Голодные Игры. 2 том: Яд.

Закрыться от всех, замкнуться в себе. Устроив расстрел своей бренной душе, Встречала рассвет в комнатной полутьме С этим потоком мыслей в голове. Больше никому и никогда Она не позволит затуманить ей глаза. Да, теперь-то она поняла, Что жизнь жестока, ну а любовь – слепа. Любовь – да грош ей цена, Если она не раз и навсегда, Если тот, в кого и вправду была влюблена, Так просто взял и подло предал тебя. И если бы только могла Она из сердца его отпустить, Но, видимо, всё же слаба Для того, чтобы взять и просто забыть. POV Кайли. Сжимая в руках горячую кружку с кофе, я стою у окна, наблюдая за тем, как встает солнце. В его нежных, приятных глазу, лучах снег слегка искрится. Делаю небольшой глоток, и жидкость приятно согревает простывшее горло. Да, не стоило мне вчера так долго находиться на холоде. Слышу гулкие шаги позади себя, оборачиваюсь через плечо и замечаю Пита, застывшего на пороге гостиной, ставшей мне сегодня временным пристанищем. Его глаза внимательно вглядываются в моё лицо. -Доброе утро. Как самочувствие? Улыбаюсь, пытаясь успокоить своего лучшего друга. Его лицо светлеет. -Всё хорошо. – Голос немного охрип, и горло побаливает при разговоре, но в целом – всё хорошо. Ставлю чашку на кофейный столик у дивана и сбрасываю с себя плед. – Спасибо, что разрешил переночевать. Пит пожимает плечами, наблюдая, как я натягиваю на себя куртку. Я слегка вздрагиваю от прикосновений холодного материала. -И куда ты собралась? Вдруг спрашивает он. Я удивленно поворачиваюсь. -Как куда? Сначала зайду к ... – Я на секунду запинаюсь, вспоминая события вчерашнего вечера. – К Китнисс. А потом домой. Пит наливает себе в кружку кофе и быстро опустошает её. -Я с тобой. Кладу руку ему на плечо и заглядываю в глаза, пытаясь не думать о боли в горле. -Пит, тебе не обязательно этого делать. Я всё понимаю, и могу справиться сама. Он улыбается и накрывает мою руку своей. -Я тоже всё прекрасно понимаю. Только я помню, что мы с тобой по одну сторону баррикады, а ты об этом забываешь. Мы должны пройти через это вместе, поддерживая друг друга. Понимаешь? Я киваю, а к глазам подступают слезы. И что бы я делала сейчас без него? -Да, понимаю.

***

Пит осторожно открывает дверь в дом Эвердин. Еще очень рано, поэтому мы не удивляемся тому, что в доме стоит полная тишина. Куда большее удивление вызывает картина, представшая перед нами на кухне. Хоть я и видела вчера достаточно, но всё равно останавливаюсь на пороге. Китнисс уснула на своем посту, положив голову на стол рядом с Гейлом. Их руки всё также крепко переплетены. К глазам подступают слезы, и, как ни стараюсь, не могу оторвать взгляда от этой идиллии. Создается такое ощущение, что Гейл и Кит этим жестом пытались специально показать нам, что никто и никогда их не разлучит. Я вытираю скатившуюся слезу тыльной стороной левой ладони, не отдавая себе отчета в том, что крепко сжимаю предплечье Пита правой рукой. Парень никак не реагирует на это, тоже неотрывно смотря на наших «голубков». Перевожу взгляд на друга, и моё сердце ёкает. Солнечный мальчик больше не улыбается, на его лбу пролегает глубокая складка, уголки губ печально опускаются вниз. Я чувствую, как во мне начинает закипать злость, занимая место нахлынувшей при входе в дом грусти. Злость на всё вокруг меня: на Китнисс и её тупое поведение, на Гейла и его метания между мной и Кит, и даже на Пита и его переживания. Неужели он не понимает, что Китнисс