Заблуждение

792 год. Фиор. Вереск. Самый крупный читательский зал центральной библиотеки города. Март. Пятница. 16:40. - Она несильно пострадала? - Жерар хмуро посмотрел на своих товарищей. После того, как неофициальный союз из двух гильдий провалил задание, первоначальная цель которого состояла в том, чтобы сохранить жизнь господину Бромону, а затем и упустил вторую цель - бывших сокомандниц, главы союза решили собраться в библиотеке Вереска - самом большом здании города. Власти любезно выделили центральный зал под госпиталь, если он потребуется. Там и находились все, кто, непосредственно, участвовал в операции, и те, кто ею руководил и следил за ней, готовый вмешаться. Раненных не было. - Нет, рана не опасна для жизни, я успела ее обработать и залечить, - ответила Венди. - Понятно, - кивнул Жерар, - Дрейяр, - маг небесных тел перевел взгляд на Лексуса, - когда я просил тебя быть с ней помягче, я не это имел в виду. Хотя, мне, наверное, следовало пояснить, что значит в моем понимании просьба быть помягче, ведь, похоже, мое понимание от твоего, как я заметил, сильно отличается, – голос Жерара приобрел стальные нотки. - Впредь я буду уточнять, чтобы ты понял, помягче - это значит постараться по возможности ни то что не ранить человека, вообще его не ударить, а не нанести рану, "неопасную для жизни, потому что ее успели обработать и залечить " – теперь голос мастера гильдии Грех ведьмы приобрел холодность, надменность и приличную долю язвительности. - Фернандес, я прекрасно понимаю значение просьбы быть помягче с противником в бою, - хмуро изрек Лексус. - По всей видимости, что-то не очень, - хмыкнул Жерар. Лексус сжал кулаки. Крыть было нечем. Он виноват, это неоспоримо. Кто и был с противником мягок, так это Жерар, который ни разу не ударил Люси. А они с Гажилом разогнались, забылись, ну и... получилось то, что получилось. - Фернандес, мы сами не поняли, как такое получилось, - вмешался Гажил. - Я не сомневаюсь, рациональное мышление явно не ваша сильная сторона, - сейчас голос Жерара очень напоминал его эквивалент семь лет назад, когда он работал в совете, плетя интриги и защищая и отстаивая свои собственные интересы. Ну, интересы Уртир, конечно, но тогда ему казалось, что свои собственные. Голос его был пропитан язвительностью и превосходством. - Жерар! - возмущенно воскликнула Миледи, которая с самого начала разговора, вместе с Леви, связалась с командой посредством эфира. Ей очень не нравилось, что Жерар говорит такое в отношение очень хороших и отнюдь неглупых людей просто сгоряча. Конечно, его нельзя было в этом винить, но он же взрослый человек, мог бы взять эмоции под контроль. - Фернандес, мы сражались с ней, как обычно это делают Драгнил с отмороженным. Это же Скарлет, с ней дурака не поваляешь. Но она в какой-то момент остановилась, а Лексус не успел остановиться, поэтому удар пришелся на нее с такой силой, - продолжил Гажил, сжав кулаки. Ему не понравился сарказм Жерара относительно его, Гажила, умственных способностей, которыми тот был отнюдь не обделен. Но, тем не менее, Редфокс понимал, они с Дрейяром виноваты в том, что случилось с Эльзой. Они, и больше никто. И Жерар имеет полное право злиться и оскорблять их в язвительной манере. Если бы что-то случилось с Леви, Гажил вел бы себя так же, если не с куда более выраженной экспрессией. То есть показал бы свое недовольство посредством демонстрации физической силы. - Чего и следовало ожидать, - усмехнулся Жерар, - вам, разумеется, даже в голову не пришло то, что та Эльза, с которой вы сражались, та Эльза, которая убивает людей, априори не может быть той, кого мы все знали раньше. Но куда уж вам до более сложного мыслительного процесса с выстраиванием причинно-следственной связи, лишь бы кулаками помахать - вот и предел вашего интеллекта. - Жерар, прекрати! - одернула его теперь уже Уртир, повысив голос. Жерар лишь сильнее сжал кулаки и вышел из помещения. Чертыхнувшись, Уртир пошла за ним. - Простите, - произнесла Миледи. - Да ничего, - отмахнулся Лексус, даже не глядя на эфир, который отображал виноватое и взволнованное лицо Миледи, а так же напряженную Леви. - Забей. - Но вообще-то он