Выбирая тьму

Глубокая ночь нависла над Бейкон Хиллс, окутывая каждый уголок города покрывалом мрака. Пустынные улицы кое-где освещались теплым желтым светом от фонарей, привлекая к себе ночных насекомых, то и дело бьющихся о горячие плафоны светильников. В бездне ночи не было ни единого звука, кроме стрекотания сверчков и шелеста буйной листвы. Окно на втором этаже, в небольшом доме шерифа, было закрыто, чтобы ночные шорохи не нарушали и без того беспокойный сон его сына. Там, в своей комнате, молодой человек ворочался в постели. Тяжело дыша, он развернулся на спину, крепко ухватившись за край одеяла и сжав его. Сквозь ночной кошмар он повторял раз за разом «Нет», больше и больше покрываясь холодной испариной. «Не выпускай их» шептал он, каждое слово отдавалось в воздухе с болью и страхом. Мягкая простыня шуршала под ним, становясь жестче и холодней, а воздух вокруг начинал приобретать металлический оттенок. Шуршание ткани переросло в скрежет, и юноша открыл глаза. Он был вовсе не в своей комнате, а заперт в металлическом ящике с прорезями на уровне глаз, через которые слабо пробивался свет. Парень судорожно огляделся и в панике несколько раз ударил о переднюю стенку короба, от чего волна неприятного железного грохота разлетелась в воздухе. Еще один удар, и металл поддается ему, стенка отскакивает в сторону, и он делает шаг вперед, оказываясь в школьной раздевалке. Тихий свист школьного шкафчика разносится в помещении, окутанном ночным мраком. Сомнений нет, это его школа. В темный пустынный коридор слабо пробивается уличный свет, рассеиваясь на полу и стенах через оконные жалюзи. Ночной гость медленно двигается по коридору, оглядываясь, в ожидании возможной опасности. Недалеко от него приоткрыта дверь в школьный кабинет, что-то манит его туда, зовет без слов и парень двигается вперед. Поражающая тишина вокруг нарушается его шагами, когда он переступает порог комнаты. Знакомый кабинет разрушен, мебель разбросана по углам, а пол усыпан листвой и рваными книгами. В центре помещения разместился старый пень, покрытый мхом и грязью. Корни его уходили вглубь, разрушая кафель. Это Неметон. Молодой человек нехотя подходит ближе к нему, протягивая руку к шершавой древесине. Неведомое чувство влечет его и манит подойти ближе. Когда его рука почти касается дерева, он ощущает холод, идущий от него, но не успевает он убрать руку, как из пня вырывается нечто, крепко ухватившее его за запястье, сильней затягиваясь вокруг руки. Мгновенье и он просыпается. Жадно хватая воздух, парень садится на кровати, пытаясь придти в себя после кошмара. Одежда неприятно прилипла к телу, словно у него был сильный жар. Он все еще чувствует жжение на коже, оставляющее неприятный осадок. -С тобой все нормально? – сонный женский голос раздается рядом с ним. – Стайлз? Теплая рука ложится ему на плечо и нежно гладит его, успокаивая и разрушая тревогу. Девушка приподнялась с постели и села рядом, убирая шоколадную прядь своих прямых волос за ухо. Борясь с сонливостью, она тревожно смотрит на парня и дарит ему нежную улыбку. Она так мало улыбается, но каждый раз ее улыбка уникальна, словно создана специально для него. -Да, это был просто сон, - он шумно выдыхает, радуясь, что кошмар позади. – Такой странный, словно сон внутри сна. -Ночной кошмар? – девушка крепче сжимает его плечо и хмурит брови. -Да, - выпалил он и накрыл ее ладонь своей, крепко сжимая, как будто сейчас она испарится, как и его сон. Девушка ободряюще смотрит на него своими темными глазами, которые в ночном свете кажутся почти черными, глубокими как бездна. Ее рука по-прежнему у него на плече, медленно гладит его, разливая нежное тепло по коже. Стайлз напрягся, его, как облили ледяной водой, когда он понял, что ее не может быть здесь. В этом он уверен на сто процентов, как бы он не желал, чтобы она была сейчас рядом, но эта девушка не может быть его подругой. -Погоди, Рейн, - Стилински начал раскачивать головой, как будто пытаясь растрясти мысли внутри нее. – А что ты здесь делаешь? В тот же миг дверь его комнаты медленно приоткрылась, впуская темноту коридора на порог. Эта темнота безмолвно