Только поблагодарить...

За окном уже стемнело, и замок погрузился в безмолвие. Микаса глядела на огонёк горящей свечи, сидя в темной комнате капрала. Он сам просил её прийти, но почему-то его в спальне не оказалось, хотя дверь была открыта. Чтобы в помещении можно было хоть что-нибудь разглядеть, пришедшей девушке пришлось зажечь свечу. Сев на кровать любимого и поставив подсвечник на рядом стоящую тумбочку, Аккерман умиротворённо глядела на пламя свечи. Оно было почти полностью спокойным, но стоило брюнетке лишь слегка подуть на него, как оно начинало прерывисто дрожать и трепыхаться, грозясь затухнуть. Под воздействием довольно мрачной обстановки, в голову Микасе пришло одно странное сравнение. Ей казалось, что огонь свечи похож на… человеческую жизнь. Всё может быть спокойно и даже хорошо, но абсолютно в любой момент всё могло резко прекратиться… Микаса не часто думала о смерти, но около трех недель назад она в буквальном смысле висела на волоске от гибели. Стоило лишь кому-то посильнее «подуть», и её жизнь вмиг бы оборвалась. Но к счастью, у неё был ангел-хранитель, не позволивший её свече так просто угаснуть. Он спас её, в некотором роде, сделал своей должницей. И украл её сердце. Сердце, казалось бы, такое холодное и бесстрастное, как у него самого. Он смог растопить его, и навеки поселиться в нём самому. А если любимого не станет? Что она будет делать тогда? Не знает. И даже не хочет знать, представляя, как будет страдать. Наверное, никто не сможет заполнить ту пустоту в душе, что останется, если капрал вдруг погибнет. Ну, разве что только Эрен, но у него уже появилась своя цель, которую нужно оберегать. Своя любовь. Ну, а если из жизни уйдёт сама Микаса? Будет ли он переживать? Или забудет, словно её никогда не было в его жизни. Об этом было страшно помышлять, но всё же пугающие мысли уже овладели разумом брюнетки. Она, почти не моргая, в упор глядела на танцующее пламя, зарывшись руками в собственные волосы. Вдруг она услышала тихий скрип двери. Вошедший мужчина с, обычным для него, отрешенным лицом закрыл за собой дверь, не заметив девушку, сидящую в потёмках. Когда он повернулся, Аккерман краем глаза увидела, что на нём надеты чёрные брюки и свободная кофта без ворота сероватого цвета, похожая на ту, в которой азиатка провела ночь в его спальне. Обнаружив Микасу, Леви слегка удивился и даже на одно мгновение испугался. Нет, она не выглядела устрашающе, просто он не ожидал её увидеть. — Ты уже здесь… Давно ждёшь? — спросил капрал, подходя к девушке. Она отрицательно покачала головой, не отрывая пристального взгляда от свечи. Ривай сел рядом с ней, непонимающе осматривая её слишком серьёзное и одновременно печальное лицо. — У тебя всё в порядке? — снова задал вопрос брюнет, замечая, что глаза Аккерман едва ли не на мокром месте. Темноволосая ещё некоторое время молчала. Наконец, ей удалось собраться с мыслями и поднять глаза на мужчину. — Леви… Если я умру, ты забудешь обо мне? — почти шёпотом произнесла она. Капрал опешил, а глаза его сделались в два раза больше. Сузившиеся от ужаса зрачки предательски задрожали. — Что… что ты такое говоришь?.. — дыхание Ривая прерывалось. — Ну, я ведь могу погибнуть в любой вылазке. Ты же не сможешь, спасать меня постоянно… Леви схватил Микасу за плечи, заставляя её прерваться. Его лицо выглядело довольно жёстко, и от его вида по спине девушки пробежались мурашки. — Не смей. Никогда больше не смей спрашивать у меня подобные вещи. Поняла? — пока он говорил, на его лице не дрогнул ни один мускул, и брюнетка испуганно сглотнула. Это не укрылось от взгляда