Обычное дело

"Черт бы побрал эти приличные заведения... Обслуживания никакого, свечек кот наплакал (причем суровый кот был, настоящий, скупой на слезы, мужик!), а прикуривать от пальца нельзя... Эх, черт... " - так думал молодой мужчина лет двадцати - двадцати пяти, сидя за столиком в темном углу паба близ Эдинбурга и посасывая чубук коротенькой трубочки. Подойти к ближайшему столику за огнём он не решался - ещё начнут орать, пальцами тыкать, могут вообще из паба выставить... Не-ет, ну к дьяволу. А пальцем ткнуть могли, учитывая его внешний вид: смольные лохматые кудри, лезущие в лицо, пронзительные зелёные глаза, которые мужчина подкрашивал углём, крючковатый нос и не по-мужски пухлые губы - всё это в сочетании с потёртой курткой в серебряных заклёпках и тёмным плащом с капюшоном настораживало и даже отталкивало от него людей. Однако это неудивительно - магов всегда боялись, а именно магом мужчина и являлся. Весьма неплохого уровня, кстати - слышали об усмирённом оборотне близ Сноудона? А о банши в валлийских долинах? Что, даже о разорённом вампирьем логове в Ливерпуле не знаете?! Ну и правильно. Кому оно надо? Главное, что сейчас он путешествовал по стране в поисках работы, потому что три серебряных монеты в кармане звенели сиротливо и грустно, а значит, пора магу снова продать талант... -Господин колдун? - колдун, который в этот момент как раз украдкой зажёг огонёк на кончике пальца и закурил, поперхнулся дымом, от неожиданности подскочив, и теперь пытался продышаться. -С-слушаю, - просипел он наконец, судорожно втягивая воздух и выбивая из груди остатки дыма. Человек оглянулся. -У меня к вам просьба... секретная. -Аг-ха. Сядете? Мужчина опешил, глядя на молодого человека и откинув челюсть к ступням: -Кх-м... Ну так... Вы это... Может, выйдете? Не здесь всё-таки... -Э, нет, говорите здесь. Откуда я могу знать, что вы не утопите меня или не зарежете? - а могут. Судя по виду, мужичок - мелкий ремесленник или торговец, а это - ярые фанатики, колдунов на дух не переносят. Только зазеваешься - и уворачивайся от ножа, окроплённого святой водой (по-другому никак!) или от верёвки с камнем на шею (туда ему, поганому, и дорога!). Ремесленник замялся, и маг хмыкнул: -Нет, любезный, собственная смерть - это то, чем я не займусь ближайшие лет тридцать, а может, и больше, так что если ваша просьба в этом, вы можете идти. -Да нет, господин маг, что вы говорите-то... Мы тут все без вас никак, помощь ваша вот как, - он потыкал в кадыкастую шею пальцем, - нужна. -Помощь? - осведомился маг. Трубочка вспыхнула, выхватив из-под капюшона блестящие глаза в чёрной окантовке, и ремесленник испуганно отпрыгнул. - Я не помогаю, а работаю, милейший горожанин. -Это вы... о деньгах, не иначе? - мужчина вопросительно коснулся стула рукой. -Да садитесь же! - раздражённо махнул рукой колдун. -Я это... Мы тут... В общем, денег соберём, господин маг! Э-э-э... А вы сколько хотите? Колдун выпустил дым через нос, как дракон, и задумчиво затянулся снова, ввинчиваясь собеседнику в глаза зелёным взглядом. -Зависит от сложности работы. Мужчина поёжился на стуле: -Боюсь, сложновато будет, - пролепетал он, но тут же затараторил снова. - Мы уж и не знаем, куды деваться! Вы только его... её, то бишь... прогоните куда, а уж мы вам соберём денег, будьте покойны... -Её? -Да, повелась тут нечисть мужиков жрать. Вы бы пошли, господин колдун, а? Посмотрели бы? Колдун взвесил все "за" и "против". Дело, конечно, скорее всего, обыденное, хотя кто знает... -Мы и... золотишка