Помнить все...

- Твой отец быстро разобрался, - пробормотал Джунмен, рассеянно путаясь пальцами в волосах Криса. – Фань, ты чего такой замороченный? Это моя фишка. Ифань, удобно устроивший голову на коленях Кима, приоткрыл один глаз и посмотрел на него. - Может, повторим? – тихо спросил он. - Что именно? – уточнил Сухо. – Похищение Марка? - К черту Марка, Джексона и мою тетку, - отозвался Ву. – А то с твоей замороченностью я так и не понял. Тебе понравилось? - Ты серьезно?! Фань, вовсе не обязательно… - Ким Джунмен, мне кажется, мы друг друга совсем не поняли, - Крис сел, внимательно глядя на своего парня. – Что, по-твоему, это было? Джунмен нервно закусил губу, искренне сожалея об отсутствии конфет в зоне доступа. И ему потребовалось некоторое время, чтобы сообразить, в чем суть назревающего конфликта. И что он бесконечно не прав и нарывается. - Я просто… - пробормотал Сухо, впервые в жизни вообще не зная, что сказать. – Это было… Нормально все - До тебя, у меня не было комплексов, - усмехнулся Ифань, поняв, что обожаемый мальчик снова погряз в каких-то сложных ассоциативных рядах. – Мён, все так плохо? - Все так странно, - выдохнул Ким, придвигаясь ближе. – И непривычно. Я до конца не разобрался. - Тогда давай уже разберемся. – Ву улыбнулся, притягивая его к себе. – Мён, я тебя хочу. Джунмен остро осознал полную потерю красноречия и только вздохнул, обнимая Ифаня за шею. И это позволило, наконец, уцепить нездоровую мысль за хвост. Ему, все же, казалось, что Ифань просто на эмоциях совершает этакий подвиг. И эта мысль прочно обосновалась в подсознании. И вместе с ней Джунмен поймал себя на жуткой неуверенности. И в первый раз на эмоциях как раз он был. И никто не умер, надо заметить. А Крис… Невероятен. Только почему он должен доказывать, что ничего не доказывает? Это даже звучит нелепо. Да уж. Ким Джунмен не лучший объект для приложения чувств и эмоций. - Фань, нам нужно поговорить! – пробормотал Сухо. - Обычно эта фраза хорошим не заканчивается, - напрягся Ву. – Что-то не так? - Как ты со мной живешь? - В основном, счастливо. Мённи, в чем дело? Джунмен не ответил, обнимая его крепче. Крис решил не добиваться ответа. Его мальчик обычно из своих сомнений сам выход находил. А давить на него нельзя. А он своей тягой к экспериментам, похоже, нарушил какие-то логические цепочки. - Я просто не уверен, что все так, как надо, - пробормотал Сухо между поцелуями. – А вдруг не так. Крис на мгновение забыл, как дышать вообще. Не так?! А у него подобное бывало? Собственно, это он и уточнил, позволяя стащить с себя футболку. Оказалось, что Джунмен из тех редких счастливчиков, избежавших даже неприятностей первого раза. Ну везло парню с партнерами. Ифань уже приревновать к прошлому собирался, когда вылезла суть проблемы. - А ты другое дело, - закончил говорить Джунмен, останавливая ладони на пряжке ремня Ву. Тому оставалось только вздохнуть. В основном, от предвкушения. Ну и от осознания собственной исключительности. И как они только встретились? Два таких исключительных. Впрочем, мысли привычно испарялись. Сложно думать о чем-то, кроме близости Джунмена в моменты, когда тот перестает циклиться на мелочах и расслабляется. Особенно теперь, уже имея представление о том, что будет. И, наверное, Лу прав. Впрочем, плевать на оленя и его мнение. Ифань путал корейские и китайские слова, изредка разбавляя их английским. Иначе никак не получалось высказать все, что он чувствовал, отдаваясь любимым рукам. Это, по-прежнему, было несколько необычно. Но сейчас он ловил взгляд Джунмена. И это как-то облегчало восприятие. И помогало лучше понять обожаемого мальчика. И дать знать, что все прекрасно, на самом деле. А С Джунмена, по-прежнему, можно картины писать. У него на лице столько прочесть можно. Эмоции, ощущения. Увидеть отражение своих чувств в глазах напротив. А еще определенно ясно, что Сухо совершенно наплевать снизу он или сверху, если Ифаню хорошо. А ему очень даже хорошо. И они оба совершенно и абсолютно озабоченные. - Так, определенно, лучше, - выдохнул Ким, чувствуя восстановление пошатнувшейся уверенности в себе. - Мён, - отозвался Крис, пытаясь отдышаться. – Давай не будем загонять на дальнюю полочку тот факт, что меня ты устраиваешь таким, как есть. Они лежали рядом на полу и Ву крепко сжимал ладонь Джунмена. Двигаться не хотелось. Не из-за некоторого дискомфорта в нижней части спины, так сказать. Просто было так невероятно хорошо и уютно. Но Джунмен сел, глядя на него. - Я знаю, - пробормотал он. – Я просто немного запутался. В основном в себе. Со мной ведь не так просто. - Ага! Страдаю бедный! – улыбнулся Ву. – Никак не дождусь момента, когда заполучу