Непоследняя потеря

      Пересекая улицу на высоких каблуках, то и дело спотыкаясь о неровный асфальт, чертыхаясь и проклиная себя за то, что решила вырядиться именно так, Эмма Свон шла на встречу к своей судьбе, которую она собиралась вернуть в свои руки. Перед входом в ресторан она поправила платье, нервно выдохнула и открыла красивую массивную дверь, которая показалась ей намного тяжелей, чем она была на самом деле. В заведении было достаточно много людей, несмотря на будний вечер, но тем не менее обстановка казалась уютной: цветовая гамма, подобранная в пастельно-голубых тонах, мягкие диванчики, вазы с искусственными цветами, люстры — все это очень сочеталось и дополняло друг друга. Среди всей этой «морской гармонии» Эмма искала глазами Дилана, который сидел у окна и с нетерпением ждал появления той, которая что-то в нем всколыхнула. — Эмма, Вы прекрасно выглядите! — сказал Дилан, восхищенно ловя ртом воздух, когда блондинка подошла к его столику. — Спасибо… Вы тоже, — ответила та, чувствуя, что краснеет. Мужчина был одет в костюм от «Армани» и, хотя от былого Крюка практически ничего не осталось, костюм ему явно шел. Сегодня они оба были как будто не собой, словно играли в какую-то игру, где у каждого свои правила. Свон неловко присела за столик, снова поправив платье, и достала из сумочки блокнот с ручкой. Ей раньше приходилось бывать на липовых свиданиях, где она ловила должников по работе. Тогда она врала о себе, чтобы «понравиться» бессовестным неплательщикам, которые к тому же ещё и обманывали свою семью. Эмма всегда была ярым борцом за справедливость и ненавидела лжецов, но сейчас она была в похожей ситуации с другой стороны медали. — Вы будете что-то? — спросил миллионер, когда наконец перевел свой взгляд с собеседницы на меню. — Спасибо, я не голодна. Можно стакан воды? — вежливо отказалась девушка, но на самом деле уже проголодалась. — Конечно. Но вы зря отказываетесь, здесь безумно вкусные стейки, и , с вашего позволения , я закажу себе к нему еще красное вино. Не волнуйтесь, я очень редко пьянею, — сказал мужчина и засмеялся, увидев, как напряжена его «дама». — Мм. Да, конечно, — улыбнулась Эмма, вспомнив «настоящий» любимый напиток пирата. — Итак, что Вам интересно узнать обо мне, Эмма? — спросил Дилан, отвлекшись от неформальной части беседы и загадочно улыбаясь «журналистке». Что ей было интересно узнать? Он даже и не подозревал, что она знает его куда лучше его самого. Но все-таки список вопросов она заготовила, как и положено. — У меня к вам немного необычный вопрос: вы верите в сказки и чудеса? Встречали ли вы в своей жизни что-то такое, что не могло поддаться разумному объяснению? Картер задумался над этим вопросом, и Свон на секунду подумала, что смогла до него «достучаться». — Я взрослый человек и не верю в сказки. Всего, чего я добился, я добился сам — своими усилиями и кропотливым трудом. Никто не помог мне велением волшебной палочки и не нарисовал всего того, что у меня сейчас есть. — Эмма еле сдерживала себя, чтобы с этим не поспорить. — Но мне кажется, что я встречал вас где-то раньше. После аварии у меня небольшие проблемы с памятью, поэтому я не помню имена большинства своих знакомых, — неожиданно признался миллионер. В этот момент в глубине души у Эммы все-таки затеплилась та самая надежда, о которой твердили родители, Реджина и она сама много раз. Он непроизвольно опустил глаза в блокнот девушки, в котором не было ничего написано, а лишь нарисован небольшой крюк. — А у вас видимо нет проблем с памятью, не так ли, Эмма? Я вам завидую, — усмехнулся Картер, и его улыбка заставила Эмму покраснеть. — И вы к тому же еще и красиво рисуете. Просто кладезь талантов. — Он указал на рисунок, продолжая улыбаться. — Да, у нас, журналистов, отличная память. Мы её максимально развиваем, знаете ли, — все еще чувствуя неловкость, соврала блондинка на ходу. — А это ерунда. Хобби, — ответила она, невольно заслоняя рукой свое «художество». — А что насчет ваших увлечений? Чем Вы занимаетесь помимо вашей работы? «Я же совершенно не похожа на журналистку, как этот педант до сих пор меня не раскусил?» — думала Эмма, нервно теребя ручку, пока собеседник что-то говорил. — Ха. Я женат на своей работе, Эмма, — Картер не сдержал смеха над собственной остроумной шуткой. — Вы должно быть не в