Love Crime

      Утром Ганнибала в комнате не оказалось. На его половине постели лежала записка, в которой значился адрес Беделии и время, к которому я должен там появиться. Не хочу. Ничего этого не хочу. Но моим основным делом в последнее время стало лишь повиновение Лектеру. А значит, деваться мне некуда.       Мельком взглянув в зеркало, я подумал, что без бороды выгляжу помолодевшим. Однако взгляд у меня словно у человека, прожившего как минимум лет 90, не меньше.       Незадолго до назначенного Ганнибалом времени я стал собираться. Классический костюм, белая рубашка… Нет, галстук я надевать не буду. Я уже разучился их завязывать, к тому же, Ганнибал сам его завяжет так, как положено. Если ему не придет в голову мысль задушить меня этим самым галстуком.       Я положил галстук в кейс и вышел на улицу. До места назначения я добрался очень быстро. Я постучал в дверь, и она тут же приоткрылась. Держась настороженно, я вошел внутрь. В квартире стояла гробовая тишина.       «Может, я ошибся?» - подумал я, доставая записку из кармана и намереваясь удостовериться в правильности адреса. -Здравствуй, Уилл.       Эти слова испугали меня до чертиков. От испуга я выронил кейс из рук. Тишина, нарушенная стуком упавшей вещи, перестала быть оглушающей, а я почему-то почувствовал себя слоном в посудной лавке. Ну вот, опять неловкий момент.       Ганнибал появился передо мной, пока я торопливо собирал вещи, выпавшие из раскрывшегося кейса. Он еле заметно усмехнулся и присел на корточки, помогая мне сложить все обратно. -Какой пугливый Уильям, - с легким издевательским тоном произнес он. Затем, когда мы выпрямились, он молча завязал на моей шее галстук. Я почувствовал себя идиотом. -Проходи, не стесняйся, - без тени скромности сказал Ганнибал, словно находился в своем доме и звал меня на ужин.       Я прошел в гостиную, увидел шикарно оформленный стол, за которым уже сидела Беделия, «подключенная к системе». Ее взгляд, направленный в мою сторону, кричал о помощи, но я ничем не могу ей помочь. Она это прекрасно понимает. В следующий момент она опускает голову вниз, а я поймал себя на мысли, что я не просто не могу ей помочь, а не хочу помогать. Словно я продал душу дьяволу. Хотя постойте… ведь так оно и есть. И все же я чувствовал себя марионеткой.       Лектер отодвинул стул, жестом приглашая меня сесть, что я и сделал. Положил салфетку на колени и уткнулся взглядом в край стола. Не хочу здесь находиться. Но выбора у меня нет.       От мысли, что сейчас мы будем есть какую-либо часть тела бедной женщины, все, что я ел на обед, просится обратно. Ганнибал что-то говорит, но я не слышу его. Наверно, он представляет блюдо.       «Заткнись! Я не хочу это есть, да я лучше отсосу у тебя, чем возьму хоть кусок этого мяса!» - мысленно прокричал я, но внешне не подал и вида, что меня все это раздражает.       Они уже принялись за еду, а я сидел, по-прежнему глядя в стол и не притрагиваясь к тарелке. -Почему ты не ешь, Уилл? – поинтересовался Лектер, поднося ко рту очередной кусочек мяса. -Я не хочу ее. Я хочу тебя, - пробормотал я. СТОП! Что я только что сказал?!       Ганнибал подавился мясом и закашлялся. Я подошел к нему, постучал по спине. Когда он откашлялся, я взял одной рукой его лицо за подбородок, а второй за край пиджака и приподнял его со стула. Он поднялся мне навстречу, с грохотом опрокинув стул на пол. Я толкнул его на стол и принялся расстегивать ширинку, пока он не совсем сообразил, что происходит. Иначе он перехватит инициативу. Я стянул с него брюки вместе с бельем и начал дрочить ему.       «Просто отсоси ему» - произнес мой внутренний голос с поразительным спокойствием. Ну да, это же так просто. Однако в тот же момент я принялся за дело. Внезапно затуманенное сознание посетила мысль о Беделии, которая находилась под обезболивающим. Я просто хотел избавить себя от поедания ее ноги.       Когда я понял, что Ганнибал вот-вот спустит мне в рот, чего я не хотел абсолютно, я на ощупь нашел на полу салфетку, и он с громким стоном кончил в нее. Я отбросил салфетку подальше и удалился в туалет. Нет, мне не нужно передернуть. Мне нужно лишь отсидеться, пока он не очухается и не начнет мне говорить, чтобы я открыл дверь. А потом в ход пойдут угрозы.       Нам нужна передышка.