звала к себе и Стайлз начал вставать с кровати. Но Рейн крепко ухватила его за руку, удерживая на месте. -Подожди, - коротко кинул парень. -Стайлз, ты куда? – он услышал ноты беспокойства в ее голосе, те самые от которых раньше у него щемило в груди. -Просто закрою дверь, - юноша не мог оторвать глаз от темноты, которая сочилась через приоткрытую дверь. -Просто ляг спать, - прошептала девушка, вновь пытаясь увлечь его назад в постель. -Нет, ее надо закрыть, - Стайлз аккуратно убрал ее руку со своего плеча. -Да забудь ты про нее, - недовольно буркнула она. -А если кто-нибудь войдет? – парень, наконец, встал с кровати и словно в бреду пошел к двери. Капельки пота проступили на лбу, а волнение вновь нарыло его как волна. -Это кто же? – Рейн откинула одеяло в сторону, с беспокойством и раздраженностью смотря, как уходит Стилински. – Ложись спать, Стайлз. -Вдруг они войдут? – шептал он, шаг за шагом приближаясь ко тьме. Воздух сгущался, отчего дышать становилось сложнее. Аккуратно ступая по мягкому ковру, Стайлз ловил себя на мысли, что ощущение присутствия чего-то или кого-то возрастает. Казалось, что там из темноты кто-то наблюдает за ним. -Кто войдет? – вопросом на вопрос ответила Рейн и беспокойно всматривалась в спину молодого человека. Когда парень оказался совсем близко к двери и протянул к ней руку, ощущение тревоги окончательно поглотили его. Дышать было почти невозможно, как будто его лишили одного легкого. -Стайлз, не делай этого, прошу! – Рейн нервно заерзала в постели, а глаза ее стали влажными. – Стайлз! Стайлз, возвращайся в постель! Пожалуйста! Голос девушки начал срываться, наполняясь отчаянием. В любом другом случае, Стайлз бросил бы все и тотчас вернулся к ней, сделал что угодно, лишь бы не слышать ее такой беспомощной и напуганной. Но сейчас он был уверен, что делает все правильно. Когда его пальцы коснулись холодной дверной ручки, он замер, ожидая самого худшего. -Не надо Стайлз! Не надо! – закричала Рейн и ее звонкий голос разлетелся по комнате. – Не ходи туда, прошу! Не ходи туда, Стайлз! Но крики ее были напрасны. Крепко обхватив ладонью ручку, Стайлз открыл дверь и бархатная темнота погладила его по коже. Делая шаг вперед, парень вновь покидает свою комнату, оказываясь в лесу. Листья под ногами шуршат и трескаются, а в легкие поступает прохладный сырой воздух. Стилински видит перед собой Неметон, что еще десять минут назад был в его сне. Густой туман начинает давить на него со всех сторон, поглощая его. Вспышка яркого света слепит парня и он прикрывает глаза ладонью, дабы хоть как-то защититься от ослепляющих лучей. Срубленное дерево притягивает к себе, словно желая захватить Стайлза. -Это сон, это всего лишь сон, - как очухавшись от бреда произнес юноша. – Выкинь его из головы! Тебе это сниться! Казалось, что вокруг все заходило ходуном, а яркий свет, окружающий Стайлза, ухватился за него и сдавливает как тиски. Неожиданно стало шумно, звуки напоминали испорченную радиоволну, которая разъедала мозг изнутри. Силы начали покидать его, а паника и страх захлестнули сполна. -Просыпайся, Стайлз! – закричал парень и схватился за голову, крепко сжимая ее. – Проснись! Тишина. Теплые лучи солнца согревали кожу, старательно пробиваясь в окно. Стайлз открыл глаза и с облегчение вздохнул. Теперь он проснулся. Кажется, что проснулся. Комната была залита утренним светом, обещая хорошую погоду. Парень поднял голову наверх и посмотрел на прикроватный столик. На нем стояла небольшая рамка с фотографией. На ней был он и Рейн, в тот вечер их первого и последнего свидания. Она не хотела фотографироваться, но Стилински добился от нее один кадр. Она крепко прижимает к себе выигранного в тире медведя, а он неловко обнимает ее со спины, одной рукой пытаясь сделать фото. Рейн улыбается ему с фотографии, такая простая улыбка, но в ней чувствуется капля горечи. -Эй, - дверь в комнату открылась и на пороге оказался отец, одетый в форму. – Время просыпаться. Шуруй в школу. Стайлз на локтях приподнялся на кровати и посмотрел на отца. Все же не сон. Тяжело вздохнув, юноша опустил ноги на пол и, протерев лицо ладонями, встал.

