Когда развод - это только начало

Его трясло так, словно он пробыл в ледяной воде несколько часов. Казалось бы, что сейчас необходим только горячий чай и тёплое одеяло, но ведь вводить себя в заблуждение было совсем непросто. Сейчас бы бутылочку обжигающего бурбона и одного знакомого альфу вместо грелки. Альфу, который ещё полчаса назад крепко вжимался в его тело и молил о большем, молил сделать ему приятное. Но омега предпочёл обойтись элементарным онанизмом, причём ещё и не своим. Последние бессонные ночи, когда он валялся в хмельном бреду и грезил о том, чтобы почувствовать рядом ненавистного Пака… ничего за собой не принесли, когда он всё же смог его встретить и почувствовать. Он отказал альфе, который мог бы решить все его проблемы и избавить от недомоганий. Но, нет же! Бён побоялся. Нет, правильней будет сказать, Бэку не позволила гордость. И теперь из-за этой гордости ему грозит более раннее начало течки. Чёртов Чанёль всецело управляет его организмом. Он враг, но в тоже время и лекарство… Лишь одно радовало. Чанёль прекратил притворяться и выводить его из себя. Альфа пошёл на мировую, альфа пытается его вернуть обратно. Или просто провести ночь, которая уже никого и ни к чему не будет обязывать? Либо у Бёна синдром Принцессы, либо другие омеги не подпускают к себе Пака. Но ведь такого быть не может. Чанёль не дурен собой, и даже после развода Бэк подтвердит этот факт не единожды. Не значит ли это то, что альфа хочет именно его? - Вот же дрянь, - прошипел омега, ухватившись за весьма потрёпанную укладку, и за это спасибо известной личности. – Вот же, сука, дрянь! - В университете я был наслышан о твоём красноречии, но услышать подобное в живую… . Руководитель Бён, это почему-то не на шутку заводит, - услышал омега тихий смешок слева от себя. – Именно сегодняшнему твоему гардеробу ты всецело соответствуешь. Бекхён выругался, но уже стараясь это не озвучивать. Он совсем забыл, что находится в машине Чонина, который позволил ему так надолго углубиться в свои мысли. Омега недавно заметил, что с профессором ему феноменально отшибает рассудок и здравый смысл, потому что думает в эти моменты он только о Паке. Думает о прошлом, когда рядом сидит нечто самое красивое на планете. Дурак дураком. - В смысле, соответствую, профессор? – надул губки омега. – Я ведь могу направить свою злость и на вас. - Сегодня ты похож на студента, который не знает ничего кроме своего отражения, ночных вечеринок и погонь за капитаном студенческой сборной по баскетболу. И, да, он замечательно умеет браниться, отшивая от себя всех альф подряд, – смеялся Чонин, стуча длинными пальцами по коробке передач. – Может, ты позволишь быть твоим капитаном, Бекхён? Омегу даже немного перекосило от подобных заявлений, ведь столько событий за один вечер с ним давно не происходило. Он ещё не отошёл от встречи с бывшим мужем, хотя с удовольствием мечтал бы продолжить начатое. А тут ещё и долгожданное предложение, которое именно сейчас было чертовски лишним. «Я ведь думаю сейчас абсолютно не о тебе, Ким Чонин!» – возвёл глаза к небу омега, мысленно умоляя, чтобы этот вечер закончился. - Именно таким я и был в студенческие годы, - ответил Бён, пытаясь немного отплыть от ненавязчивого предложения альфы. – Быть слабым и беззащитным там нельзя. Нужно изначально всех построить и указать своё место. - Наверное, твой бывший муж и был самым популярным альфой, раз уж он смог обратить на себя твоё внимание? - Мой муж был гораздо старше. И он постоянно забирал меня со студенческого бардака, чтобы никто на меня