Вернувшаяся любовь.

Утро выдалось морозным. Холодный ветер пробирал до самых костей, заставляя кожу покрыться мурашками. Плотные тучи затянули небо, словно защищая его от нечистых взоров людей. Над Магнолией повисла серая пелена тоски и разочарования. — Драгнил, ты меня вообще слушаешь? Раздраженный голос друга тут же вывел парня из транса, в котором он прибывал уже не первый день. А все из-за разрыва с Лисс… Конечно, его радовало то, что она не стала все усложнять, не стала разыгрывать драму, хотя Драгнил знал об этом изначально. Лиссана никогда не опустится до такого, она встретит сложности достойно. Казалось бы, первый шаг к своему счастью… к Люси был уже сделан, но Нацу никогда не догадывался и не задумывался о том, какой же он на самом деле трус. Он не то что бы признаться Люси, он о разрыве с Лиссаной рассказать ей не мог. Видимо боялся… боялся увидеть непонимание в глазах девушки и услышать отрицательный ответ, который убил бы все его надежды и обратил его душу в прах. — Прости, задумался, — Нацу откинул ручку, что все это время крутил в руке в сторону и облокотился на жесткую спинку сиденья, — Так ты говоришь новогодняя вечеринка? — Ага, — кивнул Грей после недолгого молчания, — Сегодня у меня. Придешь? — Еще спрашиваешь, — усмехнулся Нацу. До алкоголя, громкой музыки и развлечений ему было плевать. Самое главное — на этой вечеринке будет Люси. Он увидит ее и наконец признается в своих чувствах. Возможно, после нескольких бокалов виски, но признается. Достаточно мучить себя догадками ее реакции. То волнение, что зародилось в его сердце, не успокоится, пока он не признается ей и не сделает своей. Да. Сегодня вечером все решится… осталось лишь гадать каким будет ее ответ… * * * — Как это ты уезжаешь?! — в возмущении кричала девушка, ходя следом за Люси. — Ну, Леви, я ведь тебе говорила, что на Новый год собираюсь уехать к отцу, — протараторила Хартфилия, в очередной раз засовывая свои вещи в небольшую дорожную сумку. — Говорила? ..— недоуменно повторила та. — Знаешь, если бы ты больше проводила времени со мной, то, возможно, запомнила бы. Леви смутилась… она и сама понимала, что не очень хорошо поступила с Люси. Забыла про подругу, целиком и полностью отдалась своему парню…, но как иначе? Такой любви к противоположному полу она еще никогда не испытывала. Конечно, была легкая влюбленность, но та проходила очень скоро, и эти два чувства никак нельзя было сравнить. Симпатия и любовь… настоящая любовь… такое не сравнивают. Люси подняла глаза на подругу и тут же усмехнулась. Было видно, что совесть мучает ее, а она искренне сожалеет о том, что сделала, точнее, чего не делала. Вздохнув, Хартфилия подошла к своему столу и открыла небольшую полочку. Наверху всех этих бумаг и папок, что были необходимы для обучения в академии, лежал подарок, аккуратно упакованный в красную фольгу и завязанный небольшим бордовым бантом. Девушка взяв подарок, который приготовила для подруги, тут же подошла к Леви. — Слушай, не нужно грустить в этот вечер. Я не прощу, если Новый год будет испорчен из-за меня. Знаешь, я не главная персона на этой вечеринке, вы и без меня сможете отлично повеселиться, — Люси протянула руки, в которых была красивая упаковка и улыбнулась, — Возьми, это тебе. Леви смущенно улыбнулась и, взяв подарок, посмотрела в красивое лицо своей дорогой подруги. — Спасибо, — одно лишь слово, а столько радости и счастья… Люси знала, что Леви будет очень рада такому подарку. Книга — это маленький мир для этой милой девушки. Это место, где Леви забывала обо всем, где реальный мир для нее ничего не стоил. Однако Люси сама была такой. Она любила окунуться в мир любви, возможностей и страсти… многие книги доводили ее до истерики, заставляя подолгу плакать и задыхаться в слезах. Именно книги научили ее смотреть на мир не