Заблуждение

Гажил и Грей вернулись, и часа не прошло. Всего каких-то сорок минут. Хотя им показалось, что они находились в подсознание Джувии не меньше трех или четырех часов. Джувия вернулась с ними. Прежняя Джувия. - Что происходит? Почему я привязана к стулу? - удивленно спросила она. - Джувия, ты что-нибудь помнишь? - спросил удивленно Гажил. - Я помню, как мы поехали в Зеферантес, а потом... - она задумалась, - ничего. Потом словно пустота. - Она покачала головой. - Ты помнишь то, что с тобой случилось в твоем подсознании? - осторожно спросил Грей. - В моем подсознании? - удивилась она, - милый Грей, вы говорите загадками. Джувия ничего не помнит. А что случилось? Мы ведь не выпустили Авелин после того, как попросили ее освободить нас от ночных кошмаров? - Вы... - Начал было Гажил, но Грей прервал ее: - Она все еще в тюрьме, не волнуйся, Джувия, тебе нужно отдохнуть, - Грей помог ей встать со стула и, пока она окончательно не пришла в себя и не начала задавать вопросы, поспешил увести ее наверх. - Почему она ничего не помнит, мастер? - удивился Гажил. - После разделения ее личности на две половины, каждая из них существовала по-разному, отдельно, а две стороны личности, две стороны души, как известно, не могут существовать отдельно и независимо друг от друга, поэтому иметь различные воспоминания они тоже не могут. Это объясняет, почему Джувия ничего не помнит, - объяснила Леви, - вероятность того, что она вспомнит все, что совершила, когда была подвержена темному заклятию разделения души, очень мала. - Грей все правильно сделал, - вмешался Жерар, - нечего ей знать о том, что произошло. - Жерар прав, - хмуро изрек мастер, - поговорим обо всем позже. Жерар, ты следующий. - Да, - кивнул Жерар, - я готов. - Отлично, - кивнул Макаров, - можно начинать. Жерар последовал всем указаниям. Подошел к Эльзе, осторожно присел подле нее и коснулся ее руки. Мастер Макаров начал читать заклинание. Жерар спокойно слушал, но не вслушивался. Он был спокоен и невозмутим. Жерар с детства умел абстрагироваться от мира, освободить свой разум, когда нужно. Ведь когда тебя бьют в той треклятой башне, а терпеть нет сил, - спрятаться в глубинах разума, уйти из мира - единственный выход. Вскоре Жерар перестал слышать голос мастера. Все звуки разом умолкли. Жерар погрузился в пространство без света, гравитации и звука. Вакуум. Своеобразный, конечно. Маг звезд не решался открыть глаза, атмосфера вокруг него была невообразимо давящей, тревожной и зловещей. Каждой клеточкой своего тела Жерар ощущал опасность, что таиться во тьме. К тому же ему казалось, что стоит ему открыть глаза – и все монстры из тьмы, все его самые жуткие кошмары, набросятся на него в один присест. Был за ним такой грех, боязнь тьмы. Не темноты, а беспросветной тьмы. Это повелось еще с детства. Пожалуй, детство для Жерара – больная тема. Но его поддерживала одна единственная мысль, если бы не та тьма – он не встретил бы и свет всей его жизни. Жерар решительно открыл глаза, как только почувствовал землю под ногами. Он больше не ощущал невесомости. Перед теплыми зелеными глазами предстал полумрак. Какая-то комната. Нет, коридор. Да, коридор, который наполовину сокрыт во тьме. Его мрачные и холодные стены освещались лишь факелами, что висели на расстоянии пяти метров друг от друга. К тому же пламя было тусклым, и не все факелы горели. Это и создавало зловещую атмосферу полутьмы, навевая воспоминания. Когда-то его, Жерара, маленького мальчика, тащили по этим коридорам в комнату пыток. Жерар отмахнулся, отгоняя от себя непрошеные воспоминания. Не стоило идти сюда одному. Если это место (а Жерар его тотчас узнал, Райскую Тверыню трудно с чем-то спутать), сведет его с ума, то ни Жерар, ни Эльза от сюда уже не выберутся. И будут вечно