курсе, что у нас сейчас небольшие проблемы в компании и мы решаем придумать что-то кардинально новое, чтобы наши конкуренты не присвоили нашу славу себе. — Но, кажется, уже давно известно, что вы находитесь в отношениях с известной моделью Хелен Андерс. Значит, все-таки не одной работе вы посвящаете свое свободное время? — Свон сама удивилась, насколько наглый вопрос она только что задала, но отступать было поздно. Эмма смотрела на руки Дилана: сильные, мужественные, без каких-либо порезов или повреждений и уж тем более невозможно было представить, что вместо руки мог быть железный крюк. Дилан впал в ступор от данного вопроса, и блондинка поняла, что залезла в запретные дебри. Хотя она много раз слышала по ТВ, как журналисты спрашивают дико личные и даже местами отвратительные вопросы, так что на их фоне она просто Дева Мария. — Хм. Ну да, мы встречаемся с Хелен какое-то время, и это не секрет. Что вас еще интересует? — Про ваше настоящее мне понятно, хотелось бы узнать и о прошлом. Расскажите о своем детстве или студенческих годах. Лицо Дилана снова сделалось очень задумчивым, но на этот раз он не просто думал, он что-то яростно пытался вспомнить. Вспомнить хоть что-то из своего детства и юности. До сих пор прошлое оставалось для него под завесой тайны. Он быстро смирился с прогнозами врачей, которые наперебой твердили о том, что эти воспоминания не вернутся. Все, что требовалось для более или менее нормального существования в обществе, он, как и Эмма несколькими часами ранее, узнавал из интернета, многочисленных интервью, со слов Хелен и коллег по работе. Его уже не беспокоила потеря прошлого. До этого момента. Теперь ему вдруг показалось необъяснимо важным вспомнить все, что было в его жизни много-много лет назад. Навязчивая мысль не давала ему сосредоточиться: его прошлое как-то связанно с Эммой? Блондинка поняла, что Картер растерян, и почувствовала себя неловко. Несколько томительных минут она выдерживала невидящий взгляд Дилана, что-то нервно черкая в свое блокноте, пока наконец с характерным треском грифель ее карандаша не сломался. Этот звук вывел мужчину из оцепенения. — Простите, Эмма… Мне так неудобно перед вами, но я не могу вспомнить ничего из своей прошлой жизни. Совершенно. Это так странно… Прожить столько лет и не помнить и половины своей жизни, — печально изрек мужчина. Руки блондинки инстинктивно потянулись к рукам Дилана. В этот момент она хотела его поддержать, рассказать, кто он на самом деле, но, поняв, что делает, отпрянула. Дилан тоже почувствовал это, волна чувств охватила его с головы до ног. — Это Вы меня простите за подобный вопрос и это… — Девушка смущенно сжала руки. — Просто мне знакома ваша ситуация. Правда я была в роли забытой, а не забывшей, как вы. Мои родители…с ними тоже случилась беда, а после потеря памяти, как у вас… И они просто забыли о моем существовании, — неожиданно разоткровенничалась Свон, забыв, кто перед ней. На лице миллионера появилось сочувствие. — Надеюсь, что сейчас все в порядке? — Да… Иногда достаточно помощи, казалось бы, совсем постороннего человека. Может быть, я смогу помочь вам. — Действительно? — выражение лица Дилана с сочувствующего сменилось на удивленное. — Однажды я писала статью про человека с феноменальной памятью и изучала способы запоминания. Это довольно-таки интересно. Есть такой метод как ассоциации. Если можно запоминать при помощи ассоциации, то значит, возможно, можно сделать обратный процесс: вспомнить при помощи ассоциации. Что думаете? — Эмма понятия не имела, откуда у нее в голове всплыла эта информация и как она удачно соврала. — Хм. Действительно и правда интересно. Почему бы и не попробовать этот способ, — улыбнулся мистер Картер. — Хорошо. Я буду называть слова… — А я буду говорить свои ассоциации, да, я понял, Эмма. — Дилан снова улыбнулся. — Итак. Работа. — Офис. — Мода. — Девушки. Эмма произнесла еще около десяти стандартных слов, в ответ Дилан дал ей стандартные ассоциации, и тогда она решила играть по-крупному. Разгоряченно она бросила: — Веселый Роджер. — Эмм. Напиток. Или кажется, был такой фильм. — Ром. — Пираты. — Капитан Крюк. — Сказка. Сторибрук. — После последнего слова оба собеседника очень удивились. — Что вы сказали? — Эмма ошарашенно смотрела на Дилана и не верила, что у нее получилось. — Сторибрук. Это