Не сбегай, зверёк

Тсуна впервые чувствовал себя таким опустошённым. Казалось, что все эмоции, которые у него были, вытекли вместе со слезами. Поэтому он, будто бездушная машина встал и пошёл на кухню, готовить завтрак. «А чего я, в сущности, хотел добиться своей выходкой? Думал, что Хибари прибежит на следующий же день? Кто я для него? Всего лишь обуза и только... Он никогда не обратит своего внимания на меня, никогда не пожелает доброй ночи, никогда не будет беспокоиться обо мне, никогда... Господи, надо это всё прекратить, иначе опять зарыдаю! А Хаято опять будет нервничать. Как же мне всё-таки не хватает Реборна. Уж он бы точно что-нибудь посоветовал. Хоть и высмеял бы в начале. Но все ж когда мне действительно необходим совет или помощь, он всегда рядом, прямо как Хи... Так! Стоп! Хватит!» Тсунаёши весьма больно бьёт себя по щекам, прогоняя грустные мысли. Он должен улыбаться, несмотря ни на что. Он небо. А небо не должно грустить. - Тсуна, с тобой точно всё в порядке? - спросил Гокудера, с сомнением смотря на парня. - Да, Хаято. Со мной всё в порядке. Не мог бы ты помыть овощи для салата?- сказал Тсунаеши, выдавив из себя улыбку. - Конечно! – ответил Хаято, посмотрев на парня. «Странно, что случилось с Тсуной? Может, я его чем-то обидел? Или что-то не так сделал? Хотя судя по его поведению, плакал он не из-за меня. Вроде бы должно быть хорошо, что это не из-за меня, но на душе как-то паршиво... А ещё эти его слова. Не понимаю, к чему Тсуна их сказал? Черт, одни вопросы и ни одного ответа. Надо будет попозже осторожно расспросить его, что стряслось.» В этот момент в квартире раздался звонок. - Хаято, ты кого-то позвал? – спросил Цуна, посмотрев на дверь. - Нет, - неуверенно произнес Гокудера, положив овощи на стол. - Может это сосед? Я пойду открою, - сказал Цуна, делая шаг вперед. - Давайте я, Де..., - хотел было сказать Хаято, но его перебили. - Нет, отдыхай, Гокудера-кун, - ответил Тсуна, слегка улыбнувшись. Тсунаёши подошёл к двери и, не посмотрев в глазок, открыл дверь. А вот лучше бы все же посмотрел… - Хиба…? Договорить ему не дали. Его просто сжали в стальных объятьях, из которых невозможно было выбраться, да если честно,то и не хотелось. А затем горячее дыхание опалило губы. Тсуна не сопротивлялся. Сейчас он просто хотел, чтобы этот момент длился вечно. Чтобы эти невероятно горячие губы вечно целовали его также страстно. Чтобы эти прекрасные глаза цвета стали вечно смотрели лишь на него с такой же нежностью и любовью. - Отпусти, Джудайме, козёл - сказав это, ураган Вонголы уже достал динамит, явно не детской мощности. - Камикорос, травоядное. Ты посмел украсть то, что по праву принадлежит мне. Я не отпущу тебя живым,- после этих слов Хибари осторожно,с некоторой неохотой, отпустил Саваду, будто тот мог снова куда-то сбежать, и резко достал тонфа. Первый удар хранителя облака был резким и точным. Хаято не ожидал такой скорости, поэтому тотчас же получил удар в живот, за которым сразу последовал удар в лицо. И когда он только лишь зажёг фитиль у первой пары динамита, Хибари будто с катушек слетел. Он ещё никогда не бил с таким остервенением. Рёбра, руки, шея, лицо...похоже, сейчас не было разницы куда бить, единственное, что он хотел- забить до смерти это жалкое травоядное. И тут Тсунаёши очнулся. Нет, конечно, за тем как дерётся Кёя можно было наблюдать вечно, если не брать в расчет, что били ни в чём не повинного друга. Тсуна подбежал к Хибари, ухватил его за талию и закричал: - Пожалуйста, остановитесь, Хибари-сан, он ни в чём не виноват, это всё из-за меня! Если вам так надо кого-нибудь побить, то, пожалуйста, избейте меня, но не надо так издеваться над Хаято! Эти слова били Кею словно удар тока. «Почему зверёк так отчаянно защищает этого урагана? Стоп, Хаято? Когда это они на имена перешли?»