Бета. Миссия "Надежда"

Офелия сидела в небольшом полутёмном зале с остальными Бетами. На проекторе была изображена карта Земли с материками — такая, какая она была раньше. Как выглядит Земля сейчас, после стольких лет, никто не знал. — Мистер Скотт младший лично отправил туда последний зонд пять лет назад, но он увы, исчез, как и все остальные. — сказал Эдвард и только сейчас девушка увидела сидящего где-то в углу Питера. Она не видела, чтобы он заходил вместе с ними. Даже отсюда она могла разглядеть блеск его голубых глаз. Поёжившись, она снова перевела взгляд на проектор, но решительно ничего не могла понять. Все мысли путались. Она с трудом сосредоточилась на информации, которую им давали перед последними днями вылета. Всё это уже порядком надоело ей, да и остальным тоже — она прекрасно это знала. И всем было страшно. Очень страшно. Настал последний день их пребывания на корабле системы «Эйр». Все инструкции давно получены, корабль, который должен доставить их на Землю — готов. Старт был назначен на 12 часов дня и Беты в свой последний день прощались со своими родными и близкими. Офелия же не имела родных, только подругу Уитни, с которой она сидела на кровати своей комнаты. Уитни жалостливо держала руку подруги и постоянно твердила: — Так не должно быть. Ты не должна улетать. Офелия была в некотором ступоре. Этот старт ей всегда казался так далеко, что иногда у неё возникали мысли о том, что он не наступит никогда. Но этого не произошло — завтра она улетает. И похоже, навсегда. — Уитни, перестань… Ты же знаешь, я должна. — Но ты не хочешь! Я же вижу это! Оф, поговори с ними, хочешь, я поговорю? — Уитни не могла успокоиться и цеплялась за любую ниточку, лишь бы подруга осталась здесь, — Все мы хотим жить на нашей родной планете, но не такой ценой! Не ценой людей, которых мы любим! Должна же быть хоть какая-то надежда! — Уитни, — Офелия повернулась к подруге и ласково ответила, — я лечу именно для того, чтобы у тебя она была. Надежда на то, что все мы можем жить, как раньше. Много лет назад. Ходить по земле, купаться в настоящих океанах. Вдыхать свежий воздух. Я выросла именно для этого, понимаешь? Я должна полететь. Они обнялись и Уитни разрыдалась. *** Было глубоко за полночь. Офелии совершенно не спалось. Тысячи мыслей кружились у неё в голове целым вихрем. Она встала с постели и, накинув на себя толстовку, вышла в коридор. Она опять шла к иллюминатору — именно у него она, в последнее время, проводила свои бессонные ночи. Вдалеке космоса мерцали звёзды. Было так тихо, что понемногу на душе у девушки всё улеглось. Она смотрела на тёмный космос, и волна спокойствия тихонько укутывала её тело… — Офелия… — голос кого-то очень родного и близкого, именно того, которого хотелось услышать в эту секунду, позвал её. Она повернула голову и увидела его — Питера, который стоял рядом с ней. Тепло, только тепло чувствовала она сейчас в своем сердце. Ей безумно хотелось обнять его и сказать ему всё. Все свои чувства, какие они разные и какие противоречивые по отношении к нему. — Офелия, — снова сказал он тихо, — почему ты снова здесь? Она могла лишь пожать плечами, глядя в его океаны. Что ей ответить, действительно? Слова были лишние. А почему он был здесь? — Тебе страшно? .. — он коснулся её руки и всё тело Офелии покрыла мелкая дрожь. Она не помнит как оказалась в его руках, которые мягко прижимали её к себе. — Ужасно… Мне ужасно страшно… Я не хочу улетать… — тихо говорила она, прижималась к Питеру. Чувство бесконечной любви, того чувства, которые ей было неведомо и незнакомо, разливалось по всем её клеточкам и чувство страха — который ей был очень хорошо знаком, сливались