так, как все, видеть что-то необычное и привлекательное в простых вещах… научили не замечать эту серую массу… * * * Громкая музыка и крики людей никак не могли заглушить тот шум, что разрастался в голове парня. Всего одна фраза заставила его надежды рухнуть, а всю ту уверенность исчезнуть в мгновении ока. «Она не придет», — вот что сказала Леви мягким голоском, после чего виновато посмотрела на Нацу. Он ведь так желал ее увидеть! Те слова, которые он хотел ей сказать, сразу же потеряли смысл, как и вся эта вечеринка… Надежда, что возможно, он сделает ее своей, осталась лишь мечтой и желанием. Глупо… было глупо верить в то, что она сегодня придет. У нее есть семья, наверняка она захочет провести этот праздник в кругу близких ей людей…, а кто для нее он? Друг… давний друг, который умудрился ее полюбить, сам того не подозревая. Нацу с тяжелым вздохом уселся в мягкое кресло. Комната Грея — единственное место, куда было запрещено заходить народу. Приглушенная музыка доходила до ушей парня, но имела раздражающий эффект. Не хотелось ничего, даже алкоголь вызывал отвращение. В голове все так же крутился образ девушки, который преследовал его уже на протяжении нескольких недель, как во сне, так и наяву. Да что с ним вообще происходит? Никогда такого не было! Что с ним делает эта девчонка? Одного лишь взгляда орехово-карих глаз хватает для того, чтобы внутри него все замерло, а горячая волна прошлась по всему телу. Нацу горько усмехнулся. Как низко он пал. Как небрежно поступил, позволив влюбиться в давнюю подругу. И сейчас он понимал, что эта любовь принесет ему либо огромное счастье, либо ужасную боль. Рука сама метнулась в карман и вытащила коробочку, что была обтянута синим бархатом. Нацу открыл крышку и зеленые глаза придирчиво осмотрели предмет, который находился внутри. Серебряный гребень был действительно прекрасен. Тонкие изгибы, словно ветви деревьев держали небольшие камушки муассанита. При едином намеке на свет, весь этот «лабиринт» тонкого серебра и камней переливались, показывая всем свою красоту и блеск. Эта деталь точно украсила бы прекрасные волосы Люси, собирая их в разнообразные прически…, но все заканчивалось бы одинаково — Нацу бы вытаскивал этот гребень, позволяя золотым волнам рассыпаться по хрупким женским плечам. Именно эти мысли дали ему уверенности купить это недешевое украшение. У них было десять дней каникул. Десять дней отдыха и свободы…, но эти дни будут скучными без нее. Нацу понимал, что Люси хочет проводить больше времени со своей семьей, понимал это, но искренне не хотел. Не видеть ее больше недели казалось огромным испытанием для него. * * * Уже около пяти минут девушка стоит перед массивными коричневыми дверями особняка. Сильный холод бил по ее спине, которую прикрывало лишь пальто, но это не казалось такой проблемой, как, например, набраться храбрости и войти в дом. Еще раз вздохнув, Люси положила, облаченную в перчатку ладонь на холодную ручку двери. Паника и страх завладели всем ее существом. Сейчас тело и разум были едины, каждая клеточка ее тела кричала о тревоге. Какой тревоге? Какая могла быть для нее опасность в ее собственном доме? Люси понимала, что сейчас увидит своего отца и Локи, по которым очень соскучилась за все это время. Она понимала чего боится… очень боится увидеть ослабевшего отца и расстроенного двоюродного брата. Собравшись с силами, Люси надавила на холодную ручку и дверь тут же открылась. Секунду спустя, девушка уже стояла в холле такого любимого особняка. — Я дома, — прошептала гостья, сильнее сжимая ручку небольшой дорожной сумки. «Дома», — это слово эхом отозвалось в ее голове и ощутилось приятным теплом в груди. Улыбка становилась все шире и шире, а глаза бегали по знакомым стенам холла, иногда останавливаясь на картинах. Все в этом доме напоминало ей