Голодные Игры. 2 том: Яд.

Куда мне деть твоё «прости»? Добавить в новый гель для душа, Подать под соусом на ужин Или в косички заплести? Куда мне деть твоё «прости»? Тушить десятой сигаретой, Вложить в вечерние сюжеты Или потомкам донести? Не надо делать косяки, Чтоб не говорить потом - «прости»… POV Кайли. -Кайли! Вдох- выдох, не смей поворачиваться. Даже если очень хочется… Имей силу воли и хоть каплю гордости, в конце концов! Упрямо шагаю вперед. -Подожди! Снова до боли знакомый голос сзади. Кусаю губы, на которых еще до сих пор чувствуется его поцелуй. -Да стой же ты! Сильная рука резко разворачивает меня к своему обладателю. -Чего ты хочешь, Хоторн? Упрямо смотря в серые металлические глаза, спрашиваю я. -Прости, что нагрубил. Вырываю руку, пытаясь сохранить остатки разума. Он смотрит на меня с легкой мольбой во взгляде. -Ничего страшного. Я уже привыкла к этому. -Я… Я сам не знаю, зачем всё это говорю… - Гейл взъерошивает пятерней густые волосы и дрогнувшим голосом тихо произносит. - Прости. Чувствую, как сердце начинает таять. И куда делась вся злость и обида? Испарилась? Почему так быстро!? Вздыхаю и опускаю глаза, слегка дернув плечами. -Ничего. Шатен улыбается, а я снова невольно поражаюсь тому, насколько сильно он завладел моим сердцем. Оглянувшись по сторонам, он снова поворачивается ко мне, внимательно вглядываясь в моё лицо. -Тебя проводить? Киваю и иду вперед. Улыбаюсь про себя, заметив, как быстро парень устремляется за мной. Гейл слегка подергивает плечами. В последнее время, он делает так часто: располосованная спина всё еще саднит от прикосновения к ней одежды. А тесная кожаная куртка, сшитая в Капитолии, больше прочих сковывает движения. -Еще болит? – Спрашиваю я парня, кивнув на спину. -Немного. Такое быстро не затягивается. Но, слава Богу, настойки миссис Эвердин творят чудеса: мне уже намного лучше. – Он опускает голову и вдруг улыбается. – Знаешь, Кайли, есть раны, которые никогда не затягиваются. А с каждым днем болят всё сильнее и сильнее… Я сглатываю, чувствуя, как к глазам подступают слезы. Не знаю, какие раны не затягиваются у него, но я с ним согласна. Моя сердечная рана не затянется никогда. Взяв себя в руки, устремляю взгляд на шатена и улыбаюсь. -Какие же не затянувшиеся раны терзают такого молодого человека, как ты? -Сердечные. Коротко и четко говорит он. Я резко останавливаюсь. Сердце пропускает удар, а затем с удвоенной силой начинает стучать уже у меня в ушах. Он что, читает мои мысли? Боясь, что спешу с выводами, сжимаю руки в кулаки, ногти до боли впиваются в ладони. Гейл удивленно смотрит на меня, стоя на пару шагов впереди и ожидая, когда продолжу свой путь. Неуверенно иду к нему. -От неразделенной любви? Игриво выгнув бровь, спрашиваю его я. Парень замирает, и на долю секунды, улыбка исчезает с его губ. Потом, как ни в чём не бывало, он снова улыбается и шагает вперед. Я догоняю его. -Угадала.– Кивает он. -Это была слишком простая загадка. – Отмахиваюсь я, стараясь не смотреть в его сторону. Разглядываю площадь, заставленную разными орудиями для «пыток». Сразу вспоминается, как Гейла привязали к столбу. Зачем мы вообще пошли здесь? Гейл повел меня длинной дорогой, а я его и не остановила. Теперь любуюсь по своей глупости инструментами «мясника». Встряхиваю головой, пытаясь отогнать непрошеные мысли. Ни к чему это сейчас. -Поделишься? Нарушаю повисшую тишину между нами. Гейл пожимает плечами. -Я думаю, ты знаешь большую часть истории. Воздух в легких кончается. Он говорит обо мне? Вернее, о нас? -В каком смысле? – Дрогнувшим от волнения голосом, спрашиваю я. -Историю про любовь Пита и Китнисс здесь знают все. – Шатен издает смешок при слове «любовь». Останавливаюсь, удивленно смотря на него. Пит и Китнисс. Китнисс и Пит. Но причем тут я и Гейл? -Да, эту историю я знаю. Но я спрашиваю о тебе и твоей неразделенной любви. -Эти две истории