Animals

Самое мощное оружие то, о котором противник не догадывается.

Как только рукава четверых парней были подняты, Гермиона прошлась вдоль них, а в карих глазах буквально читались извинения за то, что она собирается сделать. Гермиона представляет, как тяжело будет парням свыкнуться работать и жить без магии, но и оставить им волшебство не может. Грейнджер всю свою жизнь в Хогвартсе переживала за Гарри и Рона, а после и за Тео, прикрывала их задницы и чувствовала, что должна это сделать и сейчас. — Простите, но только так, можно спасти ваши жизни, — шепчет девушка, подняв виноватый взгляд на Нотта, а тот, слабо улыбаясь, медленно кивает, будто давая разрешение. Эфсун глубоко вздыхает и активирует заклинание, внимательно наблюдая, как медленно, с неохотой, "татуировки" исчезают с рук парней, лишая своих хозяев врожденного таланта к магии. Магическое ядро засыпает, пока ген магии в ДНК каждого становится неактивным. Минут через пять, когда всё закончилось, шатенка пошатнулась, но её быстро поймал Теодор. — Да.. — гриффиндорка благодарно посмотрела на слизеринца и выпрямилась. — А вам нужно отдохнуть. — Что ты наделала, Грейнджер? — Она лишила вас магии. Для вашего блага. Узнай кто, что вы колдуны, кадий потребует вашей казни. Джинни слабо улыбнулась, спустившись и мягко придерживает Гермиону за плечи, помогая подруге дойти до софы и присесть, в то же время парни непонимающе осматривали руки и Малфой чуть было не рванул в сторону Грейнджер, но был вовремя удержан Ноттом, который зашептал другу на ухо про то, что если он хочет остаться в этом дворце, то ему лучше молчать в тряпочку и не пытаться наброситься на члена семьи самого Султана, который может не то что выгнать его, а запросто лишить жизни. Гермиона устало наблюдала за парнями, понимая, что за год успела по ним соскучится. По милому Гарри, нелепому Рону, забавному Тео и злобному Малфою. Все четверо были как-то, но причастны к тому, кем сейчас стали девушки и где-то глубоко внутри Миона была благодарна им за это. И была благодарна Джинни, что так необдуманно прочитала надпись в книге, что отправила их сюда. — Дорогу! Шехзаде Мехмет Хазретлери! Всё с той же помощью Джинни, Гермиона поднимается с места и приседает в реверансе, в то время как в комнату входит сам Мехмет, а следом семенит Сюмбюль. — Что здесь происходит? — парень хмуро осматривает четверых новых слуг и с требовательным видом поворачивается к трем девушкам. — Шехзаде.. — начал Сюмбюль, улыбаясь Мехмету, пока Шехзаде, поняв, что Эфсун стоит только благодаря Мелек, подходит к жене. — Валиде Султан приказала мне выбрать новых слуг в ваши гаремы в санджаках, я же решил посоветоваться с Султаншами, это последние слуги. Мехмет прекрасно слышит то, что ему говорит Сюмбюль, а сам берет руки шатенки в свои. Темные, почти черные глаза смотрят на девушку с волнением, которое замечают четверо стоящих парней. Теодор сжимает кулаки до побеления костяшек, но старается успокоиться. Его любимую уводят прямо из под носа! Уже увели. Она подарила этому мужчине сына и, Нотт был уверен, подарит еще детей. Придется только смириться с этим. Сюмбюль с молчаливого кивка Мехмета уводит парней из комнаты госпожи, а Джинни и Луна выходят следом, решая оставить пару наедине. — Госпожа моя, ты в порядке? — Мехмет смотрит в красивые глаза девушки с ярко читаемым волнением и держит её бережно за руки. — Ты бледна. — Да, мой Шехзаде. Всё в порядке. Просто.. Дорога утомляет.