Ворон - Чистое небо (3 часть)

Глава 34. Ран. Рассекаю тело пустого. Ногой вбиваю голову второго в землю. Третий попытался убежать, но был связан хайнавой. Раз не могу добраться до сенсора, буду добывать информацию. Обоих пустых связал и растащил по разным местам, а потом начал допрашивать. Причём спрашивал у них так, чтобы соседа ни один не слышал, а потом уточнял, и, если кто врёт, того пытал. Особой информации не получил, но пустой-сенсор тут действительно есть. Очень молодой пустой, недавно только появился, уже несколько раз работал с несколькими пустыми, пока тех не сожрал какой-то жуткий адьюкас по имени Слен. Сам же сенсор сбежал и теперь промышляет где-то в этом городе, но ни с кем из других пустых не контактирует. Обоих пустых убил, а затем решил навестить девочку. Дождь начался, она, думаю, уже идёт домой после уроков. Надо посмотреть, как она там. Будет что опасное, бабочка подаст сигнал, но проверить стоит. Сюнпо!.. *** Ран не любила дождь. В дождь колено болит сильнее. Что бы она ни делала, но ходить было больно, потому, когда узнала, что погода сегодня пасмурная, то сразу поняла, что хорошим день быть не может. В школе всё было как обычно ужасно. Ран была круглой отличницей, потому с учёбой у неё проблем никогда не было. Но её успехи и желание родителей, чтобы дочь была идеальной, отдалили её от других детей. Те стали считать её надменной и наглой зазнайкой, потому не упускали возможности поиздеваться. Даже когда она так пострадала, это не останавливало других в желании укусить побольнее. Ей повезло, что она познакомилась с тем Богом Смерти, он помог ей с коленом, иначе бы она пару часов провела на крыше, стараясь успокоиться. Колено жутко болит, и девочка за полгода уже смирилась с тем, что такое ей придётся терпеть всю оставшуюся жизнь. По зонту барабанили капли дождя, создавая хаотичный ритм, но девочка любила музыку, потому даже тут уловила приятные звуки. Раньше ей нравился дождь, а теперь… это неприятное напоминание… Она остановилась рядом с баром. Оттуда слышалась музыка, которую она часто слушала. Приятно, красиво, под настроение, но девочка не могла войти внутрь, мала ещё, чтобы в такие заведения ходить. Охранник не пустит, не знает он её, в отличие от других работников бара. А ведь там раньше работал он… Вздохнув, девочка двинулась дальше. Родители допоздна на работе будут, так что особо спешить не нужно, но к их приходу уроки нужно сделать. Они ведь спрашивать будут, им нужна идеальная дочь, которая будет отличницей и всё будет делать как нужно. Из-за коленки путь в спорт ей закрыт, потому они теперь требуют с неё больше успехов в учёбе, даже несмотря на ранние годы. – «Мама говорит, что в детстве закладывается фундамент успеха. Потому только бездарные личности проматывают его на глупости, – вспомнила она ее слова. – Игры, веселье, друзья – всё это не нужно, главное быть успешным и всё делать правильно»… Она посмотрела на детскую площадку. Там под дождём в лужах прыгали какие-то ребятишки. Отвернулась. Вздохнула. Двинулась дальше. – «Это, наверное, весело»… Ран шла вперёд, особо не глядя на дорогу. Теперь, когда его нет, она не сможет веселиться. Подошла к дороге и стала ждать зелёного света. Через несколько секунд загорелся зелёный, и она двинулась через дорогу. Тут она резко услышала звук тормоза колёс. – Берегись! – услышала она откуда-то. Резко повернув голову, она увидела, как перед ней заносит машину. Она, было, дёрнулась бежать, но неудачно повернула ногу и боль в колене прострелила тело. – А-м-м-м, – она закусила губу и с ужасом смотрела, как на нее, на полной скорости несётся автомобиль. Смерть… – Дедушка! – испугалась она. И тут перед её глазами пролетела чёрная бабочка. Картинка резко смазалась. Мир начал отдаляться, и город под ней уже казался таким маленьким. – Чуть не опоздал, – услышала она рядом с собой. Повернула голову и увидела лицо этого типа, Карасумару! Только сейчас она поняла, что он держит её на руках в нескольких сотнях метров над землёй. Машины проезжали внизу, дома казались такими маленькими, а люди были словно муравьи. – Что?! – не поняла она. – Не бойся, нас не видят. Я еле успел тебя вытащить из-под колёс. Она крепко вцепилась пальцами в его чёрное кимоно. Он был сухим, несмотря на то, что на улице шёл дождь. – Я отведу тебя домой… – Угу… – только и смогла буркнуть она… *** Успел в самый последний момент. Ещё бы немного, и она погибла. Обычно синигами не спасают людей. У нас вообще установки не вмешиваться в естественный ход вещей. Многие так и делают, просто смотрят, пока люди умирают. А потом забирают души в Общество. Потому многие из тех, кто видел нас, и думают, что мы предвещаем смерть. Нет. Мы просто порой успеваем туда быстрее, чем помощь. Мы не вмешиваемся. Мы не герои, защищающие людей. Мы лишь защитники от пустых. Не больше. К тому же уж не нам ли не понимать, что после смерти жизнь для