его недостойна!? Почему он всё время так расстраивается и переживает из-за её очередных выходок!? Хотя мне ли говорить об этом. Гейл уже сотню раз причинял мне боль, но каждый раз я переживаю это заново. А ведь должна была уже привыкнуть. Разозлившись, я быстро подхожу к столу и сильно трясу Эвердин за плечо. Она резко поднимает голову и смотрит на меня еще не до конца пробудившимися глазами. -Отправляйся в постель, Китнисс. Мы за ним присмотрим. Отчеканиваю я. Даже хриплость из-за простуды мне сейчас на пользу, голос получается отстраненным, без капли волнения. Она недоуменно смотрит на меня, видимо, пытаясь переварить информацию. Её губы приоткрываются в беззвучном вопросе, но тут же закрываются, а взгляд с меня перемещается за мою спину. Мне не нужно оборачиваться, я и так знаю, что её так заинтересовало. Пит. Китнисс аккуратно высвобождает свою руку из хватки Гейла, проводит пальцами по его волосам и быстро целует в лоб. Мои руки сжимаются, а слух улавливает резкий вздох Пита. Она что, издевается!? Изо всех сил держа себя в руках и стараясь не смотреть на эту девушку, я отхожу к кухонному окну и выглядываю на улицу. Небо заволокло тучами, значит, сейчас разразится буря. Надеюсь, мне хоть удастся добрести до дома. -Пит, насчет нашего вчерашнего разговора … Я всё также стою у окна, краем уха прислушиваясь к разговору. Интересно, что она скажет ему на этот раз? Голова разболелась, поэтому она никуда не пойдет? -Знаю. Можешь не объяснять. Вдруг перебивает её Пит. Я удивленно вскидываю брови. Еще ни разу не слышала, чтобы этот белокурый и голубоглазый ангел так говорил со своей возлюбленной. Слышу шаги. Судя по тяжелой поступи, это Пит. Он проходит мимо меня к небольшому столику в углу кухни. Легкий стук по поверхности стола, и комнату наполняет аромат свежей выпечки. Хлеб. Но когда он успел? -Пит… Снова начинает она. Я сжимаю челюсти, чтобы не закричать. Она что, просто не может развернуться и уйти? Ненавижу таких людей, которые и не держат, и не отпускают. И Кит как раз одна из них. Глубокий вздох Пита и усталый голос. -Иди спать. Хорошо? Сердце болезненно сжимается от его интонации. Но я не поворачиваюсь до тех пор, пока не слышу тихие удаляющиеся шаги Эвердин. В конце концов, это их личное дело, и я не имею никакого права вмешиваться. Иначе давно бы настучала Китнисс. -Там что-то интересное? Скрежет стула и голос заставляют меня отвернуться от окна. Пит занял место, на котором сидела Кит. Он нарочно пытается изобразить веселость, но глаза и голос выдают его с головой. Я поднимаю одну бровь. -Не пытайся меня обмануть, Пит Мелларк. Я слишком хорошо тебя знаю. Улыбка на губах моего друга блекнет и исчезает. Он устало вздыхает и опускает глаза. Я подхожу к нему и встаю сзади стула, положив руки на широкие плечи парня. -Не расстраивайся так, Пит. – Я обнимаю его, слегка согнувшись, чтобы положить голову на плечо. - Как ты там говорил? Мы должны пройти через это вместе. И мы пройдем, я это точно знаю. Чувствую, как друг слегка улыбается. Едва слышно он произносит: -Спасибо. Мы передвигаем два стула к стене напротив стола, где лежит Гейл, и садимся рядом. Я кладу голову на плечо Пита и обхватываю ладонью его предплечье - присутствие солнечного мальчика придает мне сил. Он прижимается щекой к моему виску, и мы замираем, направив взгляд на больного, лоб которого покрывается испариной. Действие лекарства заканчивается. Я уже начинаю клевать носом, удобно устроившись