Ведьмы из Ростова - на - Дону ("Зачарованные" по - русски)

      - Скажи бабуль, а ведь до нас три Ведьмы ни разу не сражались со Степионом? Верно? – спросила Прасковья. Сестры и Хранитель уже около часа сидели на чердаке. Под бдительным взором бабушки они сочиняли уничтожающее заклинание. На коленях у Фаины лежал большой кристалл в форме сердца – Сердце Магии. Сложность состояла в том, что уничтожающего заклинания не было. Было зелье, но заклинание каждый раз нужно было сочинять новое. Сердце Магии должно было само отреагировать на нужное заклинание, послав видение той, кто держал его в руках. Времени оставалось все меньше и все, находящиеся на чердаке начинали нервничать.       - Три Ведьмы, Зачарованные Ведьмы никогда сражались с этим Демоном? – повторила свой вопрос Прасковья.       - Нет, ни разу, - ответила Павла Поликарповна.       - Но ведь втроем мы в три раза сильнее, значит мы можем навсегда уничтожить Степиона, верно? И отомстить за маму!- в голосе Пары была решимость.       - Девочки мой! – глаза призрачной старушки затуманила боль. – Мои большие, маленькие, смелые, умные девочки! Конечно, можете! Да, Лева, могут же? Хранитель кивнул.       Послушай, Зло, пришедшее с глубин,       Чтоб завладеть той силой Доброй, Светлой       Навеки сгинь, навеки сгинь,       О Стипион, да сгинешь ты навечно! – проговорила Пела.       - Есть! – воскликнула Фаина. – Видение! Это оно! Нужно заклинание! Пойдем на набережную?       - Не все так просто, - остудил пыл Ведьмочки Хранитель. – Это раньше на набережной пусто в ночи было, а сейчас… любят там гулять теперь. Надо сделать так, чтобы набережная была пуста. Хотя был пол часа. Могут быть жертвы, – после секундного молчания добавил Лева.       - Есть идея! – Прасковья взяла в руки телефон. – Дензел? Это Пара Праздникова. Нужна твоя помощь. Да, это очень серьезно. Нужно сделать так, чтобы на набережную, к Ростовчанке, никто не подходил. Хотя бы полчаса. В идеале - оцепление. Можно? Что? Придумать легенду? Ну, скажи, что Бондарчук фильм снимать хочет и ему нужно, что бы его фотограф поснимал набережную. Пустую. Да, мы твои должники. Да, прихвачу фотоаппарат. Спасибо, Дензел.       - Договорились! – выдохнула девушка. Тут телефон зазвонил. Трубку схватила Фаина.       - Да? Что? А Пара, поняла, извини, а Пела? Ну ладно, обещала, сделаю. Дай ему мой номер. Пока! – Фаина положила трубку. – Вот зачем ты сказала Дензелу, что мы его должники? – спросила она старшую сестру. – Ведь потребовал долг. Сообразительный, блин. У них там новый зам. начальника РОВД, из столицы переехал. Молодой. Одинокий. Разговорился он как-то с нашим другом, пожаловался, что никого в городе не знает. А ему бы девушку – миленькую и кареглазую. Но не на улице же с ней знакомиться? Вот сейчас Дензел про меня и вспомнил. Сказал, что Пара не подходит, потому что… Пела слишком серьезная, а я типа что надо. Ладно, где наша не пропадала, пожертвую собой, схожу на это дурацкое свидание, - Фаина притворно вздохнула, но всем окружающим было ясно, что она польщена тем фактом, что именно ее из трех сестер выбрал Дензел для свидания с шефом.       - Ладно, поехали на набережную, - напомнила о деле Пара, - подход к ней для всех, кроме нас, оцепят на тридцать минут, начиная с полуночи. – Ты с нами или своими силами доберешься? – обратилась она к Хранителю.       - Сам доберусь, - все еще избегая взглядов Пелы, проговорил Лева.       - Девочки мои! Я не могу последовать за вами, но я верю в вашу победу, и когда вы вернетесь, я буду ждать вас.

