Единственная

Прошла неделя.       Ребята с успешно выполненной миссией возвращались в деревню, но за все время пути, никто не проронил ни слова. И вот они уже около ворот деревни: — Эй, Наруто, ну как успешно закончили миссию? — небольшая пауза, наблюдая все ли на месте. — А где Зеро? Она же с вами была? Только не говори мне, что ты за ней не уследил и потерял по дороге. — весело поинтересовался Изумо, который стоял на охране ворот селения.       Не поднимая взгляда Наруто только отвернулся, не проронив ни слова. — Что такое? — удивленно спрашивал страж, надеясь увидеть, как блондин повернется к нему с ослепительной улыбкой и скажет, что зов природы оказался сильнее Зеро, и она не дотерпела до деревни.       Но его ожидания не оправдались. Позади он услышал какой-то треск, и развернувшись через плечо, он увидел небольшую повозку, которая медленно приближалась к Конохе, вслед за командой номер семь. — Не может быть… — в страхе прошептал он, смутно догадываясь, что произошло. — Это невозможно! — вторил он, переведя взгляд на санина.       Жабий Отшельник только кивнул, подтверждая опасения чунина. И глаза мужчины в ужасе расширились. Могильный скрип кареты прекратился, повозка остановилась…

***

      В этот день солнце затянуло черными тучами, грозился пойти дождь. Пятая Хокаге деревни Листа стояла около окна с занесенными за спину руками, наблюдая за жизнью деревни. Только что ей доложили об ужасном известии: была убита ее единственная ученица, тем человеком, которого Цунаде ненавидела всей своей душой. Сначала Третий Хокаге, потом Саске, а теперь и Зеро. Кого же этот Змей заберет в следующий раз? Цунаде была удивлена, что за такое короткое время успела так привязаться к этой девчонке. Она была зла на себя, ведь если бы она не отправила их на эту ужасную миссию, то ничего бы не произошло. Сверкнула молния, и одновременно с ней по щеке внучки Первого Хокаге прокатилась одинокая слеза.       Какаши чувствовал себя не лучше. Он снова решил проведать своих товарищей по команде. Стоя посреди поля и смотря на памятник, который поставили в память тех, кто отдал свою жизнь на благо деревни, он вспоминал свою ученицу.

«Зеро, прости меня, я не смог тебя защитить. Я должен был отправиться на эту миссию вместе с вами… Ты была очень сильной куноичи, я горжусь тобой. Порой мне казалось, что тебя просто невозможно сломить… Никогда не показывала свои настоящие эмоции и погибла в бою, как истинный шиноби. Обито, Рин, позаботитесь о ней.»

      Наруто не мог заставить себя выйти из дома, он целый день тупо смотрел в потолок и вспоминал все моменты, проведенные вместе с этой удивительной девушкой. Она всегда защищала его от нападок Сакуры и Саске, но и сама могла зарядить так, что мало не покажется. Он слегка улыбнулся этой мысли. Она всегда была непредсказуемой, упрямой и очень настойчивой. Действительно, ее прозвище, как нельзя лучше подходило ей. Наруто очень много раз замечал, как она без труда находит общий язык со многими людьми и как-то подсознательно влияла на них, заставляя их делать то, что хочет она, и они просто не могли злиться на нее. В битве с Орочимару, когда он узнал, что его друг больше никогда не откроет глаза, он взбесился. Старику Отшельнику еле удалось успокоить его, чтобы чакра Лиса не поглотила его сознание полностью. Он нахмурился.

«Нет! Я не верю, что она умерла! Она не могла так просто погибнуть, только не Зеро, которую я знаю!»

      Сакура просто не находила себе места, она была уверена, что именно из-за нее сестра умерла. Она была очень напугана и рассеяна, все валилось из рук, почему-то у нее было ощущение, что ее вот-вот обвинят в ее смерти. У Харуно начались кошмары, в который всегда присутствовала Зеро, каждый раз обвиняя ее и утягивая за собой в бездну, из-за чего Сакура нередко просыпалась ночью с громкими криками, пугая родителей до исступления.       В первый раз команда №7 ощутила какого это, терять товарища безвозвратно. И дали себе обещание во что бы то ни стало вернуть Саске назад.