***

-И ты не мог проснуться? – друг Стайлза, Скотт, быстро спускался по лестнице ведущей к корпусу школы. -Не-а и это было просто кошмарно, - Стилински ухватился за ремни своего рюкзака. – Ты когда-нибудь слышал о сонном параличе? -Нет, а мне стоит об этом знать? –неуверенно ответил Скотт. -Тебе когда-нибудь снилось, что ты сейчас проснешься, но ты не мог не пошевелиться и заговорить? – проигнорировав друга, Стайлз продолжил. -Да, бывало, - выдохнул Маккол, готовясь услышать подробный рассказ от друга. -Такое бывает, потому что во время быстрого сна тело, в буквальном смысле, парализовано. Это называется миастения. Если во сне тебе сниться, что ты бежишь, на самом деле это не значит, что ты бежишь, - затараторил юноша, активно помогая в речи руками. -Логично, - Скотт согласно кивнул. -Но иногда твой разум может проснуться раньше твоего тела. В эту долю секунды ты и осознаёшь, что твое тело парализовано. И вот тогда начинается страшное! Сон превращается в кошмар. Ты можешь чувствовать что ты падаешь, что тебя душат или, как в моем случае, ты в центре рощи магических деревьев, где людей приносили в жертву. Парни остановились недалеко от входа в школу. Стайлз шаркнул ногой и прищурившись посмотрел на солнце. В воздухе повисла недосказанность, давящая сверху как камень. Мимо пробегали ученики, шумно разговаривая между собой и смеясь. Казалось, что эти двое находятся в другом мире, в мире где нет зловещего дерева друидов, оборотней, охотников – ничего. Атмосфера вокруг кипела жизнью, заполняя все и всех, но только не двух друзей, знающих, что такое тьма. -Значит, она была там? В твоем сне во сне другого сна? – Скотт медленно озвучил вопрос, попутно пытаясь понять, все ли правильно он сказал. -Да, была, - Стилински уставился на свои кеды, но затем нехотя поднял глаза на друга. -Когда ты был у нее последний раз? Сколько времени уже прошло? – начал наседать Маккол, прекрасно зная все ответы на свои вопросы. -Скотт, я не могу прийти к ней с пустыми руками, опять! – парень пожал плечами, словно защищаясь от неловкого положения. – Вновь заявиться туда и обещать, что я найду способ вытащить ее, что разберусь с тем, что случилось с ней – я не могу врать ей! А видеть, как она меняется там, в «Доме Эхо» невыносимо. Она как живой скелет, обтянутая кожей. С каждым днем она зарывается в себе глубже, что я начинаю думать, что ей уже никогда не помочь. Скотт понимающе смотрел на друга. С момента, когда Рейн оказалась в «Доме» прошел примерно год. За это время им не удалось приблизиться к разгадке, а сама девушка не могла ничем помочь, так как ровным счетом не помнила ничего, что произошло с ней в тот день, когда она оказалась жертвой темного ритуала. Подруга таяла на глазах, растворяясь в собственных мыслях, как сахар в воде, лишь оставляя сладкий привкус воспоминаний того, кем она была до всего этого. -Еще если учитывать свалившийся на наши головы Неметон, то возможно скоро придется разделить с ней плату в психушке, потому что лично мои нервы начинают сдавать. Не просто так я вижу все эти кошмары, - подытожил Стайлз и они направились к зданию. -Думаешь это может что-то значить? – Скотт открыл входную дверь и парни вошли в школу. -А что если то, что мы сделали той ночью все еще влияет на нас? -Посттравматический стресс, - предложил Маккол. -Вроде того, - Стилински приподнял брови, соглашаясь с мыслью друга, но в тоже время оставаясь в неведенье и сомнениях. – А хочешь знать, что страшнее всего? Парни сели за свои парты, друг за другом, скинув