Let it snow!

Холод был не просто пронизывающим, заставляющим стучать зубами и трястись в попытках зацепиться за жалкие клочки тепла, даруемые одеждой, нет. Он напоминал огромный капкан, железными зубами вонзающийся в тело- жгучий, сильный и сковывающий движения. Дин попытался пошевелиться, чтобы притянуть к себе Кастиэля, всё ещё прибывающего без сознания. Но его мышцы будто бы объяло цепями- каждое движение давалось настолько не просто, что начинала кружиться голова и к горлу подступал липкий шершавый ком. Осложнял положение ещё и неистовый снегопад, буквально неистовый, не вьюга, снегопад. Огромные хлопья снега, похожие на рождественскую мечту ребёнка из Миссисипи, падали с неба так часто и густо, что, казалось, будто кто-то наверху распотрошил пару миллионов подушек. И все эти мутировавшие снежинки только казались мягкими и пушистыми, зовущими в свои объятия. На деле же они летели прямо в глаза, пресекая все, даже минимальные шансы на то, чтобы что-то адекватно рассмотреть и долго таяли на коже, оставляя огромные красные пятна. Дин сейчас как никогда жалел о том, что выкинул свою футболку там, в мотеле. Кастиэль не подавал никаких признаков жизни даже тогда, когда Дин, наконец-таки, подобрался к нему. Его дыхание было настолько тихим и слабом, что в звуках воющего ветра различить и почувствовать его было практически невозможно. Винчестеру стало не по себе. То, что удар о стол мог убить ангела казалось довольно сомнительной идеей, а значит тут замешено что-то или кто-то похуже. Возможно, кто-то равный Касу или даже сильнее. Дин притянул Кастиэля к груди, стараясь согреть, также похлопывая того по щекам и тихо, охрипшим даже за такое малое количество времени, голосом шептал ему на ухо: «Очнись, приятель, давай же. Очнись, чёрт возьми, Кас!» Винчестер внезапно почувствовал, что, как бы бредово это не звучало, Кастиэль начинает таять. Действительно таять, оставляя мокрые следы на руках, одежде и мраморном полу. Дин , в панике, постарался схватить его как можно крепче, пытался прижать к себе сильнее и удержать. Ему стало настолько страшно, что страх этот охватил всё пространство вокруг, заставляя замереть в безмолвии, казалось, даже огромные снежинки. Винчестер хотел закричать, но из горла вырвался лишь сиплый полу-вздох отчаянья, словно на его шее была стянута тугая петля. Растаял даже плащ, он исчез последним, растворившись в луже кристально-синей жидкости, похожей на ежевичную газировку. Через секунду, Дин уже обнаружил себя одеревенело сидящим рядом с этой огромной кляксой того, что осталось от Каса и пытающимся успокоить пробивающиеся сквозь кожу ростки ужаса. От всего этого его отвлёк чей-то крик, раздавшийся прямо за спиной. Винчестер, еле совладав с окоченевшим телом, повернул голову, стараясь сквозь белую пелену рассмотреть обладателя этого самого крика. Кое-как сфокусировавшись, он заметил Сэма, который с диким взглядом озирался по сторонам, что-то крича. Сделав над собой усилие и придвинувшись ближе к брату, Дин расслышал: - Дин, мы... Мы что, на Эмпайр-Стэйт-Билдинг? Взглянув в глаза Сэма, старший Винчестер попытался что-то сказать, но из горла уже не только не выходили слова, но даже хриплое мычание удавалось с трудом. Дрожащей рукой он схватился за рукав куртки брата, пытаясь что-то сказать, но изо рта выходили лишь клубы пара. Сэм расплывался, превращаясь в огромное белое пятно, напоминающее засвеченный кадр на фотоплёнке. Тело жутко ломило, словно оно было собрано из битого стекла. Снова пытаясь что-то сказать, Дин понял, что ему не хватает воздуха- прямо в горло заползла гигантская сороконожка с лапками-кинжалами, раздирающая нежную плоть и забивающаяся в дыхательные пути. Перед тем, как потерять сознание, Дин увидел огромный