Лифт

Самоотвращение достигло того предала, когда перестаёшь смотреть в зеркало. Я вернулся к Кролику. Целыми днями курил, глядя в потолок и пытался строчить свои статейки. Вдохновения не было, как и желания жить. - Не портит ли твою репутацию то, что твоя тёлка ебётся со всеми твоими друзьями? – спросил у меня кто-то. - Портило бы, если бы я не знал об этом. Мой похуизм граничил с буддизмом. Даже если её будут драть десять негров, я не поведу и бровью. Наверное, я настолько бесхребетный, что меня не хватает на ревность. Я тогда ещё не знал, что через год моё терпение лопнет и я слечу с катушек. Нельзя пороть жаб, которые тебя не уважают. Я не знаю, почему я с ней, ведь это самое глубокое днище мира. Мне было скучно. Я ни дня не мог выдержать один. Именно поэтому я вечно кантовался по впискам. Мне нужно было разговаривать, или моя шизофрения вылезет наружу. И всё возвращается на пару лет назад. Залитый кровью пол, обрывки писем и рисунков. Красные рты моих вен открыты и смотрят в душу. Я просто хотел быть с ним. Я просто хотел. А потом я занаркоманил так, что потерял счёт времени. Трава, колёса, фен, барбитура. Передоз. Остановка сердца и мир, сжимающийся до булавочной головки. Я мог бы уйти, но вернулся. После всего пережитого ада я долго не хохочу кого-то любить. Мне одиноко. Я полон своей пустотой. Я слушаю музыку и дрочу. Утром меня нагребла эйфория. Мне вдруг показалось, что неплохо было бы жениться. Всё равно я не найду бабу лучше чем Кролик. Я слишком пассивен для поиска новых отношений. И я всегда возвращаюсь к ней, потому что мне некуда идти. А вообще надо бы в КВД провериться. Порясь с одной бабой, ты словно ебёшься со всеми мужиками, кто был до тебя. Именно поэтому я не люблю лизать пизду. Я хотел сказать Кролику что-то приятное, но вместо этого получилось: «Принеси мне пожрать». «Зачем я ей?», - вдруг пронеслось у меня в голове. Я впервые задался этим вопросом за все полгода наших типа отношений. Я просто хамоватое быдло, которое даже не скрывает, что хочет от баб только жратву и секс. Возможно она тоже не нашла никого лучше. Она разжиревшая бывшая стриптизёрша, склонная давать всем, кто назовёт её красивой. Нам обоим просто некуда деваться. Я не знал, что для неё сделать и просто достал проходку на концерт «69 глазьев». Я понял, что с карьерой журналиста пора завязывать, когда ощутил накатившую на меня пустоту во время песни «Lost Boys». Я ощущал себя потерянным говном. Это был странный приступ пустоты и одиночества, заставивший меня бухать всю ночь. Я снова тяжело вздыхал, проклиная свою не сложившуюся карьеру рок-музыканта. Я снова хотел группу и Кролик тоже. Мы знали на что убить очередной год жизни и свободные деньги.