ГЛАВА СЕМЬДЕСЯТ ТРЕТЬЯ
13 октября 2015 г., 23:52
Томас стоит около двери служебного лифта, и неспокойно оглядывается.
- Как бы никто не встретился! - шепчет он себе под нос. - Обидно будет.
Юноша смотрит из темноты тупика и ждёт. Наконец из светлого коридора появляется Тереза, она на цыпочках заходит в темноту и тихо спрашивает.
- Том, ты тут? - ответа нет. - Том? - девушка подходит к дверям в плотную.
В этот момент Томас погружает её в свои объятия. Тереза тихонько вскрикивает и начинает смеяться.
- Тут я. - Говорит юноша. - Ну что едем?
- А то? - оба ставят указательные пальцы на кнопку.
Лифт начинает гудеть. Скоро двери открываются. Парень и девушка заходят в кабину, и нанимают значок с пальмой, тот что на предпоследнем этаже. Дальше - бункер и Лабиринт. Лифт стремительно опускается вниз. Всё это время они ничего не говорят, только стоят обнявшись.
- Том знаешь... - говорит Тереза, но замолкает.
- Ну? Договаривай.
- А если... я наверное, попрошу тебя... Нет, потом. - Она прижимается к нему всем телом.
Томасу становится тепло. Лицо и вовсе горит. Ему не хочется отпускать эти губы. Но лифт останавливается, двери открываются, пора выходить. Они выходят в небольшой тёмный коридорчик, взявшись за руки. Доходят до стеклянных затемнённых дверей, Тереза вводит ручной код. Двери бесшумно раздвигаются в разные стороны. В глаза ударяет яркий свет. Даже сквозь толстую пелену сна, Томас ощущает, что морщится.
Томас и Тереза выходят на одну единственную тропинку, выложенную белыми обожёнными кирпичами.
- Разуемся? - спрашивает девушка, и он кивает головой.
Тереза снимает свои туфли и берет их в руки. Делает несколько шагов от тропинки и встаёт босиком на изумрудно-зелёной траве. Через пару секунд к ней присоединяется и Томас. Они снова берутся за руки. Идут дальше. Сквозь деревья, он смотрит на огромный купол.
- Радиус от центра - тысяча футов... - говорит парень.
- Мне бы и в два раза больше было бы мало. - Отвечает Тереза, закидывая за спину свои пышные тёмные, как смоль волосы.
- Какое твоё любимое растение? - Томас водит головой на все 360 градусов. - Из тех, что ты создала?
- Генетическая модификация амазонского плюща-ребунха и японской вишни сакуры. - Говорит девушка и показывает на отдалённое низовье купола, полностью поросшего плющом. - Жалко, что ещё не расцвели. Пару дней надо бы подождать. Цветёт раз в полгода. Когда расцветает, то глаза отвести не могу.
- А пахнет хорошо? - задает вопрос парень.
- Лучше, чем мои ноги, я думаю.
- Да не язви... - ухмыляется Томас. - Да так я это сказал, просто...
- Да нет, ты прав. Думаешь лучше что ли? - улыбается она.
- Ну бывают такие цветы, от которых воняет тухлым мясом...
Тереза смеётся.
- Надо иметь очень плохое настроение, чтобы сделать сакуру с запахом раффлезии арнольди! Ты меня ещё до такого не доводил!
Они смеются и незамечают, как подходят к обрыву пруда. Спустившись к нему, Томас и Тереза, начинают радеваться. Тереза почему-то так и стремится обнажиться - бросает на песок халат, потом кофту, футболку, тёмные джинсы, и оставшись в одном белом купальнике, как будто победно смотрит на Томаса, поставив руки в боки.
Томас же, складывает одежду аккуратно, неспеша, делая, как бы это ей назло, разумеется в шутку. Тереза не даёт ему сложить штаны, и тянет к себе.
- Тебе страховка не нужна? Там ведь глубоко! - Ехидничает она и Томас притягивает её к себе.
- Ещё не известно, кто кого будет спасать! Где гарантия, что ты не вывела в своих пробирочках плотоядных водорослей?
- Будешь снова лазить в моём компьютере - сделаю. И тебя скормлю! - смеётся девушка и делает шаг в прохладную воду.
Они заходят по колено в прозрачный водоём с зеленоватым оттенком. Томас смотрит на свои ноги и на её. Стройные, красивые, не слишком худые, не слишком плотные. Только уж больно бледные. Ещё бы капельку загарчика... вообще бы богиней была. Тереза немного отходит вперёд и встаёт уже по пояс. Немного вздрагивает. Зачерпывает в руку немного воды и обтирает себя. Томас смотрит на это, как завороженный. Она обтирает водой сильные плечики, стройную фигуру, бока, обнажённый живот, даже высокую грудь. А потом, точно вспомнив про Томаса, поворачивается.