светящийся шпиль. *** Сэм осознал, что падает. Перед тем, как сорваться в бездну воющего ветра и снега, он успел кое-как схватить брата за руку и все силы сейчас вложил в то, чтобы его удержать. Миллионы тысяч сверкающих жёлтым сиянием окон пролетали перед его глазами, сливающиеся в один огромный столб света, напоминающий офисную лампу. Уши заложило от безумного воя ветра, который, как ошалевшая собака вгрызался в их тела, разрывая их и терзая. Казалось, что этот полёт длился даже больше, чем сама вечность, заставляя позабыть даже о страхе. Сэм не пытался молиться и взывать к высшим силам- всё сознание было мутным, словно запотевшее стекло, остались только рефлексы. Единственная мысль, что мигала в голове неоновыми лампами- надо держать Дина. Вопреки всем возможным ожиданиям, громкого приземления, что сопровождает неизменный удар о твёрдую землю, не последовало. Их тела, будто бы они состояли из желатина, просто отпружинили от чего-то мягкого, не похожего даже на асфальт или крышу чей-то машины. Следующее, что ощутил Сэм, пережив падение, это то, что его рот забит снегом, так же, как и уши, волосы и ботинки. Сделав над собой усилие и повернув голову, он обнаружил, что они лежат в огромном сугробе, который до смешного нелепо смотрелся рядом со статуей, подпирающей вход у Эмпайр-Стэйт-Билдинг. Будто бы творение ребёнка, играющего в куличики из снега. Сэм попытался встать. Тело, что удивительно, было абсолютно в порядке- слушалось хозяина и не ныло, намекая на повреждения. О Дине, к сожалению, такого сказать было нельзя. Он лежал в этом пресловутом сугробе как сломанная кукла, а оттенок его кожи напоминал нечто фиолетово-розоватое, будто бы одна огромная гематома. Сэм с ужасом наклонился к груди брата, вслушиваясь в сердцебиение, которое, к счастью, всё же было. Оглянувшись по сторонам и в панике ища хотя бы что-то, что могло помогло бы зацепиться за за реальность, младший Винчестер впился глазами в то, что заставило его практически рыдать от радости. Прямо на обочине, чуть припорошенная снегом и с парочкой талонов за неправильную парковку на лобовом стекле, стояла «Импала». *** Дин очнулся, жадно хватая ртом воздух и тут же начав неистово кашлять, задыхаясь. Ощущение того, что он наглотался битой посуды прошло, его заменило чувство страха, первобытного и животного, как страх высоты или темноты. Винчестер оглянулся по сторонам, пытаясь сфокусироваться на чём-то одном- всё расплывалось. - О, ты очнулся, слава Богу.- голос Сэмми, донёсшийся откуда-то позади, немного сгладил тот ворох ужаса, испытываемого поначалу, но и не рассеял его полностью. - Где мы? Где Кас? Он жив?- голос Дина всё ещё звучал хрипло, но, что немаловажно, всё ещё хотя бы звучал. - Кас? Он был с тобой?- Сэм сел напротив брата, который, как он сам уже успел заметить, лежал на кровати, укрытый тремя одеялами. Обстановка Винчестеру казалась незнакомой- кожаный диван, зелёная лампа, как в библиотеке, тяжёлые красные бархатные шторы на окнах и разноцветный лоскутный половик. - Да, он, кхм...- Дин закашлялся, хватаясь за кислород как за спасительную соломинку. На глазах выступили слёзы, но всё же он жестом остановил Сэма, уже пытающегося присесть рядом. - чёрт. Он был со мной, да. Появился в мотеле, когда мы ещё были в Джорджии, а не... Нёс какую-то ересь о том, что я его вызвал, но не важно. Потом всё начало трястись, будто землетрясение какое-то. Кас упал и ударился виском о стол, я схватил его. А потом- бац! И мы где-то на холоде, он еле дышит и... В общем, Сэм, не знаю. Он исчез. Растворился или растаял. - Кас сделал что?- прищурился Сэм, недоверчиво глядя на брата. - Растворился. Прямо на пол. Как шарик мороженного.