Тч, и, ведь, не любил сладкое...

      Раздражает абсолютно всё! Мелькающие за окном деревья и кустарники, сменяемые полями, голубое небо без единой тучки, яркое тёплое солнце, светящее именно в глаза, холодный ветер, влетающий в приоткрытую форточку. Её бы закрыть, но, во-первых, в купе воняет алкоголем и закуской — спасибо предыдущему постояльцу-путешественнику, — а во-вторых, ему не холодно. Напротив, слишком жарко и душно! Пришлось даже снять плащ и расстегнуть рубашку… уже почти до середины! Бесит шум колёс, покачивание, цвет купе, а в особенности дивана. Ну кто, скажите, кто в своём уме сделает в поезде, в купе класса «люкс», обивку ярко-грязно-красного цвета?! Это убожество вызывает тошноту! А ещё бесит сидящий за дверью искатель, прислушивающийся к происходящему внутри и не спускающий с него восхищённого взгляда. Хотя... вот уже сутки — взгляд изучающий и даже заинтересованный. Мерзавец! Да как он смеет?! Если он хоть на каплю отступит от приличий, Канда размажет его по коридору — нет, по всему поезду, таким тонким слоем, что никто больше не найдёт! Вот только когда с таким настроем, желая спустить пар, он вышел из купе и прошёл мимо молодого человека намеренно ближе обычного, тот и глаз не поднял, а лицо — будто камень. Нет, он издевается! Так и не отведя душу, японец был вынужден вернуться назад. И вот уже пятый час самурай сидит на этом слишком жёстком диване тошнотворного цвета и смотрит в такой же, расположенный напротив, так как вид за окном откровенно невыносим. Там всё так хорошо, что ему только хуже — уж лучше пялиться в омерзительный диван. Юу уже раз сто нашинковал его на мелкие лоскутки и по одному выбросил за окно — но всё это, к сожалению, лишь мысленно, так что диван никуда не делся и продолжает его бесить.       Раздражение так велико, что вот уже час нет ни одной связной мысли. Голова кружится, в глазах слегка двоится, слюна вязкая, запахи раздражающие, причём абсолютно все, а ещё этот шум в ушах, заглушающий большинство звуков! Большинство, но не все: ток крови набатом бьёт в висках, а шум колёс слишком сильный и резкий. Тело горит и словно плавится. Одежда прилипла к разгорячённому телу, чёлка облепила лоб, и от этого чувство раздражения всё сильней. Теперь его состояние очевидно, и плевать, что раньше, из-за запаха, всё тоже было очевидно — теперь всё во сто крат хуже, он уверен. Возбуждение больше не накатывает, оно стабильно мешает в, как оказалось, тесных штанах. Но хуже всего то, что штаны мокрые насквозь — выделяющаяся смазка об этом позаботилась.       Всё это состояние объясняется одним простым словом — течка. Проклятая течка! Слабая, податливая сущность омеги на короткое время захватила его тело. Сильное тело, способное справиться с большинством альф. И мечник, справляющийся со всем всегда, не может справиться с этой слабой, капризной сущностью, по сути — с самим собой! Хорошо хоть, это не первая его течка и он знает, чего ожидать, как действовать и каковы будут последствия. С шестнадцати лет, регулярно, раз в год эта проклятая пора настигает его. К сожалению, этот разброс в два месяца и совершенно неожиданное начало вечно застают врасплох. В первый раз течка тоже началась в середине ноября, но потом была в начале и конце октября, а последняя в декабре, так что он знал, что скоро, но когда именно и как скоро — не предполагал. Вообще-то Юу подготовился и выполнил все дела заранее, миссий больше не должно было быть до января, но начальство настояло на выполнении этой, внеплановой. К сожалению, согласие было дано, так как она всего на неделю, и была серьезная надежда, а главное, шанс, что успеет — не успел. «Чёртова омега, вечно не дает знать, когда начнётся течка!» Хорошо хоть он успел выполнить миссию и уже возвращается. Однако ехать ему ещё минимум сутки, и этого времени у него нет! Значит, придётся сойти на ближайшей станции, справиться с проблемой и только тогда снова садиться на поезд домой.       