Знаешь, моя душа рваная

      — Доброе утро, Гермиона! — девушка нехотя открыла глаза и с удивлением уставилась на Драко. — Только не говори, что опять ничего не помнишь. — Резко погрустнев, добавил парень.       — Помню, удивлена, что ты не сбежал.       — То есть все еще считаешь меня сволочью?       — Тебя нет, но сволочь точно крепко спит внутри тебя и может вылезти. — она села на кровати, зачем-то закрывая свою гриффиндорскую пижаму одеялом, чем вызвала у Драко улыбку. В комнате с вечера ничего не изменилось, только появился стойкий аромат его духов. Гермиона перелезла через парня и опустила ноги на ковёр. — надо придумать, как тебе выйти, чтобы Гарри не увидел.       — Я могу просто сделать дырку в тканевой стене.       — Да, это гениально. — она поднялась с кровати, чтобы взять кувшин с тумбочки и умыться. В это время ткань за ее спиной зашуршала.       — Герм, там Малфой куда-то исчез… — ничего не подозревающий Гарри до конца поднял ткань и, опустив голову, шагнул в комнату, вызвав своим появлением панику у девушки.       — Я не одета! Выйди! Закрой глаза! — завопила Грейнджер стоя в пижаме с кувшином в руках. Драко не выдержал и рассмеялся в голос от этой картины, продолжая лежать в ее кровати.       — Мм, а вот он и нашёлся. Нас на завтрак ждут через пятнадцать минут. — спокойно произнес Гарри и вышел из комнаты.       — И это все? — удивленно произнесла Гермиона, смотря на опустившуюся ткань.       — Нет, я придушу тебя, как только он выйдет из твоей комнаты! — тут же отозвался Гарри. И Драко опять прыснул.       — Ну, двумя проблемами меньше! — отозвался Драко с кровати. — Гарри сам узнал, не надо дыру в стене делать. И еще от тебя меня избавит. Меньше соблазнов в жизни будет. — в него тут же полетела подушка.       — Ты мог исчезнуть или просто прочитать его мысли и направить в другую сторону?       — Мог. Просто не хотел. Грейнджер, нам 25! Я не в том возрасте, чтобы убегать от девушки, с которой у меня ничего не было, через дырку в стене!       Она отказалась ругаться с ним дальше и, зайдя за наколдованную только что ширму, начала переодеваться. Когда Гермиона вышла из-за нее, то врезалась в стоящего на ее дороге Драко, он уже тоже успел переодеться в песочного цвета костюм.       — Ты специально? — заныла девушка, поднимая на него глаза. Парень в свою очередь, положил правую руку ей на шею, а левой обнял за талию. Его губы нежно коснулись ее губ, и у Гермионы не хватило сил сопротивляться, она с удовольствием ответила на его поцелуй. Когда он отстранился, Грейнджер подарила ему вопросительный взгляд.       — Мне просто хотелось, чтобы и ты тоже ждала вечера. Когда я снова окажусь у тебя в комнате и поцелую. — хриплым голосом прозвучал ответ на немой вопрос.       — Сегодня вечером мы будем в гробнице. И тебе придется ждать рассвета, чтобы меня поцеловать. А может ты вообще больше никогда не захочешь этого делать. — усмехнулась в его манере Гермиона.       — А может я приду после разговора с самим собой и возьму тебя. Как тебе эта идея, Грейнджер? — на ее спине выступили мурашки. — Обязательно, если после разговора с моим «я», у меня не появится отвращение к тебе.       Этот диалог они выдержали на равных.

***

      — Ты только поклониться ему не забудь, ага? — язвила Гермиона, скрестив руки на груди.       — Я то поклонюсь, а ты и этого сделать не осмелишься! — вторил ей Драко.       — Вы, два испуганных страуса, просто подойдите к своим верблюдам и залезьте на них, это же не гиппогриф и не дракон, в конце концов! — начинал сердиться Гарри, сидя на своем животном.       — Я вообще квадроцикл заказывал! Дайте мне жалобную книгу!       — Где ты только слов таких нахватался… — закрыла лицо рукой Гермиона.       — Вы всю группу задерживаете. — все еще кипятился Поттер.       — Вся группа давно уже ушла вперед. А мы пока можем сбежать по-тихому. Хорошая идея?       — Грейнджер, ты похоже сегодня без библиотеки в голове вышла. У тебя браслет на руке, пока он не исчезнет, ты обязана идти к гробнице. — Драко посмотрел на нее, как на маленького ребенка.       — Давай на счет три? — предложила в ответ девушка.       — Раз, два, три! — тут же продолжил Гарри. И ребята двинулись к своим верблюдам. Малфой на всякий случай и правда своему поклонился перед тем, как залезть. Гермиона закрыла глаза, пока подтягивалась к седлу. Но в итоге оба они были готовы догонять группу, и Поттер с облегчением выдохнул. Тяжело, когда ты единственный, кто нормально взаимодействует с животными.

