Мы ведь друзья, да?

Темная шахта так и веяла холодом, сыростью, смертью. Эмили невольно мысленно сравнила это жуткое место с тюрьмой и ее тут же передернуло. Азиатка с черными короткими волосами плелась по пещерной дорожке с факелом в руке, что вот уже существует более пятидесяти лет благодаря ее создателям, шахтерам, что вскоре стали вендиго и пожрали остальных. Но эта трансформация занимала больше одного дня и именно по этой причине Эмили увидела впереди своего друга Джошуа, с которым и приехала в эти снежные горы. - Джош? - Позвала она, поднимая факел, чтобы разглядеть брюнета, что сидел к ней спиной на камне и что-то шептал. - Это ты? Услышав знакомый голос, юноша вздрогнул и слегка повернул голову в сторону азиатки, устремив на нее янтарный, испуганный глаз. - Что ты здесь делаешь? - Сиплым голосом спросил юноша, будучи уверенным, что все его друзья давно ушли. - Уйди! Эмили капризно поджала губы и быстрым шагом направилась к Вашингтону, но тот вскочил, полностью повернувшись к подруге, заставив ее замереть и побледнеть от испуга. Теперь она видела вторую половину лица Джошуа и это ее, мягко скажем, не обрадовало. На той половине карий глаз был молочным, а челюсть была практически оголена, виднелись клыки, словно Джош становился неким монстром. Он становился вендиго. - Какого черта ты пришла? - То ли прошипел, то ли прошептал Вашингтон, активно качая головой, словно отрицая все что происходит сейчас. - Нет, нет, нет... Ты... Брюнетка уже начала отходить назад, широко распахнув глаза от шока сразу же выронив факел на мокрые камни. Тот сразу потух от влаги, словно его окатили ведром воды. В шахте стало слишком темно и слишком тихо. Эмили замерла, слыша лишь собственное шумное дыхание от страха, нервно дергая губами, словно произнеся что-то нецензурное. Когда ее каре-зеленые испуганные глаза привыкли к темноте, она поняла, что Джош стоит прямо перед ней, слишком рядом. - Не трогай меня! - Закричала азиатка со слезами на глазах от сковывающего, холодного страха, что словно холодными длинными пальцами проник в ее душу и схватил за колотящее сердце, наровящее вот-вот вырвать его из груди. - Мы ведь друзья, да? - Вдруг прошептал Джошуа, расплываясь в улыбке и хватая девушку за горло. Но он тоже боялся. В его янтарных глазах был лишь непередаваемый ужас. - Джош... Пожалуйста... - Взмолилась Эмили, зажмурившись, но тут же широко распахнув глаза, почувствовав горячий, влажный язык парня между своих губ, что словно требовал открытия ее рта. Джошуа прикрыл глаза, смотря на брюнетку и прикусывая человечной стороной челюсти ее нижнюю теплую губу и в следующую секунду вводя свой язык прямо в рот подруги. Целоваться с полу-виндиго было мало того, что неудобно, так еще и страшно. Тем более, что Вашингтон все еще держал Эмили за шею, изредка ее сжимая и слегка давя когтями. Взгляд брюнетки забегал. Она хотела отстранить от себя юношу, но он повалил ее на землю, шепча лишь слово "Прости" в ее губы, срывая одежду, тихо плача от моральной и физической боли. - Ты не понимаешь... - Проговорил он, оставив дрожащую, буквально онемевшую от страха подругу в одном кружевном нижнем белье, на которое должен был так жадно смотреть ее парень Мэтт, а не он. Конечно, Эмили не славилась прекрасной фигурой, но ее тело было нежным и миниатюрным, даже не смотря на то, что в душе девушка была дикой стервой. - Не убивай меня, Джош... - Тихим, дрожащим голосом просила брюнетка, смотря куда-то в бок на холодные камни. Точно такие же, на которых она сейчас лежит. На эмоциях Эмили всхлипнула. - Еще пару дней назад я бы с удовольствием тебе отдалась. Ты никогда не смотрел на меня. То Джессика, то Сэм... Я так ревновала тебя с самого начала, как познакомилась. С самого детства. Я даже искала замену, хотела вызвать ревность, а ты не реагировал ни на Майка, ни на Мэтта. Ты... Я так сильно тебя люблю, а мы даже не взаимодействуем... Джошуа наклонился к ее лицу, пока та поджала губы, переместив ладони на вырез своей груди, чтобы скрыть ее. Он приоткрыл губы, чтобы что-то сказать, но не нашел ничего подбадривающего для нее в своей голове. Он лишь жаждал ее. Ранее Вашингтон бы возможно отшутился, но теперь он монстр. И перед ним лежит полуголая девушка, что так сильно любит его. - Это была твоя идея подшутить над Ханной. - Лишь произнес Вашингтон без единой эмоции на лице, заставляя Эмили бледнеть как самое белое свадебное платье, которое она никогда не наденет. - Не взаимодействуем говоришь? Брюнет спустил лямки своего комбинезона