Когда поезд остановился, Канда уже шагал по перрону и пропускал мимо ушей крик проводницы, возмущённой его решением сойти с поезда, не дожидаясь окончательной остановки. За спиной, метрах в десяти от него, шел искатель, сжимающий кулаки, кусающий губы и упорно не поднимающий взгляд. Умный альфа, хоть и молодой, и чувство самосохранения развито отлично. В Чёрном Ордене мало кто посмеет приблизиться к этой бешеной омеге во время течки, но, слава Богу, им и не приходилось сталкиваться с такой ситуацией раньше. А вот теперь бедному искателю конкретно не повезло. Запах течной омеги сам по себе весьма соблазнительный, а уж когда он в самом разгаре и никакие лекарства, заглушающие запах и помогающие справиться самой омеге, не действуют, тут уж только сажай себя на цепь. Сущность альфы рвалась наружу и сдерживать её уже не осталось сил. Да ещё, как назло, этот запах весьма приятен и просто так, сам по себе.       — Дальше я сам. — Юноша остановился и, подпустив альфу на расстояние в три метра, продолжил: — Миссия выполнена, возвращайся один, у меня дела.       Альфа только на пару секунд поднял взгляд, увидел разгорающийся огонь бешенства в чёрных глазах и, инстинктивно сделав шаг вперёд, поддавшись аромату, а затем сразу большой прыжок назад, согласно кивнул. Какое облегчение он испытывал, разворачиваясь и уходя — не передать. Задание выполнено, значит, они могут и расстаться, всё верно. С каждым шагом от омеги как будто по мешку с песком с плеч сваливалось. Раздражение на экзорциста — какого чёрта он отправился на миссию, зная, в каком состоянии находится, также росло с каждым шагом. Но он никогда его не выскажет: ни самому омеге, ни кому бы то ни было ещё — жизнь дороже пустой болтовни. Вот только почему бы японцу не сказать о плане «расставание» до того, как и искатель сошёл со «своего» поезда?!       Канда проводил удаляющегося попутчика тяжёлым взглядом и, подавляя раздражение и желание вцепиться в какого-нибудь альфу, насколько мог быстро пошёл в город. Найти приличный бордель заядлому путешественнику было легко. Даже не глядя на обстановку, он потребовал представить его местной хозяйке. Очередная «мадам» оказалась среднего возраста, как мельком отметил экзорцист. Пройдя в её маленький кабинет, он поднял на неё рассеянный взгляд:       — Хочу купить альфу, сейчас. — Голос не выдал напряжения. Мадам хлопнула ресницами и, продолжая невинно улыбаться — в таком-то заведении, тч, видимо, мадам стала мадам совсем недавно, — заметила:       — Прошу прощения, молодой господин, но стрелки часов едва достигли пяти. В такое время все мои работники ещё гуляют по городу.       Юу смотрел на неё требовательно, и взгляд его, хоть и затуманенный, был весьма решительным.       — Так найдите альфу сейчас. Я заплачу в два раза больше. Это Ваша работа.       Женщина задумалась, но нашла решение менее чем за пару минут, что вызвало бы подозрения у юноши, будь он в нормальном состоянии. Сейчас же он даже не понял, сколько прошло времени — для него так очень даже много. Она кивнула Канде и повела его вглубь своего заведения. Поднявшись на последний этаж и остановившись напротив двери где-то в середине коридора, она извлекла из сумочки связку ключей и ловко отперла комнату.       — Прошу, проходите, располагайтесь. Ванная комната за коричневой дверью, альфа будет через десять минут, вы как раз успеете подготовиться, — сказала она и ушла. Зайдя внутрь и быстро осмотревшись, он сразу прошёл в комнату за коричневой дверью.       