Единственная

— Мертв… — пробуя это слово на вкус, повторила Зеро. — Да, он был убит во время миссии… Преступников уже задержали и вынесли им суровое наказание. — проговорил Третий, внимательно смотря на выражение ее лица.       На лице розоволосой не отражалось ничего кроме шока. Ни злости, ни грусти, ни печали не было видно, она застыла, будто из нее разом высосали жизнь, и осталась только безжизненная кукла. Внутри же у нее бушевал ураган эмоций, она уже умерла в своем сознании бесчисленное количество раз, она очень жалела о том, что не смогла увидеть папу все эти месяцы, что она провела в Конохе, она ужасно была зла на себя, ведь она почти не вспоминала о нем.       Мысли лились рекой, одна за другой. Харуно не успевала ухватиться хоть за одну из них. Казалось, что в этот момент резко оторвали от нее огромную частицу ее самой. Она уже ничего не видела из-за слез, застилающих глаза.       Тут Сарутоби, который не пропускал ни единого ее движения, очень удивился, когда она подняла голову. Слезы бесконечным потокам лились по щекам. Но… она улыбалась… Сарутоби в шоке смотрел на нее, ожидая, что будет дальше. — Вот как… Понятно… я могу идти? — Зеро, ты… — Не переживайте Хокаге-сама… Со мной действительно все хорошо, — улыбаясь, как можно более искреннее и непринужденнее, — сказала Харуно. Она вышла за дверь не дожидаясь реакции Третьего.       Идя спокойным шагом по коридору, улыбка не сползала с ее лица и только, когда она вышла из резиденции и никого не обнаружив, испарилась.       Появившись на тренировочной площадке, которая была дальше всех от деревни. Лицо скривилось от боли, ноги подкосились, слезы полились с удвоенной силой. Зеро упав на траву и схватившись двумя руками за сердце, закричала, выпуская все свои накопившиеся за всю свою жизнь невысказанные эмоции. Но в первую очередь боль, от потери столь дорогого ей человека. Папа всегда помогал ей, замещал маму и друзей, учил ее. Все, что она знала на данный момент, ее научил отец. Всегда защищал, заботился, любил, как никто другой. Она очень любила его… и будет любить.       Скрывать эмоции в ее жизни приходилось очень часто. Зеро ненавидела, когда ее кто-нибудь жалел. Это было самое страшное для нее. Ей до сих пор снится этот испуганный и жалостливый взгляд Сакуры. В нем было столько эмоций, что Харуно никак не могла забыть о нем.       Находясь посередине тренировочной площадки, окруженной деревьями, Зеро, оплакивая в одиночестве свое горе, не заметила чакру, которая исходила от черного ворона, с красными как кровь глазами, сидевшего на одном из деревьев и внимательно наблюдавшего за ней.       Крича продолжительное время, она не подозревала о том, что таким образом от нее исходит колоссальные потоки чакры, истощая ее. Потеряв все силы, она упала на траву и уснула.       Пробыла она на поле весь день и ночь, не замечая времени. Из такого состояния ее вывел тот самый ворон. Взмыв в небеса, он поднял шорох листьев, что заставило Зеро приподняться.       Встав с земли, подумав, что ей легче, она отправилась в деревню. Так же не увидев немного наклоненные деревья, которые посредством выпущенной ей чакры, склонились к земле.       Еле дойдя до дома и отблагодарив Бога за то, что там никого не оказалось, она поднялась в комнату, переоделась и уснула.       На следующий день Зеро проснулась, но не собиралась вставать с постели, тупо смотря в потолок. Тут дверь в ее комнату открылась: — Дорогая, как ты себя чувствуешь? — встревожено спросила Мебуки.       Закрыв глаза, глубоко вдохнув, пытаясь выдавить из себя хоть слово, она сказала приподнятым насколько это было возможно голосом: — Со мной все хорошо, Мебуки-сан. Я просто немного полежу и спущусь к завтраку. — Но дорогая уже четыре часа дня… Где ты была все это время? Мы тебя искали весь день и всю ночь, вся деревня на ушах стояла, — обеспокоенно смотря на Харуно проговорила женщина. — Тренировалась. — Милая, мне так жаль! — чуть ли не плача, говорила мать Сакуры, садясь на край кровати и нежно положив руку на лоб Харуно. — Мы не оставим тебя одну! Мы уже поговорили с Хокаге-самой на счет этого… И если ты не против, то можешь остаться у нас, — пытаясь улыбнуться говорила Мебуки. — Спасибо, Оба-сан, — тихо произнесла Зеро, лежа с закрытыми глазами. — Похороны состоятся завтра. Ты должна прийти… — сказала мать Сакуры, опуская взгляд на пол. — Хорошо, — держась из последних сил, чтобы не заплакать, произнесла розоволосая. — Отдыхай. — сказала Мебуки, вставая с кровати и выходя из комнаты.       У женщины складывалось такое впечатление, что Зеро вовсе и не была расстроена смертью отца. Настолько у нее был приподнятый голос.       Как только дверь за Мебуки закрылась, Харуно уже не могла сдерживать свои эмоции.       Слезы… опять слезы… И на этот раз очень тихие, почти не слышимые всхлипывания.