тебя в безраздельную собственность. Джунмен наклонился и поцеловал его в губы, решив не возмущаться формулировкой. А потом вспомнил, что за всей этой суетой, похищениями и экспериментами ужина у них в хозяйстве нет. О чем он и поведал возлюбленному, предварительно рассказав насколько в реальности оценил все, что между ними произошло. Хотя, Крису хватило и восторженно-обожающего взгляда. В кухню перебрались вместе, предварительно посетив душ. Крису нравилось наблюдать, как Джунмен готовит. Особенно, если на нем из одежды только фартук и можно беспрепятственно любоваться. Впрочем, Ким оделся сразу, как отправил все нужное на сковороду. Как-то не считал нормальным стриптиз на кухне. К тому же, к ним все время кто-то шляется. Звонок в дверь слова подтвердил. Обнаруженный на пороге чем-то расстроенный Чондэ весьма озадачил. Но все было еще проще, чем у Джексона с украденным парнем. Чен вспыльчивый. Минсок тоже только внешне на ангелочка похож. Один не сразу с ответом нашелся. Другому порой гордость думать мешает. А в итоге, Чондэ пришел туда, где ему подскажут, куда мог рвануть пребывающий в дурном настроении Минсок. Дабы Чондэ смог нормально извиниться. Собственно, именно эта готовность идти и каяться заставила Криса сдать все «пароли и явки». Потому как в ситуации, где на Мина вешается очередная матушкина протеже никто не виноват. Он их и без того избегал как только мог. Но мать его во все проекты задействовала. А ее подопечные искренне полагали, что постель Минсока гарантия долгого сотрудничества с его матерью. Чондэ успел как раз в момент очередного эпического признания «юной девы». Воспитанный мальчик Минсок «деву» отцепил от себя не сразу. А слегка ошалевший Чен не сразу сумел сказать, что верит всем объяснениям. Он не ответил. Минсок психанул по типу «не веришь – ну и не надо». И теперь Чондэ не мог его найти, чтобы объяснить, что он верит. - Топай, братик! – благословил Джунмен младшего на подвиги. Крис с интересом на него посмотрел. У него уже было подозрение, что брать всю ответственность на себя у братьев в крови. По идее, Чен не виноват, что Мин психованный. О проблеме друга он забыл спустя мгновение. Джунмен обнял его за плечи. Вспомнилось, что в аналогичных случаях извинялся в итоге как раз его мальчик. - Я тебя люблю! – подвел итог своим размышлениям Ифань. Сухо рассмеялся, целуя его в шею. ******* К моменту требовательного звонка в дверь Минсок успел успокоиться и прийти к выводу, что он идиот. К выводу-то пришел. Оставалось собраться с мыслями и придумать, как все исправить. Не успел. За дверью обнаружился Чен, который начал просить прощения раньше, чем Сюмин сообразил, что сказать. Минсок сделал шаг назад, пропуская своего парня в квартиру. Он был весьма ошарашен происходящим. В детстве, когда отец жил с ними, то учил, что тот, кто умнее в споре уступает. Мин уступать умел плохо. Можно сказать, совсем не умел. И с детства мало что поменялось. Просто все отчего-то думали, что раз он такой тихий, то милый и неконфликтный. А Чондэ в их паре, похоже, самый умный. Только извиняется непонятно за что. - Я тебя люблю! – тихо сказал Минсок, когда Чен замолчал, переводя дыхание. – И ты ни в чем не виноват. Это я… Просто страшно стало, что ты уйдешь и… У меня дурная привычка реагировать задолго до нападения. Прости, Чен. Чондэ молча прижал к себе возлюбленного. Расстроенный Минсок выглядел мило. Минсок всегда выглядел мило. Это многих вводило в заблуждение. Но не его. Чен сразу понял, что Сюмин личность многогранная и со сложным характером. - Давай просто забудем? – предложил Чондэ. – Я тоже тебя люблю. Он решительно усадил парня на диван и сел рядом. Потом подумал и перетащил его к себе на колени. Минсок не сопротивлялся, обнимая Чена за плечи. Это все так же безумно, как и все, что ним происходило раньше. Эти матушкины протеже сидели в печенках. Он стольких из постели выгнал, не сосчитать. Их даже признание в нетрадиционной ориентации не останавливало. Каждая мнила, что вот «она – та самая, что вернет его на путь истинный». И, на самом даже, здорово, что они уезжают. - А ты у меня популярный, - подвел итог Чондэ, запуская пальцы под футболку Минсока. – Но психованный такой! Мин не смог ничего ответить, вздрагивая от прикосновения прохладны пальцев. Да и не поспоришь с очевидным. Да и не хотелось спорить. Хотелось раствориться в его объятиях. Но у вселенной были иные планы. И она подбросила им телефонный звонок от драгоценной госпожи Ким, которой срочно был нужен сын. Минсок привычно пожелал ей родить еще одного. За что был проклят и отлучен от семьи в сотый раз. Но съемок это не отменяло. И пришлось выбираться из уютных объятий и собираться.