***

      Весь день они без остановок двигались по пути древних магов. И за все это время не встретили ни одного живого существа, не относящегося к их группе. Ни птицы, ни мелкого зверька, ни другого человека, идущего навстречу к себе и своим предкам. Надо отдать должное, что гид не обманул, и все участники экспедиции хоть и чувствовали, что вокруг них усиливается магическое поле, все же могли двигаться вперед. Ни один из них не упал в обморок, не почувствовал дикого желания свернуть и не попытался покончить с собой. Все шло ровно по плану, и к закату они уже были у подножия древней пирамиды .       — Я одна чувствую, что магии в воздухе столько, что на него можно лечь, как на воду? — тихо спросила Гермиона у ребят. Они ответили ей понимающими, немного испуганными взглядами.       — У меня в подземельях магии меньше, а там предки колдовали будь здоров! — поделился Драко.       — Может вы и были правы, когда кричали на меня, что нам это не надо. — смутился Гарри.       — Эй, не смей унывать. Если мы здесь, значит так надо, просто будьте осторожнее. — тут же попыталась подбодрить друга Гермиона.       Они спешились одновременно со всеми, гид хлопнул в ладоши, и верблюды покорно направились в стойла, приготовленные заранее.       — Мы заходим на закате. До этого времени постарайтесь побыть наедине с собой, подумайте, о чем хотите спросить, что вам важно обсудить и с кем. В гробнице есть правило. Вы заходите все вместе, но магия сделает так, что друг друга вы не увидите и не услышите. После встречи вы спокойно покинете гробницу, если солнце еще не взойдет, то сможете поспать. Но на рассвете выдвинемся дальше, тот, кто не успеет до рассвета выйти, остается еще на сутки. Гробница не выпускает после восхода. Вас останется ждать другой гид. Это понятно? И здесь не колдовать. Я дам сигнал, когда можно будет начинать. Готовьтесь.       Группа разошлась. На входе в палатку Драко взял Гермиону за руку. Она в ответ сжала его ладонь. Все трое сели на диван. Гарри на один край, Малфой и Грейнджер на другой. Парень продолжал держать одной рукой ее ладонь, второй обнимал за плечи.       — Не успел сказать утром, — начал Гарри. — Я рад, что вы решили быть вместе.       — Мы не вместе. — тут же среагировала Гермиона. Гарри вопросительно поднял бровь. — Нам просто хорошо здесь и сейчас. Что будет после возвращения в Лондон, мы не знаем. — Драко взглядом показал Гарри, чтобы он опустил эту тему. Ну мало ли, что эта дама говорит. Грейнджер его взгляд не увидела.       — Начинаю нервничать. Вы с кем хотите поговорить? — сменил тему Поттер.       — Из тех кто мертв, пожалуй, ни с кем. — начала Гермиона. — А вот с собой очень даже.       — Интересно, а можно поговорить с кем-то не из своего рода? Я бы пообщался с Северусом. — продолжил Драко.       — Я бы хотел увидеть маму с папой и бабушек с дедушками. И Люпина и Сириуса. Фреда.       — Гарри, стоп. — перебила его Гермиона. — Мы сюда приехали не скорбеть по погибшим. А вылечить свою душу.       — Мне надо получить их прощение.       — Ты же знаешь, что это был их выбор. Мы не за тебя сражались. Но за детей и будущее! За свои идеи. — неожиданно для себя сказала Гермиона, Драко почувствовал, как она задрожала от этих слов и сжал ее плечи сильнее, стараясь закрыть от всех проблем и страхов. Нет, с ним она не будет дрожать от негативных эмоций, он не позволит.       — Надеюсь, когда мы выйдем, мы будем лучше, чем сейчас и смелее. — Гарри закрыл глаза, запрокидывая голову на спинку дивана.

