Спорим?

      — Ну, как дела, сынок, как там Туманный Альбион поживает? — спрашивает Маркус Итон у сына.       — Неплохо, пап, — говорит Тобиас, прожевывая кусок индейки, — со временем привыкаешь ко всему, и к дождливому Лондону в том числе.       — А как у них дела обстоят с девушками? — спрашивает мой отец. — Нашёл себе кого-нибудь?       Тобиас как-то странно мрачнеет, но потом говорит, глядя на меня:       — Есть одна девушка, правда, она пока сама не знает, что я к ней испытываю, — тихо говорит Фор.       — Ты робеешь перед ней? — искренне удивляется миссис Итон. — Никогда бы не подумала, что мой сын может быть робким!       Тобиас как-то странно передёргивает плечами и начинает ёрзать на стуле, он нервничает. Впервые вижу, чтобы мой друг робел перед девушкой. Может, действительно, влюбился?       — Это не робость, мам, — уверенно отвечает он, — просто я уважаю её и её чувства. Ладно, что вы всё обо мне? Лучше расскажите, как у вас дела?       Фор технично переводит тему разговора с себя на своих и моих родителей. Далее начинаются разговоры на тему «Как твоя работа?» и «Когда ты вернёшься домой?», на что Тобиас отвечает, что не знает, когда вернётся и вернётся ли вообще. Я, услышав это, застыла с вилкой в руке. Как это — не знает? Что он такое говорит? А как же я? Семья? Друзья? И вообще, вся жизнь? Он что, не понимает, что здесь ждут его верные друзья, родители? Как-то больно стало на душе. И кто же эта таинственная незнакомка, которой мой Фор боится признаться в своих чувствах? Неужели это та самая Розали?       — Трис? Трис? — выводит меня голос Тобиаса из размышлений.       Когда я выхожу из транса, то понимаю, что задумалась очень глубоко, что не заметила, как за столом остались мы с Фором. А куда делись все?       — Ты с нами? — смеётся Тобиас, глядя на меня.       — Почему ты мне не сказал о своих планах? — спрашиваю я в лоб.       Фор как-то виновато смотрит на меня и улыбается, потом отпивает из своего бокала и опять улыбается.       — Просто я решил, что, когда скажу ей о своих чувствах, тогда и решу, что делать, — поясняет Фор, — если она ответит на мои чувства, значит, я останусь с ней, если нет — значит, я уйду в сторону, не хочу мешать ей.       Я смягчаюсь, но всё равно мне немного обидно.       — Думаю, Розали ответит тебе на твои чувства, — как-то с грустью говорю я.       Не знаю, почему, но в тот момент меня одолела какая-то тоска, мне стало так противно от одной мысли, что Тобиас может забыть обо мне. Встречаясь с Питером, я никогда не забывала о своём друге, поэтому-то Питер всегда ревновал меня к нему, он видит в нём угрозу, поэтому, слыша от меня его имя, Питер всегда начинает злиться и психовать. Но, как бы то ни было, я про Фора никогда не забывала.       Ужин закончился хорошо. Наобщавшись с родителями, ближе к полуночи Фор вызывает для меня такси, и вот тут мне стало как-то жутко на душе. То ли от выпитого вина, то ли от переполняющих меня чувств и эмоций, я делаю то, отчего пришла в шок на следующий день. Когда такси подъезжает, я прощаюсь с родителями, мистером и миссис Итон, и иду к двери. Тобиас вызвался меня проводить, и вот уже на улице, когда мы подошли к такси, и Фор открыл дверь передо мной, я неожиданно для себя самой хватаю его за руку и шепчу тихо-тихо:       — Не оставляй меня одну, поехали со мной, пожалуйста?       Может, это и прозвучало дико, потому что Тобиас в этот момент посмотрел на меня испуганными и большими глазами, но руку он так и не убрал. Фор медлит буквально несколько секунд, потом разворачивается и идёт к дому, а я стою возле такси и смотрю ему вслед. Друг скрывается за дверью своего дома и выходит оттуда со своим пальто, перекинутым через руку. Я, видя это, просто начинаю ликовать от его поступка, ведь он мог и не вернуться. Но он вернулся, а это главное!       Мы садимся в такси на заднее сидение, и я расслабляюсь, кладу голову на плечо своего друга и постепенно начинаю проваливаться в дремоту. И последнее, что я слышу, так это голос Тобиаса:        — Всё будет хорошо. У нас.