***

      Вечер. Все было подготовлено к похоронам и вот потихоньку начал собираться народ, чтобы проститься со своим товарищем. Пришли даже те, кто только понаслышке знал непредсказуемую Зеро Харуно. Хокаге, как глава селения, стояла впереди всех со склоненной головой, словно в поклоне. Да, она действительно преклонялась перед ней, ведь не каждый шиноби, не говоря уже о ребенке, встретит так бесстрашно свою смерть… лицом к лицу.       Пошел дождь, но никто не собирался расходиться. Само небо скорбело по этой девушке вместе со всей деревней. Во время похорон никто ни проронил ни слова. Все прощались с храброй куноичи — Харуно Зеро.

***

      Открыв глаза розоволосая увидела непроглядную тьму:

«Где это я? Я… умерла?»

— Здесь есть кто-нибудь? — поднимаясь, спросила в пустоту Харуно.

Раздалось только эхо. «Да, что за черт? Что произошло? Ничего не помню.»

      Вдруг все тело пронзила острая боль, и Зеро согнулась пополам, держась обеими руками за голову. Мысли путались. Недавние воспоминания начали проноситься яркими вспышками. Голова раскалывалась.       Зеро резко открыла глаза от того, что боль неожиданно отступила.

«Что это было?»

      Все начало светлеть, приобретать очертания, и вот перед юной куноичи начали вырисовываться силуэты двух маленьких совершенно одинаковых девочек, которые весело смеялись и играли. Тут одна из них встала и пошла за соком, который стоял неподалёку. Развернувшись, чтобы пойти обратно, розоволосая принцесса споткнулась на ровном месте и полетела с испуганным криком вниз. Открыв глаза, она не почувствовала боли, зато увидела свою точную копию, которая стояла в нежно-зеленом платье, на котором красовалось светло-оранжевое пятно от напитка. Глаза другой девочки наполнились слезами, и она уже хотела заплакать в голос, но неожиданно боковым зрением она уловила тень. Повернув голову, она увидела вдалеке темноволосого мальчика, который шёл в их сторону. Ужасно расстроившись, что он застанет её в таком виде, она закричала: — Зеро, я ненавижу тебя!!!       И скрылась за ближайшим поворотом, который вёл к дому. «А? Я помню этот момент. Так это я и Сакура! А этот мальчик… Саске?!»       А последний выживший из клана все приближался к малолетней Зеро. Девочка встала, удивлённо смотря вслед сестре, но тут услышала такое высокомерное…

«Хм…»