не мог хоть на секунду позариться, - очень нежно улыбнулся омега. – Твердил, что в моих нарядах запрещено даже высовывать нос из комнаты, поэтому всегда укрывал меня своим пиджаком и уводил к машине. Бекхён и сам не заметил, как замечтался и обмолвился о бывшем муже хорошим словом. Их конфетно-букетный период действительно был замечательный, возможно поэтому ему так затеплилось в душе. Бекхён тогда любил внимание, а Чанёль дарил море внимания со вкусом непостижимой ревности. Пак сдувал с него пылинки, закрывал от чужих похотливых взглядов, защищал от извечных приставаний альф и даже ставил на место завистливых омег, наказывая им лучше ухаживать за собой, чтобы достигнуть красоты Бекхёна. Заботливый альфа на людях, а дома омега отгребал по пятое число, наслаждаясь бешенством обозлённого за день альфы. Нет, это было не страшно. Как может быть страшно, когда твой альфа сдирал с тебя остатки одежды и любил до рассвета, забываясь, что утром ждут дела их обоих. Он любил по-животному страстно, оставляя на Бёне всевозможные метки, чтобы быть полнейшим владельцем своего омеги, чтобы в его отсутствие никто и пальцем не коснулся Бекхёна. Каждый их день был как на вулкане. Вулкане, которым управлял именно омега, ибо он был главным инициатором всех ревнивых метаний альфы. Они жили этим, создавая поводы для мелких ссор, чтобы потом неоднократно мириться и ещё раз мириться. - А из-за чего развелись? – поинтересовался Ким, в очередной раз возвращая омегу на землю. – Я бы не хотел допускать в будущем таких ошибок. - Всё очень обычно, Чонин-а. Мы перестали друг другу доверять, потому что после свадьбы проводили очень мало времени с друг другом, - вздохнул омега. – Он был постоянно на работе, где было не место семейному человеку, из-за чего меня всегда переполняла ревность и злость. А я в отместку уходил из дому, когда он решался порадовать меня своим присутствием. Мы потеряли свои чистые запахи, в итоге и доверие. Но я и сейчас могу поклясться чем угодно, что всегда хранил ему верность. И лишь хотел призвать к ответственности за его безразличность ко мне,- Бён тяжело вздохнул, прикрывая на секунду глаза, чтобы не показывать внезапно заблестевших глаз. А ведь он никогда и не плакал по этому болвану, который даже не попытался удержать его. Они разошлись так, словно окончился трудовой контракт, где обе стороны продолжать сотрудничать больше не имеют желания. - Стандартная проблема человечества, Чонин, когда супруги думают, что после свадьбы от друг друга никуда уже не денутся, поэтому позволяют себе долгое отсутствие, пропадая на работе, в командировках или просто с друзьями. Чонин неуверенно прочистил горло, вероятней всего, почувствовав неловкость. Ведь он ненароком попал в чужую историю, чужие личные переживания и страхи. - Съездим куда-нибудь ещё? Ведь Чанёль с Кёнсу тоже куда-то убежали вдвоём, сказав, что их ждут в другом месте, - предложил альфа, разыгрывая перед ним внезапный азарт. Он пытался разогнать образовавшуюся тяжёлую атмосферу. Омега сжал крепко челюсти, лишь бы только не проронить очередное сладкое ругательство. Он не мог понять внезапной дружбы между этими двоими. И никакое Паковское «Ты же знаешь, что я здесь только из-за тебя» не спасёт положение. Он хотел бы очутиться на месте Кёнсу, но ведь так и не поддался на уговоры, когда альфа так его просил сбежать. То предложение звучало как в сопливой дораме, но ведь могло всё воплотиться в реальность… - Ты выглядишь слишком бледным, Бекки. - Отвези меня домой, Ча… Чонин. - Так значит сегодня ты озолотил прекрасную