***

      Все оказалось просто. Может быть слишком, просто. Ведя машину в сторону дома, Прасковья вспоминала битву. В общем-то, и битвой ее назвать было сложно – при свете полной луны из воды выползало почти лишенное очертаний Нечто. Скользя по брусчатке набережной к подножию Ростовчанки, Степион на мгновение остановился, и Ведьмам показалось, что на бесформенной массе прорезались два, наполненных ненавистью глаза. Но странно, помимо ненависти во взгляде было удивление – Демон ждал Ведьму, но ни как не трех, крепко взявшихся за руки Ведьм. Сестры произнесли заклинание, кинули зелье. Степион исчез так, будто и не было его никогда. А потом случилось то, из-за чего она, Прасковья, ведя машину к дому не могла сдержать улыбку: Лева, их Хранитель, страховавший их, стоя возле Ростовчанки, подошел к Пелагее, и на глазах у сестер крепко поцеловал ее: «Да плевал я на все! Пелагея Праздникова, ты будешь со мной встречаться?» - спросил он. Разумеется, Пела согласилась. И сейчас сладкая парочка целовалась на заднем сидении.       -Бабушка! Бааа!!!! Мы победили! – Фаина первая влетела в дом.       - Разумеется, победили, вы же мои девочки, - нежный голос принадлежал хрупкой молодой женщине, смутно похожей на… - Мама? – севшим от волнения голосом почти прошептала девушка. – Мама.       - Мама! – изумленная Прасковья во все глаза смотрела на женщину, Пела почти плакала.       - Да, девочки мои! Я люблю вас, всегда любила. Мне жаль, безумно, безмерно жаль, что я так рано покинула вас, но я всегда с вами. И, я рада, что вы выросли такими… Такими красивыми и чудесными.       - Мама, - прошептала Фаина, но мать уже исчезла.       - Она придет еще. Теперь можно, - голос принадлежал бабушке. – Вы сделали великое дело, девочки мои. Сердце Магии в безопасности. До следующего Демона.       - У нас тут идея, - вставил слово Хранитель Лева. – Анатолий - скульптор, который изваял Ростовчанку, сейчас преподает скульптуру в одном из художественных вузов страны. Если поговорить с ним? Если кто-то из его учеников создаст скульптуру Сердце, а потом Анатолий пробьет в мэрии ее установку на набережной – недалеко от Ростовчанки, внутрь скульптуры можно будет поместить Сердце Магии… Положительные эмоции – самая сильная защитная магия: люди будут любоваться на Сердце, фотографироваться с ним, улыбаться, глядя на него. И их эмоции, светлые эмоции будут лучшим защитным оберегом для Сердца Магии. - Прекрасная идея, займись этим, Лева! – одобрила бабушка, - А вы с Пелой, я смотрю, сговорились-таки. Ну и правильно! – старая Ведьма подмигнула внучкам и исчезла.       - Мне тоже пора! Отдыхайте! Я буду завтра. Уром, - поцеловав счастливую Пелагею, Лева растворился в бликах серебристого света.       - На этой радостной ноте, я пожалуй отправлюсь спать, - Фаина покинула сестер.       Следом за ней засобирались спать Пела и Пара. Слишком много произошло сегодня. Разойдясь по комнатам, сестры еще долго не могли уснуть, каждая из них думала. О маме. О ее гибели и о чуде, благодаря которому они смогли увидеть ее. А Пелагея думала еще и о Леве, о том, что они теперь кажется, вместе и этот факт, безусловно, делает ее счастливее.

***

      - Фая, Фаина! – голос Пелагеи разбудил ее в… будильник у кровати показывал страшную рань - десять утра. – Тебя к телефону Фая. Домашнему. Мужчина. Незнакомый.       - Кого там принесла нелегкая? – недовольно ворча, Фаина взяла трубку, но по мере разговора, голос девушки начал теплеть, и заканчивала разговор она уже, почти воркуя.       - И кто это был? – Пелагея послала сестре вопросительный взгляд.       - Дензеловский начальник. Тот холостяк, с которым я должна была сходить на свидания по просьбе нашего друга. Спросил не могла ли я сегодня сходить куда-нибудь вечером? Я обещала Дензелу, так что сказала, что могла. В общем, в шесть он зайдет за мной. Николай. Его зовут Коля Терочкин. И если он хотя бы в половину так хорош, как его голос… - Фаина мечтательно закатила глаза, - где там была твоя чудо-масочка, Пел?