Без причины

— Смех, — улыбается Сакура, — помогает поддерживать стабильность центральной нервной системы. Она ласково треплет по макушке застывшую перед ней на кушетке девчушку. Девочке всего семь. А в глазах уже замер стеклянной стеной страх, и она вздрагивает от каждого движения медика. Сакура улыбается и искренне верит в то, что права. — Смех без причины, — хохочет Наруто, подражая голосу Сакуры, — признак дурачины. За что будущий хокаге сразу же получает фирменного леща. Наруто показывает язык, и девушка заливается смехом. Саске рядом фыркает, пряча улыбку. Как же она скучала по их посиделкам в Ичираку. Сакура смеется и искренне верит в то, что она не позволит детям пройти через то, что прошли её друзья. Сакура смеется, кружась по их новому дому, и, совсем обессилев, падает прямиком в объятья Саске. Сакура Учиха. Девушка жмурится от удовольствия. Её муж, её муж, осторожно обнимает ее. На лице его до безобразия смешное обеспокоенное выражение. И Сакура не может остановиться. Сейчас ей точны не нужны причины, чтобы посмеяться. — Смех… — начинает Сакура, чувствуя, как её желудок чуть ли не танцует в ритме самбы, и, не договорив, бросается к раковине. Отросшие уже ниже плеч волосы противно липнут к лицу. Вот уж не до смеха. Она пытается растянуть побледневшие губы в улыбке и успокоить испуганного пациента, чувствуя очередной приступ тошноты, но вовремя теряет сознание. Когда Наруто провожает ее в пустой дом, Сакура впервые за последний год готова разрыдаться. Она с тоской слушает его болтовню о беременности Хинаты, и буквально пинком выпроваживает его, несмотря на отчаянное желание расплакаться в объятиях друга. Она бродит по замкнутому маршруту: кухня — спальня. Кухня — спальня. Кухня — спальня. Когда темнеет и стрекотание цикад удушающей жарой заполняет дом до краев, Сакура срывается и сбегает. Сакура на пятом месяце, и она улыбается. Она уже третий месяц живет у Какаши-сенсея и чувствует себя на удивление счастливо. Ей даже стыдно. За то, что сбежала. За то, что замечает порой в глазах учителя совсем не отеческие искры. И улыбается. Улыбается. Черт возьми, улыбается. За то, что счастлива даже без него. Без причины. Сакура любит Саске. Потому даже не прячет глупую улыбку до ушей, когда он неожиданно возвращается. И, ни о чем не задумываясь, отправляется вместе с ним. Прошел уже год, у неё чувство дежавю. Снова серые стены, снова пустой дом, снова оглушающий гул цикад. И Сакуре нужна всего минута, чтобы, прижав к себе полугодовалую Сараду, дезертировать с "поля боя". Она покупает дом в кредит под безумные проценты, и лишь отвечает неловкой улыбкой на горячие уговоры Наруто пожить у них. Она смеется, видя, как играет Хината с Сарадой и Боруто. А Саске она скажет, что не может жить в их доме без него. Ведь это правда. Вот только она не уверена, что смогла бы жить там под истошный рокот цикад даже с Саске. И она не знает, почему. Без причины. — Смех без причины… — запинается Сакура, чуть не чертыхнувшись. Да что же это такое? Мальчик, что на протяжении всего сеанса до этого старательно делал вид, что слушает, заговорщически улыбается. — Смех без причины — признак дурачины, — ухахатывается он во все свои 18 зубов, — даттебайо! Сакуре нужна целая минута, чтобы сообразить. И вот уже вовсю хохочет вместе со своим юным пациентом. Вытирая слезы и провожая парнишку к его матери, совсем растерянной от странных звуков, доносящихся до этого из кабинета, Сакура думает, что нужно серьезно поговорить с Наруто на тему воспитания подрастающего поколения. Она уже с содроганием представляет малышку Химавари, с громогласным «даттебайо» уплетающей рамен. И вновь заливается смехом. Её Сараде исполнилось четыре, и она спрашивает про отца. Сакура улыбается, вспоминая. Она видела Саске всего лишь два года назад. Сараде пять, а этому мальчишке, что каждый раз так смущенно здоровается с ней, всего двадцать. Сакура улыбается, любуясь его каштановыми волосами, и тянется, чтобы взъерошить их, совсем вгоняя молодого подчиненного в краску. Наблюдая за ним, она отмечает, что он не похож на Саске. И даже на Наруто. Как-то раз угощая парнишку обедом, Сакуре приходит в голову страннейшая мысль. А ведь он похож на Сараду. Куноичи даже прикрывает рот ладонью, продолжая хихикать. И точно. Особенно, когда улыбается. Так, словно улыбается только для неё, для неё одной. Потом Сакуре, кажется, абсурдным, что ее помощник напоминает ей дочь. Но отделаться от этого образа она никак не может. И ведь имя у него девчачье – Юки. Когда он случайно дотрагивается до нее, тушуется, нервно смеется и прячет глаза, Сакуре кажется, что она сошла с ума. Беспричинно. Саске возвращается в деревню тайно спустя шесть лет, и Сакура чисто с профессиональной точки зрения гордится тем, как быстро он все узнал. Ей стыдно смотреть на мужа, поэтому она лишь старательно закутывается в простыню, пытаясь прикрыть каждый сантиметр своего обнаженного тела. Когда Юки падает на кровать под гендзюцу, куноичи в порыве инстинктов напрягает мышцы и поднимает глаза на мнимого противника. Натыкается на активированный шаринган. Вот так всегда. Он протягивает к ней свою единственную руку, и она послушно подходит, бросая виноватый взгляд на мальчика. Только дома, заваривая чай, Сакура, наконец, осознает всю ситуацию. Саске молчит. Третий час ночи. Цикады. Сакура знает, что Саске уже сегодня вновь покинет деревню. Она мнется перед ним, стыдясь себя, этого дома и этих чертовых цикад. Слезы текут привычными потоками по, казалось, забытым дорожкам на щеках. А он всё молчит. — Саске-кун, Саске, — Сакура в конце концов срывается и бросается к нему, как-то нелепо хватаясь за пустой рукав его рубашки, — я…я… В голове смешиваются сотни мыслей, и она озвучивает самую ужасную. — Ты хочешь развестись? Оставить меня? — «абсурд», ухмыляется её внутренний голос, «оставить?». Саске раздраженно вздыхает и смотрит на неё, смотрит так устало. — Мы муж и жена, Сакура, — напоминает он ей, словно она могла забыть это. — У нас есть дочь. Почему в его устах это звучит приговором? Почему на душе так паршиво? Сакура улыбается. Нелепость. — Смех без причины, — Саске удивленно смотрит на неё, — признак дурачины. Сакура не может остановиться и буквально умирает со смеху. И, кажется, впервые в жизни она видит сквозь слезы, как смеётся ее муж. Она всегда зовет Саске «мужем», и улыбается. А мысленно Сакура всё повторяет: смех без причины — признак дурачины.