скитаться, терзаемые страхами и кошмарами, вызванными темным заклятием. Нет, нельзя этого допускать. Жерару нужно действовать четко, быстро и слаженно. Но самое главное – осторожно. Ему во что бы то ни стало нужно спасти Эльзу побыстрее. Чтобы не позволить ей больше страшиться собственного воображения, собственного подсознания, да и самому не сгинуть. Жерар осторожно снял один из факелов со стены и пошел вперед, освещая себе дорогу. Чувство времени оставило его в реальности. Он не знал, не мог знать, сколько находился в пути. Час. А может быть минуту. Два часа, а может быть всего десять минут… Жерар предпочитал просто сосредоточенно идти вперед, не позволяя воспоминаниям завладеть собой. Он должен был уже дойти, вот-вот должна была показаться деревянная массивная дверь. Но ее все не было и не было. Жерар все шел и шел, вперед, а дверь все не появлялась. Коридор, что тянулся вперед, казалось, был бесконечен. Жерара начало охватывать волнение, но он умело подавлял в себе вспышки тревоги, продолжа неумолимо идти вперед. Жерару казалось, что он шел вперед целую вечность. Коридор и в правду, казалось, был бесконечен. Но Жерар не позволял таким гнусным чувствам, как отчаяние, наполнить его сердце. Нет, он не должен сдаваться. Он найдет Эльзу. Вот и дверь показалась. Точнее массивная тень впереди, словно от двери или тупика. Жерар искренне надеялся на первый вариант. И ему повезло. Пред ним действительно стояла большая массивная деревянная дверь. Потянувшись к ручке, Жерар уверенно сжал ее ладонью и, надавив, толкнул дверь вперед. Она поддалась. Со скрипом, дверь отворилась, впуская Жерара вперед. И вновь коридор. Такой же бесконечный, как и первый. Жерар невозмутимо, лишь внешне безмятежно, направился вперед. И вновь дверь спустя n-ное количество времени. И вновь она поддалась, пропуская Жерара вперед. И вновь за ней его ожидал в немой тишине еще один пустынный, мрачный и холодный коридор. Холод. Пожалуй, это единственное, что их отличало. Холод. В каждом из коридоров, которые проходил Жерар, становилось все холоднее. Но Жерар продолжил свой путь. И вскоре достиг еще одой двери, затем еще и еще. Его нервы, казалось, начинали сдавать. Внешне он, может, и сохранял маску спокойствия, но внутренне все натянулось от напряжения. Жерар не выдержал. Он сорвался вперед. На всей скорости, преодолевая огромное расстояние, он бежал вперед. И вот еще одна дверь показалась впереди. Дверь, непохожая на другие, что встречали его прежде. Это была стеклянная красивая дверь с разнообразными готическими узорами, как на католических соборах. И видеть подобную дверь необыкновенной красоты было непривычно. Особенно в таком месте. Но, это ведь не настоящая Райская Твердыня, это внутренний мир Эльзы. Жерар потянулся к ручке высокой стеклянной двери. Стекла ее были черными, обрамленные белым фарфором. На черных стеклах были нарисованы кроваво-красные, яркие розы, окруженные белой паутиной. Дверь казалась такой яркой и хрупкой из-за игры на контрастах. Жерар толкнул ее, но она не поддалась, хотя заперта не была. Тогда Жерар потянул ее на себя. Дверь отворилась. Еще одно отличие. Прежде все двери открывались от себя, а эта – на себя. Стало быть, за ней точно не должен быть простой коридор. Жерар вошел в помещение, что скрывалось за дверью. Яркий свет ударил в глаза. Непривычно. Жерар быстро захлопал глазами, чтобы быстрее вернуть себе способность видеть. Как и ожидалось, это был не коридор. Комната. Красивый зал с мраморным полом, белоснежным потолком, и красивыми, нежными и светлыми стенами. В центре зала стоял стол из хрусталя. На нем одиноко лежал меч в ножнах. Жерар подошел по ближе, но ничего кроме меча не увидел. Оружие он трогать не стал. Справа стоял красивый, из белого дерева, книжный шкаф. А слева – еще один шкаф с сервантом и хрустальными бокалами. Впереди же располагались три двери. Три красивые двери, как и та, через которую он сюда попал. Их отличало лишь одно – разный узор. Жерар подошел по ближе, чтобы рассмотреть их. На правой двери, что была со стороны книжного шкафа, были нарисованы лотосы. Цветы мудрости. Эльза была умна, это очевидно, но мудрость – это не про нее. В ее жизни было слишком много необдуманных действий. Жерер посмотрел на левую дверь. На ней были изображены ландыши и лилии. Ландыш символизирует чистую и искреннюю любовь. Лилия же – невинность, непорочность и чистоту. Девственность, иными словами. И, наконец, третья дверь была увенчана изображением лепестков и бутона красной розы. Красный цвет – цвет страсти, любви, анархии, войны. Сама по себе роза – символ любви, но Жерар отчетливо видел темно-красные, почти коричневые, оттенки под лепестками и бутоном. И это была отнюдь не тень. Это была стилизация крови. Центральная дверь, а точнее то, что на ней изображено – символ войны. - Выбор очевиден, - хмыкнул Жерар, поворачиваясь в сторону левой двери, на которой были изображены лилии и ландыши. Белый – цвет невинности, непорочности, чистоты. Эльза именно такая. Да, она воительница, сильнейшая женщина гильдии «Хвост Феи». Но этот ее образ – лишь защитная, привычная для всех, маска. Образ, который она вокруг себя создала, маска, которая стала ее частью. Эльза женщина. Красивая женщина. В руках Жерара, в тот самый день, когда они встретились после долгих семи лет, она была хрупкой, нежной, невероятно красивой, чистой и непорочной. Лилия и ландыш. Это же очевидно. Жерар открыл дверь, она поддалась, и он вошел в коридор. Это был уже не тот темный и мрачный проход, по которому он сюда добрался. Это был готический коридор с высокими арочными потолками. Большая, широкая лестница вела вперед. Жерар осторожно ступил на первую ступеньку, и тот час дверь позади него захлопнулась. Выхода не осталось. Вперед и только вперед. Жерар стал подниматься вверх. Лестница все тянулась ввысь. Ей не было видно конца. Но вот, спустя какое-то время, неизвестное Жерару, вдалеке показалась еще одна дверь, выполненная в готическом стиле. Жерар распахнул ее в нетерпении. Перед его глазами предстал коридор. Еще один коридор, шире, грязнее и мрачнее. Словно темница. Жерар ступил на порог и сделал несколько шагов вперед. Дверь позади него вновь захлопнулась, отрезая пути к отступлению. Маг небесных тел продолжал свой путь до тех пор, пока по бокам не показались решетки. Точно, темница. Жерар заглядывал в каждую, но встречал лишь пустоту. Заглянув в очередную темницу, он уже было отправился дальше, как услышал сдавленный хрип. Жерар замер в замешательстве, настороженный и готовый дать отпор. Медленно обернувшись, Жерар подошел ближе и толкнул дверь камеры. Она, как ни странно, поддалась (все предыдущие были наглухо заперты). - Эльза? – позвал ее Жерар, походя ближе. Свет от факела, что Жерар нес в руке, осветил помещение. Под тусклый и слабенький свет попалась одинокая фигура, обессилено лежавшая на каменном холодном полу. Жерар чуть не потерял дар речи, когда узнал в изнеможенной фигуре старую подругу. – О Господи, Эльза! – воскликнул Жерар, падая на колени рядом с ней. Эльза его услышала. Она, преодолевая слабость и усталость, поднялась на руках и села на колени. Увидев того, кто пришел ее навестить, она оскалилась. Эльза подняла руку, сжала ее в кулак и попыталась ударить Жерара. Движения были медленными и вялыми. Жерар с легкостью перехватил ее руку. - Что ты делаешь, Эльза? – спросил он удивленно. Но Эльза не ответила, скрыв свое лицо за запутанными волосами, что больше походили на патлы. Жерар поднял свободную руку и поднес ее к лицу Эльзы, желая заправить непослушные прядки