взаимосвязаны. – Он резко вздыхает. – Моя неразделенная любовь – девушка, которая скоро выйдет замуж за другого. И их свадьбу будет лицезреть весь Панем. Резко отворачиваюсь от него, как от пощечины. У меня, и вправду, такое ощущение, что меня ударили. Лицо горит, как от огня. Какая же я дура… -Кайли, всё в порядке? Разворачивает меня к себе Гейл. Не в силах сказать ни слова, я просто киваю. -Ты что, плачешь? Я и не заметила, как слезы заструились по моим щекам. Вытираю их рукой. «Моя неразделенная любовь – девушка, которая скоро выйдет замуж за другого.» Словно эхо отдаются эти слова в моей голове. Он любит Китнисс. И всегда будет её любить. Через силу улыбаюсь. -Нет, не плачу. Просто что-то в глаз попало. Пойдем дальше, а то на улице холодно. В тишине мы бредем дальше. -Сегодня будет ужасный вечер. – Вздохнув, вдруг говорит Хоторн. Вопросительно смотрю на него, пряча закоченевшие руки в карманы. Да, в Капитолии понятия не имею о морозах, стоящих в нашем Дистрикте. Слишком уж тонкая у них одежда. -Сегодня президент будет объявлять условия очередной Квартальной бойни. Поясняет мне парень. Бойня…Одно название вселяет в меня ужас. А ведь точно, до новых Игр совсем чуть-чуть. На самом деле, мне совсем не интересно, что же распорядители приготовили на этот год. В прошлый раз, на второй Квартальной Бойне, трибутов было вдвое больше. Тогда и победил наш Эбернети. Что приготовили для нас? А есть ли смысл знать? Шансы на победу в Бойне ничтожно малы у каждого. Ведь условия ужасны. Я поеживаюсь, сильнее кутаясь в дубленку. -Замерзла? – Улыбнувшись, спрашивает Гейл. Я киваю, стараясь не стучать зубами от холода. Хоторн вдруг останавливается, повернувшись ко мне. -Хочешь, я дам тебе свою куртку? Она, конечно, не особо теплая, но всё-таки хоть что-то. Я удивленно поворачиваюсь к шатену. С каких это пор он заботится обо мне? -Нет, спасибо. Парень вздыхает, закатывая глаза. -Не будь такой упертой. Ты только пошла на поправку, хочешь опять заболеть? -С каких это пор тебя волнует моё здоровье? – Озвучиваю я свой мысленный вопрос. -Оно всегда меня волновало. Разве ты не помнишь? Удивленно смотрю на него. Хоторн улыбается и мучительно долго смотрит в мои глаза. Сердце учащенно бьется в груди. Я вдыхаю воздух полной грудью. Надо сказать ему, и плевать, что он любит Китнисс. Опускаю глаза, разглядывая снег под своими ногами. -Я всё помню. И уже, наверное, никогда не смогу забыть. Слышу тихий вздох. Крепко зажмуриваю глаза. -Кайли, прости, но я… -Не надо. – Я поднимаю глаза на парня. – Не надо ничего говорить. Я знаю, что ты любишь Китнисс. И не собираюсь мешать вам. Мне надоело ругаться, кричать. Просто давай забудем обо всех обидах и ссорах и начнем всё сначала. Я улыбаюсь, надеясь, что вот сейчас он остановит меня, скажет, что никогда не сможет жить без меня. Скажет, что я нужна ему, как никто на Свете. Но вместо этого вижу ответную улыбку. -Отличная идея. Вдруг чьи-то сильные руки обнимают меня за плечи. -Добрый день, мисс Кайли. – Я поворачиваю голову и встречаюсь с взглядом зеленых игривых глаз. -Привет, Блейк. – Блондин легко целует меня в щеку и тут же отстраняется. -Боже, да ты холодная, как лед. Замерзла? – Я киваю. – Вот, держи. Смит отдает свою толстую утепленную куртку, которую выдают миротворцам, чтобы они не мерзли, когда снимают свою форму. Я улыбаюсь, закутываясь в неё сильнее. И правда, куртка очень теплая. -Спасибо. А как же ты? -Не волнуйся, я никогда не мерзну. Только сейчас парень обращает внимания на Гейла, который всё это время молча наблюдал за нами. -Надеюсь, я не помешал? Блейк обращается больше к нему, чем ко мне. -Помешал. – Холодным тоном отчеканивает Хоторн, а его взгляд фокусируется на моём плече. Пытаясь узнать, что же его так заинтересовало, я перевожу взгляд с шатена на своё левое плечо. И замечаю ладонь Блейка, всё еще сжимающую меня в объятиях. Я легко