Хрустальное пророчество

Над Хрустальным Замком повисла чёрная туча: в последние дни король Лорс отменил все свои переговоры, встречи, напрочь отказался выходить в люди. Слухи о смерти парнишки с молниеносной скоростью начали разноситься по Хрустальному миру, наводя народ на мысль о том, что их великий король больше не способен управлять своим государством. Мужчина и сам не раз думал о том, чтобы оставить пост и уйти на отдых, но его останавливало лишь отсутствие достойной замены. Лорс не мог оставить Хрустальный мир кому попало, а тот человек, на которого он возлагал все надежды, отныне и навсегда оказался заперт в бесконечной холодной Бездне. Король допустил непростительную ошибку. Что говорить о спасении целого мира, если он не смог спасти Августа? Совесть. Она мучила его настолько сильно, что король постарел лет на шесть, а то и больше. Каждый день, ложась в постель и закрывая глаза, он видел этого серьёзного, умного парня; он видел Судный зал, стул и прикованного к нему Августа, который уже пересёк ту самую, невозвратную грань.

***

Король сидел в Судном зале, пустым взглядом смотря в Бездну. В голове роилась куча мыслей, а на глазах наворачивались слёзы, смешиваясь с ненавистью к себе. «Я потерял тебя», — еле шевелил губами Лорс. Мужчина был подавлен, слабые движения рук говорили о многочисленных бессонных и мучительных ночах, появились морщины, глаза стали бледными и поникшими. Дверь зала распахнулась, и в неё вошёл Феликс. Парень уже полностью восстановился от яда, проникшего в его тело, но мысль о том, что Август — его верный и единственный друг — навеки покинул его, а он остался один в этом мире, не позволяла ему вернуться к прошлой жизни. Все его усилия были направлены на то, чтобы найти способ и вернуть Августа обратно, в Хрустальный мир, в их мир. «Я клянусь, — сквозь зубы проговорил Фэл, — я сделаю всё возможное и невозможное, но я спасу тебя». Феликс находился в палате, когда ему сообщили, что Август расплатился не по счетам. Первые секунды парень молчал, думая, что это какая-то шутка, но, когда в палату вошёл король, не осталось никаких сомнений — ему не соврали, это на самом деле произошло. В ту же секунду в голове Феликса словно взорвалась бомба, он резко вскочил с постели и с нескрываемой злостью и гневом направился к королю. Руки невольно сжались в кулаки, зубы были стиснуты, на лбу проступили капли пота, а глаза горели ярким пламенем. Парень был готов в любую секунду наброситься на него, но остатками сознания он понимал, что от этого не будет никакого толку, поэтому он пошёл другим путём. Феликс прекрасно знал, как Лорс любил их — его, Марка и Августа. В особенности Августа. Он также знал, что до конца своих дней король будет винить себя и угнетать за произошедшее, именно потому Фэл решил причинить ему куда большую боль, чем физическую. — Ты не отменил приказ, — твёрдо произнёс Фэл, его взгляд был устремлён на Лорса. — Я не успел… — с искренним сожалением ответил король, отводя взгляд в сторону, не решаясь смотреть юноше в глаза, — когда я зашёл в зал, Август… он уже пересёк грань, я ничего не мог сделать, Феликс. Понимаешь? Я не успел… он уже… он был… там. С каждым словом голос мужчины становился слабее, в нём чувствовалась дрожь, будто он вот-вот заплачет, руки тряслись. — Не успел?! — неожиданно громко воскликнул парень, — Ты не успел? — его эмоции начали брать над ним верх, и та маска, которая отлично скрывала его чувства, слетела, словно никогда и не была надета, а Феликс всё повышал голос, набирая темп. — Ты не успел, а Август «пропал»! Он разве заслуживал такой участи? Скажи мне, скажи! — Феликс вплотную подошёл к королю, напрочь забывая о том, кто перед ним стоит, и что подобный тон непростителен. — Ты забыл, Лорс, как Август не раз спасал тебе задницу, как он старался быть лучшим, лишь бы не огорчать тебя! Ты забыл, что был для него, для нас, примером! Ты был для него вторым отцом! — парень стукнул кулаком по стене, чтобы немного успокоить пыл. — Август хотел стать таким, как ты. А ты что? А ты не успел! Я не прощу тебя, слышишь? Никогда! Ты будешь мучиться, страдать… просыпаться каждое утро и вспоминать мои слова: это ты виноват во всём. — Он собирался выйти из комнаты, но помедлил. — И да, я больше не в твоём подчинении, мне здесь делать нечего. Феликс вышел и хлопнул дверью, оставив Лорса переваривать всю полученную информацию под звук пикающих приборов, в полном одиночестве. Мужчина понимал, что для Феликса это была трагедия, и то, что он перешёл грань, только подтверждает это. Именно поэтому он не перебил его и позволил выговориться, если учесть тот факт, что Лорс сам проклинал себя в этом. Феликс был прав. Он не спас. Он не успел. Он виноват. А Августа уже не вернуть.

