Из-под земли

      — Твою мать!!! Чёрт! Чёрт! Чёрт! Чёрт! Чё-о-о-орт!!! — ревел раненным зверем Инуяша, раз за разом впечатывая уже покрасневший кулак в каменистую почву, словно надеясь, что таким образом сможет открыть исчезнувшую несколько мгновений назад дверь.       Стоявшие чуть поодаль друзья с жалостью смотрели на бьющегося в бессильной ярости полудемона, но чтобы подойти и успокоить его ни у кого из них не хватало смелости, потому как в таком состоянии он запросто мог не сдержаться и выпустить на волю дремавшее в нём чудовище.       — Придурок, дебил, тряпка! — рычал сквозь стиснутые зубы Инуяша, продолжая сбивать в кровь костяшки пальцев. — Просто взял и отдал её! Просто смотрел как этот хмырь забирает её!.. Смотрел, как беспомощный щенок!.. Бли-и-ин, Кагоме, какого хрена ты это сделала?!!       — Самобичеванием тут делу не поможешь, — рискнул подойти к другу монах, но приближаться в плотную всё-таки поостерёгся. — Не мог же этот демон испариться без следа. Наверняка есть способ отыскать его и спасти Кагоме-сама.       Ссутулившись, полудемон продолжал сидеть на корточках, но молотить по камням перестал и это Мироку посчитал довольно-таки неплохим знаком.       — А помните, — последовав примеру буддиста, подключилась к разговору Санго, — тогда, в гостинице Кагоме-чян говорила, что почувствовала присутствие чего-то очень злого?..       — И то верно! — воскликнул Мироку. — Возможно, он ещё тогда пытался похитить её, но почему-то не смог!       — А я ей ещё и не поверил, — шмыгнул носом Шиппо, искренне раскаиваясь.       — Мы все ей тогда не поверили, — пробормотала охотница. — Значит, в том что случилось есть и наша вина...       — Ни хрена подобного, — послышалось практически шипение. — Поверили — не поверили, кому какое дело... Она из-за меня к нему пошла... Из-за того, что я оказался последним слабаком... Это ОНА меня защитила, а не наоборот, понимаете!!!       Рявкнув это, полудемон резко обернулся. И в его глазах поражённые до глубины души друзья увидели столько ненависти, что от неожиданности отпрянули, сделав синхронный шаг назад. И только присмотревшись, поняли, что весь этот гнев, всё это негодование относится к одному-единственному на свете существу — к самому Инуяше.       — Не думаю, что сейчас время искать виноватого, — стараясь, чтобы парень не заметил жалость в его голосе, как можно спокойней произнёс Мироку. — Давайте лучше успокоимся и подумаем, с чего начался весь этот бардак. Не могла же именно Кагоме-сама с бухты-барахты понадобиться тому негодяю. Наверняка какие-то события предшествовали столь невесёлой развязке.       Признавая логику этого предложения, друзья задумались, перебирая в памяти события недавно прошедших дней.       — Каменный столб! — вдруг осенило Инуяшу. — Кагоме его башкой протаранила, а он в труху рассыпался!.. Так ведь не бывает?! — с надеждой глянул он на внимательно слушающего монаха. — Не такая же у неё голова чугунная, чтобы камни в пыль разбивать!       — Это хорошая зацепка, — ободряюще произнёс монах. — Этот столб вполне мог оказаться древней печатью, и Кагоме-сама, плохо владея своими силами, случайно разрушила её!       — Отлично! — чуть ли не прыгая от радости, воскликнул полудемон. — Шустро дуем в эту пещеру и спасаем Кагоме! — и тут же, хрустнув пальцами, добавил: — Ну держись, хмырь! Ты у меня за всё ответишь!       «Как хорошо дома, — мелькнула в ещё не полностью проснувшейся голове мысль, когда Кагоме, блаженно потянувшись, перевернулась на другой бок, зарываясь носом в приятно пахнущее одеяло. — А то уже сил никаких нет на земле спать. После такого спартанского существования неудивительно, что ни одна формула нормально не запоминается».       Поворочавшись ещё немного и попутно лишившись остатка сна, Хигураши, сладко зевнув, наконец открыла глаза, да так и замерла с открытым ртом. Находилась она где угодно, но только не дома, что подтверждали её до предела выпученные глаза. Обстановка вокруг была совершенно незнакомая и куда как далёкая от стиля двадцать первого века.       С трудом выбравшись из широченной постели, ничего спросонья не соображающая Кагоме закружилась по незнакомому помещению, пытаясь разобраться, где это она умудрилась очутиться. Её школьная форма каким-то волшебным образом превратилась в шёлковое кимоно, нежно розового цвета с золотой вышивкой на рукавах и подоле. Волосы на голове, вопреки обыкновению, были заплетены в замысловатую причёску, которая даже после сна сохранила почти идеальную форму.       Пометавшись туда-сюда и так толком ни в чём не разобравшись, девушка снова уселась на кровать, пытаясь выудить из памяти хоть что-нибудь полезное для разгадки этой тайны. Ни одна подходящая мысль как на зло не лезла в голову, а воспоминая клубком невнятных видений путались в голове, не позволяя бедняжке толком разобрать, где из всего этого сон, а где явь.       — Ну блин, — в конце концов жалобно простонала она, устав от всей этой головоломки. — Это уже становится просто какой-то дурной привычкой — просыпаться в совершенно незнакомых местах... Незнакомых местах?.. А! — взвизгнула Кагоме, почувствовав, как вся хронология событий последних дней, словно лавина с горы, скатилась на её разнесчастную, ушибленную голову.       Провал — пещера — каменный столб — гостиница — призрачный голос, зовущий с собой — страшный демон, прижимающий её к своей груди — жуткий вопль Инуяши... Всё это молниеносно пронеслось перед мысленным взором, вызывая головную боль. Но не успела паника полностью захлестнуть Кагоме, как вдруг судьба, словно решив, что ещё недостаточно над ней поиздевалась, подкинула новый повод понервничать.       Дверь, которую Кагоме, не до конца придя в себя из-за всего навалившегося на неё, сразу не заметила, почти бесшумно отворилась и в, по-видимому, принадлежащие теперь ей покои твёрдым шагом вошёл её давешний похититель собственной персоной.       Едва сдержав испуганный вскрик, Кагоме попятилась назад, заползая всё дальше и дальше на огромною кровать, пока не упёрлась спиной в стену. Увидев эту реакцию на своё появление, демон лишь усмехнулся, от чего его физиономия стала ещё менее привлекательной.       — Ты боишься меня, женщина? — произнёс он своим глубоким, с хрипотцой голосом, услышав который несчастная ещё громче застучала зубами. — Не бойся. Я тебя не съем. Ты мне нужна вовсе не для этого.       — А для чего? — с трудом заставив себя гордо вскинуть подбородок, пискнула Кагоме, стараясь унять пробившую всё её тело дрожь.       Похититель приподнял бровь, слегка удивляясь неожиданной смелости столь хрупкого существа. Поняв, что девчонка хоть и прилично напугана, но впадать в истерику всё же не намерена, демон усмехнулся и, сделав несколько шагов вперёд, к немому ужасу свой пленницы, присел на краешек постели.       — Мне нужна твоя духовная сила, — просто ответил он, глядя в глаза не спешащей радоваться девушки. — За всё время моего заточения я сильно ослаб, и теперь, чтобы восстановиться, мне необходим человек, обладающий духовной мощью.       — З...значит вам нужна моя душа? — проблеяла Кагоме, обхватив себя обеими руками. Перед глазами, как наяву, вспыхнули картины из прошлого о разнообразных способах, которыми демоны неоднократно пытались вытащить из неё душу.       Услышав это, демон на мгновение замер, с лёгким недоумением глядя на девушку, словно та сказала что-то совершенно дикое.       — Вот ведь глупая смертная! — вдруг внезапно расхохотался он, смехом, от которого даже у самого смелого человека волосы встали бы дыбом. — Я не собираюсь лишать твоё тело души. Успокойся. Я не причиню тебе абсолютно никакого вреда.       — Абсолютно никакого вреда? — недоверчиво пробормотала Кагоме, осознав, что совершенно перестала хоть что-нибудь понимать в происходящем. — Тогда зачем всё это? Зачем вы меня похитили и закрыли здесь?       — Тебя здесь никто не закрывал, — совсем искрение удивился незнакомец. — Весь этот замок в твоём распоряжении. Можешь ходить куда хочешь и делать что хочешь.       — А уйти из этого замка я могу? — вкрадчиво спросила Кагоме и тут же смущённо потупилась, понимая, насколько наивно прозвучал этот вопрос.       — Нет, — полностью оправдывая эти ощущения, отрезал похититель, моментально посерьёзнев. — Предупреждаю сразу — за любую попытку покинуть пределы замка, я буду жестоко карать. Я бы мог завладеть духовной силой просто пожрав твою плоть, но ты освободила меня, и в благодарность за это я сохраню тебе жизнь. Ты будешь постоянно находиться рядом, подпитывая мои силы. Так что выкинь глупости из головы и просто будь послушной женой.       — Ке-е-ем?!! — опешила Кагоме, до неприличия широко открыв рот.       Абсурдность ситуации стала всё больше напоминать бред сумасшедшего (или стукнутого по голове человека). На мгновение девушке даже почудилось, что это просто сон, что она до сих пор спит в пыльной гостинице, ожидая когда вернутся её друзья.       Пытаясь избавиться от этого морока, Кагоме мотнула головой, а затем ещё и пребольно ущипнула себя за руку, но даже после этого весь этот дурдом и не думал исчезать.       — Я не хочу! — только и смогла выговорить она, осознав, что всё это абсолютно реально. — Вы мне противны! И... и вообще, я другого люблю! — выпалила она, с вызовом уставившись на сидящего напротив неё наглого типа, которого, судя по даже не дрогнувшему ни единому мускулу на лице, это пламенное признание совершенно не впечатлило.       — Мне всё равно, — безразлично пожал он плечами. — Хочешь — не хочешь, любишь — не любишь, всё это мелочи недостойные моего внимания. Можешь сколько влезет любить того полукровку, но мужем твоим всё-таки буду я. А эту бездомную шавку ты больше никогда не увидишь, так что послушайся доброго совета — забудь о нём, тебе же легче будет. И насчет «противен» можешь не переживать. Я дам тебе достаточно времени, чтобы привыкнуть ко мне, прежде чем мы станем супругами по-настоящему.       С этими словами хозяин замка поднялся на ноги и, не обращая внимания на потерянную физиономию своей «невесты», вышел из комнаты, оставив ту заливаться горькими слезами в одиночестве.