В памяти

*** - Стив! – тихо позвал Баки. - Баки? Что ты здесь делаешь в такое позднее время? Они стояли у походной палатки, освященные только неяркой луной и маленькими далекими звездами. Над их головами шумели тысячелетние деревья, скрывавшие их лагерь от радаров Гидры. - Я… Я ещё раз хотел поблагодарить тебя за то, что ты спас меня из плена. Стив смутился. Как каждый раз, когда Барнс его благодарил. - Баки… - Ничего не нужно говорить. Я просто обязан тебе своей жизнью. Они смотрели друг на друга и видели в глазах отражение звезд. - Стив… - снова начал Баки, - Я ещё кое-что хотел тебе сказать. Только пожалуйста, не перебивай меня, иначе я никогда не решусь. Стив посмотрел на него с тревогой, но все же удовлетворительно кивнул. - Стив… Я долго думал, как сказать тебе, долго не мог решиться… Но Гидра, черт бы её побрал, заставила меня по-другому взглянуть на вещи… Итак, - Барнс сжал кулаки и очень серьезно посмотрел в глаза Капитану, - Стив Роджерс, я тебя люблю! – выпалил он и зажмурил глаза. Никакие пытки в Гидре не смогли бы сравниться с той болью, которую принесет ему отказ Роджерса. Баки открыл глаза лишь тогда, когда почувствовал касание пальцев на своем лице. - Баки… - бездонные глаза Стивена оказались совсем близко. Он взял его измученное лицо в ладони, нежно провел пальцем по шрамам, оставленным пленом, коснулся губ. - О, мой Баки… - прошептал он и поцеловал его губы, с нежностью и пылкостью, на которую способен только влюбленный человек. - Мой Баки… - ещё раз тихо повторил он. Барнс счастливо улыбался. На мгновение, которое их губы касались друг друга, на то тягучее и нежное мгновение, им обоим показалось, что нет никакой войны, нет Гидры, смерти и убийств, есть только они, ставшие под этими тусклыми звездами одним целым. *** За их спинами раздалось негромкое покашливание. - Капитан, разведчики обнаружили ещё один лагерь Гидры. Нужно спешить, пока они не перебрались в другую укромную задницу! - Хорошо, Дуган, сейчас… Жди у главной палатки, - от чего-то осипшим голосом проговорил Стив, не отпуская при этом рук смутившегося Баки. - Ждем тебя, Капитан! – отозвался Тимоти, - Извини, что это, помешал вам… - сказал он и удалился. Баки понуро смотрел на носки своих ботинок. - Стив, прости… - Не за что извиняться, любимый! – от этих слов по спине Баки пробежали мурашки, - Я тебя люблю, и парни узнают об этом рано или поздно. Так что ты обречен, - улыбнулся Роджерс и осторожно поднял лицо Барнса за подбородок. Глаза Джеймса светились от счастья. - Ну что, идем? Нужно придушить эту гребаную мерзкую тварь как можно скорее! - Стив, не выражайся! – озорно улыбнувшись, сказал Баки. На его щеках сиял румянец – впервые за долгое время. - Я бы хотел – прошептал Барнс Стивену, когда они возвращались в свой лагерь, измученные, но с чувством выполненного долга, - чтобы ты был моим первым. - Баки… - смутился Капитан настолько, что это стало заметно под слоем грязи и запекшейся крови на его лице, - Я… Да! Я… - он замялся на секунду, - Хочу попросить тебя о том же самом. Барнс улыбнулся, словно теплое апрельское солнце взошло на его лице, и взял своего героя за руку. - Как только мы вернемся домой, Стив. *** - Обнулите его! – яростно кричал чей-то жесткий голос, - Ещё раз обнули! - Он может сдохнуть! - Да и черт с ним! Обнуляй, иначе он нахер не нужен. Мощнейший удар тока снова прошел через все тело. - Кто ты? - Баки… Баки Барнс! - Да