подкинуть можем, - прошептал красный, как рак, ремесленник, и в голове мага встало на место последнее звено цепочки - на слове "золото" делают стойку большинство колдунов, а особенно - те, у кого в кармане только три серебряника. -По рукам, - мужчина осторожно пожал бледную узкую ладонь, и маг усмехнулся. - Идёмте, посмотрим ваше чудище, - он встал, запахивая плащ, и первым пошёл к выходу. - Ах, да, зовите меня Армстронг. -Ч-что? - переспросил подоспевший горожанин. - Армстронг? -Да, это моя фамилия. Людей моей профессии любят далеко не все, а кончить свою жизнь в бесславной расправе я не хочу. Мне, понимаете ли, гибели в неравном бою с нечистью подавай, - маг по фамилии Армстронг улыбнулся своим мыслям, заправил за ухо тёмную прядь, попутно поправляя капюшон и стреляя глазами по тёмной улице - кто его знает, - и пошёл рядом с мужчиной. - Так вы говорите, ест особей мужского пола? Ремесленник кивнул: -Спасу нет! Кто за город пойдёт перед зорькой - поминай как звали. -Что ваши мужчины делают за городом перед зарёй? -Ну дык... Это... понимаете же, - Армстронг вскинул брови. - Ну... выпивши... -А с чего вы взяли, что их именно съедают? Канавы за городом и кусты не обшаривали? -Эх, господин маг... - господин маг зашипел, как кот. - Т-то есть господин Армстронг! То-то и дело, что обшаривали! Где полтуловища найдём, где ногу, где руку... Потом те, кто нашёл, в трактир напиваться идут, как проблюются вдоволь, а потом туда же, ясен пень, попадают, на следующее утро находим... -Где они сейчас? -Мужчины-то? Ну дык, ясное дело... -Руки, ноги, полтуловища, - нетерпеливо перебил Армстронг, на ходу постукивая по ладони потухшей трубочкой. - Что, похоронили уже? -Ну ведь мы... -Ясно, - вздохнул маг. - А пьяных не предвидится? Посмотреть хочу. -Упаси Господи, господин Армстронг, на такое смотреть - это же... -Вас я с собой не зову. Мне нужно место и пьяный мужик. Как раз в этот момент дверь ближайшего трактира открылась и выпустила на улицу забулдыгу, земля под ногами которого уже напоминала палубу в ветреный день. Он оглядел улицу и остановился глазами на маге, открыв рот и ткнув в него пальцем. -А вот и пьяный! - обрадовался колдун. -Колдун, итти твою налево! - обрадовался мужик. -Ага! Куда идёшь? Мужик ответил непереводимой игрой слов, из которой выделилось: "куда - ик! - глаза глядят". -Отлично! Пошли, я тебя провожу? - предложил маг с прущими изо всех щелей энтузиазмом и восторгом. -А, - игра слов, - пошли! - забулдыга повернулся и зигзагами побрёл по улице. -Пьяница? - осведомился тут же успокоившийся маг у ремесленника. -Так точно, господин кол... Армстронг, пьяница и есть. -Семья есть? -Да какое там, кто с таким связываться захочет... -Значит, направлю его за город. -Но... -Спасибо за помощь, можете быть свободны, если, конечно, не хотите составить мне компанию, - ремесленник отступил, мотая головой и полными ужаса глазами глядя на Армстронга. - Отлично. Что же, увидимся завтра в десять утра в том же пабе и договоримся о цене. Вас как зовут? -Меня? - мужчина оглянулся, будто не понимая, к кому обращаются. - Уилсон я... -Тогда доброй ночи, мистер Уилсон, - маг улыбнулся, обнажая неровные зубы, и натянул капюшон, следуя за пьяницей. *** На следующее утро Уилсон открыл дверь паба "Поющая волынка", где вчера он договорился с магом, и огляделся. Больше всего на свете он боялся, что колдун не придёт и постарается увильнуть от работы, но опасения оказались напрасны: молодой человек уже был здесь, подкидывая на ладони яблоко и закинув ноги в