За кадром Sailor Moon S

Хотя Юкио и сказал, что будет ждать у двери, на звонок воительницы Юпитера никто не ответил. Девушка уже собиралась оставить кастрюлю под дверью и уйти, когда услышала изнутри голос: — Заходи, открыто. Толкнув дверь, Макото зашла в прихожую. — Извиняюсь за вторжение, — как это было принято в таких случаях, произнесла она. — Сюда-сюда, Мако-тян! — донёсся из гостиной голос Алмаза. Девушка нахмурилась, но, тем не менее, всё-таки подчинилась: ставить кастрюлю на пол не хотелось: мало ли когда Алмаз его в последний раз мыл? Гостиная квартиры Юкио, несмотря на ту же планировку, действительно казалась совсем другой. В отличие от Макото, украсившей стены картинами и фотографиями, а в интерьер добавившей уютные детали, вроде занавесок и различных декоративных украшений, Юкио оставил всё, как было при въезде, и голые стены в его гостиной смотрелись весьма аскетично. «Его квартира вовсе не похожа на квартиру самолюбивой звезды, — мысленно отметила Макото. — Скорее напоминает жилище холостяка, всё своё время проводящего на работе». — Подожди, я сейчас ещё кое-что принесу! — отвлёк от размышлений воительницу Юпитера хозяин квартиры. — А? — девушка проводила убежавшего в спальню парня недоумённым взглядом, и только теперь заметила, что на низком столике, стоявшем рядом с угловым диванным уголком, стоят две тарелки, коробка конфет и бутылка вина. — Та-дам! — вышедший из спальни Юкио, продемонстрировал девушке канделябр со свечами. — Ну, можем приступать. — Я вовсе не собираюсь с тобой ужинать, — поняв его намерения, резко сказала Макото. Она поставила кастрюлю на стол, и развернулась к выходу, но Алмаз перехватил её за запястье. — Ну, пожалуйста, — всё тем же взглядом невинного щенка, ищущего ласки, умоляюще посмотрел на неё он. — Если не хочешь есть, можешь просто посидеть рядом. Воительница Юпитера хотела отказаться, но вдруг поняла, что ей действительно интересно увидеть реакцию Алмаза на свою стряпню. — Очень прошу, — ещё раз проканючил парень. — Пожалуйста. — Ладно, — сдалась Макото. — Ура! — обрадовался Алмаз и, сев за стол, притянул к себе кастрюлю. — Ну, приятного аппетита! — А рис? — прежде, чем он открыл крышку, спросила Макото. — Какой рис? — не понял парень. — Это мясо подаётся с рисом. — Вот как… — расстроенно протянул Юкио. — А без него никак? У меня нет ни риса, ни рисоварки. Макото обречённо вздохнула и буркнув: «подожди немного», пошла домой. Когда через пару минут она вернулась с контейнером риса, свет в комнате уже был погашен, а на столе горели свечи. Грозно нахмурившись, девушка щёлкнула выключателем. «И чтобы больше без фокусов», — говорил её взгляд. Алмаз грустно вздохнул. Но вся его грусть испарилось, когда перед ним оказалась тарелка риса с тушёным мясом. — М-м-м, вкуснота, — отправив в рот ложку, расплылся в довольной улыбке парень. — Погреть не надо? — спросила сидящая напротив него Макото. — Я, вроде, не так давно готовила, но… — Нет, оно ещё теплое, всё отлично. — Алмаз отправил в рот вторую ложку, и на его лице снова появилось просветлённое выражение. Макото смущённо потупилась: такая реакция была ей очень приятна. Содержимое тарелки было прикончено в мгновение ока, и Юкио попросил добавки, которую умял с таким же аппетитом. — Всё-таки домашняя еда — самая лучшая, — откинувшись на стоявший позади стола диван и погладив себя по животу, довольно проговорил он. — Ты не готовишь? — поинтересовалась Макото. — Нет. Когда моя мать сбежала от нас с отцом, он нанял экономку, которая