ручку Бэка своим семенем, - завопил Кёнсу, пытаясь перекричать орущую музыку в клубе Чанёля. – Звучит как тост. Выпьем, дылда! Альфа возвёл глаза к небу, пытаясь сдержать смех, ведь омега произнёс свой тост уж слишком звонко, обращая на себя много любопытных глаз. - А хотелось бы не только руку, - вздохнул Пак. – За сегодняшний ужин тебе отдельное спасибо. Я, наконец, сдвинулся с мёртвой точки. - Вы и дальше будете топтаться на одном месте, если попросту не переспите, - ехидно показал язык До, опрокидывая рюмку с любимым напитком. – А можно вообще Бэку забомбить бэбика и тогда вы будете повязаны до конца своих дней. Чанёль внезапно закашлялся, хватаясь за салфетку, чтобы хоть чем-то отвлечь себя в эту минуту, начиная её нервно комкать. - Ты говоришь сейчас как мой приятель, а не древняя подружка моего бывшего, - пробормотал ещё не отошедший от шока Пак, кромсая несчастную салфетку. – А вообще, Кёнсу, омегам запрещено столько пить! Вы начинаете говорить много лишних вещей. Да и рожать тебе, ко всему прочему. Омега отобрал из рук Пака раздражающую его бумажку и выкинул на поднос мимо проходящего официанта, абсолютно не обращая внимание на его немое возмущение. Сейчас омега должен был сосредоточить всё Паковское внимание именно на себе. - И Бэку твоему рожать, но он напивается как последняя тварь и включает свой чёртов пьяный тариф, где единственный номер – твой. Ой… . Но сейчас не об этом, - спохватился До, пряча перепуганные глаза от альфы. – Я хотел бы… Альфу словно подменили. Он широко раскрыл глаза, которые по величине от глаз До далеко не уходили и взволнованно стал пытаться связать хоть слово. Ведь Пак и так чувствовал, что бывший муж тянется к нему, пусть и прикрывая всё безразличием, но ведь не настолько же масштабно! - Он пытается позвонить мне, Кёнсу? Мой Бэк? – опешил альфа, хватая за грудки маленького омегу. – И ведь не даёшь сглупить ему именно ты? Ответь мне, До Кёнсу! – заорал альфа, тряся своего союзника. – Кёнсу, твою ж мать! - У вас даже ссоры нетрадиционные, - послышался сбоку знакомый ироничный голос. Парочка повернулась на звук, наблюдая перед собой знакомого руководителя Кима, с коим совсем недавно распрощались. - Кёнсу, я думал, что именно ты будешь держать альфу в кулаке, - ухмыльнулся смуглый альфа. – Чанёль, отпусти малыша, ведь это слишком грубо с твоей стороны. Он же такой у тебя миниатюрный. Пак машинально опустил руки, а Кёнсу подозрительно залился пугающим румянцем, ведь для маленького демона это было более чем сверхъестественно. «Парочка подростков», как прозвал их этот самый альфа, в корень растерялась и не знала, как восстановиться в глазах Ким Чонина. Который, к общему облегчению, подмигнул зардевшемуся омеге и двинулся в другую сторону барной стойки. - Я к чему вёл-то, - пробормотал омега осипшим голосом. – Теперь мне нужна твоя помощь, Пак. - Соучастником в твоих преступлениях, а я знаю, что ты их совершаешь, я не буду. Как бы ни был благодарен! - Вот же дубина! – заорал Кёнсу. – Включи мозги. Я не просто так про твоё отцовство заговорил. - Ты хочешь стать крёстным? Альфа почувствовал, как моментально среагировал омега и шустро приземлил свой кулак на его челюсть. Кёнсу был так чем-то озабочен, а нынче ещё и зол, что тяжело воспринимал Паковские шутки, да и кулак его стал тяжелее в разы… как подсказывала ему его будущая ссадина. А ведь про крёстного Пак и не думал шутить. - Ты знаешь за что, - был краток омега, подув на костяшки правой руки. – Я хочу сказать, что Ким Чонин мой альфа. А дальше, надеюсь, тебе всё стало ясно.