портфели на пол. Стайлз нервно осмотрелся по сторонам, а затем пару раз сжал кулак, надеясь собраться с мыслями. Скотт повернулся к нему, облокотившись рукой на парту друга и внимательно посмотрел на него, ожидая продолжения. -Я не уверен, что и сейчас в реальном мире, - наконец озвучил парень. Резкий толчок, словно при падении, вырвал Стайлза из очередного сна. Юноша с криком вскочил с постели, одолеваемый неуправляемой паникой и ужасом. Мир в очередной раз перевернулся для него, лишая его самоконтроля. По телу разбежалась утомляющая дрожь, влекущая за собой испарину и озноб. Дверь в комнату распахнулась и к Стайлзу быстро подбежал его отец, мигом схвативший сына. От жуткого крика, казалось, содрогаются стены. Парень хватался за руки своего отца, вновь и вновь ерзая в его объятьях. -Стайлз! – отец крепко обнял сына, стараясь удержать его. - Тихо… Все хорошо. Но слова старшего Стилински не доносились до Стайлза. Он знал, что хорошо уже никогда не будет.

***

Неяркий желтый свет подрагивал в лампе, мерцая с короткой периодичностью под потолком. Комната начинала погружаться в сумерки, а огромный оранжевый диск медленно опускался по небосводу, прячась за горизонтом и увлекая город в ночной мрак. Последние лучи солнца еще отражались на блестящей стеклянной поверхности окна. Это был корпус «А» в «Доме Эйкона», зал для встречи с посетителями. У окна стояла хрупкая девушка, обхватившая себя одной рукой, а второй она медленно водила по стеклу, чертя невидимые глазу узоры. Тонкий пальчик аккуратно вывел линию и девушка замерла. Ее темные глаза смотрели вдаль, грустно наблюдая за очередным закатом, который она вновь проведет здесь. Она закрыла глаза и опять заводила рукой по стеклу. Шорох крыльев раздался за ее спиной, оповещая о вторжении. -Здравствуй, Кастиэль, - тонкий силуэт ее фигуры светился в лучах света, когда она повернулась спиной к окну, чтобы приветствовать гостя. -Здравствуй, - ангел держал в руках небольшой сверток. Рейн знала, что это было принесено по ее просьбе. – Я достал то, что ты просила. -Замечательно, - девушка развернулась и рукой поманила своего гостя. – Я должна тебе кое-что показать, Кас. Смотри. Она подошла вплотную в окну, почти касаясь его губами. Быстрым движением, от края до края стекла, выдохнула, срывая с губ теплый воздух. Причудливые иероглифы появились на стекле, заполняя все окно. Она сделала пару шагов назад, рассматривая свое творение. -Это японский, - Кастиэль внимательно смотрел на письмена. -Да, - задумчиво протянула Рейн и повернула голову к ангелу. – Но ты ведь знаешь, что я не говорю на японском. Ангел протянул ей сверток, из которого она быстро извлекла толстую старинную книгу. Ветхий переплет оставлял на руках пыльный осадок перемешанный с осыпающейся краской. Девушка открыла первые страницы книги, а затем оглядевшись по сторонам, прижала ее к себе. -Спасибо, надеюсь это то, что нужно, - она слабо улыбнулась ангелу. – И как всегда, не говори ничего братьям, хорошо? -Рейн, я не одобряю твоих действий. Но я дал тебе обещание, - мгновенье спустя, ангел испарился, громко шурша своими крыльями. Она последний раз посмотрела на горизонт. Солнце уже скрылось, а небо стало темное, с редкими звездами небрежно рассыпанными по ночному полотну. Крепче сжав книгу, Рейн наряжено вздохнула и, откинув волосы назад, задрала подбородок вверх, придавая себе горделивый и уверенный вид. Иероглифы уже пропали со стекла, оставляя лишь отражение девушки на нем. -Один на один с собой, - прошептала она.