воедино в один напиток. От этого ей становилось так дурно, что она едва могла стоять на ногах. — Офелия… ты не должна улететь… ты — моя Омега, а я твой Альфа, — он взял её за плечи и посмотрел Офе прямо в глаза, — ты должна остаться со мной… Ты же знаешь это сама… Это было так. Она не хотела улетать и хотела остаться с ним. Плевать ей было на Землю и на все миссии в этой вселенной. Её миссия провалилась — все эти годы, что её готовили — в секунду были разрушены о простое желание быть человеком, который хочет счастья. Но это также означало и то, что она подводит всех людей, которые верили в неё — целую систему. Она беспомощно опустила голову. — Офелия… полетит кто-то другой, мне неважно кто и никому неважно кто. Ты…, — он коснулся своей рукой её подбородка, легонько приподнимая его к себе навстречу, — ты важна для меня… И он наклонился к ней так близко, что девушка почти растворилась в его руках. Его мягкие губы хотелось ощущать снова и снова, а тепло его ладоней согревали так, словно тысячи солнц… — Ты моя Омега… — бесконечно шептал он ей на ушко и она лишь улыбалась в ответ. Может и правда, ей лучше остаться здесь, рядом с ним. Ей не хотелось думать об этом сейчас, она радовалась каждой секунде, что находилась с Питером. А потом — Офелия даже представить не могла, что когда-то могла бы согласиться на такое, — он повёл её к себе. Обнимая её, они медленно дошли до его комнаты и, конечно, она понимала, что это значит. Ей самой хотелось этого. Она была очень податливой и совсем не сопротивлялась, когда он снимал с неё одежду — как слои, которые скрывали её все эти годы. Она легко и без сожаления избавилась от этого, и теперь она была тем, кем и хотела быть — Омегой, которая ждала своего Альфу. Он с упоением целовал её белую кожу и вдыхал её запах снова и снова. Его сердце становилось всё мягче и мягче, всё нежнее и нежнее от каждого её поцелуя и всё твёрже и твёрже становилось там, ниже живота. Терпеть не было больше сил и он погрузился в неё, словно в море, в нечто неизведанное и новое. Она сразу приняла его, обвив руками его плечи и двигалась навстречу ему так быстро, будто ждала его всю жизнь, много-много лет. Питер оттягивал финальный момент как мог — хотелось, чтобы это ощущение удовольствия длилось как можно дольше, но почувствовав, как Офелия изнемогает под его напором, решил отпустить свои усилия и предался эйфории вместе с ней, извергая плоды своего желания прямо в неё… Прошёл час прежде чем они смогли прийти в себя. Офелия мягко улыбалась, поглаживая его ладони. Все это казалось до того странным и безумным, что поверить в произошедшее — не было возможным. — Завтра я поговорю с отцом и скажу, чтобы нашёл тебе замену. — сказал Питер снова. — Ты не полетишь. Офелия кивнула и встала с кровати, принимаясь одеваться. — Куда же ты… — Мне надо к себе. Всё-таки… Не пойду же я с тобой к твоему отцу. Питер немного подумал и тоже начал искать свою одежду на полу. *** Он проводил её до комнаты и когда они подошли, снял что-то своей шеи. — Это тебе, — и одел на неё цепочку с каким-то кулоном. — Что это? — спросила Офа, поглядев на своё новое украшение. Кулончик был в форме буквы «О». Это значит Офелия и Омега? — Это был кулон моей матери, её звали Оливия. Теперь он будет с тобой. А ты — со мной, — и он снова притянул её к себе, крепко обняв. Она уткнулась ему в плечо и с ужасом поняла, что ожидает её впереди. — Я схожу к отцу около десяти часов. За два часа они быстро найдут замену и всё будет в порядке. — он поцеловал её руки и отпустил. Офелия скрылась в своей комнате ещё не совсем осознавая, что происходит. Одно она знала точно — улетать ей совсем не хотелось.