Черепашки-ниндзя против опричников. Кто кого?

Наутро к Михееву прибежал слуга. - Порфирий Игнатьевич, вы велели следить за постояльцами. - Ну? - Так вот, две черепахи ночевали, а другие две пошли в город. - И вы не догадались послать кого-нибудь из наших следом? Чтобы приглядели? - Как же! Посылали! Черепашки вышли на ночь. Но на мирных людей не нападали, только пару раз, когда увидели, что опричники шалят, кого-то хотят казнить самосудом, выпрыгивали. И, вроде, никакого оружия – там пищали или сабли у них нет, а чуть не голыми руками, вернее руками и ногами укладывали, еще и палки у них какие-то были. - Говоришь, они только с опричниками воюют? – почесал голову воевода, - Это для нас тоже опасно, если узнают, что мы укрываем разбойников, которые государевых слуг того… нам тоже конец. А двое остальных что? - Ничего особенного, немного поели, поспали, подежурили на охране. Хотя… Они какую-то тренировку, как говорят, проводили, мы поделились впечатлениями, похоже на те приемы боя, как с опричниками. - Надо бы поговорить с ними, - озабоченно сказал Михеев, - Как бы вместо защиты от жильцов не было новых проблем. Спустившись в подвал, хозяин застал черепашек за обсуждением какого-то плана. - Челом вам бью, господа, - слегка поклонился Михеев, - Здоровы ли вы? Как прошел день? Черепашки слегка удивились, но отвечали, что здорово, и день прошел без происшествий. - Ну, это день, - хитро прищурился воевода, - А ночью, говорят, вы без дел не сидели. Черепашки переглянулись. - Понимаете, мы дали обет, - начал как лидер Лео, - Обет защищать город от произвола. - Весьма похвально, - заметил Михеев, - Если бы вы боролись с разбойниками. А вы? - Ну так опричники нападают на честных людей, - возмутился Раф, - Они ничего плохого опричникам не сделали. - Вы, наверно, впервые в Москве, - ответил им Михеев, - А опричники – государевы слуги. Я, конечно, понимаю, что они не ангелы, но… - А мы всегда были ловкими и почти незаметными, не зря называемся ниндзя, - «успокоил» хозяина Мик. - Я не знаю, кто такие ниндзя, да и знать не хочу, - ответил воевода, - А вот, если вас случайно увидят или узнают, а сколько веревочке не виться… Накажут не только вас, но и меня тоже государь жизни может лишить, как укрывателя крамольников. - Что-о-о?! – возмутился Дон, - Разве мы не защитники вашего дома? - Вот я говорю, занимайтесь моим домом и больше ничем, - Порфирий Игнатьевич обвел честную компанию грозным взором, - Иначе нам придется распрощаться. Вы тогда никакие не защитники мне, а наоборот, подставляете перед государем Иваном Васильевичем. И неважно, что в корне он не прав. Потому что он наш государь, а мы его холопы, с которыми он может сделать все, что ему угодно. Черепашки приуныли и даже не нашлись, что сразу ответить. - В крайнем случае, спросите сначала у меня разрешения, - добавил Михеев, - Но я говорю, в крайнем случае, а не по пустякам. А в остальном так и знайте, совершите еще одну вылазку с посягательством на опричников, прощайтесь с домом и службой. С этими словами Михеев счел возможным распрощаться с квартирантами и пойти к себе. - Что мы будем делать? Неужели спать под открытым небом? – грустно спросил товарищей Раф. - Ну зачем сразу так? – откликнулся Дон, - Я все думаю, может, заинтересовать хозяина в нашем деле? Вот, ладно, чужие люди, а если бы опасность угрожала его родственникам? - И ты хочешь ради крыши над головой направить опричников на родственников Михеева? Как-то не очень хорошо, - покачал головой добрый Мик. Все посмотрели на своего лидера Лео. Должен же быть какой-то выход. Между тем дверь отворилась, испуганная служанка, не здороваясь, затораторила: - К хозяину приехал сам государь Иван Васильевич! Так что сидите тихо, и не высовывайтесь. Сам царь приехал! Черепашек эта новость насторожила. Не грозят ли их хозяину неприятности, о которых он только что говорил? И именно они невольно в них виноваты? Но ниндзя мы или кто? Посовещавшись, черепашки решили отправить в разведку умного Дона, который умел не только сливаться с окружающим пространством. А государь, как ни странно, встретил Михеева приветливо. - Вот решил навестить верного слугу, которого мои люди зря обидели, - сказал царь смущаемуся Михееву, - Ты был прав, недостоин тот мой слуга твоей дочери. - Благодарю, царь-батюшка, Иван Васильевич, - склонился Михеев в нижайшем поклоне. - Да что мы все на пороге стоять будем? В дом не пустишь? – весело спросил Грозный. Хозяин смутился и приговаривая: «Да-да, конечно», провел царя в хоромину, велев накрыть столы, чтобы потчевать государя. - Слышал ли ты, Михеев, какие дела в нашем государстве деются? – осторожно выспрашивал Иван Васильевич, - Или уже носа из дома не кажешь? «Неспроста ко мне царь завернул, ох, неспроста» - испугался Порфирий Игнатьевич, но сделал вид, что не понял, что Иван Грозный имеет в виду. - Нет, ничего не слышал, хоть и живу в Москве, а последние новости мне не доносят, - сокрушенно покачал головой Михеев, - Отстал от жизни, государь-батюшка. - А вот говорят, что какие-то люди-черепахи на моих людей нападают, два раза их видели, в последний раз – минувшей ночью. Михеев изо всех сил старался не выдать себя, неужели царь все знает? Но надо надеяться на лучшее. - Чего только на свете не бывает, - беспечно ответил воевода, - Только не верится мне государь-батюшка. - Почему же? – нахмурился царь. - Черепахи – южные создания, живут в теплых морях, а не в наших северных реках. Это во-первых. Черепахи не могут быть еще и людьми, это сказки. Это во-вторых. - Но люди же их видели. И не один человек! Не обман зрения же у стольких моих холопов? - Может, и обман зрения, государь-батюшка. Небось, наши местные разбойнички специально оделись подиковинней, а вы и испугались, мол, нечисть. На страх берут! - А как объяснишь, что они разговаривали на английском и еще каком-то неизвестном языке, а по-русски почти не знают? Может, эти разбойники беглые англичане, что к нам иногда в Архангельск приплывают на кораблях? - Может, и англичане, - пожал плечами Михеев. - Кстати, я и королеве ихней Елизавете письмецо послал. Пока дождусь ответа, но, думаю, она не останется равнодушной к поведению своих поданных. Михеев снова изобразил удивление, а Иван Васильевич продолжал: - Я не просто так к тебе, Михеев. Сдается мне, что ты лукавишь, а сам этих людей-черепах где-то видел. - Где я мог их видеть, государь-батюшка? В последнее время я и на улицу-то редко выхожу. Царь хотел на это что-то ответить, открыл было рот, да так и остолбенел, на лице застыл ужас, он пальцем куда-то указывал в пространство, а изо рта издавались нечленораздельные звуки.