прав, - встряла Кана, - вам было говорено быть с ней помягче, и что сделали вы?! Да с первого взгляда на них троих понятно любому идиоту, что с психикой у них непорядок, да от них можно чего угодно ожидать! Вам стоило попридержать азарт и свои горячие головы, и хоть раз в жизни воспользоваться ими по назначению, то бишь подумать! С неадекватными людьми нельзя драться всерьез, тем более, если эти самые «неадекватные люди» женщины, и наши товарищи! Жерар во всём прав! - Кана, хватит, - серьезно, с нотками стали в голосе, осадила ее Мира, - никто не виноват в том, что случилось. Она просто остановилась, никто не ожидал этого от нее даже с поправкой на диссоциативное расстройство идентичности[1]. То что случилось изменить нельзя, и не стоит искать виноватых. Давайте лучше подумаем, что делать дальше. Миледи, Леви, вы что-нибудь нашли? - Мира перевела взгляд на лакриму. - Ну, информация пока неточная, и как только мы ее подтвердим, или опровергнем, мы вам скажем, – ответила Леви. – Лисанна нам помогает, она обыскивает комнаты Джувии и Эльзы, а так же квартиру Люси, в надежде найти хоть что-нибудь, что бы подтвердило, или же опровергло нашу догадку, ну и внесло бы какую-нибудь ясность в происходящее. - Ясно, - кивнул Грей. - Сколько бы мы не избегали друг друга глазами и не оттягивали этот разговор, поговорить все равно придется, - подала голос Полюшка, - как медик, я бы не сказала, что это диссоциативное расстройство идентичности. Иными словами раздвоение. Скорее, полное замещение личности. Плюс, как я поняла из разговоров, им заменили память. Частично. Убедили в жестокости или внушили жестокость. Только каким образом, мне неизвестно. Никогда не сталкивалась в своей практике с чем-то подобным. В теории тоже не приходилось с этим сталкиваться. Волшебство, оказывающее влияние на психику, не моя специализация. - Значит, нам остается ждать, пока Леви и Миледи не найдут подтверждение своей теории, или же опровержение, и надеяться на то, что Лисанна что-нибудь найдет в комнатах девочек. А пока нужно придумать план относительно того, что делать дальше, - нахмурился мастер. - Их следующая цель столица, - оповестил их Жерар, вновь появившийся в библиотеке. За ним шла Уртир. Видимо, образумить своего друга удалось быстро и без происшествий, раз они так быстро вернулись. Хотя, по их напряженным, недовольным и хмурым лицам было видно, что разговора не получилось, и эти двое еле сдерживали интонации своего голоса, дабы скандал не стал достоянием общественности. Что, кстати говоря, было им двоим абсолютно несвойственно. Миледи прекрасно знала, Жерар и Уртир – образцы спокойствия и самоконтроля. – Энрика Делакруа живет в Шафране уже много лет, там же она судила Авелин в первый раз. Суд был формальностью, Авелин удалось избежать наказания путем взяточничества. Вообще, судья Делакруа не коррумпированный человек, и всегда старалась не пользоваться своим положением, но в тот момент ей нужны были деньги. Поэтому она решила дать Авелин условный срок. - Энрика Делакруа уважаемая судья в столице. Мы с ней связались. И она будет только рада, если мы приедем пораньше, чтобы защитить ее, - присоединилась к нему Уртир. - Значит, выдвигаемся в Шафран немедленно, - постановил мастер Макаров. - Какова распланировка сил? – хмуро бросил Грей, которому, на самом деле, не было до этого дела. Просто не хотелось отключаться от разговора, не хотелось погружаться в собственные мысли, в воспоминания той жестокой, холодной, безнравственной и абсолютно чужой Джувии. - Почти такая же. Нацу и ты, Грей, сражаетесь с Джувией. Сегодня ваши с ней силы были практически равны, но я не очень уверен в том, что ты держишь себя в руках. Я имею ввиду, что тебе не тяжело с ней сражаться в психологическом плане, – пояснил Макаров, - посему Нацу так же будет наблюдать за боем, готовый вмешаться в любой момент. Жерар возьмет на себя Люси. С Эльзой будут драться Гажил и Мира. Лексус и Уртир будут защищать судью Делакруа, - отозвался Макаров, - остальные наблюдают за боем очень внимательно. На некоторое время помещение вновь погрузилось в молчание, прерываемое лишь звуком перелистывания страниц книги, которую держала в