стоптанных сапогах на стол. -Плохи дела, мистер Уилсон, утешать мне вас нечем, - заявил колдун, в очередной раз поймав яблоко и прижав ладонь с ним к щеке. - Если я не ошибся, - а я в нечисти ошибаюсь редко, не к хвастовству будет сказано! - у вас с гор спустился ахух. Уилсон ахнул и побелел, но тут хозяин паба подошёл к их столику, грозно вооружившись полотенцем. -Убрал ноги со стола, прощелыга! Не для тебя чистил! - маг медленно перевёл на хозяина глубоко посаженные глаза, а тот, увидев уголь на веках, разгорячился ещё больше. - А ну проваливай, нищая с-скотина! Что вылупился?! Пошёл прочь! -Фу, как грубо, - поморщился колдун и снова повернулся к Уилсону. - О чём бишь я? Ах, да, ахух. Хозяин паба от такой наглости сравнился цветом лица с кирпичом и начал раздуваться от ярости: -Какой ещё к дьяволу ахух?! -О, самый обыкновенный, - беспечно отозвался Армстронг, наклоняясь к холщовой сумке у своего стула. - А вас как зовут, прекрасный хозяин паба? -Огастус Скримджер! - проревел "прекрасный", сжимая кулаки. -А меня - Билли Джо Армстронг, - представился маг, распрямляясь с сумкой в руках и устраивая её на столе рядом с ногами. - Я вот колдун, знаете таких? Насылаем на людей порчу, сглаз, мелких демонов... - хозяин медленно отступил на шаг, несколько подрастеряв свой боевой пыл. - Огастус Скримджер, говорите... Приятно познакомиться, кра-айне приятно... Он достал из сумки что-то продолговатое, завёрнутое в тряпку и положил на стол. -Бедный вчерашний пьяница, - Армстронг бережно развернул ткань. - Это всё. Кажется, его звали Баучер... Грозный хозяин паба поспешил ретироваться, резко позеленев, а Уилсон отпрыгнул со своим стулом назад, цокотея зубами и забавно тявкнув. -Это... Это... -Рука, - оживлённо подтвердил маг, откусывая яблоко. - Бефный Баушер. Увашная шмежть. -В-вы... В-вы... -Аг-ха, на моих глазах, - колдун завернул предплечье обратно в ткань и убрал в сумку, держа яблоко в зубах. - Ничего не осталось. -А как ж-же... -Сейчас не об этом. Ахух - не шуточки, и плата должна быть соответствующей. -С-само собой... - пролепетал Уилсон, не отводя глаз от сумки на столе. -Десять золотых. -Д-да... -Пятнадцать? -Ага... -Двадцать?! -Угу... Маг подпёр голову рукой, хрустя яблоком. Чёрт, да он сейчас что угодно пообещает! Хотя нет, не по-человечески как-то - и цинизму нужно знать меру. -Послушайте меня, пожалуйста, Уилсон. То, что вы видели - не более, чем обман. Это... муляж! Да, просто чучело, нам такие в школе магов давали. -Правда? - Уилсон сглотнул, с опаской придвигая свой стул обратно. М-да-а, ну и запугали же людей колдунами, раз они верят, что у каждого мага в сумке - муляж человеческой руки! Э-эх... -Конечно, правда, - да всегда с собой ношу, ага. - И ахух, к несчастью, - тоже правда. Так что десять золотых за дело, три - авансом, вот мои условия. -А когда получить изволите? - вздохнул Уилсон с энтузиазмом агнца, определённого на заклание. -Желательно бы завтра - за всё, а аванс- сейчас, но как получится, - маг снова откусил яблоко и начал рисовать на столешнице карту пальцем (ибо слой жира на столе, как бы хозяин не хорохорился, вполне позволял это сделать). - Монстр сегодня был в юго-западной части города. Раньше..? -Всегда где-то там, - угрюмо пробормотал ремесленник, и колдун покивал. -Значит, сегодня я расставлю ловушки. Но для этого мне необходимо знать точные границы района нападений. Вы, надеюсь, их помните? Хотя бы примерно? -Ну... Кой-чего вспомню. -Отлично, - колдун выбросил в окно огрызок, поднимаясь со