Значит ждать

Бэль как раз с пойманной палкой прибежала обратно и положила её к ногам незнакомца, села рядом тяжело дыша, отчего свисающий розовый язык подрагивал: она ждала похвалу. Парень присев на корточки, принялся чесать за ушком, гладить по голове, чмокать в нос и говорить всякие приятности собаке. Та, чуть ли не в восторге от такого внимания, заваливается на спину, открывая животик для почесать. Хосока очень умиляла реакция, как самого парня, так и собственной собаки. Обычно все её боятся, шарахаются и обходят по дуге, с ужасом провожая питомицу взглядом. А этот незнакомец улюлюкает возле нее, лезет лицом к ней в морду, тискает щёки и обнимает за шею, теребит за уши и просит дать лапу. Хосок поднимается и подходит к веселящемуся парню. - Извините, - обратился Хосок, - Вам совсем не страшно? Парнишка оторвался от такого веселого занятия и посмотрел на Хосока. - Конечно же, нет! - Незнакомец почесал животик собаки, и та довольно заерзала на траве с широко раскрытой пастью, из-за чего создавалось чувство, как будто она улыбалась. - Она у Вас такая прелесть, смотрите, как улыбается! Хосоку нравились люди, которые не вели себя как имбецилы, а понимали, что если хозяин отпускает собаку – значит, он уверен в ней, что она никого не укусит и ни на кого не кинется. - Мне нравятся животные, очень, я бы даже взял себе щенка или котенка, но мне нельзя держать животных в квартире, которую я снимаю. Парень заметно погрустнел, взгляд потускнел, а ладонь, которая поглаживала животное, остановилась. Разочарованная, отсутствием почесываний, Бэль почувствовав перемену в настроении, подобралась поближе, примостила передние лапы на плечах незнакомца, завалив последнего на спину, устраиваясь сверху, начала вылизывать щёки и нос. От неожиданности взвизгнув, парень нелепо взмахнул руками и звонко смеясь, упал в траву под весом собаки. Хосок от такой резкости сначала испугался, а потом понял, что все хорошо и Бэль просто отвлекает от грусти. Он подошёл к изголовью парня и нагнулся над ними. Вложив всю печаль и досаду в голос, Чон обратился к питомице. - Ах вот как? Оппа теперь тебе и не нужен больше, да Бэль? А я думал, что мы с тобой вместе навсегда, - театрально всхлипнув, спрятав лицо в ладонях, Чон сделал вид, что плачет, притворно захныкал и присел рядом с веселой парочкой. Собака, почувствовав себя предательницей, вскочила, и прижав уши начала виновато тыкать мордочкой в ладони и жалостно поскуливать. А брюнет, выждав момент, резко схватил собаку за шею и дернул на себя, крепко-крепко обнимая, прижал к себе не давая вырваться. - Всё, никуда тебя не пущу, изменница! Радостный и донельзя веселый Чон, посмотрел на незнакомца, который смеялся, хватаясь за живот. На душе было очень спокойно и светло. Ещё, ощущалась какая-то внутренняя заполненность рядом с этим мальчишкой. Смотря в глаза и слушая смех, хотелось самому радоваться и улыбаться в ответ. Одним словом – солнышко. Но идиллия была нарушена, когда парнишка резко вскочил на ноги, вскинул правую руку и посмотрел на часы. Расширенные, напуганные глаза, смешной вопль и это быстрое «Я же опаздываю! До свидания» и отдаляющаяся фигура парня, надолго засели в голове Чона.