Я К ВАМ. СКЕЛЕТЫ В ШКАФУ.

      Для Макса жизнь потеряла вкус. Прошло два месяца со дня смерти Алекса, он брёл по пустынной улице, выгуливая Черныша. Боль выжгла его изнутри, оставив пустую оболочку, в душе наступила холодная ядерная зима. И он стал задумываться о суициде, ведь в его существовании не было смысла.       Черныш, выдернув поводок, понёсся к идущей навстречу женщине. Макс не успевал его остановить, но вопреки ожиданиям пёс не кинулся на неё, а стал радостно скулить и лизать присевшую перед ним женщину. Когда Макс к ним подошёл и рассмотрел женщину, создалось впечатление, что он её уже видел. Воспоминание как ушат ледяной воды: на флешке, это любовница Алекса.       Женщина выпрямилась, и его внимание привлёк её выпирающий живот.       – Его, – неожиданно вырвалось, и он потянулся к животу беременной. В самый последний момент отдёрнул руку, но потребность прикоснуться к частичке Александра осталась.       – А Вы его брат? – предположила женщина и улыбнулась.       Максу захотелось любой ценой стереть её улыбку… Сделать больно… Растоптать… Унизить.       – Да… Александр так меня представлял, но мы были возлюбленными, – глядя в глаза женщине, сказал Макс, отслеживая гамму чувств, мелькнувших на её лице. И испытал триумф, видя отчаянье женщины.       А потом она засмеялась, громко и заливисто, от её смеха Максу стало жутко. А когда смех сменился истерикой – стыдно, что довёл беременную. И он неловко обнял её, успокаивающе гладя по спине.       – Какая же я дура, – успокаиваясь, шептала женщина.       – Я Макс, – примирительно протянул руку.       – Светлана, – пожала она в ответ, всё ещё всхлипывая.       – Я извиняюсь за своё поведение… Ревность… Я здесь недалеко живу, пошли ко мне, умоешься и поправишь макияж.       – А ты знал о нас?       – Видел запись… С Чернышом, – не стал скрывать Макс.       – Он это снимал, – прошептала потрясённо Света.       Макс утвердительно качнул головой. И они пошли, каждый думая о своём…       Света, молча, прожигала взглядом чашку с чаем, любезно предложенную хозяином. Но, наверное, у каждого был момент в жизни, когда хранить в себе становится невыносимо, и хочется, поделится. И, видать, именно такой момент жизни был у Светланы. И Макс иногда, прокручивая в голове их разговор, мысленно благодарил Свету за откровенность, которая их сблизила.       – А я в него с первого взгляда… А он такой уверенный в себе… Властный… И форма ему шла, подчёркивая идеальное телосложение. У меня бизнес свой, кафе. Вот он повадился к нам кофе пить, а я лично ему чашечку поднесу, и намёки недвусмысленные посылаю. А он намёков моих будто не замечал, и не отталкивал, и к себе не приближал.       А тут вдруг, явился под утро. Подруга моя замуж выходила, но я с гостями и задержалась. Помятый весь, навеселе, и сексом от него несёт за версту. Но я дурой не будь… В личный кабинет и в оборот: «Хочу, Ал, тебя, сил нет… Хочу… Всё, что хочешь, для тебя…», – и кофточку расстёгиваю. А он меня взглядом оценивающим обвёл, и говорит: «Так значит, всё, что захочу… И под собаку для меня ляжешь?». «Лягу», – выпалила ему в губы. И поцелуй до нехватки воздуха. И осознание, что действительно лягу и под кобеля… И под поезд… Куда прикажет, туда и лягу… Лишь бы с ним…       А потом он стал приходить ко мне с Чернышом… Мне поначалу противно было, но я так хотела быть для него особенной, что терпела. А затем… Узел этот пульсирующий… Чувство наполненности… И взгляд Алекса голодный. Я стала под Чернышом удовольствие получать, и встречи мне эти как воздух необходимы стали.       А ещё я хотела, чтобы он не уходил… Просыпаться вместе… Чтобы замуж позвал. Я же пробила, что он не женат, живёт с братом. Вот я, дура, и залетела… Привязать его хотела… Как две полоски увидела, визжала, что сумасшедшая, вот, думаю, Алекс обрадуется. А он приходить перестал, но я к нему на работу и пошла. И с порога его новостью прекрасной и порадовала. А он мне: «Беременная, значит, поздравляю, на меня не рассчитывай. Родится сын – Денисом назови, в честь моего отца, материально помогу. А дочь… Даже не беспокой меня по пустякам… А будешь лишнее болтать – отсюда не выйдешь, найдём наркоту, и поедешь на 120 км».       Я выла дома, аборт собиралась делать. А потом решила – назло рожу, и замуж за другого – назло. Только, видишь ли, Максим, какое дело… Мужики удовлетворять меня перестали. Не приносят мне удовольствия их шорканья. Приучил меня Алекс к узлу между ног… По-другому никак.       – Выходи за меня! – неожиданно вырвалось у Максима.       – Ты не слышал меня? Меня мужчины НЕ УДОВЛЕТВОРЯЮТ!       – Так у нас Черныш есть, – пожал он плечами. И аргумент оказался убедительным.       Они по-тихому расписались, не привлекая к этому событию излишнего внимания. И зажили образцовой семьёй. Макс переехал к жене. Они даже спали в одной кровати, Макс испытывал постоянную потребность прикасаться к животу жены, в котором росла частичка Александра.       Для Макса стало открытием, что вязка Черныша со Светой вызывает у него возбуждение. А ещё оказалось, что анус собаки прикольно сжимается, когда Черныш стоит в замке, и Макс частенько этим пользовался, присоединяясь к жене.       Но самое невероятное – это рождение сына. Он стал стимулом, давшим Максу силы жить дальше. Его лучиком солнца, засветившимся путеводной звездой в хаосе бытия.