стула. - Значит, поедем смотреть и отмечать. У вас лошадь есть? -Н-нет... А у вас? -Конечно, - маг обернулся у двери, вскинув густые брови. - А как, вы думаете, я путешествую по стране - пешком? Но за Вороном нам придётся зайти на городскую конюшню, вы, надеюсь не против? - последние слова донеслись уже с улицы, и Уилсон покачал головой, следуя за магом из паба. Хозяин за стойкой перекрестился и сплюнул. *** Ночь опустилась на Эдинбург быстро и неожиданно, как пума прыгает с ветки на добычу: всего секунда - и мир погружается в темноту. В то время как люди зажиточные уже сладко посапывали в своих кроватях и смотрели второй сон, город жил своей особенной, ночной жизнью: кричали и ругались на пристани пьяные матросы; раздавались бойкие, весёлые песни из трактиров; раскрашенные девицы слонялись по улицам, зазывно качая бёдрами и хлопая ресницами; воры и убийцы выходили на дело; в кустах на юго-западе сидел у маленького костерка колдун, а его угольно-чёрный конь стоя рядом. Для человека, сведущего в магических искусствах, воздух вокруг просто дрожал от энергии - Армстронг поставил пять ловушек, потратив почти весь магический потенциал, и теперь сидел, засунув руки в огонь, чтобы его пополнить. Вообще стихии для магов - прекрасный источник энергии; огонь, природный водопад, ураган, глухой лес - у каждого волшебника свои способы пополнять магический потенциал, в зависимости от стихии и возможностей колдуна. Когда в ребёнке - прорва магии, она рано или поздно себя проявит. Как - вопрос стихии. По ним все колдуны делились на четыре группы: огненные, водные, ветряные и земельные. Но не воображайте, что ветряной маг вызовет вам при желании небольшой тайфун, потому что вам, видите ли, соседняя деревня надоела. Маги не могут управлять стихиями осознанно, вот в чём дело - огонь, вода, воздух и земля активируются только при всплесках эмоций. Поэтому лучше вам не злить огненного мага, находясь в комнате, полной сухой соломы. Потому что ему-то ничего не будет, а вот ваши зубы могут стать единственным, по чему вас запомнят. Хотя некоторые самоубийцы так делали, а потом маг корил себя за то, что не сдержал эмоций. Армстронг задумчиво смотрел на языки пламени, пляшущие меж пальцев, - картина, уже ставшая привычной за годы практики. А мать с отцом не понимали, почему, когда сын злится, что-нибудь вспыхивает... -Колду-ун! - толстомордый Саффер оскалил зубы, ещё раз ударил в дверь вилами, и толпа закричала. - Открой дверь, Армстронг, а то твоему щенку хуже будет! Пять детей Армстронгов (все, кроме старшего Алана, который уже женился и жил в другой деревне) стояли с матерью в центре своей лачуги, пока отец укреплял различные лазейки, через которые можно было попасть в дом. Напоследок он поставил косу в двери наискось, как замок, и теперь всякий раз, как Саффер бил в дверь вилами, лезвие позвякивало, ударяясь о дерево. -Энди! - мать полными ужаса глазами следила за отцом, который теперь укреплял ставни. - Они... -Они сюда не войдут, - процедил отец сквозь зубы и повернулся к семье. - Уведи детей в погреб! Мать попыталась возражать, но в этот момент черенок вил Саффера проломил дверь, и толпа за дверью ликующе взревела. Последнее, что Билли увидел - это перекошенное лицо отца, когда тот закричал: "Быстрее!", а потом мать зажала ему глаза ладонью, и он услышал странные булькающие звуки и крики сестёр... Чёрный жеребец переступил с ноги на ногу и всхрапнул. Колдун вздрогнул и встряхнул головой. -Не отпускают они меня, Ворон... Никогда, наверное, не отпустят... И