Ты - кошмар всей моей жизни!

Стук капель дождя. Серость, пустота, звенящая тишина вокруг. Я накрывшись теплым пледом, сосредоточено смотрела на стрелки часов. Едва уловимое ритмичное тиканье... Время бежит, я стою на месте, на краю обрыва, играя собственными чувствами, пытаясь приручить огонь в своих руках... Честер, пламя, неугасимое, опасное, таившее в себе силу разрушения. Я усмехнулась, вспомнив, как Анна по телефону ненароком обмолвилась, что он появился пару дней назад. Измотанный, грязный, промерзший до костей. Нет, я не чувствовала жалость к нему, меня это забавляло. Я не могу все время быть жертвой, вторым планом, человеком, на голову которого свалилась столь тяжелая ноша. Пару дней отрешенной жизни - это являлось просто необходимостью для Беннингтона. Почувствовать себя самым обычным человеком, без всяких там влиятельных друзей, остаться наедине с собой, оставив свои "звездные отмашки". Я поежилась при мыслях о Шинизле... Пропал, словно в воду канул, лишь короткие гудки и его голос на автоответчике... Я поднесла кружку к губам и сделала мелкий глоток. Какао получилось слишком сладким, поморщившись, я отставила обжигающий напиток и вновь принялась смотреть на стрелки часов. Нужно было что-то менять в жизни, прекращать пропадать на работе, начать жить для себя. Пару недель хаоса, возродили во мне истинный поток чувств. Я словно птица феникс, должна возродиться после само сгорания. В конце концов, пришла пора познать счастье, вкусить истинное наслаждение и радость. Начать нужно было с работы... Как бы не было тяжело покидать обиталище семьи, я была вынуждена "уйти в отставку". Это было очередной необходимостью на пути к совершенствованию... Я бодрым шагом шла по мощенной булыжником мостовой. Легкость и уверенность, улыбалась засмотревшимся на меня парням, улыбалась собственному отражению. Мой путь лежал в сторону кафе, где меня должен был ждать новый работодатель. Курсы по журналистике, не проводились даром, я отлично запомнила все, что мы проходили и решила воплотить давнюю мечту. Начинать приходилось как и всем - с нуля, но что не сделаешь ради карьеры? Редактор ежедневной газеты чрезвычайных событий назначила встречу в небольшом уютном кафетерии. Я сняла перчатки и огляделась по сторонам, редактор опаздывала. Я присела за самый дальний столик, заказав кружку кофе и тирамису. Наслаждаясь ароматом корицы, я взяла ложку, взгляд невольно упал на витрину. Дыхание сбилось, пальцы ослабли. Честер. Могла ли я догадываться о нашей случайно встрече? Я лишь могла предположить, что встречу его именно здесь, Беннингтон всегда появляется в ненужное время и не в том месте. Схватив лежащую газету я прикрылась ей, краем глаза наблюдая, как он открывает стеклянную дверь, обнимая за талию совершенно незнакомую мне девушку. Я раскусила губу в кровь, давление било по вискам. На нем были черные очки, кожаная куртка, совершенно не стесняясь присутствия порядком десятка посетителей, он страстно припал к губам незнакомки, держась за ее упругие ягодицы. Я нервно стучала костяшками пальцев по столу. Совсем не боится, что могут застукать? Его спутница – молодая девушка, примерно моя ровесница, а то и младше, стройная, среднего роста. Темные волосы, многочисленные подвески, пирсинг… Личность творческая, в этом у меня сомнений не оставалось. Это читалось в ее внешности. Меня буквально разрывало на куски от переполнявших эмоций. Гнев брал верх над всем остальным, жгучая шепотка ревности, злости и отвращения. Он изменяет, трахается неизвестно с кем, строит из себя невинного, рассказывая во всех интервью о том, как сильно любит свою жену. Все слова Честера Беннингтона – грязная ложь. Честер со своей подружкой сел в самый дальний угол, бесцеремонно блуждая руками по ее телу. Я встала с места, решительно направляясь к двери. Уверенная в том, что он меня не видит. Я быстро шла по пустынной улице, стараясь не упасть, сжав всю волю в кулак, держа эмоции на замке. Тяжелая рука опустилась на плечо. Беннингтон стоял с сигаретой, презрительно смерив меня холодным взглядом. Я усмехнулась. -Рада, что ты добрался до дома. Где подружка? -Ты мне ответишь, Анна, за все