многих не заканчивается. Если кто сам отправляется в Поток Перерождений, то для него вскоре начинается новая жизнь, или же мы сами их находим и те продолжают путь в Обществе душ, пока не смогут вознестись. Так что я обычно не вмешиваюсь. Но эта девочка как-то связана с пустым, который на неё охотится. Значит, она важна для дела и защищать её – мой прямой долг. Потому я вмешался. Да и жалко мне её, чисто по-человечески. Доставил её домой. Дома у неё никого не было. Сама она, всё ещё дрожа, пошла в ванну. Ну, пусть приводит себя в порядок и успокаивается. Она была близка к смерти. Я же решил чуть похозяйничать у неё на кухне. Готовить кое-как умею, но вот с современной техникой слабо знаком, хотя, думаю, разберусь. Кое-как удалось понять, как включается плита. Сварил риса, вскипятил воды для чая и заварил немного. Всё же, живя в кондитерской, не уметь готовить просто невозможно. Девочка вернулась через час. Уже успокоилась, помылась, обсохла и переоделась. – Присаживайся, – улыбнулся я. Она молча села за стол, взяла палочки и начала есть рис. Я же достал свой паёк и ел его. – Приятного аппетита, – буркнула она. – И тебе, – присел и тоже стал есть. – А разве призракам нужна еда? – Нужна, – кивнул я. – Чем сильнее душа, тем больше она походит на живое тело. Так что сильным душам еда нужна. Хотя по большей части мы потребляем духовные частицы, так что мой паёк из моего мира, вашу еду я есть не могу. – Ясно, – кивнула она. Пожевала. Глотнула чаю. – Спасибо… что… спас меня… – Всегда рад помочь… – Хнык… – она шмыгнула носом. Глаза у неё на мокром месте, вот-вот расплачется. – Спасибо… – Всё хорошо, – приобнял её за плечо. – Ты просто переволновалась. Всё будет хорошо. – Угу, – кивнула она. Девочка тихо заплакала, вцепившись в меня. Нелегко ей приходится. Она плакала долго, а затем уснула за столом. Утомилась она. Отнёс её в её комнату, уложил в кровать. У меня две сводных сестры, Юширо, Кван, да и Йоко в придачу, так что умею о детях заботиться. Если из синигами уволят, смогу найти работу в качестве няньки. Девочка спокойно сопит. Без сил совсем. Я же чуть прошёлся по дому. В гостиной много всяких наград и призов. Первое место на олимпиаде по математике, первое место на чемпионате страны по карате среди детей, золотая медаль по бегу, лучшая на конкурсе по истории, и ещё куча всяких призов и наград. Много фотографий, на которых она получает призы, изображена с какими-то важными людьми и просто с незнакомыми взрослыми. Но нет ни одной фотографии, где она улыбается или с друзьями. Ни одной такой. Только победы и успехи, с равнодушием и пустотой во взгляде. Я уже отойти хотел, как увидел опущенную рамку. Поднял и увидел Ран. Её глаза просто горели весельем и радостью, она стояла в лодке с большой рыбой в руках, а рядом с ней стоял пожилой мужчина без одной ноги. – Дедушка? – понял я. Видать, это её дед. Но… кроме этой фотографии, на шкафах нет ничего такого. Она тут такая счастливая. Посмотрел на другую стену, где было изображение с семьёй. Её родители вполне обычные на вид и строгие внешне, она у матери на коленях, а за ними этот пожилой мужчина. Но его на фотографии прикрыли занавеской. Вероятно, он умер недавно. Тут я услышал, как открывается дверь. – Не говори со мной так, ты не можешь меня упрекать! – громко говорила женщина в промокшем пальто. – А я буду так говорить! Не смей со мной пререкаться! – сердился на неё мужчина. Они продолжили ругаться по какой-то своей теме. Меня они не видели, духовной силой не обладали. Затем они поднялись на второй этаж и ушли в свою комнату, где переодевались и ругались. Стены тонкие, Ран, похоже, часто слышит их. Устав спорить, женщина проверила как там Ран. Та спокойно спала, так что мать решила её не беспокоить. – Что с ней? – Спит, – ответила она. – Сегодня дождь, у неё, видать, весь день колено ноет. – А я говорил тебе, нужно было заехать за ней! – Не начинай! – закатила она глаза. Они спустились вниз, где их споры не утихали. Похоже, нормально разговаривать они не умеют. – Уже полгода прошло. Думаю, можно записать её на новую олимпиаду по японскому. – Про английский не забудь. Скоро летние каникулы, у неё будет много времени подготовиться. – Раз в спорт больше не может, будет работать умом. Она справится. – Она же наша дочь. Не может не справиться… Теперь ясно, почему у неё такой вредный характер. С такими родителями, которые ей жить своей жизнью не дают, я бы тоже загнулся. Похоже, дед был единственным, кто её понимал, но теперь его нет. Вероятно, умер. – Если бы твой отец нормально водил машину, она бы ногу не повредила. У неё было великолепное спортивное будущее. – Не начинай, – застонал мужчина. – Он не виноват был. И вообще, не говори о нём. Она может услышать. – Она спит… Да, она спала. Но ей от этого не легче… Как жаль, что тут я бессилен. Они сами не понимают, как давят на неё, и, похоже, пока не потеряют, не поймут…