Печали мыслей наших...

Цири крепко сжимает в руке меховой воротник, кутается глубже. Ветер пронизывает до костей. Взглядом она окидывает шатры. Слишком много людей собрались здесь ради одной цели, цели которую ведьмачка не одобряла. Она продолжает считать этот бой своим. Довольно смертей, что вьются следом за ее клятым предназначением. Вот бы сейчас снова оказаться в Каэр Морхене, в то время, когда ей было куда меньше лет, а страдание и вечная погоня не оставили своих отметин на ее душе и теле. Воздух вокруг напитан магией, так ей показалось. Меч приятно оттягивает ремень, пересекающий торс. В это самое мгновение мыслями своими Ласточка была далеко, так далеко, что представить трудно. Взгляд, пронзающий небосвод, застыл в ожидании. Какая же она все-таки крохотная по сравнению с огромными мирами и бессчетным их количеством. Все решится сегодня. Да, сегодня. Цирилла кладет руку на эфес и замирает, выжидая гостей.

***

Все произошло быстро, резко. Лед сковал буйную морскую гладь, давая пространство для боя всадникам. Геральт скользил, кружа в пируэтах, словно в потоке воздуха. Меч в его руках исполняет танец смерти, в вальсе прочерчивая погибельные дуги вокруг ведьмака. Нагльфар еще далеко, чтобы пробиться к нему, нужны силы, которых уходит слишком много. Полчища гончих и вооруженных эльфов так и норовят отхватить Белому Волку то руку, то ногу, а то и вовсе голову. И где эта чертова Ведунья? Зеленая вспышка сверкает где-то близко к кораблю – Цири. Грязно выругавшись, Геральт срубает голову очередному противнику, что стоит у него на пути. Надо спешить.

***

Креван наблюдает за битвой со стороны. У его ног сидит, обхватив руками голову, Идрис. Знающий чувствует ее боль и смятение, понимает. Он бы и сам не прочь избежать таких моментов, но оправданная жестокость решит проблему. Либо Цирилла, либо ничто. Для Глас все было иначе, он видел. Не те мотивы, не те цели. Почему она до сих пор здесь? Вдалеке грохочет взрывная волна, вьюга стихает, а значит – Карантир мертв. Идрис резко поднимается на ноги, не смея дышать. Ее глаза полны тревоги, испуга и отчаяния. Рука, что привыкла держать клинок, дрожит, пальцы ритмично сжимаются в кулак. Лис все видит, все знает. Он ждет ее взгляда, умоляющего простить. - Они там… - Погибнут. Ведунья замолкает, сглатывая вставший в горле комок. Их взгляды встречаются. В молочно-голубых глазах ее отражается лесная зелень и словно бы сам Эредин стоит перед Аваллак`хом. Он касается ее ладони, внезапно печаль сжимает легкие. Словам уже не вырваться наружу. - Я… Неловкая попытка сказать ей, все сказать. Сказать о том, какой он видит ее, в лучах закатного солнца: сияющую теплой улыбкой. Сказать, что помнит крохотные цветочки, что она вплетала в волосы на Беллетэйн. Сказать, что нет ничего дороже ее объятий. Сказать… Так много сказать. Она опережает, сжимая холодные пальцы его руки. - Я тоже, я тоже... Прощай. По ее щеке бежит бусинка слезы, а он лишь смотрит Идрис в глаза, продолжая держать ее ладонь. - Отпусти. Больно, как же больно. Он обнимает ее, вдыхая сладкую черемуху. Легкий поцелуй, остается на его губах холодящей дымкой. Руки больше не касаются знакомого тела – ее нет. - Люблю тебя… Лис тяжело опускается на бочку, где недавно сидела она. В груди все колет.