свои поступки, ты не представляешь, через что мне пришлось пройти одному, брошенному в лесу, без денег и документов. Кстати, если ты, хоть одной живой душе скажешь о том, что здесь видела… -Как всегда думаем только о себе. Я знаю слишком много твоих тайн, можешь убить сразу, во избежание разглашения. -Ты не посмеешь, - нервно засмеялся он -Еще как посмею, засранец. Ты слишком плохо меня знаешь… Честер достал бумажник. -Сколько тебе заплатить, чтобы ты умолкла? Это как пощечина для моего достоинства. -Ты предлагаешь мне деньги? Убери свои бумажки обратно, меня это не интересует. -Одна ночь со мной? Я с размаху впечатала кулаком в его челюсть. -В следующий раз, я сломаю тебе нос. Честер, отхаркиваясь кровью, вновь рассмеялся. -Я просто обожаю, когда ты злишься. -Не смешно, кретин. Честер схватил меня за волосы, утаскивая за угол жилого дома, возле которого мы стояли. Блеснуло острие лезвия, он подставил его к моему горлу. -Я могу перерезать тебе глотку, никто не докопается до истины. -Тебя снова что-то останавливает? Режь, вперед, я готова. Честер убрал нож, разворачивая меня к себе. -Ты всегда будешь мешать мне жить? – яростно тряся меня за плечи, проорал он -Ты – яд моего спокойствия, пожалуй, мне придется убраться в другой город, чтобы ничего не знать о тебе! -Неет, - Чез облизнул пересохшие губы, - Ты – зараза в моей жизни, отравляющая все вокруг. Запомни, в нашей войне, только один победитель. -Конечно, о великий предводитель, - хмыкнула я, - Слишком много на себя берешь, учти, я не сдамся, а в следующий раз, выкину тебя в салон самолета до какого-нибудь милого городка в Африке или Индии, может и Антарктиды, главное, что ты долго будешь жалеть о том, что стал врагом номер один. -Или я порублю тебя на фарш, без угрызений совести. -Продолжая трахать все, что движется, до глубокой старости, - перебила Беннингтона я. Честер тяжело дышал, нет, меня все это забавляло. Он был на взводе, бомба, заряд которой готов был разорваться с минуты на минуту. -Чего ты хочешь? – прислоняясь мокрым лбом к моему лицу, спросил он. -От тебя, ничего… - прошептала я, - Возвращайся к своей новой подружке… -Ты ревнуешь, Анна, это просто ревность, ты ведь хочешь меня, я знаю… Я не спорила с его словами, внутри меня давно сидело желание, жаждущее удовлетворения, но я не могла ему признаться в этом. От Честера словно пахнет сексом, это заводит, загоняет в угол. Беннингтон не отстранялся, касаясь губами моих скул. -Я не ревную тебя, мне все равно, убавь чувство собственного достоинства, - я положила руку ему на грудь, - Не хорошо свое собственное желание перекидывать на кого-то. -Брось, - оскалил зубы Честер, - Я час назад неплохо порезвился с милой девушкой из сервисного обслуживания, спектр ее услуг будоражит воображение… -Ты больной ублюдок, - заверила я, мощно прижав руками его торс. Честер укусил мою нижнюю губу, отстраняясь на расстояние ладони. -Долго будем играть в эти игры? – прошептал он, проводя рукой по моей обнаженной шее. -Я не играю, - запуская пальцы под его футболку, сказала я. Он вздрогнул от холодного прикосновения моих рук. -Поехали со мной, - прохрипел он. -Нет, - покачала головой я, отворачиваясь от его губ, - Возвращайся к своей девушке, жене и любовнице. - Если ты о той, с которой мы вместе пришли обедать, то хочу тебя заверить, что она мне никто, просто утеха. -Я для тебя тоже не более чем утеха, мне надоело быть игрушкой, я не стану бегать на твоем поводке, иди к своей семье, будь с ними и перестань крутить интрижки за спиной Талинды… -Мне еще не отказывала ни одна женщина, - сощурившись, сказал Честер, - Я возьму тебя силой… -Тронешь хоть кончиком пальца, получишь сотрясение мозга, смирись, - я стремительным шагом направилась в сторону дороги. Тело предательски ныло. Эти прикосновения сводят с ума, поддайся наваждению, окажешься в плену собственных чувств. Я корила себя за эти минутные слабости. Пришла пора начинать жить заново, пора избавится от губительной привязанности к Честеру. Он не пытался догнать меня и правильно делал. Это бесполезно, если я вбила себе в голову некий план, то я буду придерживаться его, ни смотря ни на что.