на плече Пита, когда на кухню спускаются Прим и миссис Эвердин. Им нужен снег, чтобы сделать компресс, и, дабы окончательно не заснуть, решаюсь набрать его. Вооружившись железной глубокой миской, я выхожу на улицу. Крупные снежинки медленно кружатся и опускаются на землю, только сильные порывы ветра подхватывают их и разносят по спящей Деревне Победителей. Остановившись у сугроба, я опускаюсь на колени и начинаю загребать снег в миску. Руки сводит от холода, но я должна это сделать. Очередной порыв ветра выбивает волосы из моего хвоста, завязанного с помощью заколки, которую мне подарила мама. Украшение отлетает на пять метров от меня, и я, забыв о миске со снегом, отправляюсь за ним. Ветер снова дует, унося его еще дальше. Земля укрыта слоем снега, поэтому я не замечаю раскатанную ледовую дорожку и, поскользнувшись, неприятно приземляюсь на живот, больно ударившись подбородком. Поднимаю глаза. Когда я начинаю думать, что заколка уже никогда не вернется в мои руки, я вижу, как чьи-то ловкие пальцы подхватывают её. Пит. Я расслабленно выдыхаю и перекатываюсь на спину, чтобы отдышаться. Снежинки приземляются на моё разгоряченное от бега лицо, приятно охлаждая. Подбородок саднит, наверняка кожа содрана. Но это всё подождет. У моего лица возникает рука, помогающая мне подняться, я с радостью принимаю помощь. -Спасибо… - Я поднимаю глаза на Пита, улыбаясь. Но тут же отдергиваю руку. – Блейк!? На меня смотрят два зеленых, улыбающихся, глаза. -Ты что здесь делаешь? Поворачиваюсь и направляюсь к покинутой мной миске со снегом. Парень догоняет меня. На нем черная куртка с высоким воротником, закрывающим половину лица до глаз. -Решил вас проведать. Если ты, конечно, не против. Я неопределенно пожимаю плечами и поднимаю миску. Блейк протягивает ко мне раскрытую ладонь, на которой лежит моя заколка. От удивления я роняю посуду, и та с гулким ударом падает на землю. Беру украшение и завязываю волосы. -Спасибо. Она мне очень дорога. Глаза Смита сужаются: видимо, он улыбается. Хотя мне не видно из-за воротника куртки. -Да не за что. – Блондин наклоняется за миской. – Так что там с посещением? Я могу зайти? Протягивает мне миску, улыбаясь. На этот раз я в этом уверена. При наклоне его куртка задралась, и он, поправив её, освободил свое лицо и шею от воротника. Только я хотела выкрутиться и отказать ему, как мой взгляд выхватил что-то темное на шее миротворца. Не отдавая себе отчёта, я резко хватаю его за ворот и расстегиваю куртку, сильнее оголяя шею. На ней красуется огромный темно-красный кровоподтёк, точнее рубец от нанесенной раны. Провожу пальцем, на что парень тихонько шикает от боли. -Откуда это у тебя? -Да так, неважно. Он аккуратно отстраняет мою руку, снова застегивая куртку и натягивая воротник повыше. -Блейк. Смотрю на него из-под хмуро наставленных бровей. -Скажи мне. Смит отводит глаза, специально пропуская мои слова мимо ушей. -Я лучше пойду. Вдруг говорит он и разворачивается, чтобы уйти. Я упрямо хватаю его за локоть, разворачивая к себе. -Никуда ты не пойдешь. Сначала нужно обработать… Это. Я киваю на его шею. Блейк улыбается, но послушно следует за мной в дом Эвердин. Пока меня не было, ничего нового не произошло. Китнисс спит в своей комнате, Гейл – на столе, Пит режет свой хлеб, Прим разливает чай, а миссис Эвердин разводит в тазу какие-то лекарства. Пока Блейк здоровается с Питом и остальными, я беру у Прим лечебный раствор и отдаю ей миску со снегом. Усаживаю