маму. Эта женщина умудрилась так сильно засесть в сердцах многих людей… в том числе и ее. Казалось, что ее дух все еще здесь, все еще бродит по этим комнатам, все еще не покидает сердца Люси и никогда его не покинет. Терпкий, но такой приятный запах мяса врезался в нос девушки. Кто-то стряпает вкуснятину на кухни. Люси еще шире улыбнулась и начала снимать с себя сначала дорожную сумку, а затем и пальто… сейчас будет долгожданная встреча. — Как вкусно пахнет, — со вздохом проговорила девушка, заглядывая в столовую, где на данный момент над столом колдовала Вирго. Карие глаза быстро прошлись по помещению. Нет. Ничего не изменилось за эти четыре месяца. Хотя, что должно было меняться? — Люси! — в восторге выкрикнула девушка, уронив из руки вилку. Мгновение и Вирго уже держит в своих объятиях Люси, что немного опешила от такой реакции. Миловидное лицо служанки продолжало зарываться в шею прибывшей девушки, а руки сжимали плечи, что немного тряслись от тихого смеха. — Я так по тебе соскучилась, — прошептала Вирго, — Без тебя этот дом опустел. Смех стих и ему на смену появилась грустная улыбка. Этот дом опустел уже давно, когда их всех покинула Лейла. — Не говори так, — Люси положила маленькие ладошки на спину всхлипывающей девушке, — Я ведь уже здесь, так что нужно повеселиться в этот Новый год. Бодрящий тон в голосе хозяйки все же подействовал на служанку. Всхлипы прекратились, а губы дернулись в робкой улыбке. «Да», — тихо прошептала девушка. Приветствие двоюродного брата было таким же теплым как и всегда. Оказалось, что Локи живет в этом поместье с самого уезда Люси. «Забочусь о твоем отце», — так гласила его причина. Люси была немало шокирована. Неужели ее отцу так плохо, что за ним присматривает Локи? «У него ведь учеба», — пронеслось в голове девушки. Эта ситуация вгоняла в нее недоумение и стыд. Неужели ее двоюродный брат бросил обучение ради того, что бы присматривать за мужем своей умершей тети? Благородный поступок…, а она в это время учится в свое удовольствие и устраивает свое будущее… «Неблагодарная дочь», — снова тихий и раздражающий голос раздался из глубины собственного подсознания. Неужели состояние ее отца ухудшается? Неужели история мамы повторится и с Джудо? Нет… судьба не может быть такой жестокой… Сначала безответная любовь к Нацу, затем переезд, а потом и смерть мамы… и вот сейчас отец. Сколько еще всего ей стоит пережить? Сколько еще боли она вытерпит? И снова ей все держать в себе… паршиво. Дверь с тихим скрипом открылась, привлекая внимание тех, кто находился в комнате. В проеме показался высокий, статный мужчина. Как всегда в своем излюбленном коричневом костюме, что кстати стоит недешево. Все как всегда, ничего необычного… только перед Люси стоял неизвестный ей человек: осунувшиеся плечи, немного исхудалое тело, глубокие морщины, что залегли на лбу и около рта, не свойственная Джудо бледность и усталое лицо… «Как?»— громкий и звучный вопрос гремел в ее мозгу. Когда он успел так измениться?! Ком в горле девушки, что появился еще при разговоре с Локи, начал быстро и стремительно увеличиваться, давя на горло, тем самым делая боль сильнее от непролитых слез. Люси быстро подошла к отцу, взглянула тому в глаза, изо всех сил стараясь улыбнуться и не выдавать своих чувств. Хоть сердце и разрывалось от сложившейся ситуации, она не должна была показывать грусть своему отцу… она поплачет, но потом, не здесь. Измученные отцовские глаза с нежностью смотрели на Люси. Это его дочь, такая же прекрасная и единственная на всем свете… такой же была и его жена. Как же он по ней соскучился, он бы отдал все, лишь бы хотя бы разок увидеть ее вновь… Мягкая улыбка осветила усталое лицо, из-за чего в уголках глаз лучиками появились морщинки. Раньше их было меньше, гораздо меньше. — Отец, — прошептала Люси, боясь чуть