волос ей за ушко, чтобы ничего не мешало смотреть на ее лицо. Реакция девушки его изрядно и удивила и напугала. Эльза дернулась в сторону, зашевелила захваченной в плен рукой, но, потерпев поражение вырвать ее из хватки Жерара, прикрыла лицо свободной рукой. - Эльза, ты чего? – удивленно спросил Жерар. - Перестань говорить его голосом, - хрипло ответила она. Жерар не узнал ее голос, до чего слабым и хриплым он был, - ты не заставишь меня вновь купиться… - Эльза, это я! Жерар! – уверенно и твердо произнес он, - кто это сделал с тобой, ответь мне, - Жерар коснулся ее лица, осторожно и аккуратно. Эльза вздрогнула. Жерар нежно заправил ее пряди волос за ушко, чтобы внимательно рассмотреть ее лицо, - посмотри на меня, Эльза, пожалуйста, - тихо и нежно попросил он. Эльза неуверенно подняла на него глаза. - Жерар? – в ее голосе сквозила надежда. - Да, это я, - ответил он. - Как? – по щеке скатилась одинокая слеза. Эльза сжала ладони в кулак. Она не привыкла плакать перед мужчинами. Жерар, поддавшись какому-то внутреннему порыву, потянул Эльзу за руку на себя. Эльза, не ожидая подобного, подалась вперед и уперлась головой в его грудь. Жерар крепко обнял ее, прижимая к себе, словно трофей. - Я тебя больше не брошу, не отпущу, обещаю, - шептал он. - Правда? - Правда. Давай покончим с этим ужасом и уедем. Далеко-далеко, в другую страну или даже в другой континент. Вместе. - Тише, - прервала его Эльза так же шепотом, - мы не уйдем. - Почему? – удивился Жерар. - Он не позволит, - судорожно выдохнула Эльза. Жерар чувствовал, как она напряглась. - Кто «он», Эльза? – осторожно отстранив ее от себя, спросил он. - Он, - выдохнула она, сжавшись еще сильнее. Перед глазами у Жерара пронеслась картина пятнадцатилетней давности. Эльза, маленькая зашуганная девочка, над которой издевались надзиратели. Из-за них она потеряла зрение на один глаз. Сколько зла им причинили те люди. Иногда Жерару казалось, на самую малость доли секунды, что превратив тех надзирателей в пепел – он поступил правильно. Но затем ненависть отступала и наступало прозрение, а вместе с ним приходило и понимание того, что человеческая жизнь – священная. И никто из людей не имеет права судить и убивать других, чтобы они не сделали. Как бы трудно не было принять это, Жерар знал – это правда. Он не имел права убивать тех людей, пусть они, по своим моральным ценностям, а точнее – их отсутствию, были сравнимы с животными. Эльза, бедная Эльза. Что же с ней сделала жизнь. С ними обоими. Она отняла у них детство в уплату того, что свела их вместе. И, пожалуй, будь у Жерара возможность все изменить, он не стал бы. Появление Эльзы в его жизни – это подарок, за который он готов был заплатить любую цену. Иллюзии, коими была одержима Эльза, а точнее – часть ее души, не постигли бы Жерара, если бы он не предался воспоминаниям об этом месте. Иллюзия закралась и в его разум. - Полагаю, я, - послышался надменный голос где-то из темноты. Эльза и Жерар одновременно вздрогнули и взглянули на источник шума. Жерар не поверил своим глазам, когда хозяин голоса, что так бесцеремонно их прервал, вышел на свет. Это был он сам. Ну как сам, скорее Зигрейн – темная часть души Жерара. - Какого черта?! – удивился Жерар, глядя вперед. - Не ожидали? – усмехнулся он, - Эльза, за тобой пришел этот жалкий предатель. Ну чтож, добро пожаловать в ваш самый страшный кошмар! Я вас отсюда не выпущу! – засмеялось это чудовище. Жерар судорожно думал, что происходит, почему он видит эти иллюзии, что теперь им делать, как вернуться, ведь его магия здесь не действует. Толчком к осознанию и принятию решения стала дрожь Эльзы, что он ощутил. Ей было страшно. Жерар не мог допустить, чтобы его любимая Эльза пострадала. - Слушай меня внимательно, Эльза, - четко и уверенно шептал