Призрачный случай

Чуть отстранившись, он взглянул мне в глаза и внезапно поддался вперед. Его губы властно накрыли мои, терзая и подчиняя своей воле. Святые феи, он получил мой первый поцелуй! Он же Дреер, маг, что с самого начала презирал меня, как слабачку! Я хотела оттолкнуть его, но прикосновения были столь приятны, что мое же тело меня и предало. Вместо того, чтобы сопротивляться, я притягиваю его к себе еще ближе. В ответ на мое движение блондин глухо рычит и запускает свою руку в мои волосы, легонько оттягивая их назад, заставляя раскрыть губы, между которых тут же вторгается его язык. Неуверенно я начинаю отвечать на его ласки, вызывающие мурашки по всей коже. Другой рукой Лексус забирается под тонкую кофточку и нежно сжимает грудь. Не понимая, что творю, я выгибаю спину и издаю стон. Парень отрывается от моих губ и проводит языком вниз по шее, где принимается целовать каждый миллиметр моей кожи, оставляя засосы, словно клейма. Эти ощущения слишком прекрасны, чтобы я думала о морали, глупых принципах и мнении других. Не существует ничего. Только он и я. Только наши губы, руки, нежные касания и страстные укусы. Как нечто единое, вечное и бесконечное. Словно противостояние инь и ян.

***

Вот уже и кофточка отлетает в сторону, а взгляду Лекса предстает полупрозрачный кружевной лифчик, сквозь ткань которого отчетливо торчат напряженные соски. Не церемонясь с предметом гардероба, драгонслеер рвет его и приникает к одной вершине губами, а другую то пощипывает, то выкручивает умелыми пальцами. — Сними, — шепчет блондинка и тянется руками к рубашке парня. Как только все пуговицы поддаются, Лекс стаскивает ее и запускает комком на пол. И снова яростный поцелуй, в котором каждый будто изнывает от жажды, а губы другого — это вода. Это древнейшая битва первобытных инстинктов, танец зубов и языков, где не бывает проигравшего. Ногтями Люси впивается в спину парня, ведь эмоции уже за гранью разумного, тот тоже еле-еле контролирует себя, чтобы не навредить ей. Старается нежнее проводить руками по столь хрупкому и желанному телу. Одних поцелуев ему мало. И, все же, не справляется с собой, и джинсы постигает та же судьба, что и бюстгальтер. В глазах заклинательницы лишь на секунду мелькает неуверенность, но стоит губам и языку Дреера спуститься вслед за руками, и это ненужное чувство сменяется еще более жгучим, словно молния, желанием. Волшебница стонет и извивается на кровати, комкая простыни. Избавив себя и девушку от остатков ненужной одежды, Лексус устраивается между ее ног и входит резким движением, заглушая крик боли поцелуем. Дав привыкнуть к новым ощущениям, он начинает медленно двигаться, постепенно ускоряя ритм. Почувствовав, что блондинка начинает отвечать, Лекс приподнимает ее за задницу, меняя угол проникновения, и начинает вдалбливаться еще быстрее, глубже и жестче, вызывая крики наслаждения. Девушка до крови царапает его спину, кусает губы, оставляет метки на шее. — Я хочу сверху, — внезапно произносит блондинка и, обхватив парня ногами, осёдлывает его, точно наездница.

***

Я всегда знал, что у Болельщицы взрывной характер. Этого она не скрывала, но то, что в постели она точно демоница, я и не догадывался. Она идеальна для меня, такая горячая и узкая. Только от сладких звуков, что издает ее прекрасный рот, я готов кончить. Эта маленькая фурия только моя. Черт, убью любого, кто взглянет на нее. Позволив ей взять инициативу в свои руки и быть сверху, я наблюдаю шикарную картину: ее голова запрокинута назад, губы приоткрыты, а руки ласкают груди, подпрыгивающие в такт движениям. Чувствуя скорую развязку, снова переворачиваю ее под себя так, что ее ноги лежат у меня на плечах. От новой позы она громко стонет, а мышцы ее влагалища начинают бешено сжиматься, заставляя финишировать следом. Перекатываюсь на бок, чтобы не придавить её всем весом, притягиваю свою девочку и целую в голову. Теперь она точно моя.