повысить голос, ведь тогда непрошеные слезы и чувства возьмут верх над ее самоконтролем. Мужчина тут же обнял дочь, только сейчас осознав, какое высокое место занимает в его груди его чадо. Хартфилия, прижавшись к отцу, тут же прикусила губу и зажмурила глаза. Будет не очень хорошо расплакаться перед папой. — Люси, мы все скучали по тебе, — хриплый голос, тут же заставил девушку почувствовать и радость, и сожаление. — Я тоже скучала, — шепот, но он услышит. Щедрый ужин разогнал тоску, что воцарилась ранее. Люси снова в кругу свои родных, что может еще пожелать ее сердце? Разговоры, которых ей так не хватало, снова заполнили разум, заставили улыбаться, даже звонкий смех разлился этим вечером в особняке. Последнее время Люси нуждалась в этом. Ей нужно было провести время с родными и вот теперь, она сидит за небольшим столом, в окружении тех, кого так хотела увидеть. Скрип ножек стульев о паркет заставил обернуться всех. Джудо выпрямился и поправил пиджак, затем, с ноткой сожаления, произнес: — Я должен вернуться в свой кабинет. — Но…— Хартфилия хотела уже отправиться за отвернувшимся отцом, как мужская рука схватила ее за предплечье. — Люси, не нужно, — Локи выглядел серьезным, так что девушке ничего не оставалось, как снова сесть за стол. После того, как послышался хлопок двери со второго этажа, Локи откинулся на спинку стула, а Вирго, взяв пустые тарелки, направилась на кухню. — Что с отцом? — голос девушки требовал срочного ответа. — Врачи сказали, что его состояние ухудшается. — Неужели лекарства не помогают? Врачи же должны знать причину из-за чего ему становится хуже! — девушка действительно не понимала, как врачи не могут узнать причину прогрессирования болезни. Это заставляло задуматься о худших последствиях. Молчание заполнило столовую. Локи действительно не мог сказать истиной причины его болезни. Нельзя было это говорить ей. Его сестра пережила потерю матери пять лет назад, это не такой уж большой срок, особенно когда теряешь родных… мать, что родила тебя и тратила силы на воспитание своего отпрыска. Нет, говорить ей нельзя. — Я не знаю, — одна лишь фраза прозвучала, после чего молчание снова обволокло комнату, — Люси, давай поднимемся в мой кабинет, хочу тебе кое-что показать. Девушка с вопросом в глазах взглянула на брата, но все ее дурные мысли испарились, когда она увидела легкую улыбку на губах Локи. — Ты серьезно?! — восторженно говорила девушка, кидая восхищенные взгляды от одного ювелирного изделия к другому, — Это ведь просто замечательно! Люси осмотрела все шесть медальонов, что лежали в одной коробке со специальными отсеками. Черный бархат хорошо показывал каждое украшение, не скрывая блеска и особенных черт. — Да, я тоже считаю, что это замечательно, — Локи с широкой улыбкой уселся в кресло и сложил руки на груди, — Над их дизайном я работал около года. И теперь, когда твой отец предоставил мне такой шанс, я просто не смог отказаться. Все то время, я лишь совершенствовал идеи твоего отца, но когда месяц назад я показал свои зарисовки, он решил их выпустить, — Локи вскочил с кресла и тут же оказался около Люси, — Ты понимаешь? Эти медальоны будут из одной коллекции, к тому же меня объявят как их создателя! — Локи, это действительно здорово. Я очень рада! — искреннее счастье блестело в глазах девушки. Локи добился своей цели. Наверное, это так здорово. Ведь ее брат начал интересоваться созданием дизайна для ювелирных изделий еще в школе, после того, как увидел зарисовки своей тети. После этого он внимательно наблюдал за умелыми руками женщины, создающими прекрасные картинки. Он был очарован этой работой. Закончив школу, поступил в колледж где смог получить образование, а сейчас, ради достижения цели, учится в институте. Локи всегда знал чего хотел, всегда без всяких сомнений шел к своей цели