Скинув в кучу всю, так раздражающе трущую ставшей чувствительную кожу одежду и бросив рядом сапоги, он лишь на несколько секунд задержался, аккуратно пристраивая катану у стены. Ванная комната маленькая, метра три на три, так что он успеет её быстро схватить, если что, и при этом она не валяется на полу. Наполнять ванну он не стал, просто встал под душ и схватил мочалку.       Несмотря на все годы тренировок и боёв, появление альфы он позорно пропустил, увлёкшись процессом очищения и освежения исстрадавшегося тела. Прохладная вода даже смогла немного прочистить голову, вернув мысли и способность собирать эти мысли вместе и что-то из них выстраивать.       — Течная омега, обычно я так не поступаю, но твой запах мне нравится. Да и сам ты весьма хорош. — Чужие руки обхватили за талию и нагло вытянули из чугунной чаши, поставив на пол. Возмущённо тряхнув головой и оттолкнув тонкие руки, экзорцист взглянул на нахального работника борделя. Чёрные вьющиеся волосы, немного не доходящие до плеч, аристократичные, можно сказать, идеальные черты лица и глаза цвета тёмного шоколада, такие бархатные глаза, но при этом с необузданным огнём в глубине. Молодой человек понравился мужчине, а альфа уже видел под собой эту омегу с притягательным запахом вишни. Это читалось с лёгкостью — по позе, лицу, а в особенности — по глазам. Канда тоже оценил и красивое лицо, и тонкое, но сильное тело, и, в особенности, приятный запах горького шоколада, перемешанного с запахом дорогих сигарет, исходящий от альфы. Несомненно, сильного альфы, омега внутри Юу была в этом уверена. Это радовало, он чувствовал, что его капризная сущность довольна. Всех предыдущих партнёров она отвергала, и они уходили от него с синяками, царапинами и укусами, полученными вовсе не во время страсти. Вот уж неожиданность — у него было три течки и одиннадцать партнёров, но и других альф он оценивал, и даже несмотря на то, что омега внутри него была полностью под контролем, самурай всегда чувствовал неудовольствие, исходившее от неё. Её всегда не устраивали абсолютно все окружающие его альфы, что странно, а тут вдруг такое одобрение и желание. Ну да не важно, приняла — и отлично, значит, в этот раз всё пройдет лучше. Он альфу себе не ищет, рано ему остепеняться, так что и этот ему безразличен. Раз уж омега выбрала одного, значит, и ещё кого-нибудь выберет, так всегда бывает. А шлюхи из борделя, пусть и из престижного, его не интересуют.       — Пришёл — хорошо, пошли в спальню, нечего время на болтовню тратить. — Он обогнул брюнета и прошёл в спальню.       — Что, так не терпится? — Чёрная бровь изогнулась, а на лице нарисовался притворный ужас. — Видимо, мне нелегко придётся?!       Экзорцист разговаривать был не намерен. Он лёг на живот, подложив под себя подушку, и раздвинул ноги.       — Приступай.       Болтун не был удостоен даже взгляда. Но, видимо, не так уж и болтлив оказался этот альфа, потому что на этот раз он быстро и, главное, молча скинул с себя обувь и одежду. Мужчина не стал нежничать, а просто грубо вошёл в предложенное тело. В принципе, подготовка течной омеге не нужна, а ласки не нужны Канде, так что он был доволен действиями партнёра.       Кареглазый альфа был опытным любовником и с лёгкостью смог взять всё, что захотел, от податливого тела случайного любовника. На ласку он оказался скуп, однако впервые его партнёр не только не возмутился этому, но и, кажется, остался доволен сим фактом. Тики был ласков лишь тогда, когда хотел, и сейчас, в борделе, он не видел в этом никакой необходимости, и уж тем более сам не желал приласкать омегу. Весьма странный юноша ему попался — страстный, некапризный, чувственный, но неопытный, что странно для здешних обитателей.       