не простят... - он провёл ладонью по лицу, отгоняя тени прошлого и пытаясь сосредоточиться. -Ладно, пора за работу, - маг встряхнул кудрявыми волосами и в последний раз погрузил кисти в пламя, чувствуя, как уровень энергии достигает максимума, как у только что проснувшегося человека. После этого колдун затоптал пламя, стараясь как можно меньше шуметь, и в этот момент конь тихо заржал и беспокойно заплясал на месте. -Тихо! - Армстронг схватил коня под уздцы и вгляделся в жёлтый глаз с вертикальным зрачком. - Уже? - Ворон тряхнул гривой и всхрапнул. - Ясно... Маг быстро и тихо достал из сумки воняющую перегаром куртку (похоже, пьяница, который её носил, образцово-показательно заливал глаза и утром, и вечером) и накинул её сверху, после чего наклонил голову и, прокашлявшись, затянул как можно гнусавее и фальшивее: -Я в по-онеде-ельник шёл домой. Был пья-яным в стельку я-я! Гляжу, чужа-ая ло-ошадь там, Где бы-ыть должна-а моя! Мелодию он не вёл специально - какой пьяный это делает?! - и шёл, как можно больше спотыкаясь и виляя. Если он сделает всё правильно, великанша окажется в одной из ловушек, а дальше - как пойдёт. -Свое-ей хоро-ошенькой жене Сказа-ал с упрёком я-я: «Чья э-это ло-ошадь там стоит Где бы-ыть должна-а моя?» В этот момент земля содрогнулась под ногами, но шатающаяся фигура почти не обратила на это внимания, лишь потрясённо ругнувшись и продолжая свой зигзагообразный путь. -Да, "чья э-это ло-ошадь там стоит, Где бы-ыть должна-а моя-я?" - пьяный особенно фальшиво протянул последнюю ноту и споткнулся о камень, покрыв последний всем (достаточно большим) арсеналом английской ругани, который у него имелся. В этот самый миг за его спиной почти бесшумно выросла огромная тень и протянула гигантскую грубую длань, чтобы быстро и без проблем схватить человека, когда он не будет этого ожидать. -А что это мне луна не светит больше, а?! - пьяница, покачнувшись, упёр руки в боки, начал медленно поворачиваться. - Непоря-ядок... - и с поразительной для пьяного быстротой вдруг резво вильнул в сторону, так что гигантская ладонь схватила траву, а поляну огласил полный ярости вопль. Колдун вскочил с земли, на которую неловко завалился, и бросился в сторону одной из ловушек. -Не уйдё-ёешь! - взревела ахух, тяжело топоча (так тяжело, что маг подпрыгивал на бегу против своей воли) и оказываясь над человеком через три шага, так что Армстронг был вынужден нырнуть между её ног. Совершив быстрый, но достаточно длинный круг - господитолькобыуспеть - вокруг ловушки, колдун кинул в великаншу, всё ещё ищущую смысл жизни на своих коленях, несколько пульсаров: -Эй! - только неопытные маги обычно кидаются риторическими восклицаниями вроде: "Всё ещё надеешься поймать меня?" или восклицаниями: "Не поймаешь никогда, тупое создание!" - маги бывалые предпочитают не тратиться на слова. Никогда не знаешь, насколько на самом деле кажущееся медленным до жути чудовище быстро реагирует на оскорбления: как бы потом не улепётывать от разъярённой твари, которая хочет убить тебя не только за то, что ты колдун, но и за нелестные высказывания о её досточтимой матушке. Ахух медленно распрямилась и с неожиданной прытью кинулась к колдуну, но, к счастью, ловушка сработала хорошо: ручищи вроде бы протянулись к Армстронгу и почти достали (колдун отшатнулся и вновь упал на грешную землю), но тут же энергетические путы захлестнулись вокруг огромного тела великанши, и маг облегчённо откинулся назад, на траву, выдыхая и закрывая глаза. Проще, чем он думал. -Пусти меня! Теперь