Дары смерти и любви

Гарри Поттер чувствовал, что сходит с ума. Пока в Хогвартсе было полно учеников, многие из которых на него косо посматривали и наверняка издевались за спиной, эта толкучка его раздражала. Но вот школа опустела. И он полез на стенку… Он был с Северусом, который вел себя идеально, был тактичным и предупредительным. Но… Северус был занят своими зельями, а Гарри делать было нечего. Разумеется, он продолжал учиться. Разумеется, Северус снизил нагрузку, чтобы Гарри все-таки почувствовал, что у него каникулы. И все-таки… Они не могли даже навестить Сириуса и Драко – Гарри плохо помнил расположение пещеры, а Северус там не был вовсе, поэтому аппарировать туда они не могли, а Кричер отказывался их туда сопроводить. Бродить же между Хогвартсом и Хогсмидом было небезопасно – даже если бы на них не напали, они могли выдать местоположение беглецов. Впрочем, Гарри время от времени разговаривал с Сириусом через двусторонее зеркало. Ожоги у крестного прошли, и теперь они с Драко, похоже, неплохо проводили время, тем более что Кричер таскал им в пещеру книги и интересные артефакты с Гриммо. Гарри понял, что скучает по крестному, что не отказался бы даже от общества Драко, - но это было недоступно. С Норой связь была хуже. В Ордене давно не пользовались совами, это было слишком рискованно. То же самое относилось к каминам. Оставались патронусы, но не будешь же посылать патронуса, чтобы сказать: "Привет, как дела?" К тому же в Норе были заняты, - несмотря на опасность, готовились к свадьбе Билла и Флёр. "Крайний случай" для обращения к хозяину "Кабаньей головы" еще не наступил. А Дамблдор по-прежнему темнил и ничего нового не рассказывал: "Всё в свое время, мой мальчик, всё в свое время". Гарри был сыт этим самым временем по горло. Разумеется, главной проблемой была не скука, - в конце концов, у Дарсли Гарри скучал еще больше, и ничего. Главной проблемой было бессмысленное ожидание. Где еще один крестраж? Что он из себя представляет? Если он найдется, то как его уничтожить? И что делать дальше? Северус видел, что с Гарри творится что-то не то, но не знал, как помочь ему развеяться. И вот однажды... Однажды вечером Снейп сказал: - Гарри, как ты смотришь на то, чтобы сегодня поужинать вдвоем? - Да, конечно, если ты хочешь… - без особенного энтузиазма откликнулся Гарри. Обычно они ужинали в компании Филча, мадам Пинс и Минервы Макгонагл, которые тоже никуда летом не уезжали. Но вместо того, чтобы остаться в собственной гостиной и позвать туда домовиков с едой, Снейп повел Гарри на астрономическую башню, верхняя площадка которой обычно была закрыта (что не помешало им с Гермионой на первом курсе передать там Норберта, маленького дракона Хагрида, друзьям Чарли Визли). Оказалось, что на площадке накрыт низкий столик и поставлен широкий диван. Северус, очевидно, готовился к этому ужину заранее… Еда была необычной: жареные перепелки, салат из каких-то трав, яйца-пашотт с пряностями… И бутылка медового вина. - Что происходит, Северус? Сегодня какой-то особенный день? - Нет, но сегодня особенная ночь. Ты скоро увидишь. Перепелок полагалось есть руками, и Гарри поначалу немного застеснялся, но потом увидел, как изящно это делает Северус, и дал себе волю. Наверное, у него получалось не так изящно, но Северус смотрел на него с удовольствием. Когда Гарри и Северус поели, со столика исчезли грязные тарелки и появились две чаши с розовой водой. Они сполоснули пальцы, и чаши тоже исчезли. Но ночь была такой теплой, а диван – таким мягким, что уходить не хотелось. Мантии давно валялись на спинке дивана. - Смотри, Гарри! Прямо над Запретным лесом на темном небе вдруг появились светящиеся точки. Они рассыпались веером, как будто где-то далеко был салют. Но