      Повернувшись на этот голос, розоволосая грозно посмотрела на очень даже симпатичного мальчика, но когда она его рассмотрела, то вспомнила, что её сестренка только о нем и говорила, но на всякий случай решила уточнить: — Так это ты, тот самый Саске-кун, который нравится Сакуре?       Брюнет немного удивился такой прямолинейности, но потом перевёл взгляд куда-то позади розоволосой. Проследив за ним, Зеро увидела уже переодетую в новое платьице Сакуру, которая от стыда готова была провалиться сквозь землю.       Смотря на это и совершенно не понимая почему сестра так буравит ее взглядом, Зеро добавила: — О, так ты уже переоделась?! А это тот самый мальчик, да? — мило улыбнулась, поворачиваясь к брюнету. — Я Зеро Харуно. Рада познакомится!       Протягивая руку проговорила девочка, брюнет безразлично посмотрел на неё и, закрыв глаза, продолжил свой путь. — Хм… Какой невоспитанный! — пробурчала Зеро, складывая руки на груди. — И что ты в нем нашла? — Зеро, что ты наделала?! Постоянно только и делаешь, что все портишь! — воскликнула Харуно и с криком «Саске-кун, постой», поспешила догнать брюнета.       Все начало вертеться и мутнеть. Теперь розоволосая оказалась посреди площади Конохи, где продают разные сувениры туристам. Понятия не имея, что она должна увидеть, Зеро пошла вдоль улицы. Вдруг неподалеку она заметила небольшое столпотворение. Подойдя туда и расталкивая всех, пыталась она пробраться в середину. Зеро замерла.       Прямо в центре этого сборища людей лежал голубоглазый блондин, который в шоке смотрел перед собой. Он уставился на хрупкую девичью спину розоволосой девчонки, которая расставив руки в стороны, загораживала блондина от злого продавца. — Он ведь просто подошел посмотреть! Что в этом такого? Вы не имеете права так обращаться с ним! — Замолчи, девчонка! Ты ничего не знаешь. Так что не вмешивайся не в свое дело! — зло кричал продавец. — Но он ведь… — вздох, — С вами бесполезно спорить, я куплю у вас маску. — говорила она, поднимая ее с земли.       Отдав деньги продавцу, она развернулась к блондину. — Вставай! — улыбнулась она, подавая ему руку.       Голубоглазый подозрительно посмотрел на нее, и неуверенно начал протягивать руку в ответ. Зеро помогла ему подняться. — Держи! — протянула она ему маску. Мальчик покраснел. — Эмм, спасибо. — выдавил он из себя.       Розоволосой надоело такое пристальное внимание со стороны прохожих и закричала: — Шоу окончено. Прошу всех разойтись!       Народ громко о чем-то перешептываясь, начал потихоньку рассасываться. Но Харуно не удовлетворило то, что какой-то… кхм… упитанный мужчина продолжал внимательно вглядываться в нее. — Эй ты, толстый! Заняться больше нечем?       Мужчина зло цокнул и нехотя начал разворачиваться. — Так-то лучше. — удовлетворенно улыбаясь, произнесла девочка. — Вот стервятники, правда?!       Наруто же удивленными, со светящимися надеждой глазами, смотрел на нее. Девочка улыбнулась. Блондин уже открыл рот, хотя что-то сказать, как до их ушей донесся грозный крик: — Зеро!       Ребята повернулись в сторону крика. На одной из крыш домов, они заметили темный силуэт со сверкающими молниями глазами. — Папочка… — испуганно воскликнула голубоглазая. — Извини, мне пора! Увидимся позже! — подмигнула она блондину и запрыгнула на крышу в противоположном направлении от темной фигуры. — Постой, как тебя… — не успел договорить он, как девчонка уже скрылась за домами. — …зовут?       Он взглянул туда, где стоял неизвестный, но на крыше тоже никого не оказалось. Тогда он перевел взгляд на маску в своей руке и улыбнулся по известной только ему причине.       Зеро же смотрела на свои воспоминания из детства со стороны и улыбалась. Неужели в детстве она была такой неугомонной?       Но вдруг картинка сменилась, теперь Зеро стояла посреди поляны, наблюдая за своим отцом и собой. Это происходило не так давно. От этого зрелища её начали одолевать слезы

«Папа…»

— Нет, Зеро! Я запрещаю тебе! — Но почему?! — топнув ножкой, возмущалась она. — Это может быть слишком опасно! — Что может быть опасного в том, чтобы я совершенствовала свои навыки ниндзя?! Я все равно рано или поздно стану шиноби деревни Листа и ты не остановишь меня!       Она развернулась на каблуках, желая показать насколько ей обидно, и притопывала ногами во время ходьбы. Мужчина же только грустно смотрел на спину своей единственной дочери. — Глупенькая… — вздох, — Я только пытаюсь защитить тебя. За тобой уже начали охоту…       Харуно уже не сдерживала свои слезы: — Папа… прости меня! Прости меня, пожалуйста! Я… мне так страшно! Мне так тебя не хватает… — подходила все ближе к отцу Зеро.       Она встала перед ним, но его взгляд смотрел сквозь нее. Розоволосая решила обнять его, пусть она не почувствует тепло и нежные объятья в ответ, но она хотела это сделать, так как винила только себя в его смерти. Зеро пыталась достучаться до призрака прошлого. Но тут все начало приобретать прозрачность. — Что? — она заметила сквозь отца стволы деревьев, — Нет! Не исчезай! Папа!

Папа!!!

Земля под ее ногами осыпалась, и девочка полетела вниз. Зеро тщетно пыталась за что-то ухватиться. «Спаси меня, папа!» — кричала она проваливаясь в бездну и наблюдая в последний раз отца, который стремительно отдалялся от нее.       Вернувшись в реальность, она начала открывать глаза. Первое, что она увидела был черный потолок.

«Мне… не удалось уйти.»