***

Камилла находилась у себя в комнате, сидя на краю кровати, она смотрела вперёд пустым взглядом, когда Феликс влетел в дверь. Парень заметил, что девушка никак не отреагировала на его появление, и подошёл к ней. — Ками, — встревоженным и немного резким голосом произнёс он, слегка толкая её за плечо. Никакой реакции не последовало, что очень насторожило Фэла. Он присел на колени перед Девой и взял её за руки, они были ледяными. Лёгким движением парень приподнял её лицо вверх и то, что он увидел привело его в лёгкий шок. Глаза. Они были ярко-синими, и дело было даже не в радужке, вся роговица глаза была синяя. «Существует учение, — в голове Феликса прозвучал голос Августа, который периодически рассказывал ему что-то из своих научных книг, — когда человек, не важно: сам или под чьим-то влиянием, погружается в межтелесный транс, его глаза наливаются ярким оттенком синего цвета. Самое важное: человек может очнуться в двух случаях: если завершит транс сам, либо же кто-то вступит в транс и поможет вернуться в реальность». — Чёрт, — Феликс начинал злиться и переживать одновременно, и непонятно, какое именно чувство брало над ним верх. Парень нервно расхаживал по комнате и размышлял над дальнейшими действиями. Камилла была новенькая и сама войти в транс явно не могла, значит появляется вопрос: кто ввёл её в транс и с какой целью? Нужно срочно сообщить об этом королю. Стоп. А может ли он теперь доверять ему и надеяться, что Лорс и в этот раз не ошибётся. Ну, а что делать? Другого выхода нет, а пробовать самому войти в её транс без страховки в реальном мире очень опасно, есть вероятность затеряться или попросту умереть там. «Входя в чей-то транс, обязательно снаружи должен быть человек, ниточка, по которой ты в любую минуту можешь вернуться». Раньше этой ниточкой был Август. Связь парней была очень сильна, и им не составляло никакого труда проникать в чужие трансы и возвращаться целыми и невредимыми. «Но кто сейчас будет моей ниточкой? — пронеслось в голове у Феликса. — Марк». От этой мысли парню стало не по себе, а в сердце поселилось странное чувство. Чувство ревности. Но Фэл быстро отогнал от себя эти сомнения и уверенным шагом направился на поиски парня. Собирался ли он сообщить об этой ситуации королю? Да, пусть он его и не простит никогда, но рисковать жизнью Камиллы он не стал бы. А так как Лорс был самый старший и опытный человек в Хрустальном мире, без его помощи ему не вернуть Деву. Ему. Он не смог спасти друга, но он может помочь новоиспечённой Деве изучить этот странный и далёкий для неё мир.

***

Как только Лорс услышал про происшествие с Камиллой, он тут же направился в её комнату, по пути распоряжаясь найти Марка и отправить к ним. Всю дорогу они шли молча, в пустом коридоре звонко отдавались быстрые шаги, а тишина и напряжение только ухудшали ситуацию. — Я понимаю… — начал было король, в очередной раз собираясь просить прощение, но Феликс его перебил. — Нет, — его лицо оставалось суровым и непроницаемым, лишь глаза выдавали всю боль от потери, которую он так пытался скрыть, — я уже всё сказал. Я. Тебя. Не. Прощу. — твёрдо повторил он, выделяя каждое слово. — Я бы не стал обращаться к тебе, но одному мне не справиться. Поэтому заткнись и помоги. На этот раз успей. В этот момент они как раз подошли к комнате Девы, и Феликс первым зашёл в неё, показывая всем видом и поведением своё нежелание иметь что-то общее с этим человеком.