмурила лоб, пытаясь изобразить решительность. Получилось, по ее ощущениям, вполне убедительно. Усаги же, оставшаяся в павильоне с остальными, после слов Макото не на шутку разволновалась. «А что если Минако-тян теперь совсем зачахнет от тоски? — мысленно ужаснулась она и, представив увядшую в расцвете лет подругу, строго велела себе: — Нужно действовать! Надо сделать что-то, что вернёт Минако-тян её обычную жизнерадостность». Подумав о том, что обычно заставляет подругу проявлять интерес к жизни, Усаги пришла к выводу, что ничто не поднимет дух Минако лучше, чем свидание с классным парнем. «Интересно, а Араки Дзинта-сан, который будет сниматься с нами послезавтра, достаточно классный?» Усаги воспроизвела в памяти внешность молодого певца, безумно популярного среди девочек-подростков, и, осознав, что он похож на Харуку, которая в её понимании внешне была олицетворением прекрасного принца, рассудила, что этот парень — то, что доктор прописал. «Отлично! — она сжала руку в кулак. — Значит, послезавтра убегу с последнего урока, чтобы подловить Араки-сана до прихода Минако-тян и уговорить его сходить с ней на свидание». Подумав так, Усаги с энтузиазмом кивнула своим мыслям. Макото решила поступить менее радикально. После окончания съёмок, когда ушли все, кроме Минако, зависшей в размышлениях и одевавшейся со скоростью улитки, она подошла к подруге и, окликнув её, предложила: — Мы с Юкио сегодня едем в тот новый крутой Дом ужасов, о котором говорили в новостях. Поедешь с нами? — Да… — пространно откликнулась Минако. Судя по отсутствующему выражению на лице, она даже не услышала, о чём её спросили. — Вот и отлично! — Макото, не дожидаясь, пока подруга придёт в себя и начнёт выдумывать отговорки, помогла ей застегнуть оставшиеся пуговички на блузке и, схватив за руку, поволокла к выходу из гримёрки. Алмаз при виде незваного пополнения компании почувствовал обиду и разочарование — он-то надеялся на романтическую прогулку по дому с призраками, во время которой трясущаяся от страха Макото будет жаться к нему и умолять её защитить, — но виду не подал. Как он уже успел убедиться, спорить с Макото и пытаться что-то доказать — себе дороже. А потому Алмаз просто лучезарно улыбнулся и, поприветствовав Минако, сел за руль. Минако же, вяло ответив на приветствие, призрачной тенью опустилась на заднее сиденье. — Она что, вошла в образ привидения, чтоб в Доме ужасов чувствовать себя как дома? — шёпотом спросил Юкио у Макото, устраивающейся рядом с ним. — Нет, — так же тихо откликнулась та. — Она переживает из-за Руи-сана. Из-за того, что он уезжает учиться в Париж на два года. — Он уезжает? Серьёзно? А как же группа? — Тс-с-с! — шикнула Макото на не в меру расшумевшегося возлюбленного. Впрочем, волновалась она зря: Минако уставилась в окно и вообще не замечала, что происходит вокруг. — Потом расскажу, — пообещала Макото. Алмаз кивнул. — Остановите, — внезапно подала голос Минако. Алмаз удивился, но, тем не менее, нажал на тормоз. — Что такое? — обернувшись к подруге, участливо спросила Макото. — Мой дом, — указала пальцем вглубь улицы Минако. — Э-э, — замялась Макото. — Да, но мы ведь в Дом ужасов едем. — Какой Дом ужасов? — удивилась Минако. — Минако-тян… — уронив голову, пробормотала Макото. — Я, конечно, подозревала, что ты меня не слушаешь, но чтобы настолько… — Э? — хлопнула глазами Минако, но, рассудив, что это не важно, тут же с вежливой улыбкой добавила: — В любом случае, спасибо, что подвезли. — Ты не поедешь с нами в Дом ужасов? — уточнил Алмаз. — Нет, конечно. Завтра съёмки с Араки Дзинтой. — Минако с решительным видом стиснула руку в кулак. — Мне надо подготовиться, чтобы завтра выглядеть неотразимо и очаровать его с первого взгляда. Сказав это, она попрощалась и вышла из машины. Макото и Алмаз проводили её недоумёнными взглядами. — Ну, по крайней мере, она вроде взбодрилась, — Макото попыталась мыслить позитивно, хотя беспокойство за подругу всё росло. — Угу-угу, — закивал Алмаз. — Всё хорошо, что хорошо кончается. «И для нас тоже», — с довольной ухмылкой добавил он про себя, радостный оттого, что свидание состоится и уже скоро Макото будет прижиматься к нему, прося спасти её от страшных призраков… Ну, по крайней мере, в его мечтах — ведь какой бы сильной и независимой ни была его девушка, фантазировать Алмазу никто не запрещал. Этим он и спасался.