- подумал Хибари, но посмотрев на лицо своего зверька... Он простил ему всё. Кея отошёл от уже порядком избитого парня и смотрел, как его зверёк заботится об этом травоядном. В груди словно кошки скребли. Было очень больно. А потом он понял, что просто ревнует. «В конце концов, когда Тсуна открыл дверь, то был счастлив, увидев меня», - подумал Кея, садясь на кресло. Но самому Саваде сейчас было не до романтики. И не до сверлящего ледяного взгляда. Он быстро набрал номер скорой, которая весьма оперативно приехала и оказала всю необходимую помощь Гокудере. Но сейчас Тсуна сидел буквально меж двух огней. Правда один явно некоторое время ходить не сможет. - Хибари-сан! Зачем же так поступать с Хаято!? – спросил Савада, смотря на Кею. Карамельные глаза пылали негодованием. - Ты меня об этом спрашиваешь, зверёк? Не поленюсь напомнить, что этот пепельноволосый выкрал тебя из школы, - сказал брюнет. Его взгляд был ледяным, он не мог поверить, что это милое создание ещё и такие истерики закатывать может. - Да не крал меня Гокудера-кун! Я сам с ним пошел, потому что…, - сказал Савада, но резко остановился. - И почему же?- спросил Кея, зло смотря на своего зверька. - Потому что вы достали его, извращенцы чёртовы!- не выдержав, крикнул Хаято, - разве можно так до человека домогаться!? - Ку-фу-фу, это мы-то домогались до Тсу-куна? - все кто были в квартире, резко повернули головы на неизвестно откуда исходивший голос. Даже Куруми, которая до этого демонстративно вылизывалась на коленях Савады прервала своё занятие и лениво повернула голову. - Мукуро-сан!? Откуда вы здесь? – спросил Цуна, смотря на парня. - Оя, оя ты не рад меня видеть, Тсу-кун? Вообще-то, мы вместе шли сюда с Хибари, но кое у кого, похоже, было шило в заднице, да такое, что даже я за ним не успевал, - ответил Мукуро, бросая быстрый взгляд на Кею. - Я смотрю, ты снова нарываешься, травоядное, - сказал тот, сжимая кулаки. - Да Боже упаси. Я лишь рассказал Тсунаеши то, что его интересовало, - ответил Мукуро, выставляя руку вперед. Он явно не был настроен сейчас на драку. - Да, кстати, Савада, - сказал Кея, повернув голову на парнишку. - Д-да, Хибари-сан? – спросил Цуна. Его голос предательски вздрогнул. - Собирай вещи. Мы идём домой. - Но…, - хотел было возразит Савада, но его перебили. - Ещё одно "но", и это травоядное год из больницы не вылезет, - пригрозил брюнет, зло посмотрев на Гокудеру. - Только попробуй - прошипел Гокудера, пытаясь встать. - Я даже пробовать не стану. Тсуна и Хаято прекрасно понимали, что сейчас спорить с главой ДК абсолютно бесполезно. Поэтому Тсуна, смирившись со своей участью, собирал свои небольшие пожитки и, прихватив с собой недовольную Куруми, которая только что собиралась вздремнуть, пошел за Хибари. А в спину ему смотрели грустные зелёные глаза. *** - Ну и как нам тебя наказать, Савада? - сказал Хибари, когда они пришли домой. - Ты хоть представляешь, как мы волновались за тебя? - П-простите, Хибари-сан. Я просто не хотел быть для вас обузой, - произнес дрожавшим голоском парень. - Ку-фу-фу, глупый маленький Босс. - Сказал Мукуро, обнимая вздрогнувшего Тсуну.- Ты никогда не был для нас обузой. - Ананас, ты на тот свет торопишься? - спросил Кея зло, смотря на парня. Похоже, чувство ревности уже не на шутку разыгралось. - Оя, оя, вовсе нет, - глаза хранителя тумана недобро поблескивали. Кажется, одного проигрыша ему было мало. - Успокойтесь, пожалуйста, - произнёс Тсуна уставшим голосом. Сегодня был слишком насыщенный день. К тому же он всё ещё беспокоился за Гокудеру. Затем, не обратив внимания на недоумевающие взгляды, парень пошёл в ванную. Ему снова было больно. Он опять чувствовал себя лишь игрушкой. Хоть Хибари и пришёл за ним, это наверняка из-за того, что ему позвонил Реборн и дал им нагоняй. Удушливые слёзы текли,не переставая. Неужели для них он всего лишь Босс, и не более? Приняв теплый душ, Тсунаёши вышел из ванны, натянув на себя обычную маску неуклюжего болвана. Хорошо, что никто из хранителей ему не встретился, иначе они бы обязательно заметили его красные глаза. Зайдя в свою комнату, он устало дополз до кровати. Куруми нежно мурлыкала под боком. Тсуна даже не заметил, как уснул. И снова, как в ту ночь, ему приснился сон, сон, в котором он был кошкой, а Хибари хозяином,только на этот раз он сказал: - Прости меня, зверёк, больше я тебя никогда не отпущу.