руках Леви, и что-то в ней искала. Каждый думал о своем. Лексус о том, что его дедушка тоже считает его в какой-то мере виноватым в случившимся, и поэтому отстранил от центральных боевых действий. Собственно, он был согласен. Он сам считал себя виноватым в том, что не успел затормозить, не успел правильно отреагировать. Эльза была не в себе. Чего стоил этот ее вопрос «Кто я?» с таким потерянным взглядом. Он ее никогда такой не видел. Да, Лексус не знал ее как человека, но все же, он был уверен, такое поведение не свойственно Титании. Она была… безумна. А он был виноват. Грей думал о том, что же случилось с Джувией. Как такая милая, местами назойливая, несколько извращенная (в плане фантазий относительно их «отношений»), влюбленная и добродушная девушка могла вести себя так… чуждо. Это был словно другой человек. Не она. Грей думал о том, что никто из парней, кто так или иначе связан какими-то отношениями с девушками, не сражался с ними, кроме него. Нацу и Люси, друзья или влюбленные, там не очень понятно, но они не сражались друг с другом. Жерар и Эльза, влюбленные, не надо быть гением, чтобы это понять, тоже не дрались друг против друга. А он с Джувией дрался. Хотя она его любила… в прошлом. Неужели, Макаров считает его настолько толстокожим? Хотя, оно и понятно, Грей всем своим естеством отвергал Джувию, так что не мудрено, что его окрестили холодным и бессердечным, пусть и не на словах. Но Грею было проще, он с ней однажды дрался. А теперь… теперь эта была не та Джувия, которую он когда-то знал. Она была той, кого он впервые встретил. Даже хуже. Безэмоциональная, безнравственная, холодная, беспощадная. Нет, он не хочет ее видеть такой. Пожалуй, он предоставит свободу действий Нацу в следующий раз. Нацу напряженно думал о ситуации в целом. Он не сражался с Люси, но он видел ее, когда они впервые показались на поле боя. Она была… не Люси. Злая, жестокая, кровожадная, сумасшедшая. Это не та Люси, которую он знал. И Нацу даже предположить не мог, что могло так ее изменить. Это ведь был словно совершенно другой человек. Потому что от той доброй, милой, забавной, смешной, инфантильной, экспрессивной Люси ничего не осталось. Ничего. Ни капли. Разве же может человек измениться так, что б от прежнего себя ничего не осталось? Нет, что-то да должно остаться. А здесь… это была не она. Не Люси. Жерара заботили мысли о том, что сейчас с Эльзой. Очнулась ли она, все ли с ней хорошо. Его так же не мало заботили слова Люси. Он бил ее, бросил ее в Райской Твердыне одну. Что за глупость? Он ее не бил. Пощечина – разве ж это избиение? Он не бросал ее в башне. Формально, это она его бросила, когда убежала. Да, конечно, он сам ее тогда прогнал, велел убираться и жить в страхе, но если рассматривать чисто формальную сторону этого происшествия, это не он ее бросил, а она его. Откуда ложные воспоминания в голове Люси? В голове Эльзы? И насколько их много, какого характера эти ложные воспоминания? А что, если именно посредством этих воспоминаний Джувии, Люси и Эльзе внушили жестокость? Но как? Ведь изменения воспоминаний способствует изменению некоторых черт характера. Но не так же кардинально. Что с ними сделали? Ведь подмена памяти – это далеко не все, чем ограничилась эта недоделанная экспериментаторша Авелин. Что она с ними сделала? У остальных были примерно такие же мысли. Что случилось, почему и как. Тишину в помещении прервал звонкий голосок Лисанны, которая ворвалась в библиотеку гильдии Фейри Тейл. И то ли она сделала это слишком шумно, то ли в помещении царила гробовая тишина, но на звук, который передавала эфирная связь через лакриму, обернулись абсолютно все. Некоторые даже вздрогнули. Естественно, эти «некоторые» представляли женский пол. - Девчонки, я такое нашла! – воскликнула Лисанна, подбегая к Леви и Миледи. Но, заметив, лакрима через эфирную связь показывает и всех остальных, остановилась и несколько замялась. Видимо решая, стоит говорить, или нет. Дело-то было слишком личным и даже, в какой-то степени, интимным. - Что ты нашла, Лисанна? – спросила Мира, глядя на изображение сестры, транслируемое лакримой. - Ну, это личное. Я… я не знаю, стоит ли читать, – замялась