— Ты уже проснулась?! — послышался голос Змея.       Зеро передернуло. По всему телу пробежали мурашки. — Что? — вздохнула и набравшись смелости произнесла, — Что ты хочешь со мной сделать? — Ничего особенного. Просто хочу перелить твою чакру в моё тело. Видишь ли, она не совсем обычная, она может залечивать раны. Мне такая способность очень пригодится. — прошипел он, злорадно улыбаясь.       Зеро поняла, что на этом её лучшая жизнь закончилась и начался ад. Через несколько дней, в одной из комнат убежища Змея: — Так вы хотите, чтобы я перелил ее чакру в ваше тело? — стоял на одном колене слуга Орочимару. — Да, я хочу, чтобы ты сделал это. Я на тебя рассчитываю… Кабуто. — Но, позвольте… Не факт, что получится. Это очень долгая и болезненная операция, тем более с таким невообразимым объемом чакры, как у нее… Ваше тело может не выдержать, а ваша чакра с инородной может не ужиться вместе и… — Довольно, я уже все обдумал. — Но…       Орочимару уперся в него таким взглядом, что лучше бы этот очкарик молчал с самого начала. — Вы… — осторожно начал Якуши, — Рассказали ей?! — Не удержался… — его настроение резко поменялось. Он высунул свой язык и голодным взглядом смотрел куда-то сквозь сероволосого, видимо, уже предчувствуя свою будущую мощь.       Кабуто сглотнул ком в горле, он знал, что если господин в таком настроении, то лучше не перечить и сделать все так, как он говорит.

***

      Прошло два года, а из Зеро все продолжали высасывать чакру. Это был ужасно болезненный процесс. Каждый день утром и вечером её уводили в комнату с этим страшным оборудованием, которая высасывала энергию. Харуно бесчисленное количество раз пыталась сбежать, но все было тщетно, ее всегда находили и возвращали назад, даже до того как она успевала выбраться из подземелья.       Все свое время она проводила в одной комнате, в ней не было ни кровати, ни стола, ни даже стульев. Только из стены торчали недлинные цепи, к которым ее приковывали каждый раз, как она возвращалась в эту клетку. Это были необычные цепи — блокираторы энергии. Так что каждый раз, когда розоволосая пыталась применить чакру, то невероятной силы разряд тока нещадно бил девушку, что почти каждый раз она теряла сознание от невыносимой боли. И она оставила свои попытки. Просто смирилась с тем, что ей никогда не выбраться отсюда.       Благодаря тому, что у нее забирали энергию, она слабела с каждым днем, поэтому выглядела, как кукла. Только надо было дернуть за ниточки, чтобы она сделала все, что хочет кукловод.       Тут в комнату вошел верный слуга Орочимару — Кабуто и увидел повзрослевшую розоволосую куноичи, одежда была уже вся изношена, поэтому её переодели только в то, что закрывало самые интимные места. Грудь была прикрыта черным топом, испачканном в крови, как и все ее тело. На ногах же были надеты короткие лосины такого же цвета. Все тело было разукрашено красными узорами — царапинами, которые до сих пор кровоточили, создавая противную боль, к которой девушка уже успела привыкнуть. Руки и шея были прикованы цепями к стене. А на запястьях были запекшиеся глубокие раны от попыток девушки освободиться. Волосы отросли до пояса и потеряли свой жизненный блеск. Взгляд был безразличным, светло-голубые глаза побледнели еще больше, казалось, что девушка ослепла. Но не смотря на то, что она была пленницей, кормили ее очень щедро. Поэтому грудь стала более объемной, а сама фигура приобрела более женственные формы. — Тебя хочет видеть Орочимару-сама. — спокойно произнес Якуши.       Зеро же не сделала ни единого движения, даже глаза продолжали смотреть в ту же точку, что и до этого. Казалось, что она напрочь лишена всех органов чувств.       Кабуто подошел к ней и начал отвязывать цепи от стены. Как только он это сделал, то с их помощью потянул пленницу на себя, помогая, таким образом, ей подняться.       Как по мановению волшебной палочки, розоволосая поднялась и покорно отправилась за своим сопровождающим.       Шли они достаточно долго. Дольше, чем обычно. Зеро поняла, что они идут не в ту «Комнату Смерти», как она ее обозвала, еще в первые дни своего пребывания здесь, а намного дальше. Внезапно Кабуто остановился и, бросив цепь, вошел в комнату, оставив девушку наедине с самой собой, прямо посреди коридора.

«И что это значит? Неужели они настолько уверены, что я не сбегу?! — только розоволосая хотела сделать шаг, чтобы попытаться еще раз. «Вдруг получится?» — как увидела впереди силуэт. Судя по пропорциям, мужчины, который медленно приближался к ней.