***

Геральт был свиреп. Долгожданная встреча с королем прибавила ему энергии. Эредин бьется достойно, мгновениями ведьмак терял контроль над ситуацией, получая серьезные удары, добавляющие шрамов на тело. Хищный взгляд истекающего кровью эльфа не изменился. Воистину достойный венца. Белый Волк тяжело дышит, переводя дыхание. Сзади он слышит шаги. Кто-то неуверенно переступает по палубе, нервно. - Остановись, прошу тебя! Голос знакомый, вот она и объявилась! - Идрис уйди. Уйди сказал! Его судьба предрешена. Спиной он чувствует, как колеблется сила. - Не смей говорить мне, что предрешено, ведьмак! Это мне ведомо смотреть на события грядущие! Мне, а не тебе! Геральт знал, что с двоими ему не справиться, во всяком случае, не с ними. Весы словно взвешивали их души, решая кому пасть, а кому жить. Холодное дыханье смерти ощутимо кольнуло затылок или же это просто ветер? - Убери меч, Vatt’ghern. Голос снова дал слабину, но треск молний подтверждал серьезность намерений. Снежинки словно застыли в пространстве. Зеленые глаза яростно впились в желтые звериные. - Нет. - Тогда… Чародейка заколебалась. Шипение внезапно прорезало тишину. Идрис видела, как меняется лицо ее брата, словно сквозь завесу она услышала его крик, но было поздно. Из груди ее торчал серебряный меч, а над ухом раздались тихие сдавленные рыдания. Ведунья коснулась стекающей по мечу капли крови, не веря своим глазам. Где-то впереди в отчаянном рывке Эредин встретил ведьмачий клинок. Белая снежинка опустилась на щеку Идрис, последний вдох. Она упала грудью на перила, оставляя кровавый шлейф на покрытом изморозью дереве. Цири выронила меч, сотрясаясь в слезах. Геральт молчал и не смел обернуться.

***

Легкий ветерок треплет травинки, что щекочут кожу. Солнце изредка проникает сквозь покачивающиеся ветви, зайчиками пробегает по коже. Пахнет влажной землей, озоном и цветущей черемухой. Рядом кто-то неуклюже роняет что-то тяжелое. - Squaess me. Кхм… Пришлось открыть глаза. Высокий светловолосый эльф собирает исчерканные рисунками и узорами букв листы. Его лицо кажется слишком серьезным и сосредоточенным. Наконец он обращает внимание на лежащую в траве черноволосую эльфку. Она смотрит на него, не моргая, в длинных локонах местами проглядывают пучки травы. - В чем дело, Идрис? Она проводит рукой по груди, опуская ладонь на живот. Под пальцами приятно-гладкая материя. Боли нет. Она садится, оглядывая свое вишневого цвета платье. Длинные волосы достают до лопаток, она гладит их словно впервые в жизни. - Как себя чувствует король? Креван немного нахмурился. - Ауберон в порядке. А вот ты ведешь себя странно. Поделишься? Идрис выдохнула. Загадочная улыбка расцвела на ее губах. Рядом послышалось мерное позвякивание доспеха. - А вот и они. Идрис, ты собралась весь день тут в траве лежать? Я искал тебя. Она завороженно смотрела на строгое выражение лица Эредина. В тени его глаза необычайно-живо блестели. Не в силах что-либо сказать она разглядывала его, жадно вбирая каждую деталь. - Что с ней, Креван? - Не уверен. Похоже, она что-то увидела, пока лежала здесь. - Ах вот оно как. И что полезного ты там узрела? Идрис поморщилась, пытаясь вспомнить детали. Видение ускользало в дымке сна. - Я… Не помню. А кто такая Цири? Лис продолжал читать и ответил, не поднимая глаз. - Не слышал о такой. - Эредин? Ястреб бросил колкий взгляд свысока. - Впервые слышу. Ветер унес с собой легкие лепестки черемухи. Сквозь время тянется нить, но Идрис отпустила ее. Она подумала, что не хочет помнить, но знала, что делать при встрече с Ласточкой. А в груди по-прежнему горело холодное серебро.