бар, в котором часто дает представления труппа актеров из местного театра. Мы ходили туда с Хелен. Довольно забавно. В голове Эммы все смешалось: все, что она готовила несколько дней, провалилось в какую-то бездну сознания и она даже не знала, что можно спросить у такого «обычного миллионера». Эмма незаметно вытащила из сумочки небольшой розовый флакончик, который дала ей Реджина. «Ну что, голубчик? Пора все вспомнить?», — подумала она и вылила содержимое в бокал Дилана. Новоявленный Крюк поднял свой бокал, улыбнулся блондинке и сказал: — За Вас, Эмма. И за нашу встречу. — И осушил бокал до дна. Девушка смотрела на него с замиранием сердца и ждала чего угодно, кроме того, что произошло. Поставив пустой бокал на стол, Дилан вдруг побледнел, а затем рухнул на пол. Свон испугалась до смерти: «Боже, я что, его отравила?! На глазах у целого ресторана?! Неет». Эмма поспешила на помощь и позвала официанта, чтобы попросить воды и холодное полотенце. После нескольких манипуляций, включающих опрыскивание водой и стандартную заспиртованную ватку, Дилан пришел в себя и спросил: — Что произошло? — Вам стало плохо, и Вы отключились… — растерянно сказала Эмма, пряча за спиной пустой флакон. Она не думала, что зелье повлечет за собой такие побочные действия. Реджина не предупредила её об этом, хотя она сама хороша: с магией вообще шутки плохи, а с такой важной составляющей как память, тем более. — Вы в порядке? — забеспокоилась Эмма, ища во взгляде знакомые огоньки. — Да вроде того… Очень странно… Со мной подобного не происходило с момента аварии. Даже не знаю, что могло это спровоцировать. Извините меня за это, —Дилан выглядел растерянным, а Эмма виноватой, но тем не менее ждала другого эффекта. Но то, чего она так ожидала, не произошло. Да, чуда не случилось. Зелье не сработало. Глаза Крюка были по-прежнему такие родные, но и такие чужие одновременно. После ужина Дилан предложил подвезти Эмму до дома. Момент был бы очень романтичным, если бы все не испортил звонок одной рыжеволосой особы. Телефон загудел, когда Дилан смотрел в глаза Эммы и оба прекрасно понимали, что это значит. Напряжение росло и, возможно, этот звонок спас их обоих. Картер посмотрел на блондинку и виновато сказал, указывая на мобильник: — Извините, Эмма. Мне нужно ответить. Свон молча кивнула. — Да, Хелен. Я был на деловом ужине. Да, скоро буду, — сухо ответил на звонок своей девушки миллионер, но блондинка почувствовала себя ужасно, словно любовница или какая-то разлучница, хотя Дилан не был женат и не имел детей (Слава Богу!). С этим было бы гораздо сложнее. И как же все-таки странно, что ей придется отвоевывать своего же мужчину. За собой девушка никогда не замечала такой черты как ревность. Ей казалось, что это удел глупых девиц, которые не уверены в себе и поэтому донимают своих бойфрендов. Но сейчас, после изучения в интернете личной жизни ее спутника и этого самого звонка от соперницы, в Эмме зародилась искорка того самого черного чувства. — Мм. Мне пора. Еще раз спасибо за этот вечер, за то, что согласились со мной встретиться. — Это вам спасибо, Эмма. Вы скрасили мой вечер и я давно не говорил с кем-то вот так. А когда можно будет прочесть статью? — сказал Картер, загадочно улыбаясь. — Оу. Эм… Я думаю, что не раньше, чем через неделю, — поначалу растерявшись, придумала Свон, в конечном счете забыв, кем она притворялась все это время и что её собеседник далеко не глуп. «Надеюсь, что к этому времени я смогу вернуть ему память. В противном случае мне придется прибегнуть к урокам фотошопа». ******       Свон чувствовала себя ужасно и не хотела идти домой: она думала, что не сдержит слез и разрыдается, как девчонка, как только домашние начнут задавать вопросы о прошедшем свидании. Однако одного факта она не учла: Реджина и Генри знали ее слишком хорошо. По одному выражению лица Эммы они догадались о неудачном этапе операции «Веселый Роджер» и тактично промолчали. «Узнаю подробности после», — только и подумала мисс Миллс, а затем чуть улыбнулась, приветствуя блондинку. А Генри, со своим привычным «маам», бросился ее обнимать, непростительно сминая единственное красивое платье в гардеробе Свон. Уткнувшись подбородком в плечо сына, Эмма закрыла глаза и беззаботно улыбнулась. Она знала, что с такой поддержкой и пониманием возможно все.