осталось только подумать, как лучше с ней поступить... -Колдун, пусти! Великаны тем и плохи, что их толком магия не берёт, кроме таких сильных чар, как ловушки. Отскакивает, что от стенки горох. Так что надо бы подумать... -ПУСТИ МЕНЯ, У-У-УМ! Не сказать, чтобы вопли сильно отвлекали, но и подумать толком не давали. -Всё равно не отпущу, у меня выбора - не разбежишься. -Да? -Ага, - маг насторожился. Ему показалось или у ахух другой тембр голоса? Он осторожно приоткрыл глаза. -Ку-ку, - вежливо улыбнулась великанша. Всё плохо. Маг вскинулся, оглядываясь на ловушку: та всё ещё была на месте, и монстр в ней наблюдался. А это значит... -О боги. -Ыгы! - радостно ухмыльнулась великанша за спиной, и колдун погрузился в темноту, не успев даже ничего предпринять. *** -Отдай мне этого щенка! - проревел Саффер, потрясая окровавленными вилами и указывая толстым пальцем на Билли. Мать сжала губы и встала перед детьми, раскинув руки и будто стараясь своей тонкой фигурой защитить их от взбесившейся толпы. -Ведьма! Мамина спина странно дёрнулась, а через секунду она сама упала на пол лицом вниз, прижав руки к животу. -Мама! - Билли в ужасе кинулся к ней, но Саффер перехватил его за шкирку и поднял, как котёнка. -Я убью тебя, - пообещал он, оскалив желтые неровные зубы. Он всё время расплывался у Билли перед глазами от набежавших слёз и от того, что воротник рубашки мешал ему дышать и мальчик задыхался. - Ах ты выродок! - зашипел Саффер через миг, когда на его ладони вспыхнуло пламя и распространилось по всей руке. Саффер орал дурным голосом, а вместе с ним вопил схвативший его старших сестёр верзила. От их тел вспыхнули стены и весь дом, а через два часа от маленькой хижины остались только обгоревший остов и рыдающий израненный мальчик... *** -Ум, будем жрать? Маг осторожно потряс головой и медленно разлепил тяжёлые веки. Несколько секунд ему понадобилось на то, чтобы понять, где верх, где низ, и оглядеться, насколько это было возможно. -У-ум! Великанша, которую он поймал было, решила поменяться ролями, и теперь он болтался у неё в кулаке вниз головой, как мёртвая куропатка. И роль ему, похоже, отводилась та же. -УМ, ТЫ, ТАК ТВОЮ РАСТАК, ГЛУХАЯ, ЧТО ЛИ?! -Да что? - другая великанша недовольно обернулась (и правильно сделала - ахухи отрицали одежду, кроме набедренных повязок, а Ум встала на колени и наклонилась вперёд, судя по всему, раздувая костёр. Нелицеприятное зрелище). -Я тебя спрашиваю: жрать будем? - великанша номер один потрясла кулаком с Армстронгом, и тот почувствовал приступ дурноты. -Да будем, Кар, - игра слов, означающая "оставь меня пока что", - я ж тебе говорю: он маг, его зажарить надо, а то помрём от его яда! -По-моему, он уже сдох, - авторитетно заявила Кар, поднося кулак к огромному носу и оглушительно втягивая воздух. - Фу, воняет. -А кто вас научил говорить на человечьем? - слабо просипел маг, понимая, что либо подписывает себе смертный приговор, - "Ум, давай жрать, пока он не сдох, а?!" - либо наоборот, оттягивает свою кончину. Великанши уставились на него. Надо сказать, оба варианта себя оправдали. -Ум, а давай его сожрём! -Подожди ты, - Ум махнула рукой, и Кар обиженно засопела. - Был один, мы его поймали лет пять назад. Мужичонка умный такой был... Мы тогда в Сноудоне жили. Он научил нас по-вашему балакать, а пока, - великанша со вкусом выругалась, - здесь жили, да до сюда дошли, много чего выучили. Учителей много было. Думать было больно, но маг попытался изо всех сил. -Только мы их всех сожрали, - Кар злорадно