он ей на ухо, - сейчас я собью его с ног, ты встанешь на ноги и выбежишь из камеры. Беги вперед, к двери в готическом стиле, там будет лестница, которая приведет тебя… - Нет, я не уйду без тебя, - возразила она, прижавшись к нему ближе. - Хорошо, тогда план меняется. Я собью этого урода с ног, ты выбежишь из камеры, я следом за тобой. Как только я появлюсь, ты хватаешь меня за руку, и мы вместе бежим. Поняла меня? – Жерар отстранил Эльзу от себя и легонько встряхнул ее, - ты меня поняла? - Д-да, - выдохнула она. - Эльза, - Жерар приблизился к ней, - у нас все получится, - с этими словами он уверенно поцеловал ее в губы. Просто поцелуй, без всяких проявлений страсти, любви или нежности. Он отрезвил Эльзу. Жерар отстранился. - А теперь, чтобы врезать мне за то, что я только что сделал, нужно сперва выбраться отсюда. У нас нет права сгинуть в этой тьме, поняла меня? - Да, - уверенно кивнула она. - На счет три. - Что вы там бормочите?! – расхлябанно протянула иллюзия. - Раз, - уверенно сказал Жерар, поднимаясь на ноги. - Ооо, это уже интересно, и что же ты сделаешь, твоя магия в этом мире не действует, - самодовольно хвасталась иллюзия. - Два, - Эльза зашла за спину Жерара. - Куда собралась, Элизабет?! – нахально спросила иллюзия в виде Зигрейна. - Три! – крикнул Жерар, кидаясь вперед и сбивая иллюзию с ног мощным ударом с размаху в лицо. Эльза бросилась бежать из камеры. А дальше все происходило так быстро и внезапно, что невозможно было уследить за ходом событий. Зигрейн вскочил с места и, не растерявшись, занес руку для удара. Но Жерар, привыкший к боям, с легкостью увернулся от удара и пнул противника в живот. Но Зигрейну удалось устоять на ногах. Он, не растерявшись, решил провести серию ударов, но Жерар все их мастерски блокировал. Все же он был хорош в ближнем бою. Жизнь его научила. Зигрейн явно проигрывал в ближнем бою на кулаках. Жерар продолжал наступать, тесня противника к холодной каменной стене. Зигрейн лишь уходил от ударов и блокировал их, не смея наносить удары в ответ. У него просто не было на это время. Столкнувшись спиной с каменной стеной позади, Зигрейн всего лишь на долю секунды был дезориентирован. Но и этого ничтожного времени Жерару хватило, чтобы нанести сокрушительный удар в челюсть противнику, оглушая его и сбивая с ног. Зигрейн повалился на пол, нехило так приложившись головой о плитку. Жерар, для достоверности временного поражения противника, со всей силы пнул его в живот так, что спиной Зигрейн впечатался в стену. Показалась первая кровь в бою. Жерар мешкать не стал. Биться с иллюзией, которая может выкинуть что угодно – было невообразимо глупо. Поэтому Жерар что есть силы бросился назад, на выход из камеры. Вылетев в коридор, к взволнованной Эльзе, Жерар захлопнул дверь камеры, схватил свою спутницу за руку и ринулся бежать вперед, потянув ее за собой. Неистово быстро, не жалея себя, своих ног и своих сил, что есть мочи, они бежали вперед. Так бы и бежали, если бы Эльза, ввиду своей слабости, не подвела его, повалившись на землю. Жерар, не растерявшись, подхватил ее на руки, и продолжил бежать вперед. Вот и дверь показалась. - Тяни ее на себя! – приказал он Эльзе. Она не имела права не подчиниться. Преодолев преграду, Жерар побежал стремительно вниз по ступенькам. Однако теперь ему приходилось бежать осторожно, контролируя себя. Один неверный шаг – и они с Эльзой кубарем покатятся вниз. И ладно бы он, но Эльза – слишком ценный груз в его руках, который нельзя повредить. За спиной послышался шум. Иллюзия догоняла. Стало невообразимо холодно. Иллюзия распространяла зло. Темная энергия пробилась в лестничный проход, заполняя помещение. Благо, Жерар вовремя добежал до белой двери и, распахнув ее, вылетел в белый зал, в центре которого располагался