занималась всеми домашними делами, а потом, когда я начал работать и переехал, появились деньги на то, чтобы нанять горничную и заказывать еду из ресторанов, так что в плане домашнего хозяйства я абсолютно беспомощен. — Парень откупорил вино и наполнил один из бокалов. — Тебе налить? Макото отрицательно помотала головой. — Ясно. Тогда принесу сока. — Парень отправился на кухню. Воительница Юпитера же, нахмурившись, опустила взгляд: то, что Алмаз сказал про свою мать, заинтересовало её. Она понимала, что ковыряться в чужом прошлом некрасиво, и соседа её прошлое касается меньше, чем кого бы то ни было, и всё равно эта мимолётом брошенная фраза теперь не давала ей покоя. — Вот, Мако-тян, — Юкио наполнил бокал девушки. — Надеюсь, яблочный подойдёт. Актриса кивнула. Алмаз снова уселся на место и начал неспешно потягивать своё вино. С минуту парочка сидела в тишине, а потом Макото не выдержала: — Можно один вопрос? — Да, конечно. — Когда ты говоришь, что твоя мама сбежала, что ты имеешь в виду? — Тебе интересно? — спросив это, парень улыбнулся, но воительница Юпитера заметила, что глаза его при этом остались грустными. «Я не должна лезть в его жизнь, — напомнила она себе. — Меня это не касается». Но вслух, потупившись и смущённо покраснев, девушка проговорила одно-единственное слово: — Да. — Ну, там ничего особо страшного, — с деланной беспечностью начал Алмаз. — Просто в школе моя мама была до беспамятства влюблена в одного парня. Они встречались, но потом он уехал учиться по обмену за границу, у них случилось какое-то глупое недопонимание, и мама назло ему начала встречаться с другим — моим отцом. А через семь лет на встрече выпускников они с тем парнем снова увиделись и поняли, что никогда не переставали любить друг друга. Так, по крайней мере, она написала в письме, которое оставила отцу вместе с заявлением на развод, когда сбежала. — Это… жестоко, — только и смогла выдавить Макото. — Думаешь? — Конечно. Как можно бросить мужа и маленького сына? — Ну, если бы она забрала меня, отец бы имел полное право пустить по её следу полицию. — И всё равно… Юкио, глядя на хмурое лицо Макото, с нежностью улыбнулся и неожиданно сказал: — Я считаю, что мама поступила правильно. — Что? — изумлённо распахнула глаза девушка. — На самом деле, я хорошо понимаю её чувства, — пояснил парень. — Отец говорит, это оттого, что мы с ней очень похожи. Я думаю, единственной маминой ошибкой было то, что она начала встречаться с моим отцом, имея чувства к другому парню. Она должна была бороться за свою настоящую любовь, а не искать ей замену. Таково моё мнение. Именно поэтому для себя я решил, что, когда по-настоящему влюблюсь, сделаю всё, чтобы донести до любимого человека свои чувства и быть с ним. И именно поэтому я теперь так отчаянно преследую тебя, Мако-тян. Макото потупилась, не зная, что сказать: Юкио так ловко перевёл разговор на другую тему, что любые слова утешения теперь казались фальшивыми и не к месту. А вот его признание, напротив, теперь приобрело серьёзность и глубину… Поняв это, воительница Юпитера залилась румянцем до кончиков ушей и не придумала ничего лучше, кроме как спастись от ответа на признание бегством. — Йя…я пойду, — натянуто выдавила она. — Хорошо. — Алмаз, к удивлению соседки, не стал её останавливать. — Спасибо за вкусный ужин. — Не за что, — схватив кастрюлю, Макото быстрым шагом пошла к двери. В голове её всё смешалось, и лишь одно она знала наверняка: так, как раньше, относиться к Алмазу она уже не сможет.