и добивался желаемого. Девушка еще раз прошлась взглядом по медальонам. Его первая коллекция. Мужская коллекция, состоящая из шести ювелирных изделий. В этих цепочках было все разным, но в то же время что-то одинаковое… прекрасная работа. Люси не подумав, взяла в руку одну из подвесок. Серебряный корпус, обычная цепочка, этот медальон был самым простым из всех, но почему-то он притягивал внимание девушки. Люси повертела его в руках и только сейчас заметила на нем гравировку в виде дракона. Да, без этого изображения изделие было было не совершенным, Локи доведет свое дело до конца. Девушка еще несколько мгновений всматривалась в гравировку. По каким-то причинам этот рисунок приковывал ее взгляд. — Нравится? — насмешливый, но приятный голос заставил девушку оторвать внимание от медальона. — Да… замечательная работа. — Возьми его, — Локи кивнул на подвеску, что все еще была в руке девушки. — Что? Нет! Ты чего, это же твоя первая коллекция, я не могу, — Люси отрицательно покачала головой, но это лишь позабавило ее брата. — Вот именно, она первая, и по этой причине, я хочу чтобы ты взяла его себе. Наверняка ведь появится тот, кому ты захочешь его подарить, — Локи нежно улыбнулся, — К тому же все эскизы и чертежи уже введены в базу данных. Через два месяца начнется их производство. — Локи, спасибо тебе за все, — нежные объятия брата и сестры успокаивали каждого, принося с собой некое облегчение. Часы уже показывали тридцать минут первого, а это значит, что Новый год наступил уже полчаса назад. В голове девушки в хаотичном порядке метались мысли, доставляя беспокойство и смятение. Ну вот, она здесь, так, как и хотела уже долгое время… только пребывание в этом доме, доставляло больше головной боли. Почему ей так хочется убежать отсюда? Хочется забыть то, что сейчас происходит. Люси не думала, что если даст волю слезам, станет еще хуже. Хрупкое тело сотрясали рыдания, глаза покраснели от пролитых слез, а сердце изнутри обволакивали беспокойство и боль. Мысль, о том, что и ее отца может не стать, просто ужасала. Что с ним случилось?! Словно на пятнадцать лет постарел! А с чего все началось? Простая простуда… Облизнув пересохшие губы и вытерев слезы, Люси быстрым шагом подошла к своей дорожной сумке, что лежала на кровати, и молниеносными движениями вытащила книгу. Сердце девушки замерло, казалось, будто она держит в своих руках частичку своей души… ее мысли, написанные на бумаге. Взгляд медленно прошелся по красиво выведенным золотым буквам. Это книга может принадлежать только одному человеку. — Отец? — Люси постучала в дверь и тут же аккуратно нажала на ручку, — Я могу войти? Приглушенный свет разгонял темноту, поселившуюся в этой комнате. Часы четко отбивали свой ритм, напоминая хозяевам этого дома, который сейчас час. Люси осмотрелась и с некой досадой заметила, что бумаги на столе отца находились в небольшом беспорядке, значит он работает, хоть и знает что нельзя. — Люси? Ты не спишь? — все еще хрипловатый, но такой любимый голос. — Нет, не могу уснуть… Люси взглянула на отца, и нежная улыбка озарила хмурое женское лицо. Джудо переоделся в домашние вещи, костюм, который был на нем ранее, наверняка аккуратно весит в шкафу. Девушка села на стул, что стоял перед столом отца и закусила губу, после чего произнесла: — Я не задержусь здесь надолго, — проговорила девушка, взгляну на книгу, державшую в руках, — Отец, я тебя очень прошу, прочитай это, хотя бы половину. Книжный переплет оказался на дорогом столе, а его хозяйка размеренными шагами направлялась к двери, не желая больше задерживать больного отца. Она признает, что ей больно здесь находится. Эта комната уже опустела на половину, и Люси не хочет, чтобы она опустела совсем. — Я прочитаю, обещаю, Люси, — это было обещанием, нарушить которое было бы плохо. — Спасибо.