для салюта это было слишком высоко. - Что это? - Сегодня недалеко от земли пролетает комета, это мельчайшие частицы ее хвоста. Правда, красиво? Интересно, как это небесное явление истолковали кентавры. Я спросил Фиренце – он ничего про это не знает. Подозреваю, что это потому, что про комету не писали в "Ежедневном пророке", ее орбиту совсем недавно вычислили магглы, а в магическом мире про нее мало кто успел узнать. - Разве кентавры читают газеты? - Теоретически могут. Разумеется, только газеты волшебного мира, - маггловская пресса им точно недоступна… Гарри представил, как кентавры реагируют на внезапно появившуюся комету, которая наверняка спутала все их мудреные расчеты, и рассмеялся. "Марс ярко блестит сегодня…" Марс и сейчас сиял. Ночь была безлунной, и звезды и планеты было видно очень хорошо, тем более что в окнах замка почти не было огней. Гарри пришла в голову шальная мысль – а как будет выглядеть тело его любимого при свете звезд? Осторожно, чтобы не напугать Северуса слишком внезапным напором, он начал целовать его шею, потом расстегнул рубашку и приник к груди… Северус как будто не возражал, и Гарри продолжил. Он совсем снял с мужа рубашку и расстегнул ему брюки, но пока не стал забираться под белье. Вместо этого он слез с дивана, расположился рядом на коленях и легонько нажал Северусу на плечи, заставляя прилечь, а потом поднял на диван его ноги. Потом Гарри постепенно сдвинул брюки Северуса вниз, одновременно целуя его ноги, и наконец снял их совсем и положил на подлокотник. В конце концов он снял с мужа носки и стал покрывать поцелуями его стопы. - Гарри… Северус приподнялся и стянул с себя боксеры. Гарри понял намек и снова начал целовать его ноги, на этот раз поднимаясь все выше и выше к бедрам. В конце концов он с наслаждением уткнулся носом Северусу в пах. - Гарри, я тоже хочу на тебя смотреть. Гарри кивнул и взял в рот уже стоящий член, одновременно расстегивая на себе рубашку и спуская ее с плеч, потом расстегнул и приспустил собственные брюки вместе с бельем. Для того, чтобы снять их совсем, ему нужно было прерваться и встать, а делать этого не хотелось. Северус одной рукой гладил его спину, а другой зарылся в волосы на затылке… - Гарри… Юноша наконец прервал свои ласки, выпрямился и посмотрел в лицо Северусу. Тот был совершенно прекрасен… Как всегда, впрочем, - но при свете звезд это почему-то чувствовалось острее. Северус поднялся с дивана и легонько толкнул на него Гарри, а потом стянул с него последнюю одежду и сам стал целовать, начиная с пальцев ног. Он тоже задержался в районе паха, и в какой-то момент Гарри показалось, что муж хочет ограничиться минетом, но нет, - Северус поднялся выше, выцеловывая узоры у него на груди, и наконец впился в его губы. Гарри почувствовал, что его ноги раздвигает горячая ладонь, на которой вскоре каким-то образом оказался прохладный гель… Они плавно двигались при свете звезд, не сводя друг с друга глаз, - Гарри положил ноги на плечи Северусу, а Северус поддерживал его под бедра. Гарри легко водил ладонями по плечам и груди мужчины, чувствуя, что для разрядки ему в этот раз не понадобится дополнительная стимуляция, - он как будто весь уже растекся одной большой лужей, отражающей свет звезд… Уже потом он подумал, что таким образом секс соединяется с любовью и становится даже не ее частью или ее проявлением, а одним из ее фракталов. В эту ночь он, кажется, понял, что такое Афродита Урания, Афродита Небесная, про которую как-то толковала Луна. Но в этот момент он ни о чем не думал. Северус стал двигаться быстрее – и закрыл глаза. Гарри тоже закрыл глаза, и его унесло прямо к звездам… Ни один из них не мог видеть, как легкая белая тень отделилась от стены и исчезла в дверном проеме.