***

      На следующий день, все кто знал Даичи — отца Зеро, стояли около его могилы, прощаясь с ним. Так же пришли и товарищи розоволосой и Какаши-сенсей, чтобы поддержать своего друга. Но самой Зеро — единственной дочери Даичи, не было. Все были удивлены.       Кизаши вспомнил, что когда они выходили из дома, Зеро была с ними. Так куда же она могла подеваться? Не могла же она оторваться от них и заблудиться. Очень долго ждали розоволосую, но в конце концов решили начать без нее.       Когда церемония была закончена и все разошлись, из-за дерева к могиле очень медленно начала приближаться чья-то тень. Это была пропавшая Харуно. Подойдя к плите и прикоснувшись к ней, Зеро закрыла глаза, прощаясь с отцом. И не заметив, что за ее спиной кто-то стоит, она, повернувшись, подпрыгнула на месте: — Саске, кретин! Какого черта, ты здесь делаешь? — вскрикнула Харуно, и не давая ему ответить затараторила с новой силой, — Разве ты не должен был уйти с остальными? Ну в самом деле, нельзя же так пугать! — Зеро, посмотри на меня.       Гордо подняв голову, думая что выдержит разговор с ним, резко сказала: — Ну что еще? — из-за слез она видела только расплывчатый силуэт. — Хватит лгать самой себе, — спокойно сказал он.       Она уже чувствовала, как сотрясаются ее плечи в беззвучных рыданиях и не выдержав, подняла руки к лицу, закрывая его и заплакала горькими слезами утраты.       Саске же не зная, что делать в таких ситуациях, как поддержать плачущего человека, тем более ее, положил руку к ней на плечо, пытаясь хоть как-нибудь исправить ситуацию. Хотя после этого движения, он совершенно не понимал, что надо делать дальше. Но не успев даже подумать над этим, почувствовал, как Зеро всем телом прижимается к нему, ища поддержки. Его кофта на плече моментально промокла из-за ее слез. Учиха растерялся, он не думал, что все сложится именно так. Не зная куда деть свои руки, он вспомнил, что когда-то его тоже обнимали, и что нужно в таких случаях делать, обнял ее в ответ. Он не хотел видеть как она плачет, хотя сам не до конца осознавал это. И мог сделать все, чтобы больше не видеть ее слез. Уткнувшись ей в макушку он почувствовал такой сладкий запах меда, который сопровождал ее с того самого момента, как они встретились. Зеро уже успокоилась, но не спешила разрывать такие теплые и нежные объятья, он знал об этом… но сам не хотел чтобы это закончилось. Пошел дождь, а они так и стояли обнявшись, совершенно не замечая времени.

***

      Вся промокшая, Зеро наконец дошла до дома. Войдя, она увидела дома только Сакуру. — Зеро, как ты? Где ты была? Мы все так волновались! — сразу набросилась на нее Харуно. — Да, все в порядке, — сказала Зеро, слегка улыбнувшись, вспоминая то, что было некоторое время назад. — Хаа? — взгляд Сакуры сменился с сочувственного на удивленный. — И чему это ты так радуешься? — очнувшись, зло спросила она. — Не важно. — убирая улыбку, сказала Зеро. — Как это не важно? — воскликнула сестра, — У тебя умер отец, Зеро! Отец! А она улыбается! Как так можно? Ты… — Заткнись, Сакура! — не выдержала старшая Харуно.       Сакура немного испугавшись, вновь взяла себя в руки и сказала: — Да ты… Сердца у тебя нет! Ты холодная, бесчувственная… — Я сказала, замолчи!       Сакура плача от переизбытка чувств, резко повернулась к входной двери и выбежала из дома, хлопнув дверью.       Оставшись в одиночестве, в пустом доме, Зеро опять охватила грусть, сильнее прежней… Слышать такие слова от родного человека, смерть отца… все это накрыло с новой силой, слез уже не было… она и так выплакала их еще на поле, куда переместилась после резиденции Хокаге.       Голова закружилась, ноги подкашивались. Ей было страшно. И Саске уже не поможет! Еле дойдя до лестницы, пытаясь сделать шаг и подняться в свою комнату, в её глазах потемнело и она упала в обморок.