***

      Гермиона шла по пустому коридору гробницы в полном одиночестве, как и предупреждал гид. Ее шаги эхом разлетались от стен, нагоняя на и без того переживающую девушку еще больше ужаса.       — Мне 25 я могу не бояться встречи с собой, ничего нового я не расскажу и не узнаю. Я столько раз медитировала, столько раз искала себя. Нет, меня не напугать этой встречей. — вела диалог сама с собой Гермиона. Однако все ее нутро говорило об обратном. Ей хотелось развернуться и рвануть к выходу. Подумаешь, она выкинет на ветер деньги потраченные на эту экскурсию. Она достаточно зарабатывает, чтобы об этом не переживать. Подумаешь, она покажется самой себе слабой? Она простит это. Вдруг то, что ждет ее впереди больнее, чем слабость и деньги?       Когда девушка оказалась перед дверью в конце коридора, она замялась на несколько секунд, но все же дернула за ручку и зашла во внутрь. Ее взору открылась небольшая комната с факелами на стенах. В центре нее стоял камень похожий на алтарь. Пол, стены и потолок были гладким камнем. Никаких украшений, ни древних рун, ничего такого в комнате не было.       Гермиона обошла вокруг алтаря и, вернувшись к двери, начала разговор с самой собой.       — Ну, я дошла. Что дальше? Или это все обман и никакого диалога не будет?       — Ты уже его ведешь, или ты готова к большему? — раздался голос в голове, не принадлежащий девушке.       — Готова. — коротко ответила она так же вслух.       — С собой хочешь поговорить или может быть есть другие запросы?       — Хочу поговорить с тем, кто сам жаждет диалога со мной.       Комната залилась голубым светом, факелы погасли на секунду, а когда зажглись вновь, на алтаре стояла пара. Мужчина нежно приобнимал женщину, которая оглядывалась по сторонам, ища кого-то глазами.       — Дочка! — вскрикнула женщина, поймав взглядом Гермиону.       — Мама, папа… — в ужасе произнесла девушка.       — Милая, как ты выросла, как давно я хотела на тебя посмотреть, как много надо было сказать… — заплакала женщина, на что мужчина тут же привлек ее к себе, вытирая слезы. Минуты две она стояла рыдая, а потом снова посмотрела на Гермиону, которая тоже плакала.       — Я ведь не могу говорить с живыми. Я не могла опоздать…       — Мы с мамой очень по тебе скучали. И были так рады, когда смогли тебя увидеть. Сегодня утром. Это случилось сегодня утром. Ты стала такая взрослая, красивая. Хорошо, что у нас появилась возможность поговорить.       — Простите меня… — продолжала плакать Гермиона. — Я не должна была. Мне так страшно было вас потерять, я хотела защитить, я искала способы все вернуть…       — Все хорошо, мы прекрасно понимаем, что ты просто боялась за нас. И давно тебя простили. Хорошо, что после смерти, память возвращается. Ты все сделала правильно. — с добротой в голосе говорила ее мама.       — Мы гордимся, что наша дочь-волшебница. Гордимся тем, что она выросла умной, что она заботится о тех, кого любит. Пусть иногда и в ущерб себе. Ты молодец. — с улыбкой говорил отец.       — Я не верю, что вас больше нет. Мама, я так скучала по твоему пудингу, папа, мне так хотелось обсудить с тобой мою работу в министерстве. Ты представляешь, я занимаюсь политикой, как ты хотел! Мне так не хватает иногда твоих советов. — девушка закрыла рот рукой, начиная рыдать с новой силой. — Я хотела внуков к вам привезти, чтобы вы и их научили любить, чтобы вы и им показали пример. Я такая дура!       — Ну, хватит тебе! Мы много не успели, но мы все равно всегда рядом с тобой, теперь даже больше, чем раньше. Мы с папой будем рядом, когда тебе это нужно. Мы будем наблюдать за внуками.       — Приезжай к нам на могилу. Рядом с ней очень красивый сквер. И проведай дом.       — Я люблю вас… — шептала Гермиона.       — И мы тебя очень любим, дочка. Помни об этом всегда. И ни за что себя не вини. Мы и правда рядом, и правда все простили. Заканчивай жить прошлым.       — Еще бы знать, как это сделать.       — Попробуй закрыть глаза и шагнуть. Помнишь, как я учил тебя в детстве? Если не бояться, ты сможешь больше. Иногда нужно просто сделать первый шаг. А потом все само получится. — Гермиона улыбнулась, вспоминая, как папа учил ее ходить по бревну над рекой. Она и правда очень боялась, а потом закрыла глаза, и на удивление перешла на другой берег.       — Тебе пора возвращаться. — мягко сказала мама. — Через два часа рассвет.       — Я так долго здесь?       — Время бежит незаметно на пути к своему страху. А ты ведь очень боялась сюда прийти? Только семья и любовь это не страх, Гермиона. Мы тоже не твой страх.       — Прощайте!       — До свидания! — хором ответили родители, и девушка быстро выскочила из комнаты, а потом почти бегом устремилась к выходу из гробницы.