захихикала и поднесла кулак на уровень маленьких глазок. - И тебя сожрём. -Хм, интересно, - колдуну пришла в голову спасительная идея, которая, правда, могла и не сработать, - Да ты что, неужели Кар и вправду такая тупая, как ты сейчас подумала, Ум? -Что ты подумала?! - Кар лихо развернулась, заставив мага в кулаке тявкнуть, чуть не откусив себе язык. -Ничего я не подумала! - Ум, которая всё-таки одолела костёр, ошарашенно оглянулась. -Подумала, подумала. Она так прямо и сказала в мыслях: "Боги, какая она тупая," - а ещё что-то упомянула о твоих родителях... -Кар, он лжёт! - беспомощно закричала Ум, но великанша не слушала, поднося мага к самому лицу, злобно оскалившись и спрашивая свистящим шёпотом: -Что она сказала?! Похоже, у Кар были давно счёты с коллегой, которые она всё не решалась свести, а какая женская дружба не ждёт искры, чтобы взорваться к чертям? -Я точно не вспомню, - Армстронг горестно вздохнул и наморщил лоб, стараясь скорчить задумчивое лицо. - Но по-моему, что-то было про бездарного тупого ублюдка, в которого ты пошла умом, и про толстую корову, от которой ты фигуру унаследовала... Да, так она и сказала, и, похоже, это было про твою матушку... Армстронг хотел ещё что-то добавить, но не успел: небо снова поменялось местами с землёй, и о последнюю маг ощутимо приложился спиной, так что из него на секунду вышибло воздух, а в ушах зашумело от того, что голова наконец-то оказалась в нужном положении. Когда он приподнялся на руках, великанши уже вовсю орали друг на друга на своём наречии, размахивая руками и тыча друг в друга толстыми пальцами... *** Небо на востоке порозовело, и Армстронг потянулся, поморщившись. Зелье от головной боли подействовало быстро, но ссадина на затылке ещё ощутимо щипала. Всё сложилось куда как лучше: великанши, очевидно, вспомнили все старые обиды, да так обрадовались, что растерзали друг дружку на части. Ну, точнее, Кар сама упала в костёр после того, как отгрызла Ум голову, а тут ещё как назло и огненный маг подвернулся. В результате - вуаля! - великанша горит и вопит, а колдун сидит и наблюдает за этим приятным зрелищем. Сейчас костёр догорал, и смрад горящих великаньих тел уже не так сильно бил в нос. Палец Ум, отгрызенный в жаркой схватке, маг оставил как вещественное доказательство, чтобы получить гонорар, и он теперь лежал рядом, указывая на место, где ещё два часа назад догорало огромное тело. Конь чародея ткнулся в палец носом и брезгливо фыркнул. -Работа у нас грязная, Ворон, пора привыкнуть уже, - Армстронг усмехнулся и приобнял чёрную конскую голову, наклонившуюся к нему. - Да-а, вот тебе и женская дружба, приятель: одно слово, и они перегрызли друг друга. А вообще Эдинбург нужно было покидать. Может, дело было в полной луне, которая сейчас превращалась в призрак на светлеющем небе, но он слишком много вспоминал здесь своё тёмное прошлое, это мешает в работе. Колдун не имеет прошлого. И будущего у него нет. Есть только дорога, бегущая вдаль, и куча нечисти, от которой нужно избавлять людей, чтобы они тебе платили. -Пора обрадовать Уилсона, Ворон, - Армстронг вскочил на ноги и с некоторым трудом взгромоздил великаний палец на седло, после чего взял коня под уздцы, решив его не утруждать ещё и своим весом. - Хотя он вряд ли будет нам рад, особенно на рассвете, да и денег у него ещё нет... Но мы потерпим до вечера? - Ворон согласно всхрапнул. - Вот и я так думаю. А Огастус Скримджер наверняка с радостью предоставит мне комнату, а тебе - стойло за то, чтобы я его не проклинал...