***

      Проснувшись, она обнаружила себя в больнице, в тот же момент открылась дверь.       Подумав, что она еще не готова с кем-либо говорить, розоволосая прикинулась спящей. Этот человек подошел ближе и встал около кровати: — Может хватит притворяться? — с усмешкой было сказано незнакомым голосом.       Зеро медленно открыла глаза и увидела странного мужчину у которого были длинные белые, стоявшие ежиком волосы. От глаз и вдоль щек к самому подбородку тянулись две красные линии. Огромный свиток за спиной. Но после его осмотра, она перевела взгляд в потолок. — Вау, да ты красотка! Такие чувственные глаза… Верно говорили про тебя, что ты и Сакура, как две капли воды, но взгляд… совершенно разный… — Кто вы? — Ах, дааа, — протянул он, — Я же не представился… Я Джирая, один из трех санинов, легендарный отшельник с горы Меобоку!!! — заорал он на всю палату, для чего-то размахивая руками.       Зеро выдохнула, закрывая глаза: — Теперь я понимаю… — Хм? Что? — Почему Наруто зовет вас извращенцем… — Нани?! Да, как он… хаа — вздохнул он, — Не слушай его. Он просто… стой! Что значит, понимаешь?       В ответ ему было молчание, поняв что розоволосая не настроена на разговор в шутливом тоне, Джирайя решил перейти к тому, для чего он собственно здесь. — Хах, ладно. Ты знаешь, что ты Избранная, так ведь? — мгновенно приняв серьезный вид, проговорил он. — Знаю, но не понимаю, что это значит… — переводя взгляд с потолка на него, сказала Харуно. — Это сила принадлежит ребенку, который рождается раз в пятьсот лет в клане Харуно… и на этот раз, им оказалась ты. — Что за сила? — Колоссальный объем чакры, почти что равный объему Девятихвостого Демона Лиса, который напал на Коноху тринадцать лет назад. Ты же знаешь про него… и про Наруто? — Да. — Насколько Какаши мне рассказал о тебе. Ты, благодаря своему отцу, который научил тебя правильно и равномерно распределять чакру в своем теле, единственная из всех родившихся Избранных, которая смогла дожить до тринадцати лет… — Что?! — глаза Зеро расширились от ужаса. — К-Как… как же так? — Да… остальные с трудом доживали до пятилетнего возраста… Но одного я не могу понять. — Чего? — Эта способность, которая проявилась у тебя в Лесу Смерти… Печать Бьякугоу… — Бьякугоу? — Вот этот маленький ромбик на твоем лбу, — сказал он, тыкая в лоб Зеро. — И что она делает? — спросила она, трогая печать. — На эту способность тратиться огромнейший объем чакры, но зато она может излечивать твое тело… и не только твое. Даже если тебе отсекут тело от ног, они срастутся вновь. — Обалдеть! — Эту способность может использовать моя старая знакомая… Она одна из санинов и просто невероятная неудачница в азартных играх — Цунаде, — говорил Джирайя, слегка улыбнувшись, предаваясь воспоминаниям. — Цунаде, я уже где-то слышала о ней, — задумчиво протянула Зеро. — Ну еще бы, — рассмеялся санин. — Так, почему она появилась у меня? — Вот это, я никак и не могу понять… И судя по всему, она у тебя несколько отличается, так как проходит по всему твоему телу, а у Цунаде только на лице. — И… зачем вы это рассказываете мне? — подозрительно прищурившись, спросила Зеро.       Джирайя рассмеялся. — А ты разве не хочешь знать?       Слегка успокоившись, она улыбнулась. — Спасибо вам, Джирайа-сан… За все. — Оу, да я ничего не сделал, — скромничал санин. — А что со мной произошло? — Ты была истощена и у тебя был сильный стресс, но насколько мне сказали, ты уже в норме, — улыбался он. — Ну так что, пойдешь смотреть на своих товарищей? — Что? Уже сегодня? Сколько же я проспала? — в шоке уставившись на него, спрашивала Зеро. — Ну, около двух дней… — Надо быстро собираться! Они еще не начали? — Ты успеешь, — улыбнулся Джирайя. — А вы? — А мне нужно в другое место. Увидимся. — улыбнулся он напоследок и исчез.       Зеро же быстро собравшись, помчалась к арене.