стол из хрусталя с мечом в ножнах. Опустив Эльзу на ноги, Жерар захлопнул дверь за ними и обернулся к девушке. - Эльза, хватай меч! – воскликнул он, указывая на стол. Эльза судорожно обернулась, глядя на холодное оружие, сталь которого была спрятана в ножны. - Оружие? Я… - Ты сможешь, Эльза! – Жерар подлетел к ней и, схватив за плечи, встряхнул ее что есть силы, - ты же сильная, Эльза! Жить – значит быть сильным! Это твои слова. Живи, а не будь заложницей собственных страхов. Я никогда не буду на него похож, - Жерар кивнул в сторону двери, из которой они только что появились, намекая на иллюзию Зигрейна, - я другой, Эльза, я не причиню тебе вреда ни за что на свете. Я люблю тебя, - выдохнул он, - всегда любил. - Жерар… - Это твой мир, Эльза, - громко сказал он, - так не позволяй глупой ведьме, что возомнила себя Богом, способным играть с психикой людей, завладеть тобой, твоим телом и твоей душой. Это твой внутренний мир! Возьми меч и избавь себя от кошмара! - Да, - уверенно ответила Эльза, поворачиваясь. Она потянулась за мечом, но оглушительный взрыв сбил ее с ног. Эльза повалилась на пол, закашлявшись дымом. Дверь, белая дверь с изображением лилии и ландыша, откуда они выбежали, взорвалась. В клубах дыма показалась фигура Зигрейна. - От меня не так просто сбежать, - насмешливо оповестил он их. - Ошибаешься, - Эльза поднялась на ноги, опираясь о хрустальный стол, - мы больше не будем убегать! – в ее глазах загорелась уверенность. Эльза схватила со стола меч двумя руками – правой она обхватила рукоять, левой – ножны. - Эльза, дорогая, ты же еле на ногах стоишь. Взгляни на себя, ты мне не ровня, - глядя на нее с презрением, заявил он, - опусти оружие, дорогая. - Ты всего лишь кошмар! – уверенно заявила она, - а от кошмаров нужно избавляться! – теперь в ее карих глазах Жерар увидел сталь, уверенность и непоколебимую решительность, - ЗИГРЕЙН, ТЫ СЕЙЧАС УМРЕШЬ! – воскликнула она, со всей своей уверенность оголяя холодную столь оружия. Отбросив ножны в сторону, словно ненужную вещь, Эльза бросилась вперед. Ее объяло красное сияние – такая родная магия – трансформируя и преображая воительницу в ее самый главный доспех – Алая Вишня. Доспех, обнажающий тело, но защищающий душу. В алом сиянии померкли былые пафос и наглость иллюзии. Как и она сама. Жерар заметил, тени у Зигрейна не было. Еще одно доказательство – перед ними иллюзия и не больше. Схлестнувшись с противником оружием, белый зал заполнили вспышки алой и темной магии. Эльза сражалась с неимоверной уверенность, непоколебимой решимостью и желанием изгнать темное заклинание из своего подсознания. Это ее внутренний мир – и лишь она вправе им командовать. Она и больше никто. Взмах клинка, удар, рассекающий все на своем пути. Алое пламя – свет души Эльзы – ослепило противника, проникая в его естество и разрывая на клочки. Зигрейн попытался нанести последний удар, но Эльза с легкостью его отбила мощным блоком – оружие иллюзии отлетело куда-то в тень. Последний рывок. Удар. Грудь противника разверзлась в страшной, несопоставимой с жизнью, раной. Темная энергия вместо крови хлынула из его груди, заполняя пространство над ними. Тело Зигрейна истлело в черном огне, рассыпаясь пеплом на множество частичек, которые сгорали заживо в воздухе. Черная зловещая энергия, из которой он состоял, таяла в пространстве на глазах. В скором времени не осталось ничего. Лишь воспоминания. И те – останутся лишь у Жерара. Эльза выпрямилась, положила меч обратно на хрустальный столик и повернулась к Жерару. - Идем? – нерешительно спросила она. - Идем, - кивнул он, подхватывая ее под руку, - я тебя больше не отпущу, - прошептал он ей на ушко. Эльза залилась краской, но улыбнулась. - И не надо, - ответила она, потянувшись к нему за последним поцелуем.