высвобождаюсь из хватки Смита и снова поворачиваюсь к Гейлу. -Я хотела зайти в пекарню. Пит должен быть там. Иди дальше без меня. -Отлично. – Даже не посмотрев в мою сторону, кивает Хоторн. Да он что? Злится на меня? Сам же согласился, что мы должны остаться друзьями. Сам же сказал, что любит Китнисс. Что ему еще нужно? -Ты со мной? – Смотрю на Блейка. Тот расплывается в счастливой улыбке. -Конечно. -Тогда иди пока туда, мне нужно поговорить с Гейлом. -Хорошо. – Блондин переводит взгляд на моего собеседника. Улыбка исчезает с его лица. – Гейл. – Кивок головы. -Смит. – Также холодно отвечает ему Хоторн. Блейк разворачивается и уходит в сторону пекарни Мелларков. Я поворачиваюсь к шатену и складываю руки на груди. -Ну и? – Не смотря на меня, спрашивает Гейл. -Это я тебя должна спрашивать. Что это такое было? -Ты о чём? -Почему ты с ним так разговариваешь? -Он мне не нравится. -Он тебе жизнь спас! Если бы не Блейк, то неизвестно, когда бы тот миротворец остановился. Мог бы ему «спасибо» сказать. -Ты уже сделала это за меня. -В каком смысле? -Ты же спала с ним. Разве я не прав? Я отшатываюсь от него, удивленно вскинув брови. -Что? Что ты несешь? -Вот только не надо строить из себя святошу. Всегда пригодится свой человек среди миротворцев. Вдруг твой никчемный папаша загремит в тюрьму или твои друзья, такие как я, нарушат очередной закон. Я глубоко вдыхаю воздух полной грудью. Главное – не сорваться и не наделать глупостей. -Хоторн, лучше замолчи. Потом же будешь жалеть о своих словах. -Навряд ли. -Тебе-то какая разница, с кем я спала? -Большая. -А должно быть никакой. У тебя есть Китнисс, чего тебе от меня-то надо? -Ничего. Мне ничего не нужно от тебя. И я даже рад, что у нас с тобой ничего не получилось. -Отлично. Ты знаешь, я была неправа. Мы никогда с тобой не сможем нормально общаться. И главная причина в тебе. – Я развернулась, чтобы уйти. Но на секунду еще раз посмотрела на Гейла. – И кстати, с Блейком у нас никогда ничего не было. Но теперь, раз ты считаешь меня гулящей, то я должна соответствовать. Я направляюсь в сторону пекарни, когда слышу сзади голос. -И куда ты пошла? Поворачиваюсь лицом к Хоторну, продолжая шагать назад. -К Блейку. Я же еще не сказала ему «спасибо» за то, что он спас твою шкуру. Отвернувшись, я со всех ног несусь к пекарне. Значит, Хоторн считает меня гулящей? Той, которая бросается на парней и сразу прыгает к ним в постель? Отлично. Хочет видеть меня такой, я буду такой. У крыльца я замечаю Блейка, облокотившегося на перила возле входной двери. -Кайли. – Он расплывается в улыбке. Ничего не говоря, я преодолеваю расстояние между нами и, обхватив его за шею, впиваюсь в его губы поцелуем. Мои губы жесткие, подчиняющие. В поцелуе ни намека на нежность и любовь, только одна злость. Блондин сначала мешкает, я чувствую, как он удивляется. Затем его руки обхватывают мою талию, а губы отвечают на поцелуй. Я тут же отстраняюсь. Зачем я это сделала? Боже, что мне теперь сказать Смиту? Как объяснить этот порыв? -Ого. Вот это да. – Блейк отпускает меня, а я отхожу от него, увеличивая расстояние до метра. – Это всё из-за Хоторна? -Блейк, я… - Я опускаю глаза, пытаясь найти слова. -Ничего. Я всё понимаю, ты любишь его. – Парень улыбается, и на его щеках снова появляются ямочки. – Я знаю это. Но не собираюсь оставлять надежду. Может, однажды, ты, наконец, поймешь, что он не тот человек, который тебе нужен. Как знать. – Он пожимает плечами. – А сейчас пойдем. Блейк открывает передо мной дверь в пекарню. -Прошу Вас, мисс Райт. -Благодарю Вас, мистер Смит. Сделав реверанс, я захожу внутрь. И почему мне не нравится Блейк? Всё было бы гораздо проще. Нет же, угораздило меня влюбиться в Хоторна. Он же вечно говорит полную чушь, мы с ним постоянно ругаемся. Но он по-прежнему нужен мне. Только он может в одну секунду извиниться, а в другую – снова обидеть. И что мне с ним делать?