Утомлённый Юу уснул первый, хотя и не собирался спать в таком месте, но уж слишком его вымотали эти дни, неожиданная течка и бурный секс. Микк сидел на краю кровати и курил, периодически поглядывая на спящего юношу. Где-то он уже видел его. Выкурив сигарету, но так и не вспомнив, встречались ли они прежде, он ушёл в ванную — смыть с себя следы и запах бурной ночи.       Когда, высушив волосы, Ной пошёл на выход, он окинул взглядом валяющиеся на полу вещи. Странная одежда, а тем более обувь, для шлюхи. Взгляд заинтересованно блуждал по куче, пока не наткнулся на фрагмент слишком знакомого узора. Два шага, и вот он уже поднимает с пола плащ. Никакой ошибки. Окинув уже более внимательным взглядом вещи, Тики был вынужден признать, что это вещи экзорциста. А вот теперь стало очень интересно. Красивые, течные омеги для него совсем не в новинку, но экзорцист в постели — такого у него ещё не было! Любопытно. И, кажется, картинка не складывается. Бросив плащ назад в кучу одежды, он быстро вышел, оделся, внимательно рассматривая юношу — безрезультатно, однако, он видел лишь плечо и затылок. Решив прояснить для себя ситуацию, он ушёл, быстро шагая в кабинет хозяйки.       — Мадам, мне бы хотелось понять, как в ваше заведение попал мой сегодняшний партнёр, — едва поздоровавшись, Тики задал свой вопрос. Женщина хлопнула ресницами и виновато наклонила голову.       — Прошу прощения, господин, но я не распространяю личные сведения о моих работниках. В чём дело? Он вам не понравился?       — Интересно, с каких это пор экзорцисты стали работниками борделя? Не надо округлять глаза, мадам, я не поверю, что вы не знаете, кто это такие и какую форму они носят. — Он гневно сузил глаза. Женщина откровенно занервничала, хоть и пыталась это скрыть. Через непродолжительное время ей удалось взять себя в руки, и она предприняла ещё одну попытку выкрутиться из некрасивой ситуации, да ещё и с опасными личностями, втянутыми в неё.       — Господин, вы пришли ранним вечером, в плохом настроении, желая утешиться, я исполнила ваше желание, хотя это и было сложно. Прошу, успокойтесь, если захотите — мои работники с удовольствием сейчас вас примут, не все работали этой ночью, и уйти ещё не успели.       — Я получил от предложенной мне омеги всё, что хотел, но теперь я хочу знать, как у вас оказался этот экзорцист. Отвечайте! — Он выглядел опасным, и мадам не желала больше играть с ним и жадничать. Она выдвинула средний ящик стола и достала необходимую сумму, положенную туда накануне. Положив деньги перед клиентом, она взглянула в его лицо.       — Прошу прощения за мою маленькую хитрость. — Тёмные глаза перестали метать молнии, когда их владелец понял, что сейчас услышит ответ на свой вопрос. — Вы были в баре, когда он пришёл, я как раз только отправила посыльных на поиски парочки работников, и не верила, что их поиски увенчаются успехом. А тут, словно подарок небес, молодой, красивый, течный. И тоже хочет пообщаться с моими работниками. Я решила, что не произойдёт ничего страшного, если вы отдохнёте в компании друг друга. Это же ваши собственные желания, я только место предоставила.       Покидая город, Тики Микк думал, как же интересно бывает жить. Он не стал забирать деньги, оставив их этой «мадам», и ушёл сразу же, как вышел от неё. Судьба свела его с экзорцистом... более того, теперь он точно вспомнил, что они знакомы. Интересный опыт. Сумасшедший самурай оказался горяч не только в бою. А язычок у него всё-таки острый. Тогда в большей степени, сейчас в меньшей, но если сложить воспоминания... Что ж, это даже забавно, тем более что с японцем оказалось так сладко. И ещё... Теперь он хочет выкурить сигарету с ароматом вишни.