- Чего застрял, а говнюк? - она разворачивается и обеими руками обрызгивает всего его водой.
Томас взвизгивает, словно мальчишка, отпрыгивает назад, но потеряв равновесие падает в воду. Удар об пятую точку и полный нос воды. Томас отплёвывается и отхаркивается. Тереза спрашивает, всё ли с ним нормально. Тот отвечает, что да. Девушка отправляет в него новую порцию воды. В этот раз Томас даёт сдачи. И переходит в наступление. Тереза начинает удирать, пытается начать плыть, но юноша догоняет её и начинает топить. Она визжит и хохочет.
В конечном счёте им это надоедает. Парень и девушка в очередной раз оказавшись в объятьях друг друга успокаиваются. Они крепко прижимаются телами. Тереза опускает голову на плечо Томаса, он ощущает на себе весь её водопад роскошных мокрых волос. Он чувствует теплоту её живота, теплоту груди, теплоту шеи, да и вобще всего, что только есть. Кажется, что всё её молодое тело пропитано свежей, солнечной, чистой и такой невесомой энергией.
Он водит своей рукой по её гладкой спине, потом спускается ниже, до поясницы, и почувствовав ткань шортиков, оставнавливается. Не смотря то, что вокруг вода, Томас чувствет, как по всему телу разбегается электрический ток. Что-то мягкое проскальзывает по щеке и касается губ. Её губы. Томас не открывает глаз. Только крепче закрывает их. Он не хочет, чтобы это кончалось. Тереза отрывает свои губы. Томас открывает глаза. Оба смотрят друг на друга.
- Как жаль, что мы бываем тут так редко. А так близко...
- В первый раз. - Заканчивает Томас. - А зачем мы здесь?
- Кажется, лилии пришли взглянуть. Плывёшь?
Томас плывет за ней. Медленно, размеренно, какое-то время они плывут прямо к центру, а потом Тереза резко сворачивает под прямым углом направо, плывёт к противоположному берегу. Наконец молодой человек и девушка заплывают в заросли семигранных листков кувшинок. В какой-то короткий момент нога Терезы запутывается в стебле. Томас помогает ей распутаться. Только ногу опустить он не захотел. Сам схватил и стал щекотать за пятку. Тереза рассмеялась, после вырвалась, перевернулась на спину, и пару раз обрызгала его. Томас не стал отвечать. Остаток пути она проплыла на спине, на тот случай если Томас опять решит схватить её за ноги.
И вот они доплывают до заветного места. Томас не верит своим глазам, но прямо на воде плавает большой, почти размером с кулак, раскрывшийся бутон розы. Он долго смотрит на это необычное зрелище. И главное, что удивляет - запах. Он сильный, насыщенный, но не приторный, а настолько пьянящий, что хочется спать. Томас поднимает глаза. Дальше расцвели ещё сотни таких чудесных растений...
- Лучше? - понятно, что имеет ввиду Тереза, поэтому он кивает головой. - Том, - начинает девушка. - А теперь я попрошу тебя о том, что хотела сказать в лифте. - Он поворачивается в её сторону. - Сорви мне их, двадцать две штуки. И я тебя прощу.
Она целует его в щеку и молча уплывает. Томас на мгновение задумывается. Что-то подсказывает, что-то здесь не так просто. Однако долго болтаться одному в воде скучно. Томас видит, как Тереза выходит на ближайший берег, и немного наклонившись, начинает сушить волосы, выжимая их. На него она же не смотрит. Томас протягивает руку к ближайшему стеблю, пытается сжать руку в кулак, чтобы порвать стебель цветка. Но в следующее мгновение руку сразу в нескольких местах пронзает боль. Странно, но он был готов к чему-то подобному. Он отдёргивает конечность и смотрит на ладонь: в двух местах застряли шипы. Он выдёргивает их. Немного сочится кровь. Чуть больно. Томасу хочется высказать Терезе всё, что о ней думает. Однако сдерживается и понимает весь её умысел. Суть проста: сможет ли он искупить перед ней свою вину? Томас думает ещё некоторое время. Поворачивается. Тереза уже лежит на песке и, молча греется в лучах отфильтрованного солнца, лежа на спине и прикрыв глаза. Юноша решается на отчаянный шаг. Он понимает, что совершил ошибку. И он хочет её искупить. Тереза слишком дорога ему, чтобы так всё закончилось.
