Неразделённая любовь 2

Томоэ и Кэтсуми вернулись в храм лишь под вечер. По пути лисица собирала цветы, принеся домой большой букет полевых цветов разных видов. А парень только тихо вздыхал, наблюдая эту картину. — Ну, вот и всё. Я, пожалуй, вернусь в свой мир. Это на прощание, — сказала Кэтсуми, заходя в храм и положив цветы на стол. — Сейчас уже поздно. Может останешься на ночь? — предложил блондин. — А это будет удобно? Я не хочу мешать, — расстерялась рыжая. — Ты не мешаешь. Если хочешь, можешь остаться. Пойдём я провожу тебя в комнату, — сказал лис и зашагал по коридору. — Спасибо, — ответила девушка и по торопилась за лисом. Они шли по коридору, пока не дошли до комнаты в конце. — Ты можешь пока остаться в этой комнате, — проговорил Томоэ, открывая дверь. И сразу же почувствовался знакомый аромат. Это была комната Нанами. Лис ничего не трогал после смерти хозяйки. Её вещи всё так же покоились в ящиках. — Я, пожалуй, пойду. Спокойной ночи, — произнёс Томоэ и поспешил удалиться. — Спокойной, — тихо ответила Кэтсуми и прошла в комнату. Девушка присела на кровать и начала осматривать комнату. Комната не отличалась особой изысканностью, красотой. Она была простенькой, но со вкусом. Лисица сразу же узнала вкус Томоэ. Улыбнувшись, она легла на кровать и погрузилась в сон. Томоэ же ушёл в свою комнату. Сердце сильно билось и казалось вот-вот выпрыгнет из груди. Лис попытался успокоиться. Он лёг на футон, и закрыв глаза, довольно быстро уснул. *** Спустя 3 недели. *** Прошло 3 недели с того дня, когда Кэтсуми появилась в храме. Она всё также живёт у них и кажется уже забыла, что должна была покинуть храм аж 3 недели назад. И это стало немного напрягать хранителей. Особенно Мидзуки, которому совесть не позволяла выгнать лисицу. В один прекрасный день змей не выдержал. — Томоэ, сколько ещё твоя бывшая будет находиться здесь?! — воскликнул хранитель, заходя в комнату лиса. — Заткнись, кретин! Разбудишь Мику сам будешь её укладывать! — крикнул Томоэ, кладя Мику в кроватку. — Фу, лис! От тебя ужас как несёт! Ещё и ребёнка в таком виде укладывал! Сколько ты вчера выпил? Где твоя заначка? — спросил змей и начал искать саке. — Я всего лишь выполняю отцовский долг! Можешь искать сколько хочешь, всё равно не найдёшь! — равнодушно ответил блондин. — Нашёл! Ого, как много! Куда тебе столько?! Этого запаса на месяца 3 хватит. Так, это я конфисковываю, — сказал Мидзуки, беря бутылку. — Где ты это выискал? Тебя не касается, сколько я пью! Я пил и буду пить! — возмущался лис, — А теперь отдай мне бутылку и катись к чёрту! — Ты сопьёшься! Прошёл месяц! Месяц! Нанами умерла месяц назад! Я понимаю ещё первые дни, но месяц! Это же ни в какие ворота не лезет! — проговорил Мидзуки, крепко держа саке. — Это не твоё дело! — гаркнул Томоэ и вырвал бутылки из лап бедного Мидзуки. — Дорогая Нанами, что делать? Он же с ума сходит! Он же так сопьётся! — произнёс змей, когда Томоэ покинул комнату. А лис же, взяв бутылку пошёл в город, в неизвестном направлении со своей истинной формой. Он бродил по окраинам города, ловя удивлённые и презирающие взгляды прохожих. Почему он здесь? Что он здесь делает? Куда он идёт? Об этом он не знает. Он просто идёт. Идёт с пустотой в глазах. С пустотой в сердце. Да, он выглядит ужасно. Потрёпанный вид, взъерошенные волосы, чуть испачканное кимоно. Пьянь! С виду он напоминает мужика с переулка, который променял всё на алкоголь. Хотя, может так и есть. И вот, делая ещё один глоток, в голове лиса пронеслось «Омерзительно!» Да, это омерзительно. Да, он недостоен называться хранителем. Нет, он недостоен называться мужем такой милой и лучезарной девушки. Нет, он недостоен называться отцом такой милой крохи. Мимо него люди спешат вернуться домой к своей семье. А у Томоэ её нет. Из дорогих ему людей у него осталась только Мика. Так почему он сейчас идет по промокшему от дождя тротуару? Почему он сейчас не дома? Почему не качает её в своих руках, в которых малышка чувствует себя в безопасности? Наверное, боиться. Боиться не уберечь. Наверное, считает, что в смерти богини виноват он. Наверное, боиться потерять. Он всегда боялся, что не сумеет уберечь. Он всегдя боялся этой любви между демоном и человеком. И всё же рискнул. Но он не уследил, не уберёг. В нужный момент он не помог. Вот, что значит бояться. Оказывается, одного страха недостаточно, чтобы защитить. В борьбе за жизнь богини лис проиграл. Проиграл окончательно и бесповоротно. Вот, что творит с ним любовь. Он никогда никого не любил так, как Нанами. Да, были чувства влюблённости, привязанности, иногда и прошлые мысли лезли в голову. Но чтобы любить — никогда! Даже история с Юкиджи кажется не такой трагичной, мимолётной. Вот, что значит страдать, любить, жить в страхе. Вот то чувство, когда ты чувствуешь себя никчёмным, ненужным. Вот то чувство, когда ты готов умереть за любовь. Вот то чувство, когда ты отдал бы всё, чтобы только повернуть время вспять и услышать нежный голос любимой. Он готов на всё. Готов погибнуть. Как теперь жить дальше? Что теперь делать? Как вернуть всё назад? «Помоги мне, Господи! Подскажи, как жить мне? Я никогда раньше не просил у тебя помощи. Справлялся сам. Но сейчас я нахожусь в ступоре. Смысл моей жизни погиб и я не представляю жизни без неё. Этот месяц был не жизнью, это было выживание. И я не привык к выживанию. Я живу уже более 500 лет. Я поведал многое. Но ещё никогда, слышишь, никогда я не любил, как её. Я бы отдал всё, чтобы вернуть её. Я могущественный и сильный демон, но как же сейчас хочется спрятаться, разрыдаться и умереть. Я сильный, я справлюсь. Но не всё вечно. И моему терпению придёт конец. Помоги мне! Я хочу жить, хотя бы ради дочери, но не уверен, что смогу выдержать.» — думал Томоэ, ели сдерживаясь. А дождь всё не прекращался…