***

      Отложив палочки, Юу в который раз за последние три дня вспомнил странного работника мадам. Его глаза, сильное тело, опытные действия и запах... Этот запах буквально пропитал юношу и, как бы он ни тёрся под душем, ему не удаётся избавиться от него. Ещё и омега внутри блаженствует и испускает такие волны наслаждения по телу, что хочется вернуться в тот день и всё повторить. Что невероятно сильно бесит Канду. Какого чёрта он не может изгнать воспоминания об очередной ночи с очередным работником борделя?!       Когда японец проснулся в заведении мадам, его покоробило — как он мог здесь уснуть? Альфа ушёл, и Юу был рад, что не проснулся с ним в одной постели: это было бы уже слишком. Прислушавшись к себе, он удовлетворённо откинулся на подушку и потянулся — омега была довольна, и течка немного отступила. Теперь главное — успеть вернуться в Лондон, и там он навестит знакомую мадам Тишрен в её тихом элитном заведении, где он проводил все дни своей течки ранее. Вообще-то это заведение столь богато именно за счёт денег Ордена, который посылает к мадам всех своих омег, когда им нужна помощь. Да и альфы также предпочитают навещать её работниц и работников, а не заглядываться на своих товарищей.       Идя по коридорам своего дома, Юу размышлял о том, что здесь ни у кого нет ни семьи, ни даже простых, романтических отношений. Все предпочитают лишь удовлетворять потребность тела, но не души, если вообще есть эта самая потребность отношений. Здесь никто не желает обременять себя лишними обязанностями и чувствами, ведь такая привязанность может стать слабостью — брешью в обороне их дома. Экзорцист думал о том, что не хочет никого видеть рядом с собой и что в семье-то он и не нуждается. Пожалуй, можно сказать, что он всем доволен в этой стабильной, предсказуемой жизни. Определённо — сюрпризы его раздражают.       Едва сойдя с поезда, японец направился к знакомому заведению. Тело снова пылало, и омега требовала себе альфу. Слава богу, что предыдущий партнёр оказался подходящим и во всех смыслах удовлетворил эту капризную сущность. Только благодаря этому он протерпел так долго, и накрывать его стало гораздо позднее ожидаемого, иначе он опять был бы вынужден сойти раньше. Его течка всегда длится четыре дня, и обычно у него было три-четыре партнёра за этот период. Он тянул, как мог, лишь бы не подпускать никого к себе лишний раз. Но в этот раз он себя переплюнул, у него было только два альфы. Брюнет в малознакомом городе и голубоглазый крепыш из заведения мадам Тишрен. К сожалению, последний опять не понравился омеге и пришлось помучаться, чтобы обуздать её недовольство и не слишком сильно покалечить альфу. Недовольство и нарастающая ярость омеги были так велики, что Канда велел связать его. Пришлось позволить такую дикость, иначе он попросту убил бы местного работника. Однако тот всё равно ушёл в таком виде, будто покидал поле боя, а не постель. Юу так и не понял, с чего его сущность так взбесилась и боролась. Видимо, этот партнёр не устраивал его омегу по всем параметрам. Такое с ним впервые.       В своей комнате юноша в очередной раз залез под душ, пытаясь смыть запах горького шоколада, но тот опять не исчез до конца. Этот аромат, конечно, заметно ослабел за последнее время, но всё равно улавливался.       — Тч, какого... Он же не ставил свою метку! Так почему запах так долго держится?! Бесит! Я пахну альфой, как шлюха!!!       Раздражённо развалившись на постели, он ощутил слабую волну тепла. Течка не закончилась, но осталось меньше одного дня, так что он справится и без партнёра. Хватит с него альф на этот год. Кувшин с водой есть, а еда в таком состоянии не требуется. Так что он готов: дверь заперта, питьё в наличии, а альф нет — то, что нужно капризному экзорцисту, но не его капризной омеге.