"Вы завалили экперимент, юноша!"

      Он медленно, неспеша подошёл к телам Терезы и Эриса. Поднял брови, разочарованно вздохнул, а затем посмотрел на Томаса невозмутимым взглядом. - Вы одержали победу, молодой человек! - сказал он печальным голосом. - Ну так поздравьте меня! - усмехнулся Томас, через некоторое время, но всё ещё держал нож на готове. - Не с чем. - Раздельно сказал Крысун, при этом его лицо не выразило никаких эмоций. - Вы, можно сказать, "завалили" эксперимент, юноша! Вы вышли за пределы дозволенных рамок, оставив нас без нужного сигмента матрицы - часть "Абсолютное предательство", безнадёжно вами провалена. - То есть вы пишите правила этого "путя смерти", а мы идём по нему и умираем! - к Томасу подкатила ярость. - Томас, я ожидал более уравновешенной реакции от человека, который... почти полностью прошёл все испытания в жаровне. Кроме последнего. Вы исказили наши правила! - Мистер Крысун, - невыдержал Томас. - А может быть вы мне объясните в чём была суть этого "предательства"? - Меня зовут мистер Дженсон! - возмутился Крысун. - Я как-то не совсем понял в чём была задача этих двоих! Вы можете мне объяснить в чём была их цель? - Да. - Крысун немного улыбнулся. - Могу. Поэтому я здесь. - Дженсон начал свой рассказ. - И так Томас. Нам нужно было получить эмоции предательства. Твои эмоции. - Почему именно мои? - воскликнул Томас. - Потому что твой мозг ярче всех остальных воспроизводит эмоции. Неважно какие. Мы были уверены, что всё пройдёт по плану. Ты по сути уже капитулировал перед этими двумя субьектами. Смирился, что они предатели. Хотя до главного в этом предательстве было ещё далеко, но давай я всё расскажу по порядку. Мы думали, что последнее, что нам нужно получить, для завершения Матрицы, вот-вот будет получено. Но вдруг твои разочарования и чувство безысходности в мозгу трансформировались в... агрессию. Бескрайнюю агрессию, благодаря которой, эти субьекты лежат здесь перед тобой. А грань между агрессией и жестокостью - минимальна. Похоже у тебя вообще такой грани нет. Такого мы не предвидели. Мы думали, что за эти долгие годы изучили тебя досканально, но похоже я отдалился от темы. Томас. Ты не испытал предательства. В результате весь эксперимент под урозой срыва. - Ты не договорил мне. - Опять прервал Томас. - Что они должны были со мной сделать? - Ничего особенного для тебя, Томас. - Спокойно сказал Крысун. - Кроме предательства. - Он поднял брови и улыбнулся. - Томас, ты ведь любишь Терезу? - Это имеет отношение к... - Имеет. Самое прямое. - Да... - выдавил из себя Томас. - Любил. - Серьёзно сказал он, и Дженсон неожиданно наступил Терезе на голову.       Томас едва не сорвался с места. - Что вы делаете?! - вокликнул он. - Значит любишь. - Ухмыльнулся Крысун, убирая ногу. - Любовь... это чувство, вызываемое очень странной химической реакцией, которую мы понять не в состоянии. Пока не в состоянии. Она и толкает нас делать самые странные поступки. - Дженсон вздохнул. - И так, Томас. Нам нужна была эмоция предательства. Мы пригрозили, что убьём тебя, если она, то есть Тереза, откажется помогать нам. - Он улыбнулся. - Из-за того, что она так беспамятно была в тебя влюблена... она сразу согласилась на все условия, лишь бы ты жил... - Это вы, лично, писали такие правила? - прервал его молодой человек. - Эти правила написала за нас жизнь. К моему величайшему сожалению они очень суровы. - Пауза. - Томас, так вот. Любовь. Это такое чувство, которое может породить истинное предательство. - Крысун поднял брови. - Тереза должна была не просто тебя предать. На твоих глазах, она должна была тебе изменить. С Эрисом. - Его глаза едва заметно глянули на лежащего парня. - Что... вы сказали? - неверя своим ушам, сказал Томас. - То, что ты слышал. Прости, Том, но на кону ещё несколько миллионов жизней по всей планете. И мы обязаны помочь... - Нашими смертями?! - взъярился он. - Вы смотрите, как мы подыхаем! Одних - испепеляет буря молний, вторых - убивают гриверы, третьим - шары сжирают головы, а четвёртым... - Том. Я знаю, ты не помнишь. Но ты сам отправился сюда, по доброй воле. - Мистер Крыс... - Дженсон, пожалуйста, юноша! - Он повысил голос. - Перейдём к делу. Сейчас ты перетаскиваешь их в комнату. Это раз. Два - заходишь в неё сам. Три - спишь до утра. Ничего страшного не будет. Озон обработает садины и раны. У вас всех. А мы ночью созываем совет и разрабатываем альтернативный путь развития хода эксперимента. На утро мы тебе лично даём указания. И ты не вправе всё испортить на следующий раз! - С чего вы взяли, что я буду вас слушаться? - усмехнулся Томмас. - Да потому, молодой человек, что если ты всё опять испоганишь, погибнут все. И твои друзья в том числе! - Дженсон направился в комнату, однако остановился и посмотрел на юношу. - Кстати, Томас. Я понял, почему ты стал сам не свой. Обычный Томас такого себе бы не позволил. - Том молчал, чувствуя что внутри что-то закопошилось от нехорошего предчувствия. - Ты начинаешь сходить с ума. Вспышка освоилась. И начинает размножаться. Через месяц-другой ты сойдёшь с ума. Так что поторопись. Времени у тебя нет. Как и у всех вас.       Сказав эти слова, Крысун скрылся за дымкой, которая через секунду погасла. Прожекторы отключились. Томас понял, что остался один. Нож выпал из руки. Он знал, что заразился. Теперь убедился.       Как он машинально затащил бессознательные тела Терезы и Эриса, и как комната закрылась, заполняясь каким-то свежим запахом, он даже не заметил. Он закрыл глаза и заснул.