и приспустил его, вытаскивая свой уже возбужденный от вида полуголой азиатки половой орган и срывая с закрывшей лицо руками Эмили лифчик, оголяя ее небольшую грудь и слыша лишь всхлипы "прости меня" с ее стороны. - Нет, нет, нет, нет... - Повторял он, с широкой, безумной улыбкой на губах и покачивая головой. - Если ты меня любишь, Эмили, то должна понимать, что это значит для меня. Без единой прелюдии, Джошуа сдвинул на бок трусики девушки и резко ввел внутрь горячий член, удовлетворенно улыбаясь, когда слышит хриплый крик подруги от боли. - Ну что? - Проговорил безумец, придерживая виновницу за ноги и резко толкаясь внутрь, доставляя брюнетке дикую боль внутри. - Нравится тебе? Нравится тебе быть униженной, виноватой перед любимым человеком? Прямо как Ханна, Эмили! Ты прямо как моя любимая сестра в тот судный день! И тебя тоже никто не спасет! Хрипло постанывая и завывая от душевной и физической боли, Эмили даже не замечала, как по щекам скатываются соленые слезы. От истерики и болезненных толчков ее дыхание сбилось, но она пыталась смягчить боль хотя бы легким возбуждением, приложив два пальца к своему клитору и начав быстро тереть его, тем самым увлажняя свою киску, давая Джошу входить плавнее, тем самым. Он шумно дышал и все продолжал двигать невыносимо жарким членом внутри нее, все быстрее, интенсивнее, глубже. Вашингтон смотрел прямо на ее покрасневшее от акта возбужденное лицо, слушал томные, хрипловатые стоны и не понимал своих чувств. Ему хотелось вгрызться в ее глотку, вырвать и сожрать сердце. Юноша приподнял ее к себе, помогая двигаться Эмили на себе, сжимая ее бедра, а она уже и не была против, насаживаясь на его сочившийся член до самого основания и пошло постанывая. Ей было хорошо как никогда. То ли потому что в ней сам Джошуа, ее возлюбленный, то ли ее завела сама столь странная ситуация и обстановка. Она сама не знала, просто уже не могла остановиться, не могла мыслить. Брюнет жарко слизывал с ее приоткрытых губ слюну, впивался в них, снова лизал, сжимая ее бедра все крепче, оставляя фиолетовые синяки, которые заставили бы ее парня в очередной раз о чем-то задуматься, но Мэтт их уже не увидит. Член начал горячо пульсировать внутри Эмили, толкаясь в матку и заставляя девушку буквально кричать от оргазма, закатывать глаза от удовольствия, выдыхать ртом воздух. По шахте прокатилось ее эхо, но в ней они были одни, не считая Вендиго, но основная их часть была в зимнем лесу на улице, обгладывая косточки любопытных журналистов и только по этой причине сюда сейчас не наползло подобной дряни и не сожрало "самку" Джошуа. Сам не сдержав тихий стон, Вашингтон бурно изверг горячую сперму прямо в матку подруги, заставив ее тем самым громко, пошло простонать и кончить с ним в то же время. Но насладиться оргазмом Вашингтон ей не дал, тут же переворачивая ее к себе спиной и, даже не выходя из ее вагины, Джош просто вонзил когти в живот брюнетки и разорвал его двумя руками, с улыбкой услышав ее хриплый вскрик и безумно наблюдая за тем, как подрагивает ее великолепное тело со спины. Одной окровавленной рукой он взял Эмили за черные волосы и слегка потянул, заглядывая в ее искаженное болью и шоком лицо. Причмокнув губами, словно кратко поцеловав ее, Джошуа продолжал тянуть подругу за волосы одной рукой, а другой начал вытаскивать наружу ее горячие кишки, с удовлетворенностью наблюдая, как глаза виновницы закатываются уже не от удовольствия, а от боли. Ее рот был широко открыт, но она не кричала, лишь хрипела его имя, а после и вовсе замолчала, когда брюнет взял, да и разорвал ее грудную клетку двумя руками. Эмили бесчувственно упала вперед, на свои же внутренности. Она была мертва, а Вашингтон осторожно вытащил из нее свой детородный орган, медленно надевая комбинезон и тихо всхлипывая, пока из вагины азиатки вытекала его сперма. - Я не хотел... - Судорожно шептал он, кривясь от слез и закрывая лицо окровавленными руками. - Но ты сама виновата... Сама! К счастью или сожалению Джошуа уже через полчаса оправился от эмоций, все больше превращаясь в вендиго и не понимая, что творит. Он приспокойно пожирал тело любящей его девушки, словно больше не знает ее. В прочем, для него так и было. Но доесть свежее мясо ему не дали. - Эй, там человек! - Воскликнул один из журналистов, пришедших в шахту ради потрясающих статьей. Он еще не знал, что уже через пару минут будет сожран Джошуа Вашингтоном, вендиго, что был когда-то простым двадцатилетним парнем, который просто хотел повеселиться в прошлом году...