Томас снимает с себя плавки, сжимает их три раза у себя в руке и начинает рвать лилии-розы. Даже сквозь ткань он чувствует покалывание. Одна... вторая... третья... и так до двадцать второй. Однако это оказалось довольно долгим занятием. Когда же, наконец дошло до 22, Томас собрал в охапку лилии-розы, очистил купальные трусы от колючек, надел, и поплыл к девушке. Стебли цветков больно кололись, но от этого становилось даже приятно.
Он вышел на берег, немного стрехнувшись, подходит к лежащей на бело-жёлтом песке девушке. Томас склоняется над ней. Смотрит. И понимает насколько она красива. Девушка, на вид лет восемнадцати, лежит под солнцем. Из одежды на ней только белый купальник. Её высокая объемистая грудь, совсем взрослая фигура, широкие бёдра, длинные стройные ноги...
Внутри у него что-то ломается. Просыпается непреодолимое желание. Но он не понимает какое. Томас садится рядом с ней на колени, но чувство заставляет его наклониться ниже.
И Томас целует её. Между двух грудей.
Чувство снова нарастает, но в этот раз он смог взять себя в руки, и заставить оторваться от неё. В этот момент тело Терезы немножко приподнимается, напрягается, и она делает лёгкий вздох. Томас кладёт ей на грудь лилии, так чтобы цветки были ближе к её лицу. На лице девушки вспыхивает улыбка.
- Ты всегда отличаешься такой изобретательностью? - спрашивает она, не открывая своих голубых глаз.
- Ну Эдисон лампочку в тринадцать лет...
- Нет, я не знала, что ты так красиво умеешь просить прощение... делай так по-чаще.
- А думаешь это просто так даётся? Порванные трусы, и израненная рука, это для тебя...
Она целует его, не дав ему договорить. Лилии деваются куда-то в сторону. И вот уже Тереза лежит на груди Томаса. Она смотрит на него сверху.
- Я тебя прощаю. Рано или поздно я бы показала тебе всё то, что у меня было. - Тереза кладёт ему голову на плечо. - Том, а я ведь... действительно хочу... от тебя детей... - смущённо признаётся девушка. - Это правда.
- Не выдумывай! - говорит парень. - Где у тебя голова находится?
- Тише, Томас, тише. Мечтать не вредно!
Дальше всё погружается в темноту. Томас даже не понимает где находится. Потом он снова видит перед собой Терезу. Она что-то объясняет ему, но он слышит только обрывки. В конечном счёте память проясняется. Тереза всё та же. В белом купальнике сидит рядом с ним на коленях, к которым прилипли писчинки. Они что-то делают. И в конце концов он и она держат в руках два кольца, сплетённых из цветков стеблей водных роз.
- Кто тебя научил делать такую красоту? - спрашивает юноша.
- Одна знакомая. Это было очень давно. У них это называется "венки".
Они дарят их друг другу. У Томаса получилось несколько хуже чем у Терезы, но всё же, это выглядит действительно классно.
- Я тебе колючек негде не оставила? - уточняет девушка.
- Вроде нет. А я?
- Тоже. Погуляем ещё? - Томас соглашается.
Так они и ходят вокруг пруда, по зелёной траве, с венками из роз-лилей. Никого нет. Кажется, что нет никакого ПОРОКа, нет Лабиринта, нет Вспышки. Молодые люди доходят до плюща-сакуры и смотрят на набухшие бутоны. Тереза тяжело вздыхает, мол, рано ещё. Томас же что-то замечает розовое под листком. Открывает. И видит новоиспеченный цветок. Он срывает его и, аккуратно, обогнув сзади Терезу, обнимает её и показывает цветок. Тереза рада, она снова целует и сжимает его в своих объятиях.
Таким счастливым в ПОРОКе он не чувствовал себя никогда.
Запах гари и чувство суровой реальности заставило его открыть глаза. Они тут же наполнились слезами. Он не понимал. Как такое можно было просто забыть? Как он мог не помнить того, кем на самом деле для него является Тереза? Неужели она хоть когда-нибудь и могла помыслить о том, чтобы убить Томаса? Нет. Он должен был испытать предательство. Он. Тереза такого не заслужила.
Томас лежал, уставившись пустыми глазами в потолок. По вискам текли слёзы. Он не предаст Терезу. Нет. Что бы там Крысун-Дженсон не сказал, этого не будет никогда. Скорее умрёт, но не сделает