Смита на стул, чтобы протереть его рану, сама занимаю место напротив. Парень молча снимает куртку, оставаясь в одной черной футболке. Аккуратно провожу ватой, смоченной в растворе, по его шее, одновременно обдувая её. Чувствую, как Блейк напрягается, но не произносит ни звука. -Легче? Он слегка улыбается и кивает. Закончив с этим, я хочу уйти, но он перехватывает мою руку, останавливая. -Теперь твоя очередь. Он смачивает вату и начинает обрабатывать мои руки, пораженные плеткой жестокого миротворца. Лекарство приятно охлаждает израненную кожу, и я закрываю глаза. Вдруг его рука дотрагивается до моей щеки, отчего я вздрагиваю. Как оказывается, Блейк просто стал протирать ватой мой ободранный подбородок. -Ты скажешь мне, откуда у тебя это? Я протягиваю руку и слегка дотрагиваюсь до его шеи. Парень улыбается и вздыхает. -Какая же ты упертая. -И? Его улыбка тухнет, а глаза грустнеют. -Ромулус… Говорит он еле слышно. По моей коже пробегает мороз. Вчерашний «мясник». Я смотрю, не отрываясь, на рубец у Блейка. Вспоминаю, как этот злобный миротворец бил Гейла на площади своим кнутом. -Эй, приём. Блейк вызывает Кайли. Ты здесь? Щелкает пальцами блондин. Я киваю, беря из его рук уже пустую чашу из-под раствора, и отставляю её в сторону. Смит дотрагивается до моих локтей, приближаясь ближе. -Не хочешь прогуляться? Громкий хрип заставляет меня повернуться на звук. Прим кладет снег на спину Гейла, и последний распахивает обезумевшие глаза. Пару секунду он оглядывается по сторонам, а потом его взгляд вдруг фокусируется на мне и сидящем рядом Блейке. Меж бровей пролегает складка. Прим кладет очередную порцию снега, и Гейл сразу же отворачивается, скорчившись от боли. Над его спиной клубится пар, а снег шипит, соприкоснувшись с ней. Я вскакиваю с места и направляюсь к нему, позабыв обо всех обидах. Ему нужна сейчас чья-то поддержка, и я хочу помочь. Я иду очень быстро, но мне кажется, что проходит целая вечность, пока я пересекаю комнату. Не свожу глаз с Хоторна, а тот, закрыв глаза, тяжело дышит. Когда остается один шаг до стола, справа от меня раздается голос. -Не пора ему сделать еще укол? Круто выругавшись про себя, я поворачиваю голову к Китнисс, застывшей на лестнице. -Кискисс… Тихо зовет её Гейл. К горлу подкатывает комок. И я не могу понять из чего он. Из рыданий от обиды или из тошноты от лицезрения этой картины. Я быстро отворачиваюсь, ища глазами Пита. Он застыл у небольшого столика, положив руки в карманы штанов. Я молча киваю ему на дверь, а он кивает в ответ. Поворачиваюсь к Блейку. -Так что там насчет «погулять»? Парень сияет в ответ. -Всегда готов. -Одно условие. Блондин напрягается. -Какое же? -Пит пойдет с нами. Снова улыбнувшись, Блейк кивает, и направляется к выходу. Пропустив грустного Пита вперед, я направляюсь за парнями, на секунду оглянувшись. Китнисс сидит на коленях перед столом с Гейлом, крепко сжимая его руку. Шатен поднимает глаза, и на секунду наши взгляды пересекаются. Затем он снова поворачивается к Эвердин, поднося её руку ближе и целуя. Я захлопываю дверь и выхожу на морозный воздух. Друзья ждут меня неподалеку, но я ненадолго останавливаюсь. Как же вести себя с человеком, который и не держит, и не отпускает? Я глубоко вдыхаю и выдыхаю, закрыв глаза. Нужно начать новую жизнь, с чистого листа. Он может, и я смогу. Открываю глаза и шагаю навстречу Блейку и Питу, что-то бурно обсуждающим. Шагаю навстречу новому, оставляя всё плохое позади.