      Девушка в каком-то предвкушении ждала момента, когда этот человек выйдет на свет. Она уже так давно не видела людей, не считая Орочимару и Кабуто. Хотя нет… Все правильно. Не видела она людей. Эти два человека… их нельзя назвать людьми. Они монстры… чудовища! Она не раз видела в той же самой комнате «Смерти», как они проводили беспощадные эксперименты над людьми. Те люди извивались и орали так, что кровь стыла в жилах от их терзаний. А эти два существа спокойно смотрели на это. Поток ее мыслей был прерван, таким знакомым: — Хм…       В первый раз за два года Зеро испытала что-то кроме боли. Глаза расширились, дыхание участилось, ноги подкосились, ладони вспотели. Эмоции разом свалились на нее, как будто все это время она специально копила их, чтобы именно в этот момент они разом хлынули, заставляя ее испытывать так много. Радость, счастье, злость, боль… Слезы начали одолевать ее. Наконец-то она слышит… слышит такой знакомый, такой родной голос, но… В момент собравшись, она взяла свои эмоции под контроль. И оставила только… злость. Злость от того, что покинул их, от того, что не попрощался, от того, что вообще заставляет ее испытывать эти дурацкие чувства!       Наконец, он вышел на свет свечей. Теперь она его видела так же хорошо, как и он ее. Молчание. Харуно внимательно следила за каждым его движением. Но он ничего не делал, его тело оставалось неподвижно. Тогда Зеро заглянула ему в глаза и… Как будто облили ледяной водой! Почему он так пристально смотрит?       Его взгляд с лица спустился ниже и заскользил по всему ее телу. Зеро ужасно смущалась прям, как тогда в больнице, только сейчас все было гораздо… интимнее, что ли? Зеро подняла на него взгляд. Его лицо приобрело более мужественные черты. Она опустила взгляд ниже на мощную шею, выпирающие ключицы, крепкие плечи, широкую грудь, накаченный пресс и ниже… Он был вылеплен идеально. Зеро невольно прикусила губу. Неожиданно она поняла, что стоит перед ним, можно сказать, в нижнем белье. И тогда засмущалась еще больше, но слава Богу ничем не выдала себя. Ей уже порядком надоел оценивающий взгляд товарища, и она раздраженно рявкнула: — Насмотрелся?

«Странно все это… Почему, когда я в таком виде перед Орочимару и Кабуто, то ничего такого не испытываю, а тут все и сразу?»

      Его глаза мгновенно встретились с ее. Они молча сверлили друг друга взглядом. — Идиот… — закрыла глаза. — Ты даже не представляешь, что испытывали Наруто и Сакура, когда ты ушел. — Мне плевать.       По коже пробежали мурашки, когда она в очередной раз встретилась с товарищем взглядами. — Ты не вернешься? — Хм… — лукаво улыбнулся он, — А ты как думаешь?       Розоволосая опустила взгляд, но не успела она ничего заметить, как оказалось прижатой к стене. На горле поверх кандалов она почувствовала крепкие пальцы, с силой сжимающие ее тонкую шейку. Она даже не успела понять, что произошло, как послышался его прерывистый шепот прямо над ухом: — Смотри мне в глаза, когда я разговариваю с тобой.       Глаза Зеро расширились. В сознании в тот же миг предстала та картина в больнице два года назад, она тогда сделала тоже самое с Саске.

«Он… помнит?»

      Учиха сам не понимал, что двигало им в этот момент, просто на секунду перестал контролировать себя. Когда она оказалась так близко, он уловил исходящий от нее аромат меда, аромат тепла… дома. Нет! Саске отшатнутся от нее как от огня, и в этот момент дверь в комнату открылась: — О, Саске-кун, и ты здесь? Ты разве не должен быть на тренировке? — Орочимару не пришел… — Ах, точно — протянул Якуши. — Прости, Саске-кун, но сегодня потренируйся без него. Господин плохо чувствует себя… — Хм…       Владелец шарингана молча развернулся и постепенно начал пропадать в темноте коридора. Харуно провожала его взглядом до того самого момента, пока знак с символом Учиха на его кофте не растворился в темноте. — Зеро, Орочимару-сама ждет тебя. — прервал ее мысли Кабуто, делая приглашающий жест в сторону двери.