- Дин потёр виски, стараясь унять дрожь максимально незаметно, чтобы брат не смог разглядеть то, что он чертовски напуган. - Это... Это очень странно. - Серьёзно? Правда? Да ты что!- старший Винчестер всплеснул руками,- а я-то и не заметил! Нет, конечно, всё возможно и вас в Стэнфорде по среди недели иногда отправляли в замок Эльзы, но нас, людей рабочих, это, мать его, шокирует и это ни хрена не странно! Это супер-странно! У нас ангел растаял! Сэм закатил глаза, пряча улыбку. Если Дин орёт как резаный, то жить будет, а это главное. - Ладно, рабочий человек, я тоже сюда не по своему желанию попал. И Сэм пересказал всё, что случилось с ним в библиотеке Олбани, начиная от странных голосов, заканчивая расплывающимися предметами и непонятными вопросами. Дин слушал, хмурясь и жуя губу. - И, что самое странное- между моим и твоим появлением здесь нет ничего общего. Наши истории даже ни на миллиметр не близки, что лишает нас хотя бы малой зацепки о том, что вообще происходит. Времени подумать у меня особо не было, ты очнулся буквально через час после того, как я тебя принёс, но, могу сказать точно, что это не джины. Не похоже ни на нашу грёзу, ни на кошмар.- устало сказал Сэм, зарываясь в волосы рукой и взъерошивая их, словно огромный лабрадор. - А где мы вообще, чёрт его дери? - Ну... Это странно, но мы в квартире. - Сэм, ты, безусловно, у нас умник, но по-моему, ты немного путаешь определение слова «странно». Квартира- это не вендиго, нормальные люди в них живут. - Блин, - младший Винчестер цокнул языком и посмотрел Дину прямо в глаза,- мы в квартире, которую я просто так открыл. Без ключа, без усилий. И мне никто не помешал. Я просто так открыл квартиру в Вэст-сайде. Мы в Нью-Йорке, Дин. *** Все остальные события, происходящие после их прибытия в этот жуткий, заснеженный город казались... Да, именно, странными. И, как оказалось, непрерывный снегопад не был самой большой странностью. Для начала, люди. Складывалось ощущение, будто бы они все живут абсолютно в другой реальности, а их тела существуют здесь. Люди занимались своими обыденными делами: водили машины, ходили на работу, питались в забегаловках, вечером приходи домой. Но, стоило одному из братьев приблизиться, они ускользали. Причём, ускользали в буквальном смысле. Обуревало чувство, что перед выходом из дома они намазывались маслом, которое позволяло им проходить мимо даже в самых узких подворотнях, словно аквариумным рыбкам, ускользающим из сачка. Сэм и Дин могли зайти в любую квартиру, в любой офис, в любое помещение и даже в любую кабинку в туалете- люди, будто бы превращаясь в чересчур промасленные шпроты, тут же, с лёгким хлюпающим звуком, просачивались сквозь или рядом с ними, при этом сминаясь как бумага, застрявшая в принтере. Преодолев нежелательную преграду, они, возвращаясь к своей нормальной форме, продолжали жить дальше, прекрасно дополняя декорации города. Затем- ещё одна странность. Город непроницаем. Не получалось ни дозвониться, ни послать письмо, ни даже списаться ни с кем в интернете. После набора номера трубка отвечала молчанием, письма возвращались назад на письменный стол, будто бы их никогда не клали в почтовый ящик, а интернет просто отказывался работать, стоило даже предпринять попытку отправить послание кому-то за пределами Нью-Йорка. Но, что самое пугающее, выехать за пределы города было нереально. Братья садились на паром, доезжая до Стейтен-Айленда, брали билет на поезд, Сэму даже удалось уговорить Дина на самолёт- все эти попытки заканчивались почти там же где, где и начинались. Как только они оказывались хотя бы в метре от того, чтобы пересечь границу города, то замирали. Да, даже на самолёте. После пары часов в замершем или подвешенном состоянии, братья оказывались в квартире, которую временно занимали- Дин на кресле, а Сэм на диване и