блять! Обнуляй снова! - Где Стииив… - его вопрос прервался очередным мощным разрядом. Все тот же голос: - Кто ты? - Б… Баки… - Вот сученыш… Эй, ты, вколи ему препарат, чтоб он не двигался. И все вон! Никто не посмел ослушаться. Пирс подошел к онемевшему телу. Лишь глаза, затуманенные болью и яростью, показывали, что в нем ещё есть жизнь. - Как тебя зовут? Баки? В глазах мелькнула ярость. - Так вот, Баки, – спокойным тоном произнес Пирс, медленно расстегивая ремни, сдерживающие ноги и руки пленного, - на твоем месте я бы очень сильно постарался забыть то, что сейчас произойдет. Да и лучше все твое прошлое… Барнс попытался придушить гада, но руки отказывались слушаться. - Хорошая попытка! – издевательски улыбнулся Пирс и перевернул его, словно тряпичную куклу на живот, - А теперь слушай и запоминай… Руки его коснулись ягодиц Баки. Барнс снова попытался пошевелиться, но тело предало его. - Ты – Зимний Солдат, - размеренно говорил Пирс, проводя своими скользкими руками по гладкой коже Барнса, - Ты подчиняешься приказам, - сказал он и грубо толкнулся вперед, разрывая его зад. Баки застонал от боли. А Пирс тем временем продолжал жестко двигаться, причиняя нестерпимую боль. Он быстро кончил, разбрызгав семя по его спине. - Ты все понял? – жестко спросил он. Узник не ответил. Он не хотел быть здесь. И готов был умереть. - Ну ладно, - хмыкнул Пирс, возвращая Барнса в сидячее положение, - Продолжим наши процедуры. Александр дал знак, что ученые вернулись. - Ну что? Готов? – издевательски посмотрел мучитель на своего заключенного, а потом прошептал на самое ухо: - Жалко, что твой Стиви не сможет быть твоим первым, ему очень не повезло… Ты там такой узкий, - Пирс провел языком по его щеке и дал ученым команду. На глазах Баки впервые за все время пыток выступили слезы. - Кто ты? - Я Зимний солдат. - Ну наконец-то! – обрадовался Пирс, - но эффект нужно закрепить… Все пошли нахер отсюда! *** - Да хуйли ты ссышь как американская шлюха? Обнулим его потом и всё. - А если он это… сдохнет? - Да хуйли он сдохнет? Его обнуляли столько раз, что уже появился этот… Как его… иммунитет, во! Голоса стихли и приоткрылась дверь в камеру. В воздухе появился стойкий запах перегара. - Привет солдатик! Говорят, ты это… Приказы выполняешь... Так что не двигайся! Узкая дверь камеры закрылась изнутри. *** Баки беспокойно ворочался во сне. Он вообще плохо спал и успокаивало его только присутствие рядом Стива. Его Стива. С тех пор, как он вернулся, то не отходил от Роджерса ни на шаг. А когда тот куда-то отлучался, даже на минуту, то не находил себе места. Рядом со Стивом ему было спокойнее. Рядом с его Стивом, и он это знал наверняка. Собственно, это все, что Баки знал и помнил из прошлой жизни: Стив и почему-то шум сосен и тусклый свет луны. Остальное терялось в тумане. Но сны – это совсем другое. Он не помнил ничего из того, что ему снилось. - Может, это к лучшему? – говорил Стив, - Ты во сне часто кричишь. - Но я хочу вспомнить, пойми! – снова и снова повторял он, рассеяно перебирая светлые волосы Роджерса, - У меня отняли целую жизнь! Какой бы она не была – она моя. Я хочу знать. Стив обреченно вздохнул: - Ты всегда был упёртым! Капитан попытался взять его за руку, но Барнс её отдернул. Каждый раз, когда касались его кожи, Джеймса словно прошибало током. - Прости! – испуганно сказал Баки, - Я не знаю, почему так… Всегда так… И поэтому я хочу узнать, вспомнить… Пойми… Я хочу быть с тобой… Во всех смыслах. Стив улыбнулся, но его улыбка была тревожна. - Знаешь, я нашел кое-кого для тебя… Это врач и он, скорее всего, поможет тебе вспомнить все, что захочешь. - Стив! Ты правда сделал это для меня? – в голосе Баки впервые с момента их встречи звучала радость. - Чисто технически, это сделал Щ.