Осторожнее со слухами

      — Ты хоть понимаешь, что твоя сестра при смерти?! — кричала Титания, не скрывая злости. Люси в это время успела отползти к стене и сжаться в комок. Мысли бурным потоком заполняли её голову, от чего хотелось выть и рвать на себе волосы. Как? За что? Почему? Зачем он так поступил с ней? Что она ему сделала? Неужели он ненавидит её? Почему он не сказал ей, Люси могла покинуть его. Два предательства за несколько дней стали гранью девушки, от чего та непроизвольно взвыла, приковывая к себе внимание.       — За что? — хрипло спросила Сердоболия, не поднимая головы ни на кого. Она всё так же сжималась, не подпуская к себе через барьер ни Эльзу, ни Лексуса, ни Стинга, ни одноклассников. Брат Люси упал на колени перед её барьером и широко распахнул глаза, почувствовав, что Люси усилила барьер в его стороне.       — Люси, я всё объясню, — начал поспешно говорить Стинг, постукивая барьер костяшками пальцев. Он как никогда хотел её сейчас обнять, прижать к себе, дать ей опору и оправдать свои эгоистичные действия. Люси подняла голову и горьким взглядом заставила Стинга сжаться. Он и предположить не мог, что своими действиями может причинить столько боли своей сестре. Но… Она же его променяла. И на кого? На Лексуса Дреера. Ну, конечно, самый красивый парень Академии обратил на неё внимание. Почему бы не бросить брата.       — Знаешь, а это ты виновата. Ты виновата, что мне пришлось прибегнуть к её помощи. Я говорил тебе, что с Дреером нельзя связываться, но нет же, ты, как упрямый осел, пошла против меня. Ты променяла меня на Дреера! — Стинг встал с колен и острым взглядом посмотрел на Люси, которая после его слов непроизвольно впала в шок и убрала барьер. Перед её глазами пробежали воспоминания, когда они ругались в поместье. Тогда он с таким же надменным взглядом ледяных глаз, скривленной ухмылкой поджатых губ и нахмуренными бровями не стеснялся поднять на неё голос. Вот и сейчас он стоит в такой же позе, что и больше года назад.       — Я виновата? Напомни мне, это я заказала Минерву? Это я пыталась убить себя из-за метки нареченных? Стинг, разве это я всё сделала? — Люси не отставала от брата и встала на ноги, широко распахнув глаза в обиде. Не было слез или боли внутри, обида прожигала до кончиков пальцев, и, казалось, еще немного, и она не постесняется ударить его.       — А разве я тебя променял на девушку? Нет, это ты променяла меня на Дреера. Да он же шлюха мужского пола. Разве ты еще не поняла этого? Даже если бы не Минерва, то он бы все равно кинул тебя, — обстановка между двойняшками накалялась с каждой секундой. Их голоса не поднимались до криков, но было слышно горькую обиду в каждом. Дреер передернулся от лестных слов в сторону себя и зло сверкнул глазами в сторону Стинга, который не видел никого и ничего кроме Люси.       — Откуда тебе знать? Почему это вообще тебя тревожит? Мы тринадцать лет были в разлуке. Да, мы подружились, но это не значит, что мне нужна вселенская опека от всего. Я тоже хочу попрыгать по граблям и получить свой опыт. Зачем ты вмешиваешься?! — Люси медленно наступала на брата, не контролируя злость, бегущую вместе с кровью по венам. Её магия не находила выброса и медленно полупрозрачной дымкой окутывала её тело, которое приходило в норму от такого выброса эмоций.       — Хватит доминировать нашей разлукой. Я теперь с тобой, и я тебя не отпущу. Ты моя. Понимаешь? Ты моя сестра, я не могу просто так взять и отдать тебя похабному мужику, который имеет всё, что движется, — парень уже не сдержал повышенного тона. Взмахнув золотыми волосами, Люси злобно уставилась на брата и непроизвольно направила на него руку, начиная сжимать её в кулак. Парень застыл, словно статуя, и начала медленно опускаться на пол, под давлением магии сестры.       — Во-первых, я твоя сестра. Во-вторых, Лексус мой нареченный, и я не позволю так про него говорить. И не важно, предаст он меня или нет. В-третьих, ты самовлюбленный эгоист. Разве ты не видишь, что Минерва согласилась не просто так. Сам крутишься вокруг прошлого, а тебе надо идти вперед и дальше. Она хоть и имеет не лестную критику в Совете и по континенту, но кому как не тебе знать её. А ты лишь используешь её. Кто еще из нас чудовище? — Люси всё сильнее сжимала ладонь в кулак, заставив Стинга прибиться к полу и смотреть точно её в глаза. Минерва не ожидала таких слов от той, кому она сделала больно и заставила слечь в лазарет. Шок виднелся у всех на лице: Минерва, Стинг, Лексус. В глазах своего брата Люси видела, что помутнение сменяется осознанием того, что он натворил. Лексус не ожидал того, что даже после его предательства, пусть и шантажного, она все так же продолжит верить в него.       — Стинг, ответь мне, кто из нас чудовище? — спокойно спросила Люси, расслабляя ладонь, снимая с брата оковы. Стинг опустил голову, задумываясь над её вопросом. А ведь действительно, кто из них чудовище…       Люси терпеливо выжидала ответ брата, в то время как Стинг сидел на коленях и не смел поднять голову, растерянным взглядом впиваясь в плитку под ногами.       — Прости меня, — тихо выдавил Сердоболий, подняв голову. Осознание всего разложилось по полочкам. Он заставил Люси лежать в больнице, мучаясь от священной метки нареченных. Он заставил Минерву выполнять грязное дело, лишь просто купив её, как проститутку. Он заставил Лексуса потерять ту девушку, которая заставила его остепениться. А все лишь из-за ревности брата… Лишь ревность…       — Не передо мной надо извиняться, а перед Минервой, — ответила Люси, повернувшись к брату спиной. Он непроизвольно посмотрел вслед тому, как она уходит вместе с Эльзой. Прошли минуты и Спецкласс разошелся, оставив Сердоболия и Орланд наедине. Девушка все так же стояла у стены и смотрела хоть куда, но не на Сердоболия.       — Минерва, ты..? — Стинг не стал озвучивать свой вопрос, так как девушка все равно поняла его. Брюнетка устало откинула пряди волос назад и равнодушно стрельнула взглядом в Стинга.       — Даже если и так, то тебя это не касается. Раз задание отменяется, и твоя благоверная вправила тебе воспаленный мозг, то я могу уходить, — кинула девушка, отлипая от стены и уходя в противоположную сторону от Сердоболия. Парень сделал шаг в направление подруги детства, но тут же себя одернул. А не будет ли это ошибкой?

***

      — Люси, разве ты не зла на Стинга? Он же натравил на тебя Минерву, — спросила Алая, сидя в тайной комнате вместе с подругой. Люси сидела на полу и заворожено смотрела на полыхающий синий огонь в камине. Резвые языки пламени полностью выражали её внутренний мир. Вроде и зла, но понимает, что Минерва согласилась лишь из-за любви к Стингу.       — Она наемник. Не по своей прихоти она делает это. Если и искать на кого злиться, то на меня. Стинг очень ревнивый человек, и это переходит рамку родственных отношений. Он обрел сестру, но та тут же нашла себе парня. Его можно понять, а то, что я имела метку нареченных, он не знал. Так что это не его вина, — ответила Люси, не отрывая карих глаз от пламени. Голубые блики играли на её темной радужке, придавая шарм взгляду.       — Но это же ненормально. Ты как минимум злиться на него должна. Ведь из-за него Лекс так себя повел, — рьяно доказывала Эльза, не желая слышать подобные слова от Люси.       — Он мой брат, я не могу злиться. Это — как шалость в детстве. Дети всегда ругаются с братьями и сестрами, этот случай точно такой же, просто мы уже не дети, — легкая улыбка скользнула на лице Люси, и она умиленно опустила взгляд, вспоминая их детство, то, как они ругались после тринадцатилетней разлуки. Два блондинистых урагана носились по дому друг за другом, избивая всем, что под руку попадается. Умиленные взгляды родителей и легкость в душе. Была злость, ругань, но никогда не было ненависти. И первое препятствие, коим оказалась болезнь Люси, стала для них мировым контрактом. Сейчас у них была такая же перепалка, просто они выросли из ботиночек с ладошку и маленьких вещей.       — Но Люси, — гневно сказала Эльза. Блондинка лишь посмотрела на бушующую Титанийскую, и та сразу же успокоилась. Если Люси так мягко улыбается, показывая искры из глаз, значит все хорошо. Значит Люси в порядке…