***

      Драко сидел на диване, когда Гермиона ворвалась в палатку с заплаканным лицом. Родители просили ее не бояться любви, однако, девушка испугалась ее еще больше. Любовь это боль. Страшная боль. И она не выдержит еще одной потери. Уж лучше семья, где любви нет. Чтобы не плакать. Никогда больше не плакать.       И вот она стоит в палатке у входа, и смотрит на ненавистного ей Малфоя, который спокойно сидит на этом дурацком диване, расстегнув верхние пуговицы своего костюма. На его взъерошенные волосы, которые он явно недавно взлохматил, наверное, встреча в гробнице и у него прошла не просто. Он поднял взгляд на девушку и облизнул губы. «Какая же она все-таки хрупкая», в очередной раз пронеслось в его голове. «И как же хочется ее защитить.»       — Как встреча с собой, Грейнджер?       — Я говорила с родителями. — тихо произносит она и начинает снова плакать. Внутри Драко все перевернулось.       Он в миг оказался около нее и, обвив руками ее тело, поцеловал, так нежно как только мог, стараясь забрать у нее всю боль. Она ответила ему взаимностью, растворяясь в поцелуе, забывая себя. Он отстранился, посмотрел на ее опухшие глаза и мокрые щеки, а потом начал целовать ее слезы, убирая губами соленые следы с ее лица.       — Я, наверное, сейчас такая страшная. — прошептала девушка.       — Ты самая красивая из всех, кого я знаю. Даже сейчас. — ответил парень, не отрываясь губами от ее кожи. Он взял ее на руки и отнес в свою комнату, будет неловко, если сейчас вернется Поттер, а они целуются в дверях.       Когда они оказались одни, Драко поставил Гермиону на пол, она возобновила их поцелуй, но на этот раз он стал более страстным. Она впивалась в его губы, ее язык сплетался с его, дыхание девушки участилось. Она обвила руками шею парня, и прижалась к нему всем телом. Драко скользнул рукой по ее телу от бедра через живот и грудь к пуговицам на одежде и медленно начал их расстегивать. Она отреагировала на его действия, начав делать тоже самое с застежкой на его костюме. Очень скоро, его голый торс коснулся ее лифчика, последний, правда, тут же упал на пол.       Драко опустил взгляд на грудь девушки, и увидев, что ее соски набухли от возбуждения, не удержался и обхватил правый губами. Он аккуратно прикусил его, оттягивая, на что тут же услышал стон Грейнджер. Теперь он окончательно не мог думать ни о чем, кроме как о ее теле и стонах. В мгновение ока девушка оказалась на кровати, придавленная телом Малфоя, который одной рукой мял ее грудь, а его губы оставляли красные следы на шее и ключицах девушки. Она стонала и извивалась от его прикосновений.       — Ты ведь понимаешь, чем это сейчас закончится? — хриплым голосом прошептал Малфой ей на ухо.       — И очень этого жду. Возьми меня, пожалуйста… — он зарычал в ответ на ее слова. Вся их одежда упала на пол.       Он раздвинул ее ноги, устраиваясь между ними и аккуратно вошел, в очередной раз вызвав стон девушки. Она выгнула спину, приподняв живот и грудь. Он схватил губами ее сосок, нежно его поцеловав. Гермиона впивалась пальцами левой руки в его спину, правая рука девушки лежала на затылке парня, путаясь пальцами в его волосах.       Он двигался быстро, как будто боясь, что она может опомниться и все это прекратить. Или может он просто так долго ждал этого момента, когда она сама попросит, чтобы он ее взял, и отдастся ему без всякого огневиски и оборотных зелий. Его сводило с ума ее тело, ее стоны, ее руки, ее полузакрытые от удовольствия глаза, ее пухлые губы, распухшие от его требовательных поцелуев, то, какой мокрой и влажной она была там. Все его девушки до нее сливались в одно бесформенное воспоминания, и только Грейнджер сейчас имела значения.       Она вскрикнула громче, чем обычно, а потом сжала его член внутри себя. Ее тело затряслось на несколько секунд и расслабилось. Малфой кончил вслед за ней.       — Почему мы раньше так не делали? — прошептала Гермиона, когда он лег рядом с ней на подушку.       — Потому что я чистокровная сволочь, а ты принципиальная подружка Поттера.       — Точно. — все еще тяжело дыша ответила девушка. — Это ведь несерьезно, да? Ну, без чувств?       — А ты как хочешь, чтобы это было?       — Мне не нужны с тобой отношения, Малфой. У нас с тобой они никогда не сложатся. Только секс. Он, кстати, отличный. — слишком жестко для себя произнесла Гермиона. Драко на секунду зажмурился, чтобы осознать, что она сейчас произнесла. И остановить свое желание хорошенько встряхнуть ее за плечи, чтобы она больше никогда не говорила такой ерунды.       — Ты сейчас говоришь, как идеальная девушка. — не желая признавать проснувшейся в нем слабости, произнес Драко. Она уткнулась носом в его плечо и уснула.       Через полтора часа группа двинулась дальше. Все успели выйти из гробницы до рассвета, а значит этим вечером их путешествие по пустыне подойдет к концу.