мужчины. Он будто пришёл в себя, а затем накрыл ладонью чуть порозовевшую щеку азиатки, касаясь большим пальцем её приоткрытой нижней губы. — Извини. Я не собирался тебя пугать… — Но у тебя это получилось, — холодно отозвалась Аккерман, отодвигаясь от брюнета. Капрал упрямо вновь приблизился к подчинённой, обнял и рывком притянул к себе. Она оказалась плотно прижатой к его груди и слышала, как громко бьётся его сердце. От брюнета пахло свежестью недавнего душа и его любимым чаем. — Дурочка. Даже если я и захочу забыть тебя, то не смогу… Ты — мой луч света в этом, кажется, давно забытым богом мире. Ты подарила мне шанс вновь по-настоящему жить, а не просто существовать по привычке. И ты правда думаешь, что даже после твоей смерти, я смогу забыть тебя? Из глаз азиатки потекли горячие капли, она лишь тихо всхлипывала, не в состоянии произнести ни слова. — Я же просил тебя больше не плакать, — слегка утомлённо протянул Ривай. — Не ожидала от тебя такой пламенной речи… — сквозь нежданные слёзы усмехнулась Микаса. Брюнет еле слышно хмыкнул, сохраняя флегматичный взгляд своих стальных глаз. — Ты просто плохо меня знаешь. Мужчина отодвинулся к стене, попутно обвивая руками девушку. Его пальцы сплелись у неё под грудью, и он притянул возлюбленную к себе. Сначала она чувствовала некоторое напряжение, но потом чуть сползла вниз и немножко неуверенно положила голову ему на грудь. Его размеренное дыхание успокаивало, и она полностью расслабилась, ощущая, как он нежно касается щекой её волос. — Ты не должна думать о смерти. Сейчас ты жива, и — это самое главное… — Леви ухмыльнулся — Забавно. Я начинаю говорить, почти как Эрвин. Хотя, не суть. Важно, чтобы ты поняла. Никто не знает, сколько мы ещё проживём, да и стоит ли нам вообще знать?.. У меня вот, к примеру, есть занятия по-интереснее, чем размышлять о том, когда и каким образом я умру. Он ещё сильнее прижал темноволосую к себе и нагнул лицо к её шее, слегка касаясь её кончиком носа. Аккерман почувствовала его тёплое дыхание на своей коже и сладостно выдохнула. Ривай отстранился от шеи девушки и бросил взгляд на пламя свечи. — Похоже, мне крупно повезло… — вымолвил он, ни к кому конкретно не обращаясь. — Звучит довольно романтично, — отозвалась брюнетка, догадавшись, что речь идёт о ней. — Правда? Больше так не буду. Микаса не смогла сдержать улыбки. Он был прав. Она действительно его плохо знает. Но она полюбила его таким, какой он есть. Несмотря на его вечно, казалось бы, бесстрастный взгляд, непоколебимое выражение лица, навязчивую любовь к чистоте и холодный рассудок. Многие бы спросили: что она в нём нашла? И она бы ответила: то, что никто из вас не смог бы отыскать. Она нашла в нём саму себя. Они были похожи, как внешне, так и внутренне. Но всё-таки оставались при этом довольно разными. Чего только стоила одна лишь разница в возрасте. Это делало их отношения такими безрассудными, но при этом… такими непредсказуемыми и живыми. Азиатка не ждала постоянных признаний в любви, комплиментов и глупых знаков внимания, которых так жаждали другие влюблённые девушки. Ей всего лишь хотелось, чтобы этот человек оставался рядом как можно дольше. Чувствовать биение его сердца, лежать в его обьятиях, касаться этих чёрных волос, так похожих на её собственные… Да просто знать, что он жив, что с ним всё хорошо. Раньше, у Микасы была одна причина жить — Эрен. Но сейчас у неё появился тот, для кого причиной жить стала она сама. Это было несколько необычно. Но темноволосая не боялась никаких трудностей, ведь она знала, что вместе они справятся с чем угодно. И он тоже это знал.