***

      В комнате творился хаос. Девушки носились из угла в угол в нижнем белье, пока Эльза не стала всех строить. Горы вещей были на каждой кровати, а шкафы полностью выпотрошены. Бушующие дамы по очереди принимали ванну и искали, что же надеть в такой праздник. Новый Год. Полгода они отучились и совсем скоро займут пьедесталы Богоизбранных.       В это время за окном бушевала стихия зимы. Снежинки уже отплясывали вальс под ритм ветра. Пушистые шапки на деревьях в садах и парках. Кристально чистый ковер снега по тротуарам и дорожкам. Елки были изящно обмотаны волшебной мишурой, что переливалась под сферами огня, которые летали по всему периметру на улице. Стеклянные игрушки, расписаны самим Ридасом, что был известным художником на весь Фиор и что славился своими навыками и шедеврами. Фонарные столбы заменили ледяными полупрозрачными копьями, с которых светили сферы, созданные Стингом. В перекрестках дорожек стояли изящные живые фонтаны, созданные повелительницей воды — Дождией. По периметру так же ходили звездные духи, которым так любезно открыл врата Король Звездных Духов. Все студенты лишь восхищались их изяществом, телесными формами и грацией. Некоторые были из них забавны, но от них исходила невероятная энергетика, которая завораживала. Сам Актовый Зал еще никто не видел, кроме Спецкласса. Лишь глухие звуки живой музыки разносились по коридорам Академии.       — Люси, а ты чего не одеваешься? — спросила Лисанна, проходя мимо девушки в легком золотистом платье из шифона. Пепельновласая вопросительно уставилась своими аквамариновыми глазами на Люси, что не спешила отходить от окна.       — Уже иду, — легко кинула девушка, с трудом отрываясь от пейзажей за окном. Схватив чехол с кровати, она закрылась в одной из ванных комнат. Через несколько минут из ванной вышла девушка в шикарном атласном блестящем платье. Пышная юбка складками развевалась от её шагов. Платье держалось на груди, и на высокой талии был широкий ремень из драгоценных камней, которые россыпью шли ниже талии. Поверх насыщенной гладкой лазурной ткани шел один слой фиолетового полупрозрачного шифона, от чего платье переливалось холодными цветами. Золотые локоны, которые были короче привычного, свисали с конского хвоста пышными кудрями. Девушка слегка накрасилась и надела бриллиантовые украшения в виде подвески и сережек. Татуировку, что тянулась от плеча и до локтя забавными узорами она скрыла с помощью пары косметических средств и магии.       — Как и ожидалось от тебя, просто великолепно, — ободряюще сказала Эльза сконфуженной Люси. Та слегка улыбнулась накрашенными прозрачным блеском губами и поспешила отскочить от Дождии, которая сносила всех и вся.       — Люси, ты с Лексом идешь на бал? — спросила Миражанна, поправляя локоны Эвы, которая доверяла свои волосы только демонессе. Люси опустила взгляд в пол, надевая туфли на небольшом каблуке, и грустно улыбнулась, часто моргая, чтобы не пустить слезу.       — Нет. Мы не помирились. Да и не планировала я, Совет принял мою заявку на разделение. Так что разойдемся, как в море корабли, — на ответ блондинки многие пришли в шоковое состояние. Некоторые даже горько посмотрели на Люси, что опустила плечи и стояла дальше всех у окна, после того, как надела туфли. Они были самой обсуждаемой и красивой парой в этой Академии за этот год. Благодаря им Нацу, Грей, Гажил и многие другие осмелились признаться своим возлюбленным.       Люси и Эльза первые вышли из комнаты женской половины Спецкласса и встретили Фернандеса, который поспешил обнять Титанию и виновато посмотрел на Люси.       — Разве ты не с Лексусом? — спросил парень, прижимая к себе Алую. Люси отрицательно покачала головой и поспешила с улыбкой оставить пару, проходя мимо студентов к Актовому Залу. Слухи о том, что пара блондинов расстались разлетелась по Академии за несколько часов, и теперь парень все так же был в «отношениях» с Дженни, а Люси гордо шла вперед без любой опоры, как она и привыкла. Люси недолго мучилась одиночеством и встретилась лицом к лицу с Минервой Орланд, которая надела черное пышное платье и так же горделиво смотрела ей в глаза.       — Кхм, я пришла просить прощение, — откашлявшись, брюнетка протянула смуглую руку для примирительного пожатия и отвела взгляд в сторону, чтобы не наблюдать своего поражения. Да, она проиграла. Так же легко и просто, как и Люси. И обе доверились блондинам, которые были нареченными: Стинг и Лексус. Два противных блондина с тяжелыми характерами, но до придури милые и нежные.       — Мне не нужны твои извинения. Ты не виновата в том, что выполняла заказ, — ответила Люси, не смутившись взглядов студентов, которые оглядывались на них. Орланд смешно скривила лицо, но тут же удивленно уставилась на Люси, которая без презрения и отвращения на лице пожала ей руку.       — О тебе ходит множество неприятных слухов. По личному опыту знаю, что со слухами нужно быть осторожнее. Но, насколько мне известно, ты не сошлась со Стингом. Так что скрась мой вечер в своей компании. Раз он увидел в тебе красоту души, то и я хочу увидеть в тебе то, что ты старательно прячешь от всех, — Люси подошла ближе, скрепляя их договор волшебным заклинанием, и на запястьях обеих высветились две метки, которые тут же исчезли. Их договор действителен на одну ночь.       — Ты такая же настырная, как и твой брат… Но это и есть ваша общая черта, — Минерва не побоялась вызова блондинки и так же хитро уставилась оливковыми глазами во взгляд соперницы. Девушки расцепили руки и вместе направились в Актовый Зал, который был открыт для студентов и учителей. Волшебницы подходили ко входу, которым были две арки в невероятную высоту и украшены ледяными украшениями Грея и золотой пыльцой Эвы. Дальше следовали воздушные потоки, что развивали снег, который лениво падал с наколдованных облаков с потолка, но растворялся у мраморного пола. Вместо привычных каменных белых колонн в стиле барокко были полупрозрачные фонтаны, которые издавали приятный шум воды и были с примесью звездного блеска и планет. Студентки были во всей красе и разноцветными платьями блистали во всех уголках, в то время, как парни смиренно ходили в выглаженных и атласных костюмах и фраках. Живой оркестр был разделен на четыре части и восседал на облаках, которых витали под потолком. Столы из изящного вырезанного льда с разносортными лакомствами.       — Люси? О, так ты теперь у нас одна из ряда убийц, — язвительно кинула Дженни, которая неожиданно выросла между Сердоболией и Орланд с Лексусом под руку. Минерва поджала алые губы и злобно свернула глазами в сторону пшеничной блондинки.       — А ты, я смотрю, слишком смелая? Не забывай, что я убийца, и не тебе стоять у меня на пути, — ехидно ответила Минерва, подойдя к Дженни непозволительно близко, пугающе сверкнув взглядом. Люси одернула брюнетку и холодно окинула сжавшуюся голубоглазую взглядом. Красное платье ярко выделялось среди всех приглушенных тонов.       — Дженни, если ты очередная подстилка Дреера, это не значит, что он спасет тебя от всего. Я была не на одном побоище и убивала не один десяток магов, так что лучше молча иди танцевать, — нагло соврала Люси, подхватив Орланд под руку, и увела в сторону стола с напитками. Да, она была на многих сражениях и принимала в них не последнее участие, но никогда не убивала людей. Лишь монстры и из ума выжившие, но не обычные безвинные люди с чистой душой.       — А ты тоже не из робкого десятка, — похвально кинула Минерва, беря в руку хрустальный бокал с крепким напитком. Люси прихватила бокал с шампанским и выпила глоток, чтобы успокоить разволновавшееся сердце и ускоренный темп. Жидкость прохладой прошлась по венам, и позволила Люси снять легкое напряжение с себя. Блондинка, не долго раздумывая, пустила и второй бокал под хитрый взгляд брюнетки.       — Вы же нареченные. Почему ты так спокойно реагируешь? — спросила Минерва, опустошая бокал с крепким алкоголем. Ей было интересно неужели эта бойкая блондинка успела отпустить нареченного, когда не побоялась противиться ей.       — После того случая я не помирилась ни со Стингом, ни с Лексусом. Один закрылся в себе и не подпускал к себе никого, даже Роуга. Второй незамедлительно вступил в отношения с той девушкой — Дженни. А мне ничего не оставалось делать, кроме как подать заявку на разделение нареченных. Её тут же приняли, и завтра я уже освобожусь от этих оков, — грустно ответила Люси, опустив голову и не сдержав одинокой слезы. Незаметно смахнув её, она устало посмотрела на Минерву и растянула поджатые губы в горькой улыбке. Если со стороны и кажется, что она сильная и легко переживет это, но если подобраться ближе, можно узнать, что ей неимоверно больно. Брат отрекся от неё, так и не простив своего же поступка самому себе. Были слухи, что Лексус не был в отношениях с Дженни, а та просто навязалась ему в партнерши для бала. Люси отвернулась к столу, что стоял у стены, и пропустила еще пару кристаллов слез, тихо всхлипнув, что тут же растворился в звуке музыки.       — Но ты же этого не хочешь, — тяжело выдавила Минерва, подойдя ближе к Люси и положив руку на её оголенное плечо, — Ты же хочешь, чтобы эта метка тебя грела и защищала, так почему ты добровольно отпускаешь то, что не все находят, — спросила Орланд, заставив Люси грустно улыбнуться и обнажить зубы.       — Я прошла не один десяток войн и сражений. Я была воспитана сначала матерью, а после тренером, который выбил из меня слюнтяйство. Но… Я так устала быть сильной, сохранять со всеми отношения и идти на уступки. Я хочу стать свободной и уехать с этого континента. Я уже нашла себе новую работу и жилье, потому что знаю, что если меня начнут искать, то здесь найдут везде, ибо они будущие Богоизбранные этого континента. Я хочу быть независимой, — ответила Люси настолько тихо, чтобы услышала только Минерва в этом гуле живой музыки. Брюнетка непроизвольно сжала хрупкое плечо Люси и ошарашено уставилась на неё.       — А как же твоя семья? Стинг? Лексус? Он твой нареченный, а это не дается на пустом месте. Значит, у него есть чувства, — яростно говорила Орланд, не позволяя услышать себя кому-то другому, кроме Люси.       — Если бы были чувства, он бы не был с Дженни сейчас.       — Люси, да ты не меньшая эгоистка, чем Стинг, — выплюнула Минерва, находя в двух блондинах сходства в характере. Люси застыла в таком же положении что и была. И ведь действительно… Эгоистично… То, в чем она упрекала Стинга несколько дней назад, было и у неё…       — Простите, могу я забрать у тебя Люси на вальс? — между девушками неожиданно появился Лексус, который подал приглашающий жест руки по отношению к Сердоболии. Минерва тут же подтолкнула блондинку к Дрееру и взяла очередной бокал крепкого алкоголя.       Пара молча дошла до танцевальной площадки и в напряженной обстановке ждали первых нот вальса. Только ноты заиграли в просторном зале с купольным потолком, как Люси незамедлительно сделала изящный и неимоверно легкий реверанс так, словно она каждый день этим занималась. Положив руку на плечо парню, она почувствовала родное тепло ладони на своей талии. Тихий шелест ткани и глухие шаги погибали в громкой музыки нежного вальса. Неожиданно для всех на одном из облаков запела Миражанна, которая смотрела исключительно на пару блондинов. Люси легко танцевала за Лексусом, который уверенно вел танец и не отрывал лазурных глаз от блондинки.       — Я надеюсь, ты в этот раз не будешь использовать Дженни, — первой заговорила Люси, не отрываясь от танца и напряженно смотря в глаза Дрееру.       — А я и не отпускал тебя, чтобы начинать что-то с Дженни, — ответил парень, незамедлительно притягивая Люси к себе на последних нотах и накрыв её губы нежным поцелуем, от которого она почувствовала легкое щекотании в животе и приливы эмоций. Девушка по привычке обняла его за шею и прижалась ближе, теряя связь с реальным миром и слыша только гул сердца и музыку с завораживающим голосом Миры.       — Но я уже отпустила, — тихо прошептала девушка, отпуская руку Дреера в конце вальса и убегая прочь из зала, под крик парня и ошалелые взгляды студентов. Не успел парень и добежать до девушки, как та растворилась в золотой дымке. И не осталось ничего, кроме золотой пыльцы, которая лениво оседала на пол…