она. - Сказала «А», говори «Б», - фыркнул Лексус. - Какого рода вещь ты нашла? Кому она принадлежала? Это как-то связано с происходящем? – осторожно начала задавать вопросы Мира. - Нет, это никак не связано с тем, что случилось с девочками, точнее, я так думаю, - поспешно ответила Лисанна, - это письмо из больницы принадлежит Люси. Я нашла это у нее в комнате. Личные письма, адресованные ее матери и Нацу, я не читала, но это не письмо, это, скорее, извещение из больницы. Я подумала, ничего страшного, если я прочитаю. Я испугалась, вдруг она больна, ведь на письме стояла печать одной из больниц Шафрана, но это оказалось извещение совершенно другого характера, - лепетала Штраус младшая. - Лисанна, успокойся, пожалуйста, - остановил ее Нацу, - что это за письмо? - Ну, это ДНК тест, - решилась таки сказать она. - ДНК тест? – удивленно переспросил Макаров, - на отцовство? - Нет, на родство. - Прочти, пожалуйста, Лисанна, - попросила ее Мира. - Эй, а вдруг Люси не хотела бы, чтобы кто-то знал? – возмутился Нацу. - Но Лисанна ведь знает. Какая теперь разница? – выдохнул Грей, - тем более, Люси наш друг, если мы узнаем что-то компрометирующее ее, мы все равно от нее не отвернемся. - Согласен, - кивнул Лексус, - да и что в этом такого? Если не ошибаюсь, тест ДНК на родство проводится в тех случаях, когда нужно узнать, являются ли люди братьями и сестрами друг другу. Не думаю, что факт того, что у болельщицы окажется родная сестра или брат, нас как-то шокирует. - Офигеть! – воскликнула Миледи, заглядывая в злополучный листок бумаги через плечо Лисанны, - Лексус, если бы ты знал, ты бы так не говорил. - Лисанна, читай, - повторила Мира. - Хорошо, - кивнула Лисанна и, вобрав побольше воздуха в легкие, начла читать:

Заключение о биологическом родстве

Родство: Предполагаемый брат, предполагаемая сестра. Маркировка образца: Лексус Дрейяр, Люсьена Хартфилия. Дата рождения: 14.07.761, 23.04.767 Дата взятия образца: 07.11.792, 07.11.792 Тип образца: волос, волос В отличие от теста ДНК на отцовство, который всегда дает окончательный результат, в этом тесте лаборатория рассчитывает индекс родства. Если индекс родства ниже 1.00, это означает отсутствие родственной связи. Если индекс родства выше 1.00, это означает, что наиболее вероятно, что между тестируемыми есть родственная связь. Чем выше значение индекса родства, тем выше вероятность того, что тестируемые являются биологическими братьями/сестрами. Результат: Биологическое родство Лексуса Дрейяра в отношении Люсьены Хартфилии не может быть исключено. Вероятность родства: 99.99999942% Выводы и интерпретации результата: Лексус Дрейяр не исключен, как биологический (родной) брат Люсьены Хартфилии на 99.9 %.» После того, как Лисанна дочитала до точки процент вероятности родства, помещение вновь погрузилось тишину, которую нарушило только красноречие Гажила, выраженное в одной яркой фразе: - Нихера себе. - Так вот, почему на мой вопрос, что тебе снилось, она ответила «самый страшный кошмар», - задумчиво произнес Нацу, что было ему абсолютно не свойственно, - когда она в бреду повторяла «Лексус, прости», ей, видимо, снилось, что ты умираешь. Наверно для Люси самым страшным кошмаром является потерять единственного оставшегося в живых родного человека, - заключил он. Но вскоре, словно очнувшись, выдал то, чего следовало бы от него ожидать, - в рот мне ноги, ну Люська дает! _________________________________________________________________ [1] Диссоциативное расстройство идентичности – раздвоение, расщепление личности. Конечно, на самом деле, диагноз не очень соответствует состоянию Эльзу, но поскольку Мира не знает, что с ней, то «раздвоение личности», то есть медицинское объяснение несвойственному Эльзе поведению, имеет место быть в разговоре. Я очень старалась правдоподобно составить документ ДНК теста, но, к сожалению, в интернете есть образцы только на определения отцовства, а не родства, поэтому пришлось импровизировать. Так что, если я написала что-то не то, извините, я никогда не делала ДНК тест родство между братом и сестрой (не приходилось, как-то), так что абсолютно не знаю, как составляются такие документы.