так неизменно. А теперь, самая главная странность. В этом мире, казалось, не было даже ничего сверхъестественного. Сэм, узнавая очередную байку о призраке какого-нибудь усердного студента, почившего над учебником от переутомления в публичной библиотеке, тут же тащил Дина проверить её подлинность. Но, как оказалось, ни призраков, ни оборотней, ни вампиров, ни демонов (они проверяли несколько раз, призывая Кроули)- никого из них тут не было, одно бесконечное однообразное «Шоу Трумана». * Они перечисляли каждого монстра, паразита, божка, ангела- всех, кто мог такое подстороить, но к сожалению, ни один не подходил даже под примерное описание. Такое было не под силу даже архангелу вроде Габриэля, его они проверили в первую очередь, слишком широкий размах, слишком продуманные детали, слишком реальное течение времени. И, зайдя в тупик, единственное, что оставалось- это исследовать каждый уголок города самостоятельно, ища хоть какие-то подсказки. Всё это время, начиная с самого первого дня, когда они оказались в этом странном месте, Дина не покидало чувство вины. Он постоянно прокручивал тот момент, когда Кас превратился на его руках в огромную лужу ежевичной жидкости, перед этим даже не очнувшись. Он чувствовал ответственность за то, что ангел прибыл к нему тогда в мотель, думая, что его зовут. Думая, что его зовёт Дин, что он в опасности. Даже по такому глупому поводу. Когда старшему Винчестеру удавалось уснуть в перерывах между поисками ответов в книгах и интернете, каждый раз ему снилось лицо ангела, которого он не сумел удержать в своих дрожащих от холода руках. После таких снов он чувствовал себя ещё паршивее, чем можно вообще чувствовать в их с Сэмом ситуации. *** А теперь, вернёмся к тому дню, когда братья вновь застряли посреди дороги, направляясь к Метрополитен-музею, зацепившись за загадочный случай, описанный в утренних газетах пару дней назад- исчезновение людей рядом с картиной «Водные Лилии» Клода Моне. На записях видеокамер фиксировалось, что каждый вторник экскурсионная группа останавливалась рядом с эти полотном, задерживаясь там на несколько секунд, а затем просто пропадая. Каждый раз это был новый экскурсовод и новые люди. Подробности, естественно, были скрыты от общественности, всё это они узнали вчера, беспрепятственно войдя в комнату слежения. Сегодня же они ехали в музей, дабы осмотреть саму картину. Сэм был абсолютно уверен в том, что это ниточка, ведущая к разгадке всего, что тут происходит. Дин предпочитал соглашаться. - Ладно, я толкну. Но в последний раз. Если опять такое случится, то мы угоним автобус.- старшин Винчестер, нехотя, выполз из машины, сразу же ослеплённый снежными хлопьями. Спустя минут двадцать, им удалось вырваться из белого дорожного плена, оставив позади лишь следы колёс и все физические силы Дина. Подъехав к музею, братья решили разделиться. Сэм отправился в кадровый отдел, искать информацию о экскурсоводах, а Дина послал к полотну, наказав осмотреть каждый его уголок, в поисках всего подозрительного, что только могло попасться на глаза. Тот, еле передвигая ноги, направился на второй этаж, вяло наблюдая за буквально протекающими мимо и рядом с ним людьми. Добравшись до картины, он подошёл поближе, отодвигая в сторону красную канатную преграду. Взгляд Дина скользнул по болотно-зелёной рясе, стягивающей воду, переместившись к красноватым мазкам лилий, словно горох рассыпанных по бледным листьям. Обычный пейзаж, если он так называется. Обычные кувшинки, обычная тина, обычная заводь, обычные... Что?! Дин отпрянул от полотна, вытаращив глаза и моргая, чтобы убедиться в том, что увиденное им реально. Прямо из кусочка чистой, не замутнённой зеленью, воды , на него смотрело лицо. Лицо Кастиэля. *фильм с Джиммом Керри