И.Т…. - К черту его! – вскричал Баки и крепко обнял Стива. Впервые он смог коснуться другого человека. - Скоро все наладится – ободряюще улыбнулся он. *** - Баки! – Стив постучал в дверь их общей комнаты и вошел, - Баки, где же ты? Как твой сегодняшний сеанс? Стив заглянул в ванную, проверил кухню, но Барнса там не было, вот Стив и решил, что он отсыпается. После сеансов с психотерапевтом он определенно стал лучше спать. Но увидев пустую кровать, Стив очень удивился. - Баки! – громко позвал он, - Баки, где же ты? Он подошел к кровати, намереваясь заглянуть под неё – вдруг Барнс проказничает и прячется, но увидел на подушке небольшой лист бумаги. Он развернул его и обомлел. «Стив, любимый, сегодня я вспомнил все. И ты был прав, я не должен был этого вспоминать… То, что они делали со мной в Гидре… Я не могу с этим жить. Но есть и хорошая новость, мой любимый капитан, я вспомнил все, что чувствовал к тебе с первой минуты нашей встречи. Вспомнил, какой ты был маленький и, как мое сердце наполнялось нежностью при виде того, как храбро ты защищал других, хотя не мог постоять за себя. Я люблю тебя, Стив Роджерс, люблю и всегда буду любить, и ничто никогда этого не изменит. Но я не хочу, чтобы ты переживал эту боль вместе со мной, ты этого точно не заслуживаешь. Поэтому я прощаюсь. Надеюсь, ты забудешь обо мне и проживешь самую лучшую жизнь на свете.

Твой Баки»

Записка упала на пол. Стив бросился к открытому окну. Окна выходили в тихий маленький садик, в котором совсем недавно начала цвести сирень. Солнце ласково светило, бросая яркие блики на окна. На траве, возле небольшого фонтанчика спал Баки. Стиву больше всего на свете хотелось, чтобы он просто спал, а эта записка – глупая шутка. Роджерс не заметил, как оказался внизу. - Баки! Но он не отзывался. Он взял бездыханное тело на руки и прижал к груди. - Баки… Вода в фонтане стала ярко розовая. А на кустах сирени весело щебетали птицы. *** Похороны проходили как положено настоящему солдату. Гроб, закрытый американским флагом, несли военные в парадной форме – друзья, знакомые… И Стив. Роджерс не произнес ни слова с тех пор, как нашел Баки. Его Баки. Иногда он забывал дышать. Мир перестал существовать в один миг. - Я снова потерял тебя… - прошептал он, опуская цветы на могилу. Сегодня прошел ровно год, как Баки снова нашел его… Нашел, чтобы навсегда потерять. Стив не мог находится на кладбище и не желал думать, что Баки больше нет. Просто плохой сон, который не желал заканчиваться. Роджерс вышел за территорию кладбища и побрел, не разбирая дороги. В конце концов стемнело, и он осознал, что оказался в одном из злачных мест города. Стив моментально принял решение. Быстрым шагом подойдя к одиноко стоящему мужчине, он спросил: - Сколько? - Для тебя, красавчик, всего две сотки, - и мужчина плотоядно улыбнулся. Роджерс протянул ему деньги, взял пакетик, даже толком не глядя, что ему дают. Он точно не знал, как это нужно делать. Просто набрал в шприц и воткнул в вену. Как оказалось, слишком много. *** Похороны проходили как положено настоящему солдату.